Неожиданная женитьба

Тиони задумчиво провел пальцем по футлярам флейт. Какую выбрать? Какая больше лежит к его душе и образу? И каков его образ? Он прошелся по комнатам, краем глаза ловя свое отражение в зеркалах. Сегодня ему предстояло всего лишь "частное выступление и вечер в маленькой компании", как сказала Ниара, приглашая его, но Тиони волновался больше, чем перед пробами на блокбастер. Ниара! Как понять, что она хочет? У Тиони было достаточно много поклонников из благородного сословия... не настолько, конечно, именитых, как представительница Древнейшего и Благороднейшего рода потомков Предвечной Ллосс, но Тиони всегда знал, что всем им было нужно. Они желали сделать его своим фаворитом и хвастаться им перед друзьями. Ниара не претендовала на это — ведь она никогда не дарила ему дорогих подарков. Не считать же таковыми пару ужинов в модных ресторанах? Точнее, пять. Пять ужинов за почти четыре месяца знакомства! Они даже встречались по большей части случайно — сколько раз она ему звонила с предложениями прогуляться? Тоже можно сосчитать по пальцам. "Ах, Тиони, это же настоящее великосветское знакомство, как же я тебе завидую!" — восхитился как-то один из его друзей. Тиони и сам бы себе позавидовал. Если бы не мчался на каждое свидание, ощущая сладкую и мучительную пустоту в животе — как будто падал в пропасть. Сколько раз он надеялся, что эта пустота заполнится мохнатыми крыльями порхающих бабочек, верным признаком взаимной любви? Сколько раз воспарял в надежде, когда ему казалось, что на него смотрят с особой теплотой, что улыбаются с особым значением — и позже часами перебирал эти воспоминания, искал скрытый смысл в словах... Боги, он даже позволял себе помечтать, что он станет мужем высокородной. И будет, например, весь такой красивый, выходить к гостям и выносить им пирожки на подносе. Глупости, сладкие постыдные глупости. Горние вершины надежд сменялись безднами отчаяния, и в конце концов Тиони так извелся, что решился на страшное: отдать себя на сладострастное растерзание благородной. Пусть, пусть его тело измучают, а силы выпьют до полусмерти, но что это по сравнению с жестокими любовными терзаниями! Две недели назад он принял это судьбоносное решение и немедленно приступил к осуществлению. В ближайшую же встречу он подошел к витрине самой дорогой ювелирной лавки и картинно задержал взгляд на драгоценной сеточке для волос. — Как вы полагаете, высокородная Ниара... — боги, она даже не предложила ему обращаться к ней по имени! — как вы полагаете, хороши ли будут эти бриллианты к моим глазам? — спросил он, замирая от страха и собственной смелости. "В конце концов, даже если она мне и подарит эту проклятую сеточку, это еще ни к чему не обязывает. Возьму потом и не соглашусь на разврат. Будет гордо и так трагично", — подумал он и слегка повернул голову, чтобы оценить эффект. Ниара смотрела на него с улыбкой, и Тиони вдруг окатило ужасом — а что если унизительный отказ? — Ваши глаза похожи на серебро, Тиони, струящееся и живое, — сказала она и притронулась к пряди его волос, отводя ее от его лица. — С ними сочетаются лишь звезды. Это был отказ, хоть и не унизительный. Но Тиони все равно чуть не расплакался. Вечером Ниара прислала ему комплимент-извинение: брошку в виде стрекозы и крошечный стихотворный свиток. Брошка — творение известного мастера (на коробочке сиял соответствующий логотип) — но сделана была из серебра и топазов, то есть на любовный дар по стоимости никак не тянула. И стих был не о любви, а о звездах. Тиони хотел было грохнуть подарок о стену, но рука почему-то не поднялась — слаб человек... Слаб и жалок. И Тиони принял комплимент и простил Ниару. А пару дней назад она пригласила его на "частную вечеринку" и даже обмолвилась, что там будет ее муж. Таинственный высокородный муж Ниары тор Ллоссарх, о котором Тиони, как ни старался, смог насобирать только мутные слухи о чудовищном скандале, сопровождающим их неожиданную, как все говорили, женитьбу. Дело было, конечно, в том, что Тиони был не вхож в великосветское общество. И не смог бы туда войти, даже если бы переспал с половиной благородных столицы — злобные аристократы все равно хранили бы свои тайны от него. Но муж Ниары! Проклятый соперник, невидимо присутствующий на каждой их встрече! Из-за него Тиони не светила даже роль фаворита. Сегодня Ниара увидит их рядом и поймет, насколько Тиони милее и красивее. Он надел строгий вечерний костюм, не позволив себе даже легкомысленного голубого платочка на шею, хотя тот был с модными в этом сезоне пушистыми кисточками и вышивкой в виде паутинки. Вместо этого он взял гладкий шелковый шарф скучного белого цвета — благородные их часто носили с вечерними костюмами. Тиони собирался играть на флейте, но ничто, ничто в нем не должно было напоминать о полуголых мальчишках-флейтистах, услаждающих взор посетителей в дорогих клубах. Такой вот контраст, залог успеха. С Ниарой он встречался в городе, и когда он пошел ей навстречу, ее глаза вспыхнули восхищением, греющим душу своей искренностью. Окружающие смотрели на них, и Тиони на мгновение тоже увидел себя со стороны — знаменитого и красивого, в сопровождении наследницы Предвечной Ллосс. Сцена, такая яркая и такая хрупкая в своей ненастоящести — как картинка из гламурного журнала. — Прекрасно выглядите, Тиони, — улыбнулась Ниара, задержав взгляд на брошке-стрекозе, его единственном сегодня украшении. — Спасибо, — гордо ответил он и направился к ее машине. Внутри все замирало от волнения и предвкушений. Словно перед первым выходом на сцену. Особняк Ниары показался ему зловещей декорацией к исторической драме, и Тиони затрепетал ресницами, подстраиваясь под его настроение. — Прелестный Тиони, утренний вьюнок империи, — представила его Ниара, приведя в гостиную. Комната была оформлена в уютных синих тонах, а гостями были две высокоранговые и четверо мужчин. Тиони тонко улыбнулся, оценивая их красоту, а также костюмы и принадлежность к присутствующим женщинам. Все четверо были редкими красавчиками, а один из них был сыном Бездны. Причем... причем пламенным! У Тиони засосало под ложечкой: судя по взаимному положению гостей именно последний был мужем хозяйки дома! Неужели ему придется конкурировать с пламенным сыном Бездны? Боги, за что такая несправедливость! — Моя дорогая сестра и ее младший муж Инссар, — представила Ниара первую из женщин. — От вашей красоты слепнут глаза, прекрасный Тиони, — улыбнулась неназванная сестра, при этом не найдя нужным смягчить ледяное выражение своих якобы ослепших глаз. Тиони ей робко улыбнулся и потрепетал ресницами. — На каком вы инструменте собираетесь музицировать, прекрасный Тиони? — мило улыбнулся ему синеглазый Инссар. Тиони настолько вошел в образ несчастного бедного мальчика, приведенного на съедение злым аристократам, что забыл слово "флейта". — На дудочке, — прошептал он. — А вы, высокородный Инссар? — Я думал про арфу, — просиял Инссар, — но теперь тоже склоняюсь к флейте. Как думаете, мы сможем составить дуэт? — Вы так добры, — Тиони прижал руки к сердцу, — я буду счастлив составить с вами дуэт! — Моя дорогая сестра и ее мужья Кейто и Ланс, — представила Ниара вторую женщину. — Что за дивная прелесть, — с восхищением сказала та и взяла его за руку, заглядывая ему в лицо: — Я не верю в ваше существование, прекрасный Тиони, разве может столь совершенный идеал воплотиться в живом юноше? Ее мужей ощутимо перекосило. — Ах, высокородная госпожа, — пролепетал Тиони, быстро подкорректировав образ, — я вижу, что боги были щедры к вам, ведь вы уже два раза нашли столь совершенные воплощения идеалов чистой красоты... Вторая Ниарина сестра рассмеялась, отпуская его руку, а ее мужья посмотрели на Тиони гораздо благосклоннее. — Ланс, мой любимый муж, тоже прекрасно играет на флейте, а Кейто дивно поет, — сказала она, — мне кажется, у вас бы получился чудесный квартет. — Да, я бы спел один чудесный сонет, — покивал Кейто. Тиони заметил, как второй муж, Ланс, украдкой ущипнул его за задницу, но Кейто даже не дернулся, сохраняя одухотворенное выражение лица. — Тэргон, мой любимый муж, — представила Ниара сына Бездны. — Счастлив познакомиться, — прошептал Тиони. — Нет слов, насколько взаимно это счастье, прекрасный Тиони, — хищно ухмыльнулся сын Бездны, и от него полыхнуло сладким и страшным жаром желания. Тиони мгновенно почувствовал себя раздавленным. Как, как конкурировать с человеком, не только как две капли воды похожим на легендарного героя древности, на самого Терриона Великого, но и беззастенчиво пользующимся своей явно развратной стихией Пламени — для повышения градуса этого разврата. Никаких шансов... — Вы тоже играете на флейте, высокородный Тэргон? — похлопал он ресницами, мстительно воображая себе невероятную картину: сын Бездны в виде флейтиста-прелестника. — Увы, в вопросах флейты я совершенно бездарен, — как ни в чем не бывало ответил Тэргон, и все заулыбались, глядя на него, — но, тем не менее, лелею надежду насладиться вашим представлением. Некоторым людям и делать ничего не надо, чтобы привлекать внимание, — подумал Тиони, — им достаточно было родиться сынами Бездны, чтобы затмить любые твои старания. В тот вечер Тиони превзошел себя, наигрывая печальные и полные страдания мелодии. "Если смысл в жизни и любви, — думал он, в страстном поцелуе прижимаясь губами к флейте, и душа его пела от горя. — Судьба моя в том, чтобы стелиться перед той, что вспоминает обо мне лишь когда видит...". Чувства его были так сильны и искренни, что увлекли и квартет исполнителей и зрителей. Даже злая старшая сестра Ниары смотрела с грустью. Только жестокий сын Бездны еле заметно, но похабно улыбался. Прощаясь, Тиони уловил момент и исподтишка показал ему язык, но никакой видимой реакции не добился. Несмотря на успех музыкального вечера, домой Тиони вернулся совершенно разбитый и утешился, лишь собрав вокруг себя огромное гнездо родичей. И заснув в этом гнезде. Род Тиони был мал и небогат, но зато все в нем от мала до велика обожали Тиони. И он их тоже — ведь это были единственные люди, которые любили Тиони, когда он был обычным человеком, а не звездой. Прославившись и разбогатев, Тиони купил для своего рода новый красивый дом — но не в каком-нибудь модном районе, а просто в самом лучшем месте их старого района. Ведь друзья, соседи и работа его родичей оставались здесь.