Неожиданная женитьба

Вот, например, слуги. Конечно, у Тиони никогда не было слуг, но он серьезно подозревал, что старший муж разбаловал их до невозможности. Нет, вид-то они имели преданный и усердный, но чего стоила хотя бы заросшая плесенью ванная комната, которую Тиони обнаружил в подвале! Да чтоб в родном доме Тиони было подобное? Да ни в жизнь! Но к вопросу слуг, совершенно для Тиони новому, надо было подходить с хорошей подготовкой. И после подробных бесед с Лансиком, Инссарчиком и еще десятком младших мужей и неженатых мужчин своего нового рода, Тиони решил начать знакомство со слугами с доброго поступка. Едва обосновавшись после свадьбы, он велел Мики, старшему из слуг, устроить небольшой праздник во внутреннем дворике. Всего слуг было пятнадцать, и каждому он купил скромный, но симпатичный подарок: молодым — модные в этом году браслетики, а мужчинам постарше — колечки. Слуги очень радовались, и во время праздника Тиони почувствовал себя, как в родном доме — словно бы оказался он, например, старшим мужем главы рода и сидел на семейном празднике, а все смотрели бы ему с восхищением в рот. Все же в высоком роду он постоянно чувствовал, что должен завоевывать уважение окружающих. Правда, на том же празднике он узнал, что в крыле для прислуги живет не пятнадцать человек, а двадцать пять взрослых и куча детей. — Пусть это не волнует твою прелестную головку, Тиони, — сказал на это Тэргон, демонстрируя поразительное равнодушие к мужским обязанностям. — Прислуга всегда там копошится. И Тиони решился побеспокоить с этим вопросом супругу. — Так заведено было издавна, — с легкой улыбкой ответила Ниара, — и много веков сей малый род жил под крылом этого дома, сроднившись с его хозяевами чуть ли не кровно. Так происходит со всеми благородными домами. — Ох, я не знал... спасибо, — пробормотал Тиони пристыженно: ни в одном фильме про благородную жизнь об этом не упоминали, а малые рода прислужников были, судя по всему, кастой такой же закрытой для чужаков, как и благородные, которым они служили. Тем не менее, и дом, и прижившийся в нем малый род явно нуждались в твердой руке второго мужа. И первым звоночком, сигнализирующим Тиони об этом, стало посещение купален. В тот день он решил насладиться водными процедурами в одиночку — со старшими супругами подобные мероприятия всегда заканчивались самыми жаркими сценами любви. А купальни в доме его супруги были удивительно хороши, несмотря на отсутствие природных источников: была в них и система сообщающихся бассейнов с минеральными водами, радующими перепадами температур и приятным бурлением, были и пещерки с ароматными водами и соляными стенами... И только Тиони захотел расслабиться, как заметил возмутительную вещь: прислужники, прибежавшие, чтобы положить тряпочку ему в изголовье и подать кружку с особым банным отваром, были обряжены в уродливые белые майки и трусики! Ну, то есть, не совсем уродливые, в некотором роде вполне даже милые, но одежда эта подходила, скорее, армейским новобранцам, собирающимся в душ, чем банным прислужникам высокого рода. А ведь Тиони уже планировал два события в ближайшее время: во-первых, надо было обязательно пригласить кровных родственников — чтобы проявить к ним внимание и показать папочке, что беспокоиться не о чем, и его любимого сына никто не обижает в новом роду. Во-вторых, Тиони планировал скромный дружеский вечер в кругу приятелей Инссарчика и Лансика — надо же было отблагодарить милых родичей за всю их неоценимую помощь! И, конечно же, в планах этих двух вечеринок стояло посещение купален и доверительные беседы в горячих бассейнах. И как, скажите на милость, Тиони пригласит теперь родичей, когда слуги такие страшные, ведут себя так ужасно и, по всей видимости, совсем Тиони не уважают! — Что это? — брезгливо спросил он и дернул ближайшего прислужника за трусики. Тот ойкнул и вцепился в них, пугливо вытаращив глаза. — Вы, милейшие, видимо, совсем распустились — являться в столь затрапезном виде! — Простите, господин! — хором воскликнули прислужники. — Повеление старшего господина! Да-да, мы сами рыдали... но господин изволили приказать — никаких банных повязок в их доме. Разврат, говорят... Такой позор, такое уродство! Но что поделать, раз старший господин изволили гневаться! А дети Бездны такие злющие, такие... Тиони поднял ладонь, и они мгновенно замолчали, с обожанием глазея на него. — В его доме, значит, — прищурился Тиони, оценивая их майки. Те были недостаточно длинными, задницу точно не прикрывали. — Идите и переоденьтесь в красивые туники, раз старший господин запретил повязки. И чтобы без всяких трусиков! Обратно слуги прибежали уже в туниках с вышивкой, похожих на те, что носят флейтисты. В процессе банных процедур эти туники намокли и облепили их, сделав не менее прелестными, чем если бы они были в традиционных повязках. — Так вы гораздо, гораздо симпатичнее... Милашки. Надо вам придумать форменные туники для бани... чтобы и скромно, как желал того мой старший муж, и миленько, — томно сказал разомлевший Тиони. Еще бы не разомлеть — после того, как его хорошенько натерли мыльными мочалками, сделали массаж головы и тела, а потом намазали маслом и завернули в пушистое полотенце. — Спасибо, господин! — просияли слуги, и Тиони покивал им с благосклонным пониманием. Он уже знал, что в баню прислуживать отправляли самых хорошеньких из домовых слуг. И самое забавное, что те весьма гордились подобным назначением. Страшно было даже представить, как унизительно было им выходить к гостям в некрасивой одежде! Этим же вечером Тиони забежал к своему портному и, посовещавшись, набросал эскиз премилых туник. А также обсудил варианты дешевого их пошива. Мастерская его портного была не из дорогих, но Тиони еще с начала карьеры нашел способ, как выглядеть дорого, не тратя при этом безумные деньги. Он покупал приличную одежду и делал ее финиш в мастерской — и она выглядела, как брендовая. Когда он разбогател, то стал покупать брендовую — и после финиша она смотрелась не хуже люксовой. Да-да, как те самые дорогущие костюмы на заказ, что носил его драгоценный старший муж (Тиони уже улучил момент заглянуть в счета). Так что и банную форму он предполагал сделать по этому принципу — легкий финиш для готовых туник из белого шелка, машинная вышивка оригинальной формы по подолу, гербы, все как полагается. Слуги были счастливы, хоть и опасались, что "старший господин их убьют, как пить дать убьют, сожгут совсем". И Тиони пообещал им взять все на себя. Конечно, пламенный сын Бездны, доставшийся ему в мужья, был так же злонравен в повседневной жизни, как и горяч в постели. Но Тиони нашел прекрасный, просто прекрасный способ влияния на него: надо было всего лишь заручиться поддержкой дорогой их супруги — и Тэргон, как любой мужчина, желающий быть идеальным мужем, капитулировал. К сожалению, этим средством следовало пользоваться с большой осторожностью: доброта супруги тоже была не бесконечной. Да и слишком часто вовлекать ее в подобные мелочи было весьма рискованным отклонением от образа очаровательного, но ненавязчивого мужа. Впрочем, вопрос банной одежды Тиони счел достаточно серьезным поводом и заманил Ниару на небольшой "показ мод" в предбаннике сразу, как только новые туники были готовы. — Зрелище, радующее взор. Твоему вкусу нельзя не позавидовать, милый Тиони, — сказала Ниара, из-под ресниц наблюдая за взволнованно вертящимися попками прислуги. Те демонстрировали форму так старательно, что Тиони даже засомневался — не слишком ли он погорячился с фасоном туник, может, стоило сделать их гораздо длиннее? Так или иначе, но большая часть дела была сделана и теперь оставалось лишь пережить первую реакцию разгневанного непослушанием сына Бездны. В конце концов, идея со страшным бельем была именно его, неудивительно, если ему станет обидно. В тот вечер, когда они собрались навестить купальни в тесном семейном кругу, Тиони трепетал от волнения, словно осенний листик на ветру, но.... Но Тэргон, бросив короткий взгляд на проскользнувшего мимо слугу в тунике, лишь широко ухмыльнулся и спросил: "Ну, и кто тут у нас ктулху?". Его улыбка сияла, а в глазах переливалось горячее и жадное Пламя, и Тиони чувствовал, как этот жар распространяется от него, заставляя кипеть кровь и плыть разум, и как тела и ауры их троих сплавляются в единый поток желания. — Как тебе новые туники наших слуг, дорогой Тэргон? — спросил Тиони, уже отдыхая в зале медитаций. И, посмотрев на Ниару, добавил: — Я сам придумал этот дизайн! — Прелестно, дорогой Тиони, — сказал Тэргон, не открывая глаз (изображал, судя по всему, духовность — якобы на самом деле медитировал), — прелестно, как все твое творчество. Ниара фыркнула и тут же сделала вид, что поперхнулась вином — ни для кого не было секретом, как злодейский сын Бездны относится к актерскому искусству... Но Тиони, решив принять подозрительный комплимент, лишь невинно пролепетал: — Ах, спасибо, дорогой мой супруг, ты так добр!