Эфир

Кто может знать себя и сил своих предел? И дерзкий путь заказан разве смелым? Лишь время выявит, что ты свершить сумел, Что было злым, что добрым делом ©.

Настенные часы тикают невыносимо медленно и раздражающе громко, действуя на и без того шаткие нервы Уайт. Она нервно сглатывает, оглядывается и тяжко вздыхает, осознавая тленность бытия. В следующем году выйдет новый фильм по комиксам, а Дженни его только разве что с того света посмотрит. Ну, если её убьют, а не оставят на «сладкое», подвергая адским пыткам. Как в том фильме ужасов с Лоуренс в главной роли. Не кино, а инструкция как быть правильным маньяком. — Читай, — Коул подталкивает Дженни открытую на нужной странице книгу и усаживается на край стола, скрещивая руки на груди. Если бы все её преподаватели были такими горячими, как этот, то, быть может, она и не прогуливала школу так часто. Во всяком случае, тот, предмет, который он ведёт. — Без проблем, — нервно кивает девчонка, помня главное правило при похищении — никогда не перечь преступникам, иначе это может плохо закончиться. — Ладно, тут написано, что… В ритуале должно быть задействовано двенадцать ведьм, по одной на каждый месяц года. Никому из этих ведьм умирать не приходилось, напротив, их мирские дни сводились едва ли не к концу всего мира. Стражи — универсальные защитники города, будущего ведьминского города, от других сверхъестественных существ. Что-то вроде магических расистов. — Там не так написано. — Я читаю между строк, спасибо, что заметили. Обряд включал в себя все лунные циклы, пиком которых становилась кровавая луна. — Оборотни будут бушевать, — задумчиво тянет Коул. — Не будут, — Ник улыбается так, что у Дженни мурашки бегут по спине. Она нервно облизывает пересохшие губы, внутренне содрогаясь от непонятного ужаса. Видимо, у парня напротив есть весомые доводы, почему «не будут» и эти доводы явно несут в себе много угроз да насилия. Уайт втягивает носом воздух и продолжает читать: каждая выбранная ведьма награждалась особой меткой, которая не просто отличала ту от других представителей своего вида, но и меняла место пребывания и саму себя… каждый день. Подобные ухищрения помогали спрятаться от инквизиции и прочих завистливых ведьм, желающих примерить на себя чужую судьбу. — То есть, вы хотите сказать, что вот это, — брюнетка указывает на запястье, — метка? Да нет! Не-е-ет же, просто обожглась где-то. Или… ну не знаю, у меня рак? Пигментация? Чёрт возьми, тут написано, чтобы получить эту фигню, нужно кого-то убить. А я бы чисто физически никого прихлопнуть не смогла бы! — То есть существование ведьм тебя не смущает? — насмешливо интересуется Ник, подпирая ладонью подбородок. Ситуация становилась просто комичной. — В прошлом году я могу поклясться, что видела призрака нашего учителя физкультуры. Так что, — она пожимает плечами, — ничего удивительного. Но вы явно не к тому человеку — именно человеку! — обратились. Клаус смотрит на девчонку немного да с уважением. Не каждый стал бы вести себя так свободно и уж точно не стал бы шутить, окажись на её месте. Он знает об этом прекрасно, потому что перед лицом страха люди отвратительны: они выставляют напоказ самые мерзкие свои качества. Что же, как сказал ему однажды некто, — честь и совесть нынче не в моде. — Молчать. — Без проблем. — Сиди и не двигайся. Майклсон поднимается с места, нарочито медленно и лениво. Игра на публику — это у них семейное. — А команду «фас» она знает? — задорно интересуется Коул. Уайт бросает на него «если бы я умела пускать молнии из глаз, то ты не прожил и секунды» взгляд и собирается сказать нечто язвительное в ответ, что-то про его причёску или, может, про дурацкий рисунок на рубашке. Но ладонь, чудом оказавшаяся на её плече, рушит все планы. Дженни сглатывает и задирает голову кверху, налаживая зрительный контакт с… О, да чёрт, с каких пор маньяки такие красавчики?! Вот так вот она и умрёт. Ни диплома, ни колледжа, ни перспектив… хотя нет, никчемный пример. С такими-то скромными доходами и «семейным состоянием» Уайт светит работа в Баскин Роббинс да соседи, тараканы с крысами. Так себе будущее. Пожалуй, умереть не такой и плохой выход из ситуации… — Смотри мне в глаза. — А есть места поинтересней? — брякает брюнетка необдуманно. Коул даже не пытается сдержать смех. — С кем я имею дело, — Ник не кажется расстроенным. — Смотри на меня. «У парня жуткий нарциссизм», — думает Дженнифер, пытаясь успокоиться. Лицо по-прежнему горит и вовсе не собирается менять цвет, предпочитая прослыть предателем. Ладно, хорошо. Эти двое если бы хотели убить её сразу, то сделали это. Им хочется поиграть в сатанистов? Что же, Уайт неплохая актриса. — Эм? — Я думаю, что слишком рано стёр тебе воспоминания. — Какие вос?.. Оу. Это гипноз? С каких пор вампиры умеют?.. Стоп. Вампиры. Клаус был вампиром… Они познакомились в баре, тогда была смена Дженни, он заказал выпивку, слово за слово. «Классный мужик». С тех пор Клаус мелькал время от времени: в толпе случайных прохожих, за рулём дорогого авто. Кофе на пару в том самом, ее любимом заведении и… кладбище. В прошлый раз, когда она не помнила, где была, Уайт пряталась меж могил от парочки совсем не хулиганов. Чтобы влипнуть в неприятности оказалось достаточно появиться не в том месте, не в то время. Всего-то. Сгустку магической энергии от убитой Клаусом ведьмы просто некуда было деваться, у магии не оказалось другого выбора: Дженни пришлось стать сосудом. — Твою мать. — Не выражайся. — Ты убил ту девушку… — Я многих убил. — А капли её крови… заразили меня… этой штукой. — И такое бывает, — мужчина ладонью упирается в край стола, стараясь не смотреть на Коула, у которого в последнее время слишком хорошее настроение. И это явно не к добру. — Твою мать. Твою мать. Твою же гребанную мать. На самом деле, если бы гибрид подал информацию правильно, Дженнифер бы так не паниковала: серьёзно, всякое в жизни случается. Но не стоит же вываливать на человека кучу дерьма одним разом! Это может плохо кончиться. Паническую атаку ещё никто не отменял. — Я бы спросила, где тут скрытая камера и куда мне улыбаться, но мы не в том кино, — Дженни хмурится. — Какие планы на будущее? Я здесь не просто так, верно же? Клаус хмыкает довольно: — Убивать тебя смысла нет. — В этом случае метка просто перекинется на кого-то другого, — добавляет Коул. — А что тогда? — Обычно, — Ник вспоминает, как когда-то часами занимался этим, пытаясь укрыться от лишних глаз и гнева отца, — когда рыбак хочет поймать рыбку, он использует наживку. — Твою-то мать… И знаете что? Это сказала вовсе не Уайт.

***

На самом деле было не так уж и плохо. Во всяком случае, её не собирались запереть в тёмном страшном подвале, предварительно приковав цепями к стене (спасибо, Коул, за идею, но нет; пока нет). Клаус предоставил Дженнифер выбор: либо его дом, отдельная спальня и прочие удобства, либо… Ан нет, выбора у Уайт не было. Он просто поставил девчонку перед фактом, решив, что если та будет оставаться на виду, то никуда не денется. — Мне бы переодеться во что-нибудь или, не знаю, сгонять домой за одеждой. — Даже противиться не станешь? — интересуется Майклсон. Тот, который не бесит Уайт своей довольной рожей. — Против чего? Здоровенного особняка, удобной мебели и набитого холодильника? Я не знаю, какие ты пытки использовал раньше, но это явно не они, потому что… Ну, серьёзно, глянь на всё это! Да дом моих родителей похож на ваш гараж, — она пожимает плечами, заламывая руки за спиной. От одежды жутко несёт гарью и чем-то ещё, не слишком приятным. Безумно хотелось принять ванную. — Хотя, чёрт знает. Ваш гараж я не видела. — Не ладишь с родителями? — не то чтобы Нику было интересно, просто пришлось к слову. Скажем так, проще говорить по дороге к гостевой комнате (бывшей спальне Бекки), нежели молчать. — Предпочитаю оставаться подальше от них, — она спотыкается о край ковра, но не падает. — Мне в этом году шестнадцать, ещё пара лет до окончания школы… Если меня не прикончат, конечно, что очень вероятно. Не самый оптимистичный человек, думает мужчина: — Планы на будущее впечатляют. Дальше по пунктам — протянуть до сорокалетия? — А сколько тебе лет? — тут же находится Дженни, гонимая любопытством. Что-то, а знания о всяких сверхъестественных существах стало для неё первостепенной задачей. Ник перестал считать прожитые годы давным-давно. Если в начале своей долгой жизни возраст имел значение, то сейчас нужда в этом отпала. Какая разница сколько тебе, если ты вечен? — Больше ста лет? — восхищенно интересуется Уайт, прибавляя шаг. — Двести? — Более тысячи, я думаю. — Невероятно круто! Ты видел столько всего интересного в жизни! — Включая чуму, инквизицию и войны. — Нюансы эпохи, думаю; ты был рыцарем? — И даже королём. — Чёрт возьми… Видел Жанну Дарк? — Не довелось, — Ник доходит до нужной комнаты, замирая у двери; мало кого интересовала его прошлая жизнь, — в то время я предпочитал Англию. Что же, мы пришли. — Очень жаль. — В шкафу есть старая одежда Ребекки, можешь надеть. — А она против не будет? — Надеюсь, что да. Ник разворачивается спиной к Уайт, не кинув и слова на прощание, и уходит. Дженни неосознанно провожает его взглядом.

***

— Вы же вампиры, вы должны пить кровь, а не питаться беконом на завтрак. Вы, вообще, фильмы про себя смотрите? Носферату там, «От заката до рассвета»… Ну, вы поняли, что-то про «настоящих бессмертных». После десятичасового сна Уайт чувствует себя не то чтобы хорошо, во всяком случае, не валится с ног от усталости и переизбытка эмоций. Серьёзно, все могло быть куда страшнее. Например, та вечеринка закончилась тем, что она бы лишилась девственности на пару с каким-то редкостным мудаком, а после либо залетела, либо подцепила хламидии. Вот такой вариант развития событий — полное дерьмо. — А ты в эксперты заделалась? — фыркает Коул, подсаливая горячее масло на раскаленной сковороде. Как говорят знатоки, так глазунья получится лучше. Готовка стала для него своеобразной отдушиной, возможностью использовать свою невероятно богатую фантазию во благо. — Мечу туда, — Дженни шлепается рядом. — А где Клаус? — Я похож на навигатор? «Поверните налево, поверните направо, идите прямо до спальни Ника, там вас ждёт полуголый гибрид; цель достигнута». Фу-у. — У тебя чудесный голос, — честно признаётся Уайт, — ты мог бы попробовать себя в этой стезе. И… гибрид? — Не моя история, — закатывает глаза парень, разбивая яйца. Те с шипением жарятся. — Ты предпочитаешь чай или кофе? — Кофе. С молоком, если можно. А тебе тоже больше тысячи лет? — Больше, меньше? Какая разница? Для нас время не имеет значения. Обжаренные ломтики бекона ложатся рядом с глазуньей. Коул поправляет фартук, подходит к тумбе, выуживая оттуда пару тарелок, и ставит те на стол: — Разве я не добрый малый. Кормлю гостью поздним завтраком. Что ты думаешь, Элайджа? Мною можно гордиться? — Вообще-то меня не… — Думаю, что возраст идёт тебе на пользу. Дженни смотрит через плечо на красивого статного незнакомца в строгом костюме. Он вежливо улыбается Дженни и садится рядом, укладывая на деревянный массив стола дорогой навороченный телефон: — Клаус снова во что-то влез. Дженни не сомневается: это был не вопрос, а констатация очевидного факта. Видимо, у Ника сердце лежит к неприятностям и завышенные амбиции. В психологии полно терминов, которые характеризуют человека (и его болезнь) по этим признакам, только вот Уайт не психолог да и в чужую голову лезть не собирается — не комильфо. — У братца невероятная тяга к власти, — улыбается брюнет, выкладывая нехитрый завтрак на тарелку, — и крови. Одно другому не мешает. Элайджа вздыхает: — От Ребекки нет вестей? — Ни единой. Уайт хмурится, слыша второй раз за день это имя. Не трудно догадаться (или предположить?), что все в этом доме связаны друг с другом кровно и, видимо, эта «Бекка» их сестра. И она потерялась. Наверное. Шерлок из Дженнифер так себе, чего стоит куча потерянных вещей, которые с помощью дедукции найти не получилось. — Эм… Можно мне слово? — Я бы хотел тебя остановить, но Ник запретил. — Минутой назад ты был таким милым, что с тобой стало? — фыркает Дженни. — Так вот, если ваша Ребекка потерялась, то почему бы не использовать магию, чтобы найти её? — Амулеты, — просто отвечает мужчина в костюме. — Наша сестра не так глупа и мастерски использует защитные чары, избегая лишнего внимания. — Оу… — Хотя, — Коул ставит перед девчонкой чашку с кофе и улыбается, от чего Дженни ненароком думает, не яд ли он вместо молока добавил, — мы не пробовали искать её с ведьмой, роль которой заключается в защите. — Это весьма интересно. — А ведьма эта могла?.. Ясно. Будем экспериментировать?