Дневник психически-больной

Я резко открыла глаза и приняла сидячее положение. Было ощущение, что все мои воспоминания за последние несколько часов стерли, ведь я вообще ничего не помнила. Ни того как я опять оказалась в кровати, ни того сколько я тут пролежала. Голова ужасно болела. Опять. Я легла на спину и поняла, что яркий солнечный свет из окна бьет мне прямо в глаза. Попытавшись подвинуться, я поняла, что у меня нечего не выйдет, ни одна часть моего тела меня не слушала. Тогда я закрыла глаза и просто опять попыталась уснуть. Не прошло и нескольких минут, как дверь в комнату скрипнула и кто-то вошел в нее. Послышался легкий хлопок двери. Ее закрыли. Затем я услышала три-четыре осторожных и тихих шага, а дальше кровать прогнулась на уровне моих бедер. Кто-то на нее сел. – Я знаю, что ты не спишь, даже не притворяйся. – Мягкий, бархатный мужской голос тихо прозвучал рядом с моим ухом. Я медленно открыла глаза и увидела перед собой смуглое лицо с узкими серыми глазами, на которое спадала светло-русая челка. Это был Витя - мой давний, но очень хороший друг. – Как ты узнал? – еле слышно спросила я. Сил не хватало даже для того, что бы сказать пару слов. – Когда человек не спит, у него дергаются веки. Держи, я принес тебе какао. Вероника сказала, что ты его очень любишь. – Витя протянул мне кружку, почти до краев наполненную ароматным напитком, на поверхности которого плавали пять маленьких зефирок. – Давай я помогу тебе сесть... После того как я уперлась спиной в стенку, тем самым приняв сидячее положение, не без помощи своего друга, конечно же, я дрожащими руками обхватила теплую чашку и начала греть об нее свои ладони. – Неужели тебе холодно? В комнате, как и во всем доме, тепло. – Удивленно спросил Витя, смотря на меня. – Про...просто руки хо...холодные. Это у...это у меня с детства... – каждое слово давалось мне с большим трудом. Казалось, что еще немного и я умру, но этого мне не хотелось... По крайней мере, сейчас... – Понятно. Пей давай. Я осторожно прикоснулась губами к краю чашки и сделала маленький глоток. Я почувствовала как какао попало в мой желудок. Это было немного щекотно. А вкус... А вкус как в детстве, когда мама делала мне его каждое утро и перед сном. Это был мой любимый напиток, а потом... А потом человека, который готовил бы мне какао не стало. Вот раз и все. Нет больше человека. Взял и испарился. А хороший ведь был человек... За маленьким глоточком последовал еще один большой глоток. Такими темпами я выпила почти половину какао, а потом меня стошнило. Благо Витя поставил рядом со мной на кровать тазик, как раз на этот самый случай. Видимо, мой организм сильно отвык от еды за несколько дней... – Тебе срочно нужен врач! – с этими словами парень удалился из комнаты, оставив белоснежную дверь, увешенную плакатами и рисунками открытой. Я осталась одна в комнате. От незнания, чем бы мне заняться, я попыталась уснуть, но попытка была напрасной. За несколько дней, проведенных в отключке, я выспалась на десять лет вперед, а то и больше. Странно, но мне захотелось порисовать. Кое-как дотянувшись до рядом стоящей тумбочки я вытащила из нее альбом и черную гелевую ручку. В этом альбоме уже была парочка моих работ, таких как портрет девушки с татуировкой паука на пол лица и закат в пустыне. Все это я рисовала около полугода назад, когда еще жила тут... Несколько минут я тупо пялилась в пустой альбомный лист, думая, что же можно нарисовать. В голове вертелись миллионы идей и мыслей, но только одну их них я хотела изобразить. Аккуратно и не спеша я начала чиркать ручкой, из-под которой на бумаге начал появляться рисунок. Сначала это были только едва видные линии, но потом стало понятно, что на листе бумаги изображена маленькая комната, в которой находились две узкие кровати, деревянный стол, полусломанный деревянный стул и одно единственное узкое окно с решеткой. Ни штор, ни картин и ни коем образом другой мебели. Пустота, вот что можно было сказать, смотря на эту комнату. Когда я начала рисовать этот рисунок, то мгновенно отключилась из реальности. Мной завладели одни лишь воспоминания... ...Вот я впервые вижу эту комнату. Меня в нее заводят люди в белых халатах, а на мне одна лишь белая рубашка до пола. Я нечего не понимала в тот момент, где я нахожусь и как я туда попала, но одна я понимала точно - я тут надолго... ..Вот я сижу на кровати и разглядываю идеально чистую белую стенку. Тут в комнату входит усатый дяденька с белом халате. Он ставит стул возле моей кровати и садится на него. Начинает говорить о чем-то и задавать очень странные вопросы. Это было через неделю после моего поселения в то странное место. Ни кто не отвечал где я, поэтому я не отвечала на их вопросы... ...Вот в дверях этой комнаты появляется Вероника. Тоже в белом халате, но под ним видно темно-бежевое платье. Она начинает судорожно рассказывать о том, что произошло в школе и ее личной жизни, а я лишь с интересом смотрю на нее и пропускаю все мимо ушей. Я все еще не понимаю где я... Вдруг череда воспоминаний прервалась. Кто-то нарушил тонкую грань между реальным миром и миром воспоминаний. Моим миром мечтаний и фантазий. Миром из-за которого я и оказалась в том странном месте... Оторвав взгляд от уже готового рисунка, я взглянула на стоящего в дверях Витю. Он смотрел на меня и что-то говорил. Я попыталась сосредоточиться на его голосе и только тогда смогла понять, что он говорит. – Лиза, ты вообще слышишь меня? - я кивнула головой. – Наконец-то! Я говорю, что врача я не вызвал. Скоро приедет Вероника и она уже решит, что нам с тобой делать. Ты поняла? – опять мой кивок. – Вот и отлично. – Неловкая пауза. – Можно я войду? – я еще раз кивнула. Витя подошел и сел возле меня, так же облокачиваясь на стенку. Его взгляд упал на мой рисунок. Он аккуратно берет его в руки и рассматривает. – Ника, конечно ,говорила мне, что ты очень хорошо рисуешь, но я не думал, что настолько. У тебя явный талант. Это твоя комната там... ну... в... – Да, это моя комната в клинике. – Мне пришлось его грубо перебить. Когда люди начинают говорить со мной на эту тему, то стараются говорить аккуратно, будто боясь обидеть или задеть меня чем-либо. Это, конечно, мило, но бесит! – Там все было настолько плохо? – я с полным непониманием уставилась на своего собеседника. – Когда я зашел, ты смотрела на рисунок и плакала. – С самого начала я не понимала где нахожусь. Мне никто нечего не объяснил. Меня просто завели в это место и оставили там. Заносили еду и проводили разговоры ни о чем. Я не знала где я, кто я, кто все эти люди. Со временем я потихоньку начала приходить в себя и вступать в разговоры. Сейчас я понимаю, что это было необходимо, но тогда... Это была самая настоящая пытка. – Сочувствую... Можно задать тебе пару вопросов? – я кивнула. – Почему тебя туда засадили и почему ты сбежала от туда? – Что касается побега... Вот ты бы остался там навсегда? Нет? Вот я тоже не хотела, поэтому и пришлось действовать самой... А на счет заселения... Я не горю желанием говорить на эту тему... По крайней мере, сейчас... – Прости... Мы еще несколько минут сидели в полной тишине. Никто из нас не хотел ее нарушать. Вдруг на первом этаже хлопнула дверь. – Похоже, вернулась Вероника. Тебе принести чего-нибудь? – Витя встал с кровати и улыбнулся. – Нет, мне ничего не надо. – Не скучай, мы скоро к тебе зайдем. – Буду ждать. – Я наигранно улыбнулась, но парень этого не заметил и покинул мою комнату, закрыв за собой дверь.