Only you can set my heart on fire

@Real_Liam_Payne читает вас! @Real_Liam_Payne Крутооооой день в «Марвел» вчера. Спасибо, @ZaynMalik, сумасшедший чувак, хаа;) Зейн в шоке уставился в свой телефон. Он сидит на кухонном столе, в боксерах и толстовке с изображением молота Тора, и сжимает чашку с кофе так сильно, что почти уверен — она может треснуть. Он открывает Твиттер так быстро, как только может, и чуть не роняет телефон на пол — и он, возможно, выглядит действительно нелепо, но зачем, черт возьми, Лиам нашел его твиттер? А потом он вспоминает кое-что важное. У него есть номер Лиама. Он может написать ему, поблагодарить, пофлиртовать с ним, но Зейн не может пошевелиться. Руки парня дрожат, он пьет кофе, старается занять чем-то свой мозг, а тем временем количество его фолловеров нереально быстро растет, его телефон разрывается от количества оповещений — люди хотят узнать больше о фильме. Зейн допивает кофе, выходит на балкон, чтобы быстро выкурить сигарету, а затем направляется в душ. Он правда, правда, старается не думать о Лиаме. О его широких плечах и больших руках. Они очень теплые, а еще они грубые, но мягкие одновременно — идеальное сочетание — Зейн понимает это, когда быстро пожимает руку парня в субботу. Он пытается не думать о руке Лиама на нем, на его талии, шее, то, как Лиам будет обводить ими ребра Зейна или касаться его члена... Он пытается не думать о его губах, таких больших и таких розовых, о том, как Лиам произносит его имя, и как будет хорошо чувствовать их на своих. Он пытается, но это действительно трудно — не думать обо всех этих вещах, но он заканчивает прежде, чем это стало невыносимо. Вода в душе кажется парню слишком горячей, а из-за пара вокруг он почти задыхается, потому что это слишком. Потому что Лиам — это то, о чем можно мечтать на расстоянии, однако сейчас Зейн уже знаком с ним, чёрт. Он посылает все к чёрту и откидывает свои волосы с лица, обхватывая свой член рукой, представляя губы Лиама и его мягкие руки. А потом его фантазия меняется — Лиам голый, в душе вместе с ним, стоит на коленях и его рот прямо напротив члена Зейна, который чувствует, как его ноги подкашиваются, а наслаждение расходится по венам. Ему должно быть стыдно, потому что, ну, он собирается увидеться с Лиамом снова и он, скорее всего, будет думать о том, как думал о нем в душе. Но Зейн не может найти силы для стыда, ни тогда, когда Лиам такой потрясающе горячий все время. Не тогда, когда Лиам возбуждает его настолько, что это больно, в хорошем смысле. Он делает еще несколько быстрых движений рукой и кончает, со стоном, касаясь головки. Зейн кусает запястье и опирается на стену, чтобы не упасть. Постояв несколько минут под струей воды, он приводит себя в чувство — сердце перестает совершать миллион ударов в минуту, дыхание замедляется. Парень быстро вытирается и идет в комнату, чтобы одеться. Он не беспокоится насчет волос, завязывает их в небольшой хвостик на макушке, ибо все равно планирует провести целый день дома. Зейн идет в свой кабинет, забегая на кухню ради еще одной кружки кофе, и снова проверяет почту — даже если у него и выходной, работу никто не отменял. Он пытается не думать о Лиаме и его твитте, и о том, что он действительно хотел написать ему (он блять сделал это!). И ему, вероятно, следует твиттнуть ему о том, что было бы неплохо, серьезно, встретиться с ним и провести вместе немного времени... А затем телефон Зейна оповещает его о новом сообщении и парень подпрыгивает, он чуть не падает со стула, и его сердце готово буквально выпрыгнуть из груди. Томмо: Знаешь, ты не ответил на его сообщение… Томмо: Так ты не полагаешь, что ведешь, будто ты — школьница, а он твоя первая влюбленность, или...? Он не может лгать Луи, потому что тот все равно узнает об этом. Даже если он ответит чем-то вроде «я в порядке, бро, все отлично, знаешь, я пытаюсь заставить его немного подождать и поработать над этим», Луи просто рассмеется и бросит в него что-нибудь. И хорошо, что они просто переписываются, однако он все равно не видит необходимости не говорить Луи правду. Зейн: Потому что я волнуюсь и не знаю, что должен сказать!!! Томмо: Чувак, я видел, как ты флиртуешь с людьми, ты профи. А еще у тебя это постоянное милое глупое личико. Ты можешь сделать это, чёрт возьми! Зейн: ТОЛЬКО НЕ КОГДА ЭТО ЧЕРТОВ ЛИАМ ПЕЙН! Томмо: НАПИШИ ЕМУ ИЛИ Я СКАЖУ ЕМУ О ТОМ, КАК СИЛЬНО ТЫ ПЛАКАЛ НАД ТЕМ ФИЛЬМОМ, ГДЕ ОН УМЕР И КАК ТЫ ПОТРАТИЛ ЦЕЛУЮ НЕДЕЛЮ, РАЗГЛЯДЫВАЯ ЕГО ФОТОГРАФИИ, ЧТОБЫ УБЕДИТЬСЯ, ЧТО ОН ЖИВ! Зейн: Я так сильно ненавижу тебя прямо сейчас! Он кладет свой телефон на стол экраном вниз, чтобы сосредоточиться на экране ноутбука, и сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Боже, он ненавидит Томлинсона. И помнит тот фильм. Гораздо лучше, чем должен, на самом деле. А еще он помнит, как Луи смеялся с него и говорил, что это самая лучшая история для шантажа. Что, на самом деле, правда, потому что он только что использовал это против Зейна. И он решает ответить Лиаму. Так что, парень открывает Твиттер и придумывает что-нибудь интересное. Что-то, что не было бы «слишком», однако он хочет написать что-то типа «добро пожаловать! Я хочу узнать, каковы твои родинки на вкус». @ZaynMalik в любое время, Лиам. Рад познакомиться;) О мой Бог. Было ли это слишком кокетливо? Подмигивающий смайлик — это чересчур, да? И слишком поздно удалить твит или написать новый? Нет. Зейн хочет быть кокетливым. Кокетливый — это здорово. Лиам назвал его красивым, значит, ему можно заигрывать с ним, правильно? О Боже, он ненавидит быть неравнодушным к кому-то популярному, почему все кажется таким сложным? Почему он просто не может быть влюблен в кого-то нормального? Не в международную кинозвезду? Томмо: Я весь внимание ХАХАХАХАХАХА. Бьюсь об заклад, ты хочешь доставить ему некоторое удовольствие, правильно? Зейн: ВТФ, ЧУВАК? Ты вынуждал меня ответить ему, или что? Томмо: Может быть;) Он снова хватает телефон, чашку кофе и идет в гостиную, включает телевизор и садится на диван, но в конце концов Зейн смотрит сквозь экран, кофе остывает, оставаясь нетронутым, а его мысли все еще крутятся вокруг Лиама. Будто он не может делать ничего другого этим утром. С того момента, как он увидел твит Лиама, все мысли только о нем. Это начинает раздражать, то, как он просто не может перестать думать о другом человеке, и это худшее с момента их настоящей встречи и касания, и, Его телефон звонит. Фотографии на экране нет, только имя и его хватает, чтобы ускорить сердцебиение Зейна в миллионы раз. Лиам Пейн звонит. Лиам чёртов Пейн действительно звонит ему! — Привет? — Он надеется, что его голос не срывается и звучит спокойно. Ты можешь сделать это, Малик. — Зейн! Как дела? Ох, эм, это Лиам? Лиам Пейн? — Как я могу забыть тебя, Лиам? К тому же, я сохранил твой номер вчера, помнишь? — Ах, да, конечно, — даже по телефону Зейн понимает, что парень покраснел. — Я звоню, чтобы спросить, возможно, ты хотел бы выпить кофе? Сегодня? Со мной? Что? Зейн всё ещё спит. Это все сон, твит, телефонный звонок, свидание? Потому что это свидание, правильно? Может быть? Как бы то ни было, он может мечтать. Но он все ещё молчит, он не ответил Лиаму, потому что его мозг отказался работать, а ладони вспотели и — — … просто, вчера у нас не было времени, чтобы поговорить о персонаже, и — Я полагаю, ты очень милый. В смысле, вчера было круто, но если ты хочешь отказаться, — — Лиам, я хотел бы. В самом деле. Прости, я просто, ох. Ты застигнул меня врасплох, но я бы очень хотел встретиться с тобой за чашкой кофе. — Прекрасно! — а теперь он может уловить улыбку Лиама. И волны тепла, радости и немного чего-то вроде любви распространяются по венам Зейна, потому что он знает, что является причиной этой улыбки. Даже если не видит ее, все же. — Не хочешь ли ты прийти ко мне? Это немного сложно, выходить из дома и иметь частную жизнь в последнее время. Я скажу Падди, чтобы — — Падди? И снова ревность. Успокойся, Зейн, вы даже не встречаетесь — да, снова крошечный голосок в его голове. — Мой охранник. Я скину тебе адрес. Или прислать за тобой машину? — машину. Точно. Он кинозвезда. Это легко забыть, когда он просто, эм, Лиам? — Нет, нет. Все хорошо, у меня есть машина. Скоро увидимся? — Не могу дождаться! И он бросает трубку, будто это, то, что он сказал, что ему не терпится увидеть Зейна, и он держит Лиама в своем сердце, и это чувство становится сильнее. Словно уже поздно остановить падение, словно то, что ожидает его в конце — это объятия Лиама, готовые поймать его. (или бросить его, но Зейн предпочитает не думать об этом)