Всё или Она

Обычно дни пролетают так незаметно, что кажется, будто прошло не пять лет, а пять дней. Ты не успеваешь опомниться, как уже превращаешься из маленького шумного и проблемного ребенка во взрослого, который должен нести ответственность за свои поступки. Я всегда замечала эту странную особенность времени, но искренне не понимала, почему сейчас этот необъяснимый закон не действовал – до первого марта оставалось около недели, и каждая секунда казалась пугающе бесконечной. Я не могла дождаться этой даты, целыми днями представляя, как мы будем с Аней ходить вдоль картин, ища в них какой-то скрытый смысл, как потом пойдем гулять вдоль реки по Набережной, вдыхая теплый весенний запах сырого асфальта и земли, как поедем на ее машине по вечернему городу, включив какую-нибудь невероятно грустную песню, и будем молчать всю дорогу, наслаждаясь моментом. Конечно, я все идеализировала и утрировала в своих мечтах, зная, что в жизни такого точно не случится, но, в конце концов, никто же не запрещал мечтать? Особенно когда время ползет медленнее самой ленивой черепахи. Только не надо думать, что я только и делала, что целыми днями плевала в потолок, предаваясь мечтам. Нет. Я, между прочим, взялась за ум. Стала старательно делать домашнюю работу, учила теоретический материал и выступала на семинарах. Даже на физкультуре меня один раз похвалила преподавательница. Я была нереально горда собой. Когда, наконец, день «икс» наступил, я даже не сразу поверила в свое счастье. Это была суббота, так что занятий у меня не было. Проснувшись чуть позже обычного, чтобы не ходить целый день сонной и с мешками под глазами, я приняла душ, приготовила себе вкусный завтрак, навела марафет и стала выбирать наряд. Мне хотелось быть красивой рядом с Аней, потому что она всегда выглядела очень элегантно, женственно и стильно. С другой стороны, я не хотела показывать, что этот обычный поход в картинную галерею – что-то очень важное для меня. В итоге я остановила свой выбор на черной юбке с завышенной талией и морковного цвета блузке с длинными рукавами. Будучи уже при параде, я взглянула на себя в зеркало – интересно, достаточно ли я привлекательна, чтобы влюбить в себя Аню? Насколько это реально? Из зеркала на меня смотрела самая обычная девушка. В ней не было ничего особенного, она никак, даже отдаленно не напоминала какие-то идеалы: вместо больших ярко-голубых глаз у этой девушки были обычные светло-карие, вместо полных и красных губ – тонкие, вместо длинных, слегка завитых светлых волос – темно-русые, прямые, чуть ниже плеча. Единственное, что в ней выглядело слегка необычно – это покрашенные в голубой цвет кончики волос. Я не знаю, могла ли я привлечь своей внешностью хоть кого-то. Но мне почему-то больше хотелось, чтобы влюблялись не в мою внешность, а в меня саму – в мой характер, в мои привычки, в мои достоинства и недостатки. Это было бы по-настоящему здорово. Внизу меня уже ждала Аня. Я спустилась к ней и села в автомобиль. - Привет, как настроение? – задорно спросила она. - Привет. Отличное, - я исподтишка посмотрела на нее – она, как и всегда, светилась радостной улыбкой, - рядом с тобой невозможно грустить. Не сказала ли я чего-то лишнего? - Ого, ты делаешь комплименты. Кажется, настроение у тебя и правда хорошее, - она посмотрела на меня, когда мы остановились на светофоре, - ты сегодня просто замечательно выглядишь. - Спасибо, ты тоже, - пробурчала я и, покраснев, отвернулась и стала смотреть в окно за проплывающими мимо машинами, деревьями и домами. Я не привыкла, чтобы мне делали комплименты. *** Выставка действительно была стоящей. Особенно мне понравились сюрреалистические картины – это мое любимое направление. Этакая наркомания, сон наяву. А вот Ане, как оказалось, по душе больше всего абстракционизм. Хотя на выставке не было картин, полностью написанных в этом стиле, но элементы абстракционизма все же присутствовали, и девушка была просто в восторге от них. А я, в свою очередь, была счастлива потому, что была счастлива она. Мы провели в картинной галерее не меньше двух часов, тщательно рассматривая каждую картину, вдумываясь в ее название и обсуждая ее друг с другом. Мы даже сделали несколько неплохих фотографий! За все это время мне не пришло в голову хоть раз сфотографироваться с Аней. Хотя я по сути терпеть не могла это делать, потому что, на мой взгляд, была очень не фотогеничной. Аня же, напротив, рассматривая наши фото, утверждала, что я прелестно на них получилась. - Тебе виднее. Самое главное – мы на них вместе. Она лишь улыбнулась мне, а затем спросила, куда бы я еще хотела сходить. Я непонимающе на нее посмотрела: мы же планировали только выставку. Она, видимо, поняла, что я не догоняю, о чем она говорит, пояснила: - Просто домой не очень хочется… Если у тебя нет никаких предложений, то я знаю отличное место. Тебе должно понравиться! Я согласилась. В самом деле, зачем было ехать в пустую квартиру, которая встречает тебя одиночеством? Гораздо приятнее провести вечер с очаровательным светлым ангелом. Она привезла меня в небольшую кофейню. Я раньше тут никогда не была и даже не слышала об этом месте, а вот Аня, кажется, посещала это место довольно часто, потому что барриста ее сразу узнал и, тепло улыбнувшись, поприветствовал. Аня отправила меня мыть руки, а сама стала делать заказ. Когда я вышла из уборной, она уже уселась за стол, на небольшой диванчик в самом отдаленном углу и ждала заказ. Я подошла к ней и собиралась сесть на стул напротив Ани, но она похлопала по сидению рядом с собой, приглашая сесть на диванчик. - Отсюда телевизор лучше видно. – Она показала рукой на висящую напротив нас плазму. На экране шла какая-то российская комедия. Я уселась рядом с ней и осмотрелась. Место было невероятно атмосферное и уютное: помещение едва ли было больше моей гостиной. У входа в кофейню стаяла касса с витринами, на которых были выставлены всевозможные торты, пирожные и эклеры. Другая половина помещения была отведена для посетителей – здесь стояло восемь столиков. На каждом стуле, на подоконнике и даже на диванах были яркие подушки, на которых можно было сидеть. На столах стояли стеклянные подсвечники – необычные, насыщенного голубого или красного цвета. Стены были темные, а на них мелом было нарисовано множество маленьких рисунков и надписей, которые были так или иначе связаны с кофе и весной. Наверное, эти рисунки менялись каждый сезон. К тому же, несколько столиков можно было оградить ото всех специальной ширмочкой – она была полупрозрачная и не создавала полной изоляции, но, тем не менее, когда ты ею отгораживался, создавалось впечатление, будто становишься невидимкой. Отличная задумка. Помимо нас в кофейне было еще двое – парень с девушкой. Но они совсем скоро ушли, и мы остались вдвоем. - Тут всегда так мало людей? - Обычно да. Поэтому мне тут так нравится – всегда тихо и спокойно. Иногда я беру с собой книгу или ноутбук и сижу тут часами, занимаясь своими делами. Я даже успела подружиться с работниками. - Я заметила, - я еще раз осмотрелась, - Мне тут очень нравится. - Я рада. Я еще никого с собой сюда не приводила. Ты первая. Она не сказала ничего особенного, но сердце мое затрепетало так, будто птицу, всю жизнь прожившую на воле, вдруг заперли в очень маленькую и тесную клетку, и она пытается выбраться из нее изо всех сил. У меня даже затряслись руки. Я первая, кого она привела в свое любимое место. Первая. Значит ли это, что я – кто-то особенный для нее? Значит ли это, что я могу стать самым важным человеком в ее жизни, если она уже за столь короткое время нашего знакомства уже доверяет мне больше, чем своих давним друзьям? Или она просто не воспринимает наше общение всерьез, поэтому ведет себя так?.. У меня было столько вопросов, но я не могла получить ни одного ответа.