Я защищаю, ты служишь

Фил подогнал седан департамента к обочине. Бартон уже ждал его, невдалеке от здания, в котором жил. Вчера, после того как Бартон догадался, что оставило следы от связывания, они заработались до поздней ночи. Это утро они планировали начать с разговора с последней жертвой. Как старший детектив, Фил мог взять одну из полицейских машин прошлой ночью и ему было совсем недалеко до дома Бартона. Бартона кажется нервировала мысль о том, чтобы дать Филу свой адрес, но заехать за ним было логичнее, чем проделывать всю дорогу до участка, в то время как им нужно было в противоположную сторону. Фил думал, что понимает сомнения Бартона, что было слишком просто сделать линию между профессиональным и личным нечеткой. Глядя на Бартона, подбегающего к машине, в очередной паре обтягивающих джинсов, на сей раз одетых вместе с легкой голубой рубашкой на пуговицах, открывающей шею, и серой спортивной куртке, Фил подумал, что достаточно будет одного маленького шага, чтобы пересечь эту линию. Идея Бартона о колючей проволоке подтверждала, что он представляет собой куда больше чем просто красивое лицо и крепкая фигура. Но Фил просто не мог его прочесть. Бартон казался одновременно и выводящей из себя кокеткой и колючим в общении, но под всем этим скрывалось что-то ещё. - Эй, - сказал Бартон, проскользнув в машину и широко улыбнулся Филу. - Спасибо, что подобрал меня. - Нет проблем, - Фил указал на центральную панель. - Я взял кофе и пончики по дороге. Не могу обещать изысканный вкус кофе из участка, но это штука довольно приличная. - Ты принес и на меня? - Бартон казался удивленным, когда он взглянул назад, пока Фил встроился обратно в поток машин. - Конечно, - ответил Фил. - Угощайся. Я не был уверен, какие пончики тебе нравятся, поэтому там есть разные, но я запомнил, что ты любишь черный кофе. Бартон выдал смешок и зарылся в коробку. - Пончики. Это клише, Коулсон, - он выбрал пончик с присыпкой и быстро откусил, запивая его глотком кофе. - Ты знаешь, жир и сахар, это типа худшие вещи в мире для тебя, да? - он постучал по своему плоскому животу. - Не могу съесть слишком много, иначе моя одежда на меня не налезет. - Уверен, ты можешь не опасаться испортить фигуру парой пончиков. Ты знаешь, что ты можешь называть меня Фил, правда? - он сделал глоток своего кофе и вытащил из коробки пончик с корицей, для себя. - Кроме того, я люблю начинать день с чего-нибудь сладкого. Бартон передал ему салфетку и его пальцы скользнули вдоль руки Фила. - Но тогда ты счастливчик, что начинаешь свой день с меня, Фил, - Бартон выделил его имя, впиваясь зубами в нижнюю губу, чтобы добавить жесткости "Ф". Боже, его имя хорошо звучало в устах Бартона. Фил бросил на него короткий взгляд, останавливаясь на светофоре, и с удивление обнаружил, что Бартон наклонился к нему. - И у тебя здесь немного сахара, - Вместо того, что бы показать на себе, Бартон провел большим пальцем по нижней губе Фила, стирая крошки сахара. Он умышленно взглянул на Фила снизу вверх, из-под ресниц, когда слизывал сахар со своего пальца. - Ты прав, что-то сладкое очень в тему. Да, подумал Фил, отрывая свои глаза от розового языка Бартона облизывающего палец. День обещал быть долгим. Из-за дорожного движения, путь до больницы занял у них почти час, и они провели это время разговаривая о деле, которое они расследовали. Последней жертвой был молодой Саб-мужчина, немного за двадцать, который был обнаружен обнаженным и окровавленным в холле церкви в Мидтауне. Арнольд Треворс был дезориентирован, обезвожен и травмирован, когда он прибыл в госпиталь четыре дня назад. В дополнение к следам от связывания, на его груди были вырезаны символы, и у него были разрывы от проникновения, возможно, стволом пистолета. У парня не было семьи и он переехал в большой город пару месяцев назад. Фил опрашивал его дважды, но Арнольд закрылся оба раза, только рассказал нечеткую историю, как он почувствовал запах цветов, и как зашел в церковь не помня, как он там оказался. - Он молод и напуган, - сказал Фил, когда они шли по коридору к палате Арнольда. - И я не знаю, правда ли он не помнит, или хочет забыть. Клинт пожал плечами. - Может, немного того, немного другого. Если он молод, скорее всего у него мало опыта. Молодой, наивный Саб в большом городе, который поверил не тому дому и влип. Такое происходит не первый раз, - он провел рукой по волосам и одернул куртку. - Я в этом городе почти двадцать лет, и я до сих пор вижу вещи, которые представить не мог в Айове. Мне было около девятнадцати, когда я приехал в город, и для меня он все ещё тайна, - его взгляд стал далеким на мгновение, словно он вспоминал свою собственные злоключения, как молодого Саба в городе. Фил мог представить себе это. Молодой Клинт Бартон, с его большими глазами и заигрывающими улыбками, свободно гуляющий по Нью-Йорку. Скорее всего с той же манерой поведения, что и сейчас, но без умения защитить себя, если кто-нибудь становился слишком агрессивным. По его спине пробежал холодок. Было слишком легко представить молодого Бартона как фигуранта одного из дел на его столе. Сегодняшний Клинт Бартон не был чьей-нибудь жертвой... но, тем не менее, Фил почувствовал внутренний протест. - Ты не против, если я попробую вести? - Бартон смотрел на него вопросительно, и Фил понял, что позволил себе немного отвлечься. Как непрофессионально. - Я знаю, я немного опоздал на вечеринку, но он может открыться другому Сабу. - Нет, - сказал Фил, - конечно нет. Я просто постою в сторонке, и ты сможешь все сделать. Разве что ты думаешь, что тебе лучше сделать это одному. Бартон выглядел шокированным его предложением, как будто Фил был ненормальным, чтобы доверять ему такую важную вещь как опрос свидетеля, без присутствия доминанта. Господи, с какими козлами Бартон работал раньше? Бартон наконец ответил. "Но, я думаю тебе стоит представить нас друг другу, а потом выглядеть настолько скучающим, насколько это возможно. Сабы привыкли подстраиваться под домов. Если он подумает, что ему не нужно беспокоиться о твоем внимании, но ты все ещё будешь достаточно близко, чтобы служить защитой, это должно сработать". Фил сделал именно так. Было удивительно наблюдать за Бартоном с Арнольдом. После официального знакомства Фил занял стул в углу комнаты и достал свой планшет, для того, чтобы выглядеть наименее заинтересованным. В течении следующих полутора часов, под мягким опросом Бартона парень перестал воевать со своей осторожностью и начал доверять. Бартон казалось знал, когда надавить, когда отступить и когда вставить шутку, чтобы разрядить атмосферу. Со своей позиции, Фил мог слышать большую часть разговора, хотя пару раз они переходили на шепот и он слышал только обрывки. Бартон повысил голос только однажды, когда Арнольд назвал себя глупым и минутой позже, Фил увидел, как он взял руку Арнольда в свою. Парень начал беззвучно плакать, и слезы катились по его лицу. Бартон наклонился к нему и зашептал что-то, и к удивлению Фила, Арнольд выпрямился в постели, одарил Фила оценивающим взглядом и выдал полу-смешок. Бартон тоже повернулся, чтобы взглянуть на него, скользнул медленным взглядом по телу Фила, от вытянутых ног до лица, и его рот изогнулся в дразнящей ухмылке. Это ощущалось как ласка, и Фил понял, что выпрямился в кресле. Бартон обернулся к Арнольду и прошептал что-то ещё, на что парень кивнул и снова засмеялся. Он видел, как Бартон вырвал кусочек бумаги из блокнота, в который он делал записи, и передал его парню, перед тем как встать. - Тут есть мои номера, рабочий и личный. У меня пока нет карточек, но сохрани это и ты можешь звонить мне в любое время, днем и ночью. - Я так и сделаю, детектив Бартон, если я что-нибудь вспомню. - Хей, - сказал Бартон. - Не только если ты вспомнишь что-нибудь ещё, ок? Если тебе нужно будет поговорить, или тебя нужна будет помощь с обустройством, когда тебя выпишут. Просто позвони мне. Он указал на Фила, который поднялся на ноги и направился к двери. - Детектив Коулсон и я считаем это дело приоритетным. Фил тоже попрощался, и они направились в коридор. Бартон упал в одно из кресел в коридоре и позволил себе долгий вздох. - Можно? Мне нужна минутка. - Конечно, - Фил сел рядом в свободное кресло. - Ты в порядке? - Тот парень, - начал Бартон и сделал паузу, чтобы сделать долгий выдох. - Этот парень прошел через ад, Фил. И он винит себя, потому что встретил этого парня через какое-то приложение для знакомств. - Он положил руки на колени. - Он не хотел рассказывать тебе, потому что думал, что ты обвинишь его за то, что он был глупым сабом. Фил был шокирован. - Боже, я бы никогда... Он здесь жертва. Я видел, что сделал этот преступник. Арнольд третья жертва о которой мы знаем. Если он знакомится с жертвами в сети и заставляет чувствовать себя так, как будто они должны винить себя, то есть жертвы о которых мы не знаем. Бартон кивнул. - Я все записал, сайт, его ник, пароль. Мы можем попросить твою леди, специалиста по технике, поработать над этим, когда вернемся в участок. - Скай с этим разберется. Я позвоню ей заранее, и она подготовится, пока едем. Он посмотрел на Бартона долгим взглядом. - Если хочешь, я думаю, было бы хорошей идеей поговорить с двумя другими жертвами сегодня. - Да, да, я и сам так подумал, - Бартон немного подобрался, скрестил руки на груди, его глаза сконцентрировались на Филе. - Я полицейский более пятнадцати лет, Фил. Я начал с дорожного патруля и работал во всех отделах, кроме преступлений на сексуальной почве. Я хорош в этом, ты знаешь. Может не во всем этом политическом дерьме, но я хороший полицейский. Но это дерьмо, эти секс-преступления. Я не знаю, смогу ли я слышать такое день за днем, - он сделал жест в комнату Арнольда. - Я видел документы, фотографии, отчет суд-мед экспертов. Но увидеть этого парня там, винящего себя за то, что какой-то больной ублюдок с ним сделал... - он вздрогнул. Тогда Фил осознал еще один ключевой момент в личности Бартона кроме флирта и особенностей поведения. Сердце. У Бартона было сердце. Прежде чем он успел подумать, Фил скользнул рукой по спине Бартона, притягивая его в полу-объятие. - Эй, все в порядке, - он ласково потрепал мужчину по спине, почувствовал как Бартон напрягся, а затем расслабился и прильнул к Филу. - Я не буду врать тебе. Некоторые дни отстой. В некоторые дни, я думаю, моя мать права и мне стоит перевестись в другой отдел. Но бывают и хорошие дни, когда ты можешь сказать ребятам вроде Арнольда, что ты поймал того, кто это сделал. Дни, когда ты что-то меняешь. Фил чуть сжал плечо Бартона напоследок, прежде чем отодвинуться. Ему пришлось сознательно отодвинуться на некоторое расстояние между ними, прежде чем ему стало слишком комфортно от того, как естественно ощущался Бартон в его руках. - Ты изменил что-то сегодня с Арнольдом. Ты был действительно эффектным там, в комнате. Черт, ты сумел заставить его засмеяться, - Фил поморщился. - Хотя я не уверен, что мне нравится быть мишенью твоих шуток. Бартон ухмыльнулся ему, потом растянул губы в медленной, сексуальной улыбке, заставившей сердце Коулсона забиться немного быстрее. - О, это не была шутка. Он просто оценивал тебя. Я сказал ему, что есть куда лучшие способы познакомиться с сексуальным домом, чем использовать приложения, - Он протянул руку и сжал колено Фила. - В конце концов, я встретил тебя на работе. Клинт сидел в машине, пока Коулсон звонил в участок сообщить о новых деталях о подозреваемом. Стоило проверить совпадения с другими секс-агрессорами в системе. Арнольд Треворс был слишком дезориентирован, чтобы вспомнить много деталей, но у преступника были темные волосы и крепкое телосложение, и это хоть и немного, но сужало список. Клинт постарался настроиться. Свидетельство Арнольда не задело его за живое, пока он не покинул комнату, и быстрое объятие Коулсона после этого встряхнуло его ещё сильнее. Слишком много и в то же время даже близко недостаточно, и он прервал это, так быстро как смог. - Готов идти? - спросил Коулсон, как только оказался на водительском сидении. Он произнес это с тенью заботы в голосе, и Клинт почувствовал, что если бы он попросил, Коулсон взял бы ведущую роль со следующей жертвой, или позволил бы Клинту минутку попсиховать, прежде чем пойти дальше. Он чувствовал, что Коулсон подстроится под него. Поэтому, конечно, Клинт повернулся к нему и спросил: - Хочешь минет? Коулсон выпрямился и завел машину. - Называй меня старомодным, - сказал он, - но расследования изнасилований меня не возбуждают. Он втиснулся в поток машин, и Клинт увидел как напряглись его челюсти. Он не был уверен, чего он на самом деле искал, хотел снова испытать как ощущаются крепкие руки Коулсона. Может то, что он хотел ласкового прикосновения, заставило его требовать большего, толкать Коулсона поставить его на место как любой другой доминантский засранец, с которыми Клинт работал раньше. - Давай, Коулсон. Это снизит напряжение. - Точно, - пробормотал Коулсон, прежде чем глубоко вздохнуть. Он наклонился и на секунду Клинт подумал, что может он достучался до него, в конце концов и Коулсон сейчас сожмет его колено, а дальше, кто знает? Но нет, он только включил радио и продолжил ехать, в то время как новости о движении заполнили тишину. Пока они ехали, Клинт пытался забыть о минетах и отказе и перечитывал дело следующей жертвы, девушки по имени Эйми Марцелло. Все, чего Коулсон добился от нее во время первого опроса, было утверждение, что она не помнила ничего о нападении на нее и не хотела, чтобы ее семья узнала. Клинт вздохнул и закрыл папку с документами. Он мог начать с расплывчатого описания, которое им дал Арнольд, может это подстегнет ее память. - Та же схема, что и в прошлый раз? - спросил Коулсон, когда они зашли в лобби ее дома, судя по виду, предназначенного для зажиточных людей. Клинт кивнул. Он чувствовал себя настоящей сволочью за комментарий, который он сделал в машине, и чувствовал, что Коулсон пытается сдерживать свое привычное обаяние. Если бы он только смог перестать постоянно болтать. Коулсон казался хорошим парнем, и конечно, Клинт был бы более чем счастлив опустится для него на колени, но быть выводящим из себя, неуместным любителем флирта, точно не было правильным подходом к этому дому. Нет, Коулсон наверное относился к тому типа, что пишут долгие контракты, прежде чем начать держаться за руки. Наверняка не заинтересованный в быстром сексе в аллее, который был больше в стиле Клинта. - Дай мне знать, если тебе понадобится какая-либо помощь, - сказал Коулсон, не встречаясь с Клинтом глазами, пока они поднимались на лифте, после разговора с привратником. - Конечно. И... - Клинт подождал пока Коулсон посмотрел на него. - Мне жаль. Я, - он пространно взмахнул рукой, надеясь показать, как этот случай повлиял на него и заставил вести себя более развратным образом чем обычно. Холодный взгляд Коулсона смягчился, и он протянул руку, уронив ее прежде чем произошел контакт. Клинт не был уверен, испытал ли он облегчение или разочарование. - Я понимаю, это может быть тяжело. Мы все справляемся по своему. Клинт знал, что ему дали преимущество в сомнительной ситуации и был благодарен, но прежде, чем он успел ответить, лифт открылся. * Эйми Марцелло осторожно осмотрела их обоих, когда открыла дверь, но немедленно расслабилась, когда Клинт зашел первым. Коулсон последовал за ним и, как и в больнице, после того как они были представлены друг другу, он держался в стороне и позволил Клинту вести. Квартира была большой и хорошо обставленной, без сомнения частично или полностью оплачивалась семьей Эйми. В другой жизни Клинт бы почувствовал себя уязвленным при виде таких привилегий. Она была точно тем сабом, которым Клинт никогда не смог бы стать, тот тип, которому каждый дом мечтал бы надеть ошейник. У нее были нежные черты лица, легкое телосложение и манеры, говорящие об окончании частной школы, или уроках этикета. Тем не менее, пережитое так встряхнуло Эйми, что Клинт мог испытывать к ней только жалость. Это знал каждый полицейский: каждый может стать жертвой, не важно при каких обстоятельствах. Клинт вел разговор сидя на диванчике рядом с Эйми, в то время как Коулсон работал на таблете, в кресле возле окна. Эйми постоянно бросала на него взгляды, пока Клинт не прошептал: - Я могу попросить его уйти, если хочешь? Она удивленно посмотрела на Клинта. - Правда? Клинт пожал плечами. - Если так тебе будет комфортнее. Со своей стороны, Коулсон не поднял глаз со своего таблета, хотя он мог слышать, что они говорят о нем. Клинт почувствовал прилив одобрения к этому человеку и понял, что улыбается, когда Эйми тоже улыбнулась. - Нет, все в порядке, пока вы здесь. С мягкой поддержкой Клинта, Эйми открылась, хотя ее история не совпадала историей Арнольда. Они оба использовали одно и то же приложение, чтобы завязать отношения, но Эйми встречалась только с женщинами-домами, и ее последнее свидание было за пару дней до нападения. Её память о происшествии была столь же туманной, как и у Арнольда, хотя она не могла с уверенностью сказать, мужчина ли это сделал. Её последним воспоминанием, перед тем как она обнаружила себя плутающей по улице и заходящей в полицейский участок, был уход с работы и спуск в метро. Она не помнила, чтобы кто-то с ней говорил, или странных посетителей в галерее, где она работала, ничего необычного, кроме туманного запаха цветов. Она дала Клинту данные последних людей, с которыми она встречалась через приложение, но настояла, что все они были очень приятными. Ни с кем из них она не дошла пока до физических отношений, кроме вставания на колени и вещей вроде поглаживания по волосам и похвалы от одной женщины доминанта, которой она писала в день нападения. История была та же, что и с Арнольдом, серия очень приятных свиданий с очень приятными людьми, а потом жестокое нападение непонятно откуда. Это не игры в изнасилование, которые пошли не так. Насколько Клинт мог видеть, и Эйми и Арнольд были больше заинтересованы в служении и у них не было мазохистских наклонностей. Может логи их разговоров с приложения прояснят больше. Клинт встречал достаточно людей, чтобы знать, что даже будучи прижаты к стенке, они никогда не признают, чего они хотят в отношениях, сексуальных или других. - Извините, что я не могла помочь больше, - тихо сказала она, когда Клинт снова попытался выяснить, есть ли ещё что-то, что она может им сказать. - И мне жаль, что я доставила вам обоим так много проблем. - Эй, нет, это не вовсе не проблемы, Эйми, - Клинт мягко сжал ее руку. - Это наша работа. То, что ты сказала нам, может помочь раскрыть дело. Все это, - он постучал по блокноту, где все было записано, - невероятно важно. Ты проделала отличную работу. Она не выглядела убежденной, и Клинт оглянулся на Коулсона снова, надеясь, что он сможет прийти на помощь и добавить чуточку значимости утверждению Клинта. Как по сигналу, он поднял глаза и и тепло улыбнулся им обоим. - Детектив Бартон прав, Эйми. Ты действительно отлично поработала сегодня. Я знаю, это было сложно, но мы оба ценим все, что ты нам рассказала. Хорошая работа. Эйми нервно улыбнулась и выглядела довольной похвалой. Клинт был слишком занят, записывая свой телефон на страницу блокнота, чтобы задуматься, насколько ему понравилось слышать Коулсона хвалящего кого-то так. У него будет достаточно времени для этого дома. - Он кажется милым, - прошептала Эйми и хихикнула, когда Клинт удивленно ей улыбнулся. Немного авторитета могут надолго повлиять на саба, и Эйми не казалась исключением. Партнерство одного дома и одного саба в полиции было по-настоящему прорывом, подумал Клинт и ослепительно улыбнулся в направлении Коулсона. - Он не плох, правда? - шепнул Клинт и они рассмеялись снова. * - Давай вернемся в участок, - предложил Клинт, пока они ждали, чтобы влиться в движение. - Посмотрим удастся ли отследить людей за... - он нашел в блокноте название аппликации, обведенное около дюжины раз, - "СабБазз". Коулсон кивнул. - Хорошая идея. Я хочу увидеть, что эти домы сказали Арнольду и Эйми, увидеть, есть ли что-нибудь, что связывает их, или говорили ли они вообще с теми же людьми. Не повредило бы, если среди домов, ищущих отношений, мы бы наткнулись на кого-нибудь, подпадающего под то нечеткое описание, которое мы получили от Арнольда. - Да, - согласился Клинт. - Может, начать процесс по получению ордера, если они не захотят подыграть. Люди очень озабочены анонимностью, не могу представить, чтобы они обрадовались, что мы ковыряемся в их секретных переписках. - Хм, - Коулсон согласился, просигналил поворот, прежде чем притормозить у закусочной. - Я собираюсь забежать захватить что-нибудь поесть за рабочим столом. Что бы ты хотел? Клинт осторожно присмотрелся к забегаловке. - Не получить инфаркт до 40? Коулсон закатил глаза, и Клинт усмехнулся. - У них отличный пирог, Бартон. - Тогда пусть будет пирог, - крикнул Клинт Коулсону из машины. - Спроси, могут ли они положить холестерол отдельно. Он рассмеялся, обращаясь сам к себе, пока Коулсон уходил, что-то бормоча себе под нос. Это было хорошей возможностью снова заценить его задницу, и Клинт неосознанно облизнул губы. Это становилось проблемой. Клинт откинулся в кресле и вздохнул. Все эти глупые "не хочешь поставить меня на место?" были полезны только чтобы узнать, где находятся границы доминанта, но это не помогало с Коулсоном. Обычно на этом моменте Клинта бы уже как минимум прижали к стене и велели вести себя прилично. И он никогда не встречал другого дома который бы отказался от минета, не важно, какое дело они расследовали. Клинт представил, как Коулсон смотрел бы на него сверху вниз, и ждал, чтобы Клинт сказал "пожалуйста", прежде чем медленно провести членом по его губам. Коулсон бы дразнил им Клинта, позволяя слизывать капельки смазки с самого кончика, прежде чем медленно протолкнуть и заполнить его. Он наверняка большой, подумал Клинт, представляя себя задыхающимся на члене Фила, пока он бы упорно старался принять его, лежа на спине и открывая горло так, чтобы взять его целиком. А Коулсон бы все это время говорил ему только, какой Клинт замечательный, какой идеальный, какой чудесный... Клинт подскочил, когда рядом просигналила машина, и понял, что его член предательски стоит, и его напряженная длинна безошибочно угадывается через его узкие джинсы. Он поторопился схватить планшет и прикрыться, когда увидел Коулсона выбирающегося из дверей, с руками занятыми едой. Господи, подумал Клинт. Вот уж время и место. - Ты в порядке? - спросил Коулсон, когда открывал дверь и передавая упаковки Клинту, прежде чем взять себе. - Ты выглядишь немного покрасневшим. - Я в порядке, - соврал Клинт, открывая сумки и удивляясь количеству еды, которую притащил Коулсон. - Что за черт? Ты кормишь весь участок?