Невеста Дракона.

Люси лежала с закрытыми глазами уже пять минут и отчаянно, до звона в ушах, прислушивалась. Все произошедшее с ней четко врезалось в память, и теперь девушка всеми силами старалась понять, где её похитители, где она находится и зачем она понадобилась этой странной парочке. Нет, предположения, конечно, были. Все-таки, хоть Хартфилия и была блондинкой, но девушкой была неглупой и сообразительной. Но мысль о том, что за неё хотят получить выкуп, не радовала, хоть и была намного лучше, чем-то, что её могли обесчестить. Или продать в другое королевство как рабыню. Похолодев от ужаса, девушка вспомнила слова похитителя: «Ты мне понравилась!», и щеки слегка порозовели. Как бы то ни было, но это было первое в её жизни признание. Приоткрыв глаза и медленно повернув голову, Люси внимательно осмотрелась. Она находилась в пещере, вокруг нее никого не было. Голоса кота и юноши приглушённо доносились откуда-то справа, и Люси осторожно привстала на локте, поворачиваясь на звук. Там оказался круглый проход, зеленела трава и синело небо. Похитителей не было. Переведя дух, блондинка, морщась от боли в спине и слыша, как колотится в груди сердце, спустила ноги на пол. Спину тут же пронзила острая боль, и девушка схватилась за поясницу, сдерживая вскрик. С ненавистью посмотрев на тряпку, кинутую на жесткий выступ, покрытый досками, она перевела гневный взгляд на выход из пещеры. Как же в этот момент она ненавидела этого тупого Драгнила, кинувшего её, привыкшую спать на мягких перинах, на грязную, твердую, как камень, полку! Хорошо хоть, что корсаж и корсет догадался ослабить. О том, во что превратилось её шикарное платье, она старалась и не думать. «Деревенщина!», — мысленно зашипела девушка, с трудом распрямляясь. Прямо перед ней был поставлен свежесрубленный стол, поэтому в пещере вкусно пахло древесиной. Слева, в неосвещенном солнечным светом углу, виднелись очертания каких-то мешков и вещей, сваленных друг на друга. Рядом со столом внутрь стены были вставлены полки с разной посудой, бумажками, обгрызенными рыбьими костями и засохшим цветком. Стараясь не шуметь, Хартфилия двинулась туда, заметив торчащую ручку сковороды. Тихо выудив свое нехитрое оружие, девушка поудобнее его перехватила и немножко успокоилась. Она даже улыбнулась, когда сделала шаг вперед, к выходу. Под ногой что-то хрустнуло, и блондинка испуганно замерла. Голоса у выхода из пещеры затихли, и в проеме показалась растрепанная макушка Нацу. — О, ты уже очнулась, — радостно заключил он, сбегая в землянку. — Не подходи, — девушка выставила перед собой тяжёлую утварь, внимательно следя за его движениями. — Эй, Люси, ты чего? — озадачился парень, делая ей навстречу шаг. — Не приближайся ко мне, — чугун оттягивал руки, и Хартфилии приходилось держаться за ручку обеими руками. — Почему? — Драгнил остановился и склонил голову набок. Улыбка, сияющая на его лице, исчезла, заменяясь серьёзностью. — Потому что… — Люси медленно принялась обходить парня, который не двигался с места. — Потому что ты украл меня, мало ли какие мысли у тебя в голове! Ты меня чуть не убил! — Это когда? — удивился юноша, поворачиваясь за ней следом. — Да когда ты меня в воздух подкинул! — вскрикнула Люси, поражаясь его тупоголовостью, и развела в стороны руки. – Или, скажешь, что не было такого? — А, так все же под контролем было, — снова заулыбался Нацу, — и весело, к тому же. А ещё у тебя вид смешной был. Кстати, а что это за штука? — он в несколько шагов оказался у возмущенной его словами девушки и протянул руку к её пышной груди, на которой тускло поблескивал медальон. Коротко взвизгнув, Люси шарахнула его сковородой по голове и рванула к выходу, где появился кот. — Ну что вы там де… Блондинка сбила синюю животинку с ног и, подобрав подол измазанного и порванного подъюбника, драпанула в сторону леса на другом конце поляны. Вдогонку ей раздался пронзительный крик: — Хэппи, лови её! У неё наша сковородка! — Айя! За спиной нарастали звуки погони, под ногами хрустели ветки, больно впиваясь в голые ступни. Поэтому девушка то и дело шипела, подскакивала и стукала саму себя сковородкой по ногам. Оглянувшись, девушка увидела своих преследователей слишком близко и, закинув сковороду на плечо, прибавила скорости. — А ну стой! — завопили в два голоса кот и его хозяин. Не отвечая и пыхтя от усталости и с непривычки, Люси перепрыгнула полусгнивший пень, наступила в ледяную воду ручья и, на секунду повернувшись, швырнула в преследователей сковороду. Глухой «Шмякс!» и сдавленный мявк кота подсказал, что чугун нашёл свою цель. Оглянувшись через плечо, Люси увидела, что парень тоже остановился, осматривая своего питомца. Он на секунду поднял голову, и они встретились взглядами. Девушка показала ему язык, видя, что пока её не преследуют, и наддала еще, быстро скрываясь из вида. Нацу проводил её долгим и внимательным взглядом, потом присел около стонущего кота.

***

Было уже довольно поздно, когда девушка устало опустилась на покрытый мхом пенёк. Вокруг неё был только лес, медленно погружающийся в ночную жизнь. Вдалеке слышались последние отзвуки вечерней песни птиц. Люси вытянула израненные ноги вперед, зарывая пальцы в сырой от тумана и ночной росы мох. Закинув голову к темнеющему небу с начинавшими проявляться звездами, Хартфилия задумалась, что ей делать дальше. «Сбежать-то я сбежала, — сказала сама себе блондинка, — но что делать теперь..? Куда они меня затащили?». Девушка со злостью ударила пень, на котором сидела и с печалью посмотрела на свой наряд. «Да-а, — протянула она в мыслях. — Такую только замуж и выдавать». Бледная аристократическая кожа покрылась царапинами, запачкалась и покраснела. Платье, подарок самой королевы, не надела бы даже самая непривередливая слепая девушка во всем королевстве. Прическа, на которую служанки убили несколько часов, превратилась в воронье гнездо. Вытащив из волос ветку и меланхолично стряхнув с подола подъюбника паучка, Люси оперлась локтями о колени. — А ведь я сейчас могла сидеть дома, в кресле, с любимой книжкой, с теплыми пирожками, которые мистер Деккер приготовил бы специально для меня, и кружкой какао. А вместо этого я сижу одна в какой-то глуши! Хартфилия всхлипнула. За все её восемнадцать лет эти два дня были самыми выматывающими и насыщенными событиями. О, она бы сейчас отдала все, чтобы отмотать время назад и никогда, никогда в жизни не выходить на этот балкон. Немного проревевшись, Люси с испугом заметила, что стало темнее. Вскочив на одубевшие от холода ноги, она принялась пританцовывать, стараясь согреться и попутно придумать план действий. «Для начала нужно осмотреться», — вспомнила она и отправилась на поиски подходящего дерева. Такое нашлось в нескольких метрах от полянки, и блондинка, обдирая кожу на коленях, руках и ступнях, поползла вверх. Быстро освоившись, она доползла до верхушки ели и, покрепче вцепившись в покачивающийся на ветру тонкий ствол, сдула со лба прядь волос, и застонала. Вокруг неё на многие километры простирался лес. Только где-то за спиной виднелись места старых пожарищ. Спустившись на землю и вернувшись на свою полянку, девушка снова разревелась. Теперь даже определение сторон света ей ничем не поможет. Люси с ужасом осознала, что её короткая и беззаботная жизнь окончиться здесь. В глуши леса, в окружении комаров, мушек, ухающих вдалеке филинов и воющих неподалеку волков. «А я ведь даже не целовалась! — с горечью пронеслось у блондинки в мыслях. — И я так и не встретила своего суженного. И у меня не было полуночных свиданий, прогулок в вечернем саду, нежных поцелуев, тайных записок! Уж лучше бы отец выдал меня за уродливого карлика, чем умереть сейчас!». — Я слишком молода для этого-о, — проныла Хартфилия, ужаснувшись перспективе умереть в лесу и стать женой карлика. Слева раздались мягкие шаги и тихий шум отодвигаемых веток. — Нацу? — воскликнула девушка, радостно вскакивая на ноги. «Если это действительно он, то пусть делает со мной, что хочет! — решительно пронеслось в мыслях. — Ладно, не все. Главное, чтобы он вытащил меня отсюда!». — Нацу, это ты? — сиплым от плача голосом вновь спросила Люси, изо всех сил вглядываясь в темноту. Оттуда раздалось нарастающее рычание, и из тени один за другим на поляну выступили волки. — Мама, — почти беззвучно проскулила Хартфилия, пятясь назад и жалея об выброшенной сковородке. — За что мне все это? Уж лучше карлик… Один из волков щелкнул зубами, припадая на передние лапы, со всех сторон доносилось громкое, свирепое рычание. Собрав последние ускользающие силы, блондинка набрала в легкие побольше воздуха и громко закричала. Зверям это не понравилось, и они бросились на бедную девушку, та рванула к ближайшему дереву и успела пролезть совсем немного, когда острые клыки впились ей в ногу чуть выше щиколотки. Люси снова закричала, по лицу потекли слезы, но она не отпустила ветвей, свободной ногой ударяя хищника в нос. Взвизнув, волк свалился наземь, но его собратья подпрыгивали, рвя и так разорванный подол и впиваясь зубами в нежные ноги девушки. В этот момент откуда-то сбоку в стаю волков прилетел огненный шар, заставивший их отпрыгнуть и развернуться к новому противнику. В ту же секунду раздался воинственный рык, и Люси сквозь застилающие глаза слезы увидела горящие гневом и яростью узкие глаза своего похитителя. Облегченно всхлипнув, она собрала последние силы и выкрикнула: — Нацу… Его взгляд на мгновение переместился на обессиленную и изгрызенную блондинку, и из его груди вырвался такой яростный рык, что волки испуганно прижали хвосты и заскулили. Юноша покрылся огнем и сделал несколько быстрых и мягких шагов в сторону стаи. Та бросилась наутек, скуля, словно кучка щенков. Драгнил хотел броситься за ними, но у Люси разжались руки, и она, с треском обломав несколько веток, упала в траву. Розововолосый юноша бросился к ней. — Нацу, — Хартфилия захлюпала носом и разрыдалась, почувствовав теплые руки, прижимающие её к себе. — Тише, — парень погладил её по голове, вытащив из волос пару листочков. — Дай посмотреть твои ноги. Он осторожно прикоснулся к тонким ножкам, обезображенным укусами. Люси сильно сжала его плечо от боли и застонала. Со всей аккуратностью юноша поднял блондинку на руки и понёс. — Зачем… мы здесь, — сквозь зубы произнесла девушка, когда Драгнил опустился на колени перед чистым и бурным ключом. — Потерпи немного, хорошо? — юноша зачерпнул ладонями холодную воду, сосредоточенно нахмурил брови, и вода в его ладонях наполнилась маленькими пузырьками воздуха. Проделывая так с каждой пригоршней, Нацу тщательно промыл теплой водой раны девушки. Затем он долго разглядывал укусы, все сильнее хмурясь. — Что там? — наконец спросила Люси, которая в темноте ничего не видела. Ей было холодно, очень хотелось есть, а ноги адски болели. — Ноги, — хладнокровно ответил парень, и девушка увидела, как блеснуло в свете луны стальное лезвие. Прежде чем она успела испугаться, металл коснулся предплечья юноши, оставляя на нем глубокую и длинную полосу. — Что ты делаешь? — Хартфилия с ужасом осознала, что юноша точно ненормальный. Нормальные люди не поливают своей кровью раны других, в их руках не нагревается ледяная вода, а сами они не покрываются огнем. Черт возьми, куда она попала? — Тихо, это поможет, — Нацу широко улыбнулся девушке, посмотрев на нее с нежностью. Люси подумала, что по-тихому сходит с ума. — Вот видишь, — Драгнил кивнул на её ноги, вкладывая нож в ножны за поясом. Блондинка поняла, что больше не чувствует боли и с тихим удивленным вскриком принялась себя ощупывать. Не было даже шрамов. — Как такое возможно? Она вскинула голову и обнаружила, что Нацу счастливо улыбается, сидя рядом по-турецки, а на его руках нет ни царапинки. — Кто ты? — шёпотом спросила Люси, глядя на него широко распахнутыми глазами. — Я Нацу, — отозвался парень, склоняя голову набок. — Люси, ты странная. — Нет, — девушка помотала головой, — кто ты еще? — Я — Дракон, — на полном серьёзе ответил Драгнил.