Невеста Дракона.

— Ух ты, — восторженно воскликнула Люси, крутя головой во все стороны. Нацу привел их к большому озеру, второй берег которого виднелся где-то вдали узкой синеватой полоской. Все подступы к воде поросли мягкой, сочно-зеленой травой, по которой Хартфилия сразу стала бегать босиком, скинув надоевшие, неудобные туфли. Справа от заканчивающейся у берега тропинки лежал ствол старого упавшего в бурю бука, слева шёл подъем к небольшой скале и растущим на ней соснам. Вода под скалой была заметно темнее, а иногда оттуда слышался плеск, и по воде расходились круги. Хэппи, заметив мелькнувший рыбий хвост, бросил прихваченный для Люси узелок с вещами, выхватил у Дракона снасти и стрелой скрылся на скале. — Ну что, пойдем место искать? — понаблюдав немного за счастливой девушкой, предложил Драгнил, подняв вещи и шагая вдоль берега в противоположном от Хэппи направлении. Люси, подобрав изодранный подол, проследовала за ним. Через пять минут они нашли удобный спуск к озеру, где было достаточно глубоко, а дно было песчаным. С той стороны, откуда они пришли, несколько десятков лет назад образовалась небольшая коса, покрывшаяся густыми кустами ив. Хартфилия принялась разбирать узелок, прихваченный Хэппи, и с удовольствием обнаружила там, кроме чистого платья, полотенце и кусок мыла. — Подожди, Нацу, а как… — она подняла голову, и увидела, что парень, довольно заулыбавшийся, присел, опуская руки в воду, и та забурлила, шипя и выпуская пар. — Ого, — выдохнула Люси еле слышно, с круглыми от удивления глазами подходя к юноше. — Как ты это сделал? Тот достал одну ладонь, и блондинка вскрикнула, когда она покрылась огнем, с шипением высушив стекающие по запястьям капли. — Я Огненный Дракон, ты забыла, Люси? — ехидно прищуриваясь, спросил Нацу, снова опуская руку под воду. — Так ты будешь мыться? — А ты так и будешь здесь сидеть? — возмутилась слегка покрасневшая девушка, скрещивая руки. — Ну да, — невозмутимо пожал плечами юноша. — Течение слишком сильное, теплую воду сразу унесет. Хартфилия от такого только хватала ртом воздух, постепенно краснея от осознания ситуации. — И как тогда..? — беспомощно начала она, но, помотав головой, ткнула в Драгнила пальцем. — Закрой глаза и не смотри в мою сторону. Попробуешь подглядывать — пожалеешь. Нацу послушно кивнул, зажмуриваясь и отворачиваясь. Хартфилия некоторое время постояла, проверяя его, а потом добавила: — Когда я скажу — отвернешься от воды, хорошо? — Угу, — парень, сидя на корточках перед водой, старательно, до цветных звезд, держал глаза закрытыми. Девушка завела руки за спину, распутывая шнуровку на остатке платья, но, хотя корсет уже был ослаблен, без посторонней помощи это было сложно. В конце концов, она смогла немного ослабить ленты, которыми он был затянут, и, приспустив его, попыталась развернуть шнуровку на живот. К сожалению, столь гениальный план не смог осуществиться из-за форм блондинки, и та засопела, неуверенно поглядывая на терпеливо ожидающего команду розоволосого юношу. — Нацу, ты не мог бы мне помочь? — все же позвала она, разворачиваясь спиной к нему. — Я не могу расшнуроваться. Она услышала, как Драгнил встал и как раздался звук его приближающихся шагов. Сердце подскочило к горлу, когда его горячие пальцы, дотронувшись до её кожи, прикоснулись к шнуровке, и послышался тихий свист-шелест шелковых лент. Дракон слышал, как участился у блондинки пульс, и заметил, как часто она задышала, и как покраснели у неё уши и шея. У него самого сердце стучало под кадыком, а пальцы немного подрагивали, поэтому, как только лента в последний раз прошла сквозь петлю, он спешно отвернулся. — Все? — хрипло спросил юноша, чувствуя, как его буквально магнитом тянет развернуться и… За спиной раздался шум упавшей на траву одежды, потом девушка снова завозилась и с тяжелым вздохом еле слышно произнесла: — Нет, еще лиф-корсет. Нацу сглотнул, разворачиваясь к спине девушки, и чувствуя, что сам краснеет и что сдерживаться под возрастающим неизвестным еще ему желанием становиться сложней, снова принялся бороться с шнуровкой женской одежды. Люси стояла, опустив голову, и руками поддерживая лиф-корсет спереди.  — А теперь? — Да, спасибо, — тихо прошептала Хартфилия, и Дракон поспешно отошёл от неё подальше, хмуря брови. Раздался плеск воды, а после Драгнил сказал, вытирая капли с лица: — Я закрыл глаза. Люси спешно скинула в густую траву корсет, к нему бросила испорченную нижнюю юбку, панталоны и короткую сорочку. Обернувшись на парня, она быстро схватила мыло и, вбежав в чистую буро-рыжую лесную воду, погрузилась в неё по шею. — Можешь отвернуться от воды, — смущенно произнесла аристократка, ощущая, как пылают от стыда щеки. Нацу перевернулся лицом к подступающему к озеру лесу и вытянул ноги, перенося вес на оставшиеся в воде руки. Он, снова держа глаза крепко зажмуренными, слышал, как начала купаться девушка. Волны от её движений лизали его запястья и предплечья, отчего сохранять огонь постоянным становилось сложнее. Поэтому Драгнил постарался не думать о том, что происходило у него за спиной, потому что стоило ему только ослабить концентрацию, и блондинка ненароком могла свариться в крутом кипятке. Люси, хотя и испытывала наслаждение, находясь в теплой воде, старалась вымыться поскорее, чувствуя себя крайне неудобно. Хорошенько прополоскав вымытые волосы и до скрипа намыв тело, она предупредила парня, что выходит, и быстро выскочила на берег, заматываясь в жестковатое полотенце. Вытеревшись им и замотав в него волосы, она развернула подарок Дракона. Парчовое, ярко изумрудное платье роб доходило до пят и имело длинные рукава, расширяющиеся у локтя. По вороту цепью тянулись таинственные узоры и драгоценные камни в форме капель. На поясе обнаружился кожаный поясок с серебряными узорчатыми клепками. «Такое с корсетом не поносишь», — с восторгом поняла девушка, вытащила из травы сорочку и панталоны, отряхнула их и быстро переоделась. — Люси, ты все? — Драгнилу в конец надоело сидеть с закрытыми глазами, поэтому, когда девушка разрешила повернуться к ней, он обрадованно подскочил. Хартфилия довольно рассматривала себя, и, заметив, как юноша на неё смотрит, рассмеялась, кружась на месте. — Ну как? Дракон во все глаза рассматривал смеющуюся девушку с мокрыми волосами, вода с которых капала на полотенце на тонких плечах. — В нашу первую встречу ты выглядел точно также, — заметила Люси, и Нацу широко улыбнулся. — Пошли к Хэппи, — парень протянул к ней руку, и девушка, немного поколебавшись, приняла её. Идя следом за ним через заросли и траву по пояс, она смотрела на его широкую спину и думала о себе и своей жизни. «Раз уж подвернулся такой шанс изменить свою жизнь на корню, то почему бы им не воспользоваться? — наконец, решила Люси. — Лучше сделать и пожалеть, чем жалеть о не сделанном». И, поддавшись нахлынувшему счастью от осознания свободы без постоянного и неусыпного контроля прислуги, она радостно взвизгнула, сжав юношу в коротких и крепких объятиях. — Спасибо тебе, Нацу, — с теплой, благодарной улыбкой сказала она удивленно повернувшемуся к ней Дракону. — Спасибо, что похитил меня. — Да не за что, — рассмеялся парень, свободной рукой взлохмачивая волосы. — То есть, ты на меня не злишься? — Люси покачала головой. — И убегать больше не будешь? — Я же не выживу одна в лесу, — рассмеялась блондинка. — Нет уж, в первый раз хватило. Не хотелось бы снова попасться волкам или тому дракону, крушившему все вокруг. Драгнил еле заметно вздрогнул, услышав последние слова, но заливисто расхохотался и побежал вверх по склону, потянув за собой Люси, туда, где рыбачил их четвероногий друг. Девушка, приподняв подол, чтобы не мешался, припустила следом. Хэппи сидел между переплетенных корней деревьев, с маньячным блеском в глазах наблюдая за поплавком на воде, когда за его спиной в траву, покрытую слоем медной хвои, тяжело дыша от бега, упала раскрасневшаяся Хартфилия. Нацу с широкой, не сходившей с его губ улыбкой тихо подошел к другу и, с минуту понаблюдав за его сосредоточенной мордочкой, пристроился рядом со второй удочкой. Совсем скоро оба поплавка почти одновременно дрогнули пару раз и ушли вниз, и Хартфилия, лежащая на теплой земле с закрытыми глазами, услышала сдвоенный радостный крик: — Клюё-ёт! Девушка распахнула глаза, глядя как радостно улюлюкают кот и Дракон, как, блестя на солнце чешуёй, взлетает вверх пара пучеглазых рыбин, и как одна из них выскальзывает из рук Нацу. Драгнил пытался удержать бьющегося зеленовато-желтого карпа, балансируя на самом краю скалы, но тот благополучно упал в воду под обиженный вскрик, мгновенно сменившийся испуганным тройным возгласом, и вниз полетел уже юноша, размахивая руками. Громкий всплеск оповестил опешивших девушку и кота, что его тело достигло воды, и они бросились к краю обрыва. На поверхности показалась розовая макушка, и Дракон громко зафыркал, отплевываясь. — Нацу, ты живой? — крикнула Люси, на четвереньках стоя у самого края. — Нацу, ты же всю рыбу испугал, — возмущенно завопил Хэппи, материализуя за спиной крылья и спускаясь вниз. — Прости, — засмеялся парень, вытягивая руку ему навстречу. Через несколько минут он уже стоял на скале, отжимая одежду и вытряхивая воду из ушей. Голубой кот обиженно сопел, с сожалением глядя на водную поверхность, по которой все еще расплывались круги от падения Нацу, и где совсем недавно блестела чешуя жирных рыб. — Прости, дружище, — Драгнил покрыл тело огнем, высушивая одежду, и поднес пылающие жаром ладони к волосам. — Придется переходить на другое место. Хэппи согласно кивнул, запихивая своего только что словленного карпа в деревянное ведро, в котором уже теснилось рыбин пять-шесть.

***

Рыбалка закончилась ближе к середине вечера, когда Люси уже не знала, куда себя девать от скуки, и немного продрогла. Драгнил с улыбкой предложил погреться о него, и уже несколько часов она сидела, прижимаясь к его теплой спине то спиной, то одним, то другим боком. Хэппи, скашивая на них глаза, хихикал и ехидно тянул: «Сладкая парочка!», заставляя обоих слегка краснеть. И вот, к великому наслаждению Хартфилии, они развели костер и сели вокруг него, жаря на огне часть пойманной рыбы. Оставшуюся часть сырой ел кот, довольно топорща усы, другая была пожарена огнем Нацу и съедена в обед. Вокруг начинали сгущаться сумерки, звенели прилетевшие комары, и пищала над ухом мошкара. Холодало, поэтому Люси не особо воспротивилась, когда Драгнил заключил её в нежные объятия и уткнулся носом и губами в плечо. — Нацу, — блондинка потрепала парня по волосам, — и все-таки, почему ты меня украл? Дракон громко выдохнул, обжигая дыханием кожу даже через достаточно плотную ткань платья. — Я же говорил уже. Ты мне понравилась. — Это не ответ, — нахмурилась девушка, завозившись и стараясь высвободиться. Драгнил раздраженно фыркнул, крепче сцепляя руки, и положил подбородок на плечо девушке, открывая глаза и глядя на пляшущие перед ними языки огня. — Когда Дракону по человеческим меркам становится восемнадцать лет, он начинает искать себе пару. Кто-то находит её сразу, кто-то через несколько лет. Кто-то находит её среди людей, а кто-то среди Драконов. Мы определяем свою половину по запаху и по возникающему чувству… — юноша замялся, пытаясь подобрать слово, — … уверенности, что это то, что ты искал, что тебе нужно. Ты смотришь на нее, чувствуешь её запах, и понимаешь, что сможешь отличить его из тысячи других, даже если будешь находиться в тысячах километрах. И голос внутри говорит тебе: «Хватай и уноси. Оберегай, защищай. Это твоё, никому не отдавай. Сделай все, что она попросит. Заставь её остаться рядом навсегда». В полной тишине Драгнил прижал девушку к себе сильней, глубоко вдыхая её запах, и, немного погодя, продолжил. Переставший жевать Хэппи во все глаза смотрел на друга, навострив уши и, как и Люси, не пропуская ни слова. — Драконы однолюбы. Мы влюбляемся один раз в жизни и храним эту любовь до конца. Люди представляют нас в образе огромных и злобных рептилий, но в большинстве своем это не так. Мы с рождения контролируем себя, магию и свои превращения. Единственное, что может нарушить выработанное с годами равновесие — сильные негативные чувства. Ярость, гнев, ненависть, обида. Или предательство того, кого любишь всей душой от остриёв клыков до кончика хвоста. Тогда мы и становимся теми драконами, которые живут в ваших легендах. И если после, например, вспышки ярости мы еще можем вернуться в сознание, то после предательства любимой или любимого — уже никогда. То же самое произойдет и в случае её или его смерти. В этом плане парам, где оба Драконы, повезло намного больше. Во-первых, нет непонимания и не надо вылезать из чешуи, чтобы тебя полюбили в ответ. Во-вторых, Дракона сложно убить, и живем мы намного дольше людей. Единственное, что в определенный момент мы должны перейти в Другой Мир. — Другой мир? — удивленно переспросила блондинка, пытаясь повернуться к Драгнилу лицом. — Да, но я сам не знаю, что это такое. Игнил говорил, что когда Дракон становится достаточно могуществен, чтобы перемещаться по мирам, он отправляется в Другой Мир. Никто из живущих сейчас Драконов не знает, что там, потому что никто уже не возвращается обратно. Но я думаю, что там хорошо, что-то вроде Драконьего Рая, где всегда много вкусного огня и еды, приключений и разных забав, ведь, иначе, почему никто не хочет оттуда улетать? — А кто такой Игнил? — Люси все-таки выбралась из объятий Нацу и повернула жарившуюся рыбку другим боком. — Мой отец, он улетел в Другой Мир семь лет назад. Он был самым сильным Драконом, настоящий Король Огненных Драконов. Он и моя мать - Алок Аск - сказали, чтобы я искал себе пару, как только мне исполнится восемнадцать. Правда, я пока не собирался этого делать, но спустя полу дюжину года встретил тебя, — Нацу рассмеялся, довольно улыбаясь и счастливо сверкая глазами. — Что? — Хартфилия пораженно посмотрела на юношу. — Полу дюжина года? — Полу дюжина года — шесть ваших лет, — пояснил парень, пожав плечами. Увидев пораженное и непонимающее лицо девушки, и Драгнил, и кот рассмеялись. — Люси, у Драконов свое времяисчисление. Один их год — ваши двенадцать лет. — И сколько тогда тебе? — еле шевеля языком, спросила блондинка. Числа в голове путались, но уроки не прошли даром, и Хартфилия произнесла: — Двести шестнадцать? — Двести двадцать два, если уж переводить на ваши года. Мне ведь восемнадцать с полу дюжиной. Блондинка шумно выдохнула и перевела взгляд на дрожащее на слабом ветру пламя. Полученная информация в голове не укладывалась. — То есть ты жил еще задолго до моего рождения? — Вроде того, — улыбнулся юноша, наклонив голову и оперевшись на заведенные за спину руки. — И я умру лет через семьдесят, а ты еще будешь жить, так? — рассудила девушка, скрещивая руки на груди и хмурясь. — Смысл в этом какой? Или я тебе и дряхлой и немощной старухой тоже буду нравиться? Хэппи прыснул от смеха, но Нацу недовольно нахмурился. — Те, кто живет с Драконом, сохраняют молодость. Родители говорили что-то о гормонах и каком-то там обмене, процессах каких-то, — постарался вспомнить он, но вскоре махнул рукой. — К тому же, есть разные ритуалы и цветы Огненного дерева. Так что ты не умрешь, а будешь жить со мной все это время. А когда придет мое время уходить, я возьму тебя с собой в Другой Мир, хорошо? Ты только останься со мной. Драгнил продолжал улыбаться, но Люси заметила, как грустно блеснули его глаза на последней фразе. — Дай мне немного подумать, — вымученно произнесла блондинка, запуская пальцы в волосы и застывая в позе мученицы. — Слишком много всего на меня свалилось, пожалуйста, дай мне хоть немного времени… — Хорошо, — невесело отозвался Дракон, снимая еду с огня и впихивая одну из палочек с рыбой девушке. — Но если бы тебе нужно было принять решение прямо сейчас, чтобы ты ответила? Люси застонала, ударив кулаком по земле. Несколько минут она сидела, уперевшись лбом в колени. — Больше «да», чем «нет», — наконец, произнесла она, заставив Нацу просиять. — Сладкая парочка! — не преминул захихикать Хэппи, запуская клыки в сочную рыбину.