Своя шкура ближе к телу

      - У тебя накопились вопросы, - констатировала Кошка, стоило им вынырнуть из переулка с котятами.       - А ты ответишь на них, если задам? – таким же тоном поинтересовался Брюс, резко затормозив перед девушкой. Та развернулась на каблуках и оказалась к нему лицом. Весьма красивым, как он успел отметить.       - Посмотрим, - Кайл прищурилась.       Кивком головы русоволосая указала наверх и вновь начался подъём на крышу. Проржавевшие решётки пожарной лестницы угрожающе и жалобно скрипели под ногами Уэйна, а рюкзак за спиной только злил. Парень уже раз пятьдесят пожалел, что вообще его взял. И теперь отлично понимал, как хорошо без него. Улица – не поход с палаткой и пикником на природе. Если дело пойдёт так и дальше, то от лишней ноши действительно придётся избавиться.       - Почему мне нельзя с кем-то познакомиться? Я же пришёл в твой мир, почему бы мне не познакомиться с твоим окружением? – пытаясь сохранить равновесие, юноша шёл по трубе.       - Они не моё окружение, - грубо поправила Селина. - На улице каждый сам за себя. В редких случаях встречаются банды или группировки, но даже там действует тот же принцип. Первый и основной принцип улиц: Всегда помни о самом важном человеке, - девушка развернулась к нему, серьёзно вглядываясь в его глаза. – О себе, - она назидательно ткнула в себя пальцем.       Поймав его задумчивый взгляд, русоволосая изящно вспрыгнула на трубу и, сохраняя равновесие, пересекла препятствие, ни разу не оступившись.       - А что до ребят, - продолжала она через пару минут. - Ты пока здесь новенький. Никто ещё о тебе не знает. Потому твоё излишнее любопытство возбудит ненужные вопросы, подозрения. Здесь все друг друга знают, не всегда в лицо, но какая разница? Придумаем тебе историю, я представлю тебе одним людям, те скажут о тебе другим. Постепенно тебя будут узнавать. Но, честно говоря, на твоём месте я бы к этому не стремилась. Чем ты незаметнее, тем легче будет избежать ненужных ситуаций.       - Каких к примеру?       - Ты не захочешь знать, - с нажимом оборвала Кошка.       - А почему нельзя поздороваться, если все друг друга знают?       - Ребята крышуются у… разных людей. Не все между собой... хмм… ладят. А вся территория Готэма поделена на куски, подвластные им, - было заметно, как русоволосая аккуратно подбирает слова, растягивая фразы. – Потому это не лучшая идея. Пойми, люди тут всякие. И большинство из них далеко не дружелюбные и не милые, какими ты хочешь их считать.       - Тогда как ты меня с ними познакомишь?       - Есть нейтральные территории. Как то базар или другие места. Там все пересекаются. Без «связей» далеко на улицах не продвинуться.       Уэйн задумчиво хмыкнул, следуя за Кайл. Улицы вокруг были одинаковыми, потому он уже не различал, где конкретно они находятся. Только дым, вырывавшийся из труб заводов, подсказал ему, что они возвращаются к мостам. А там недалеко и до железной дороги, доков, трассы и загородных домов. Куда они направляются?       Помедлив, юноша озвучил этот вопрос вслух. Но внятного ответа так и не получил, лишь рванное: «Увидишь».       - А у кого крышуешься ты? – всё-таки поинтересовался брюнет, спустя пару минут молчания, когда он переваривал всё сказанное Селиной. – Кажется, того парня звали Клайд? Это он?       - Клайд? – девушка презрительно фыркнула. – Он просто скупщик краденного. Куда ему? Крышуются у бандитов и банд, захвативших определённый кусок земли. Или приспешников мафиози. Тут уж как кому повезёт.       Русоволосая несколько минут молчала, прежде чем продолжить. Казалось, что каждое слово выходило из неё с надрывом, что говорить ей хотелось меньше всего. Но она тщательно подбирала слова, стараясь показать Брюсу её мир таким, каков он есть, чтобы парень смог понять простые истины и правила, по которым она живёт в течение многих лет.       - Когда Фиш была жива, то я крышевалась у её подчиненных. Сейчас всё несколько сложнее, - Селина помялась, прежде чем ответить. – Я не думаю, что это важно для тебя.       - Всё, что связано с тобой, для меня важно, - неожиданно для себя самого заявил Уэйн, смотря ей прямо в глаза.       Она отвела взгляд, не продержавшись и пяти секунд, ссутулилась, будто обороняясь, и поджала губы.       - Что ж. Для нашего пари это не будет иметь значения.       Они нырнули в небольшой туннель, который, вероятно, был бывшей частью общей железной дороги когда-то давно. Их разговор зашёл в тупик практически так же, как и их путь в туннеле. Кошка не хотела отвечать на этот вопрос. Юноша рассудил, что у него достаточно других тем для разговора, и решил пока оставить её в покое. В конце концов, если все друг о друге всё знают, то возможно, он сможет разузнать всё сам, когда познакомиться с местными. Для него это важно.       - А зачем, в принципе, у кого-то крышеваться? – поинтересовался брюнет, выбираясь вслед за Кайл из туннеля.       - Ну. Крышеваться – значит получить разрешение от местного босса на преступление на его территории. За проценты с награбленного, разумеется. И при условии, что его самого ты обчищать не будешь, - она задумчиво наморщила носик. – Если на короткой ноге со своим ммм… «куратором», то он может снабдить тебя какой-то информацией, дельце подкинуть, ещё чего по мелочи. Плюс в том, что крышуясь у кого-то конкретного, ожидать удара в первую очередь именно с той стороны не придётся.       Кажется, Селина была рада возобновить разговор на более лояльную и обобщённую тему.       - Собственно, мы на месте.       Брюс удивлённо застыл, озираясь. Они оказались под одним из мостов, где на забетонированном бережку была свалена куча железного мусора. Бытовая техника, машины, рамы кроватей, телевизоры – всё окрашено характерным отвратительно рыжим оттенком.              Импровизированная свалка была заброшена. И довольно давно, судя по покосившейся и расписанной баллончиком вывеске, висевшей на ошмётках стальной сетки. Где-то даже можно было разглядеть почерневший треугольник с надписью: «Осторожно! Высокое напряжение!».       Несмотря на то, что отсюда до берега было метров триста, на свалке было безветренно и довольно сухо. Кое-где виднелись проржавевшие насквозь бочки, служившие, как уже успел узнать парень, чем-то вроде пункта сбора для желающих погреться. Так, что и этот, казалось бы, безжизненный уголок успели облюбовать беспризорные дети Готэма.       - Мы что будем спать здесь? – Уэйн развёл руками в попытке показать весь его скептицизм.       - Да. А что такое? Здесь мы можем переждать время до ночи, немного отдохнуть и поспать, не будучи никем потревоженными. Одно из самых крутых мест во всём Готэме, - уважительно отозвалась русоволосая.       - Это чем же?       - Здесь спокойно. И сюда никто не суётся до наступления темноты. Совершенно точно.       - И я даже понимаю почему, - буркнул парень.       - Ты что-то сказал? – Кошка обворожительно приподняла бровь.       - Нет.       - Вот и славно.       Кайл пролезла сквозь гигантскую дыру в заборе свалки и прошла насквозь по проторенной, отчищенной от железного мусора, дорожке. Дойдя до гигантской колонны, подпирающей мост, девушка остановилась и поманила своего нерешительного спутника за собой. Брюнет с подозрением оглядел ровный, местами грязный бетон, на котором ему предстояло лечь на вечерний сон. Он не успел и слово сказать, как Селина легла на спину, закинув руки за голову, внимательно посмотрела на него сверху вниз и похлопала по месту рядом с собой.       - Что мне прям лечь?             - Нет, блин, можешь постоять, - раздражённо огрызнулась она. – Ложись.       Юноша скинул ненавистный и пыльный рюкзак с плеч и аккуратно сел. Со стороны девушки послышался протяжный мученический вдох, в какой-то момент она просто привстала на локтях и толкнула его на спину. Ещё несколько минут ушли на препирательства, чтобы он спокойной улёгся, устроив под головой рюкзак. Кошка от подобного рода привилегий отказалась, повернувшись к нему спиной и лёжа на согнутой руке.

***

      Сон упорно не шёл, но Брюс не шелохнулся, хотя мышцы начали затекать от однообразного положения тела. В его голове кружился целый рой мыслей, которые он тщательно обдумывал, рассматривая трещинки в дне моста над ним. Небо с этого места почти не проглядывалось, был виден только тёмно-серый мутный лоскут, нагонявший тоску. Трещины в этом смысле были более познавательны. Как и разводы краски, искореженные, покрытые ржавчиной болты обшивки и ломанные линии каркаса. Это всё не отвлекало взгляд и сознание на себя, позволяло сосредоточиться, прибывая в некой полудрёме чисто физически.       Поначалу Уэйну сильно мешал холод и впивающаяся в спину бетонная крошка. Но позже всё это стало практически незаметным. Он стянул с себя куртку, накрыв Селину сверху, а сам остался в толстовке. Кошка заворчала сквозь сон, придвинувшись к нему под бок спиной. Это умиляло, но большего брюнет просто не мог себе позволить.       Слушая звуки воды, отголоски идущего где-то вдалеке поезда, на юношу сходило некое умиротворение. Он чувствовал кончиками пальцев вибрацию под бетоном, размеренное сердцебиение девушки рядом с ним отдавалось ему в плечо равномерным ритмом, где-то бились бутылки, мяукали кошки и тявкали слабо собаки. Город жил и дышал совсем как раненое животное: хрипло, удушливо, тяжело, будто бы через силу. Скрипом колёс, старых проржавевших деталей и болтов, шипением подгоревшего масла, качавшихся на ветру ворот, окон и лестниц.       Это всё было действительно жутковато, но в этих звуках, чувствах и запахах Брюс постепенно находил то, что давно хотел найти. Единение с городом, возможность понять его, осязать его и вдохнуть полной грудью. Дабы поставить больному диагноз и начать лечение, нужно было разобраться, что не так, каковы симптомы, каковы могут быть методы лечения. Для этого необходимо изучить, излазить вдоль и поперёк город (что ему было, пожалуй, не под силу), узнать у живущих здесь об их желаниях, об их жизнях и целях.       Он не говорил Селине о нескольких проектах, что занимали едва ли не всё его время. Проектах «Нового Готэма». Звучит, конечно, пафосно, с бравадой и помпой, но по итогу составляет только лишь планы по капитальной застройке окраин города: жилых домов, школ, детских садов, больниц, парков вместо старых рассыпающихся коморок и бесхозного количества складов и свалок. Было множество факторов, которые могли вставить Уэйну палки в колёса в его прекрасных начинаниях, но с ними было возможно бороться. Единственный, на взгляд парня, фактор, мешавший проекту воплотиться в реальность, была его неестественность.       Будь у юноши абсолютно пустой остров, без каких-либо предыдущих построек, других людей и тому подобного, пожалуй, его планы были бы бесспорно идеальными. Но нет. В реальности же приходилось считаться с гектарами отравленной земли, забитой мусором, местными мафиози и правлением, претендующим на определённые куски земли, абсолютное равнодушие со стороны большого процента спонсоров, и что ещё хуже, полная сумятица с общим населением Готэма. И если всё, кроме последнего, Брюс худо-бедно понимал, то с последним происходил конкретный скачок вниз. Знания об общем контингенте готэмцев он не имел никакого. Потому даже не представлял себе, как и чем Селина живёт. Теперь мало-помалу становилось понятно, куда конкретно влип или пока не влип брюнет.       В какой-то момент Уэйн упустил цепочку собственных мыслей и на некоторое время задремал, но сон его был недолгим. Ловкий тычок под рёбра заставил юношу подскочить на месте.       - Что…       - Пора вставать. Уже достаточно стемнело, - оповестила его Кошка, сверкая глазами в темноте. – Или ты хочешь познакомиться с местными жителями свалки Плишвудс?       То ли дело было в тоне русоволосой, то ли в полученной ранее информации, то ли в темноте, но парень предпочёл отказаться от такого предложения и поспешил покинуть свалку как можно скорее.

***

      Под мостом зажигались костры, подсвечивая вечерний Готэм оранжевым пламенем. Из самых разных и неожиданных уголков выползали бомжи свалок, юркие оборванные дети и другие жители ночного города. На стенах и по бетону танцевали замысловатые тени, а на небо всходила луна.       - Пора на охоту! – объявила Селина, вытягивая губы в лукавой улыбке.       - И куда мы пойдём? – поинтересовался Брюс, ни на шаг не отставая от неё.       - Всё-то тебе интересно, - протянула Кайл, неожиданно отвесив ему щелбан.       Не больно, конечно. Но всё вокруг как-то изменилось, и Кошка в том числе. Ею завладело игривое настроение, и она периодически ёрничала над ним и отпускала шуточки, когда он терялся в темноте. В конце концов, девушка просто сплела свои пальцы с его, помогая уменьшить процент его падений, натыканий на различные предметы, попаданий в дыры в асфальте и запутывания где бы то ни было. Русоволосая целеустремленно вела брюнета на свет и шум пробудившегося от дневной дремоты Готэма.       Уэйн чувствовал энергию, исходившую от неё, и теплоту её шершавых пальцев, облачённых в мотоциклетные перчатки. Идя за руку с ней ему было не страшно, а интересно и весело разглядывать мелькающий свет неоновых вывесок, слышать шум целой толпы людей (откуда только такое количество народу?), видеть многочисленные машины и загорающиеся шпили высотных домов. Стоило ребятам влезть на крышу, как они почувствовали заигравший в волосах ветер и буквально ударивший по ним поток чего-то живого, сильного и неумолимого. Им пропиталась одежда, от него закружило голову, она заиграла на языке. Энергия города, его внутренняя сила, исходящая будто бы из глубин, дающая силы каждому вокруг.       - Селина, ты чувствуешь это? – они на секунду остановились.       За неё ответили её яркие искрящиеся глаза и тёмная лукавая улыбка. Она чувствовала тоже странное безумие, что и он. И им не хотелось останавливаться.       Теперь юноша не тащился за ней позади, а бежал рядом. Ему было жаль разжимать сомкнутые ими руки, но в таком случае было бы неудобно передвигаться, потому он сам первый выпутался из их связи. Но даже так Брюс ощущал девушку рядом с собой, слышал её быстрое сердцебиение и бесшумные шаги, чувствовал исходящий от неё запах воды, железа и гари. Чувствительность брюнета обострилась настолько, что он мог поклясться, что снова не потеряется в темноте.       - Хей! – Кайл боднула парня в плечо, ловко поворачивая влево. – Поймай меня, принцесса!       Юноша не сразу понял, что из его глотки раздалось что-то походящее на утробный рык, смешанный с рвущимся наружу смехом. Он на миг затормозил, а после припустился во всю прыть.       Они играли в догонялки, перебираясь с крыши на крышу по знакомой, проторенной дорожке. Но в темноте всё выглядело и ощущалось совсем по-другому. Хотелось хохотать просто так, скакать и прыгать, кричать от восторга и взлетать. Могло сложиться впечатление, что они пьяны или одурманены, или же попросту ненормальные, вышедшие из психушки. Но нет. Они всего лишь подростки, абсолютно трезвые и вменяемые, находившиеся под действием лишь момента.       - Попалась! – довольно огласил приговор Брюс, сжимая руки на талии Кошки.       Та едва слышно взвизгнула и засмеялась. Впервые несдержанно и звонко. У неё был глубокий мурлыкающий, практически мурчащий смех. Брюнет был уверен в том, что хотел бы услышать его ещё раз. И не единожды.       - Я бы особо на это не рассчитывала, Уэйн, - промурлыкала Селина, обласкав его лицо неожиданно тёплым взглядом. В зелёных глаза пряталась хитринка, смешанная с какой-то ей одной понятной ноткой злорадства.       А ситуация тем временем складывалась весьма интересная. И юноша понял это, пожалуй, только сейчас. Его руки расположились на девушкиной талии так удобно, будто только для них и был создан этот изгиб. Уэйн прижимал Кайл к себе настолько близко, что чувствовал, как глухо отдаётся в его грудную клетку её сердцебиение; ощущал на кончике языка неожиданно пряный запах её кожи и её дыхания; смотрел в зелёные омуты глаз и видел лишь темноту расширенного зрачка.       Брюс впервые оказался так близко к Селине с тех пор, как ему было двенадцать. Тогда он был ещё шкет, мальчишка, не помышляющий ничего противозаконее держаний за ручку, да к тому же ниже её ростом. Сейчас юноша был на голову выше и при желании мог положить подбородок ей на макушку или зарыться носом в её кудри без лишних движений; теперь он был шире в плечах и сильнее её, и уже достаточно взрослый для того, чтобы в нём начинал просыпаться мужчина. Влюблённый мужчина.       Дыхание сбилось. Уэйн представил, как пройдётся губами по щеке и линии подбородка, неторопливо спуститься вниз на шею, ключицы и предплечья; как его руки, тем временем, оглядят кожу под водолазкой и запутаются в волосах, когда он вернётся губами к губам. Ему придётся наклониться, чтобы напасть на неё. Брюнет ощущает её дыхание на уровне собственных ключиц, и это странным образом подначивает его, будто намекая на беззащитность русоволосой. Пусть она – Кошка, он в таком случае – Лев или Тигр. Берегись!       От собственного стыда и резко очнувшегося рассудка, он опустил взгляд, позволяя себя оттолкнуть. Кайл толкает не сильно, больше похоже на тычок. На его счастье, она вряд ли поняла, о чём парень подумал. Иначе бы близко к нему зеленоглазая в жизни не подошла. Человек, боящийся любых прикосновений, и человек, постоянно прижимающийся и жаждущий обнимашек и не только. Каковы шансы того, что Селина Кайл ещё раз посетит поместье Уэйнов?       «Нулевые. Потому держи себя в руках!» - напомнил себе Брюс.       - Так всё-таки, куда мы идём? – придав своему голосу максимально заинтересованный и весёлый тон, поинтересовался Уэйн.       - Нам нужен ужин и завтрак. Так что идём по старому маршруту, но нам теперь правее. Что-то ты какой-то странный, - Кошка оказалась неожиданно близко, протянув тонкую руку к его лбу в требовательном жесте.       Брюнет дёрнулся в сторону, уклоняясь. Этот резкий жест он бы ни коем образом не хотел ей объяснять. Но русоволосая и так ничего не спросила, хмыкнув и отойдя в сторону. Похоже, либо девушка действительно настолько проницательна, либо юноша начинает брать пример с её привычек. Обычно он волнуется, а она уклоняется, избегая любого контакта. Впрочем, сейчас ему нужно думать о том, чтобы не дать ей пищу новых подозрений.       - Что на ужин и завтрак? – парень склонился, изучая прохожих. Все вопросы морали как-то резко ушли на второй план. Селина смерила Брюса коротким пытливым взглядом и перевела внимание, ища потенциальную жертву.       - Вон та женщина.       В начале переулка стояла белокурая женщина в больших очках и придирчиво выбирала лук-порей. Бумажные бурые пакеты в её руках были доверху заполнены продуктами: овощами, фруктами, зеленью. Слева торчал узкий тонкий багет и палка колбасы, а справа виднелось несколько синих крышек от бутылок с молоком. Не понадобилось ни логики, ни интуиции, чтобы понять, на что нацелена девушка.       - Я отвлекаю?       - Нет, ты сидишь и смотришь, как я работаю.       - Но почему?       - Потому что мне так спокойнее, - это прозвучало вполне резонно. – Сиди здесь и жди меня.       - Но если понадобится…       - Кто я, по-твоему? – устало поинтересовалась воровка.       - Никто не застрахован на вечную удачу.       - Смотри и учись, - раздражённо огрызнулась она, ткнув ему в лоб пальцем.       Кайл обошла брюнета и глубоко вздохнула. Ещё раз глянув вниз на двигающуюся впереди цель, девушка вспрыгнула на парапет и скатилась бедром по настилу крыши. Бесшумно приземлившись в нескольких метрах от жертвы, она не привлекла никакого внимания со стороны остальных людей.       Нервы были натянуты до предела, пока Уэйн вынужден был наблюдать за действиями воровки сверху. Он следил за её тягучими плавными движениями, странной переваливающийся на один бок походкой, блеснувшим в темноте лезвием ножа. Бумажный пакет белокурой женщины разорвался почти бесшумно, сыпля на дорогу колбасу, хлеб, лук порей, бутылки с молоком и другие продукты. Она охнула, близоруко разглядывая рассыпавшийся пакет, пока Кошка молниеносным движением подхватила с земли несколько продуктов. Бутылки она засунула прямо в приоткрытую куртку, батон колбасы и хлеба заткнула в карман джинс. С нагловатой ухмылкой Селина проскочила мимо.       На помощь женщине никто так не кинулся. Она близоруко щурилась, силясь собрать рассыпание продукты. Брюс редко делал что-то, не подумав, но в этот раз поступил именно так. Он с неведомой скоростью спустился по лестнице вместе с рюкзаком, подбежал к женщине и помог ей собрать продукты.       - Вы обронили, - извиняющее проговорил юноша.       - Спасибо большое, молодой человек, - проскрипела женщина, поправляя очки.       - Вам помочь донести до дома?       - Будет очень любезно с вашей стороны.       Юноша, провожаемый удивлённым взглядом нескольких людей, последовал за женщиной.       - Я живу здесь, за углом. Так что долго провожать меня не потребуется. Верно, спешишь к своей подружке!       - Почему вы так думаете? – покраснев, поинтересовался брюнет.       - От такого красавчика поклонниц отбоя нет, да ты не из Казанов. Вон, какой добрый.       - Я, видно, один такой, - хмыкнул Уэйн, помогая женщине подняться по старой скрипучей лестнице.       - Да, нет. Разные бывают дети. Есть тут одна девочка. Чумазая такая, кудрявая, кошек моих подкармливает. Да и вообще всех котов в округе.       - Как думаете, она хорошая? – спросил Брюс.       - Все мы, парень, дети улицы. Не плохие и не хорошие. Серые мы, серые, - открывая квартиру с перевернутой цифрой два, сказала белокурая женщина.       Она забрала у него из рук продукты и вручила пакетик с конфетами, кофе и нечто, завёрнутое в фольгу. Юноша не успел ничего сказать, а дверь перед ним захлопнулась и закрылась на несколько замков.