Другая сторона Луны

- Сумасшествие какое-то! – воскликнула Мередит и стукнула по рулевому колесу. Как только на светофоре зажегся красный, она нажала на педаль тормоза. Желтого она просто не заметила, хотя должна была притормозить заранее. Ездить на машине по Сиэтлу можно только с крепкими нервами, особенно с похмелья, когда с неохотой выбираешься из постели, бодришь себя чашкой кофе и после этого отправляешься заниматься наползающими на тебя со всех сторон делами. Мер протиснулась между стареньким "фордом" и большим голубым "кадиллаком" и опять проскочила на красный. Мужик в "кадиллаке" сердито просигналил ей, но она даже не оглянулась. Прилетев в Сиэтл вчера поздно вечером, она заставила Кристину из аэропорта ехать прямиком в больницу. Кристина ныла и канючила, что у нее было три операции, что она устала, и вообще, Эйрин сейчас спит, и совершенно незачем ее тревожить. Однако Мередит пригрозила, что не постесняется и прострелит ей все четыре колеса, а сама укатит на такси. Против такого довода у Кристины не нашлось веских аргументов. Когда они вошли в палату, Эйрин в самом деле спала. Затаив дыхание, Мер смотрела на дорогое лицо и прилагала все силы, чтобы не зареветь от облегчения. Эйрин была бледна, но ни синевы на губах, присущей сердечникам, ни черных кругов вокруг глаз Мередит у нее не обнаружила. Подключенные аппараты мерно гудели, вселяя уверенность, что, может быть, все еще обойдется. - Я тебя предупреждала, – прошептала Кристина. – Поехали, навестишь ее завтра. И только войдя в дом, Мередит дала волю слезам: сказалось жуткое напряжение последних двух дней. Кристина, не говоря ни слова, налила ей полстакана виски. Они проболтали почти всю ночь, выспрашивая, рассказывая, охая над новостями и сплетнями, а после вместе заснули на огромной старинной кровати Эйрин. По молчаливому согласию о Шепарде не было произнесено ни одного слова… Мередит припарковалась на служебной стоянке перед центральным полицейским управлением и поймала себя на том, что вертит головой, выискивая знакомый «феррари». Ненормальная, сказала она себе, его же нет в городе. Его нет в городе, его нет в городе, повторила она словно детскую считалочку. Только считалочка получилась какой-то невеселой. Не желая признаваться в этом даже самой себе, в глубине души она мечтала, что однажды вернется сюда, и между ней и Дереком все будет так, как прежде. Боже правый, вот чем все кончилось! – промелькнула в голове тоскливая мысль. А начиналось так восхитительно… Внезапно ей стало невыносимо одиноко. Низкое свинцовое небо, серый асфальт и грязно-белые стены здания удручающе влияли на ее и без того унылое настроение. Мередит невесело усмехнулась: уже соскучилась по солнышку и пальмам? Забудь, милая. Теперь ты живешь здесь. Не успела она захлопнуть дверь своего джипа, как без всякого предупреждения начался сильный проливной дождь. Еще одна достопримечательность Сиэтла. - Вот дьявольщина! Пока Мередит добежала до входа в убойный отдел, она почти полностью вымокла. В коридоре перед инспекторской образовалась грязная лужа. Дежурный драил пол. В воздухе стоял отвратительный запах половой тряпки и человеческого пота. Автомат, раздававший черный кофе, кофе со сливками, а в минуты хорошего настроения и горячий шоколад, стоял, слегка наклонившись, будто раненый солдат. Перед ним лежал целый взвод бумажных стаканчиков. - Кофе закончился, – с сожалением проговорил тихий голос. Мер обернулась и увидела своего давнего знакомого, сержанта Джорджа О'Мелли. - Джордж! – радостно воскликнула Мередит. – Как я по тебе соскучилась! Я бы обняла тебя да боюсь замочить. - Мередит! Ты вернулась! – Джордж сам обхватил ее, мгновенно придя в восхищение, провел ладонями по ее рукам и повернул, оглядывая со всех сторон. – До чего же ты похудела! И загорела! - Скажешь тоже! – смущенно рассмеялась Мер. - До меня только дошло! Это ты наш новый переговорщик из Калифорнии? - Совершенно верно. - Иди ты! – присвистнул Джордж. – Ладно. Потом поговорим. Иди сушись, а то простудишься. У нас тут грипп свирепствует. – Когда она уже направилась в сторону приемной, он с чувством произнес: – Как здорово, что ты вернулась, Мередит. Как только Мер вошла в инспекторскую, ей навстречу поднялась роскошная красавица, детектив Келли Торрес. И по выражению ее лица Мередит сразу почувствовала, что Торрес враждебно к ней настроена. Что было, по меньшей мере, несколько странно. Только однажды они пересеклись по одному делу – у них состоялось шапочное знакомство – и с тех пор больше не общались. - Грей? – удивленно спросила Келли. – Каким ветром тебя к нам занесло? Неприятный холодок пробежал по позвоночнику Мередит, и неосознанно она расправила плечи, будто в ожидании удара. - Попутным, Торрес, попутным. А почему так тихо и никого нет? - Ну, коль скоро бюджет урезали, мы теперь работаем не круглосуточно, а только в дневное время. Парней с утра пораньше вызвали на самоубийство в восточной части города, а я осталась в лавке, на хозяйстве. Но ты не волнуйся, через полчаса тут будет настоящий дурдом. Только не пойму, тебе-то что здесь нужно? - Работаю я здесь, Торрес. С сегодняшнего дня. - А-а, так ты и есть новый переговорщик? – Торрес почти слово в слово повторила изумленный пассаж Джорджа. – Вот уж повезло, так повезло, – загадочно изрекла она, критично осматривая Мер с головы до ног. – В мужском туалете сильный кондиционер, попробуй просохнуть. Замок сломан, но минут двадцать у тебя есть. Мередит молча пошла в указанном направлении, стараясь не думать о достаточно прохладном приеме Торрес, и не чувствуя себя при этом убогой мокрой курицей. Замок действительно оказался неисправен, поэтому ей пришлось раздеваться очень быстро. Сначала она не хотела снимать джинсы, но они также изрядно промокли. И уже через пару минут Мередит в одном нижнем белье на цыпочках ходила по холодному кафельному полу, поочередно подставляя мокрую одежду под кондиционер. Надо бы волосы высушить, подумала она, и, опустив голову, сама встала под струю горячего воздуха, перебирая руками длинные пряди. В этот момент дверь распахнулась, словно под напором торнадо. У Мередит перехватило дыхание. Онемев, она смотрела на вошедшего мужчину и от неожиданности не могла пошевелиться. А в дверном проеме стоял Дерек, как и она, окаменевший от удивления. Наступила странно осязаемая напряженная тишина, прозрачная, словно вода. В воздухе повисло ожидание, и сразу стало тяжелее дышать, как будто в комнате проскакивали электрические разряды. Говорят, когда человек умирает, перед ним в мгновение ока проносится его жизнь. Разумеется, в данном случае о смерти речь не шла. К счастью! Однако ощущение, которое испытала Мередит, когда дверь туалета распахнулась и на пороге возник Дерек, отчасти напоминало процесс умирания – так, как она это себе представляла. У нее потемнело в глазах, во рту пересохло, в ушах возник какой-то странный шорох, и лишь позже, вспоминая пронзительный момент встречи, она сообразила, что эти звуки создавала забурлившая в жилах от волнения кровь. В одну минуту весь окружающий мир будто померк. Зрительная способность сузилась до такой степени, что различим был только Дерек. Словно загипнотизированная, она наблюдала, как он высится над ней. Ей стоило огромного труда просто дышать и стоять, не падая, в его присутствии. А Дерек с трудом верил собственным глазам. Вид женщины, снившейся ему почти каждую ночь, буквально пригвоздил его к месту. Это было как удар в солнечное сплетение – ни пошевелиться, ни вздохнуть. Она здесь! Мередит здесь! Эмоции забурлили в нем, создавая хаос в голове, желудке и чреслах. Ошеломленный, Дерек мог только смотреть. Однако ее присутствие вызывало множество вопросов. Что Мер здесь делает? Она вернулась? Насовсем? - Боже… – прошептала Мередит, не сводя с него глаз. - Я польщен – меня узнали, – пробормотал он, не двинувшись с места. Взгляд его синих глаз словно облил ее всю, задержавшись на груди, набухших от волнения и проступающих сквозь тонкий материал лифчика сосках, и нежных, чувственных бедрах. Мокрые волосы, упав ей на плечи, накрыли ее как шатром. Она была прекрасна. Она казалась самой прекрасной женщиной, которую ему довелось когда-либо видеть, и он не мог оторвать от нее глаз. Она была такой маленькой, такой изысканной. Кожа напоминала фарфор, а формы были словно отлиты из алебастра. У Мередит была узкая грудная клетка. Талия была необычайно тонкой, она мягко переходила в линию стройных бедер и длинных красивых ног. Он всегда удивлялся, что в таком хрупком сосуде таится такая сила духа. Похудела, как в угаре, подумал Дерек, почти осязаемо ощутив атлас ее кожи. Ладони вспотели. Он всегда прекрасно помнил ее тело – хрупкое, матово-жемчужное, с маленькими штрихами золотого и кораллового. Перед ним была просто стопроцентная женщина. И все сто процентов его тела чувствовали это. Каждое ее движение, слово потрясали его от волос на голове до подметок его новых туфель. Шепард молча выругался – такая реакция! Его тело не забыло ее. Напряженный, он осторожно вдохнул. Волны жаркого румянца залили Мередит, и в диком замешательстве оттого, что не сделала этого раньше, она схватила свою влажную рубашку и закрылась ею. А Шепард все глазел и глазел на нее. - Ты же в Нью-Йорке! – срывающимся голосом выкрикнула она. - Где я? – изумился он. - Кристина сказала мне… – Мередит вдруг осеклась на полуслове, внезапно осознав весь ужас происходящего. Кристина обманула ее! Обманула самым наглым образом! Понятно, пронеслось в голове у Дерека, картина начинает проясняться... - Неладно что-то в Датском королевстве, – вкрадчиво произнес он, стараясь использовать ситуацию до конца и продолжая разглядывать то, что проступило под прилипшей тканью и осталось обнаженным: ее загорелые, длинные ноги. Ему захотелось застонать. Господи, она не имела ни малейшего представления, какое место в его жизни занимают ее ножки… Наконец Мередит пришла в себя. - Убирайся отсюда! – выпалила она. Он проигнорировал ее слова. - Мередит… В груди у нее что-то лопнуло и разлилось по телу горячей жидкостью. Никто, кроме Дерека, не умел так произносить ее имя. Повисшее в воздухе напряжение казалось осязаемым. Первый шок прошел, и теперь между ними проскакивали электрические разряды, и она поняла, что это никакая не злость, а самое настоящее, ничем не прикрытое желание. Ее обнаженная кожа горела в присутствии этого мужчины. Ноздри затрепетали. От него пахло горьковатым одеколоном «Хьюго Босс». Запах, который когда-то сводил ее с ума. Не слишком задумываясь о том, что делает, Дерек шагнул вперед. Мередит инстинктивно отступила. - Мне закричать? – холодно осведомилась она. - Кричи, если хочешь, – прошептал он. До Мередит дошло, что если она сейчас даст слабину, то незамедлительно окажется в его объятиях, он сплавит ее тело со своим, и ей это понравится, она будет счастлива. Он предал ее. Он изменил ей. Он спит с другой женщиной. С умницей и красавицей Эддисон. Черт бы его побрал! Она ему не поддастся! Ни за что. - Убирайся! Он не двинулся с места. - Успокойся, Мери… Дверь неожиданно открылась. Дерек резко повернулся к вошедшему, загородив собой Мередит. - Что тебе нужно, О'Мелли? - Руки помыть, – обескуражено произнес Джордж. - Потом помоешь. Но Джордж не уходил, оценивая ситуацию. - Мер, с тобой все в порядке? – спросил он, заглядывая Шепарду через плечо. - Да. Спасибо. Еще раз окинув их недоверчивым взглядом, Джордж все-таки вышел, плотно прикрыв дверь. Наступила невыносимая тишина, и только забытый кондиционер, монотонно жужжа, продолжал гнать горячий воздух. Дерек, не оборачиваясь, негромко произнес: - Я принесу тебе футболку. У Мередит подогнулись колени, и она без сил опустилась на кожаную кушетку. Ее сотрясала дрожь, но она этого не замечала. Его появление сокрушительно подействовало на нее. Она приказала себе сейчас же уйти. Бежать, пока не поздно. Но силы воли не хватило. Да и куда бежать? Она только что официально перевелась сюда на службу. Прошла минута, вторая… Опомнившись, Мередит вскочила и стала лихорадочно натягивать рубашку. Руки ходили ходуном, а мокрая рубашка никак не хотела надеваться. Дверь бесшумно приоткрылась, и в образовавшемся проеме показалась смуглая мужская рука, держащая аккуратно сложенную белую футболку. - Мне от тебя ничего не надо, – зло бросила Мер. - Это я уже понял, не трать энергию. Но ты ведь не хочешь с ходу подхватить пневмонию, – Дерек подождал несколько секунд. – Не упрямься, Мередит. Размерчик, конечно, не твой, но раньше тебя это не смущало. Сердито выхватив у него футболку, Мередит могла поклясться, что услышала тихий смех, когда он наконец ушел, и вся согнулась от охватившей ее слабости. Он не изменился. По-прежнему гибкий и мускулистый, волосы все того же цвета безлунной полуночи… Глаза, улыбка… Нередко Мередит представляла, какой будет их встреча. Порой ей казалось, что она ничего не почувствует и что любовь к этому человеку давно уже умерла. Сейчас же она с уверенностью могла сказать только то, что Шепард по-прежнему великолепен… и по-прежнему сводит ее с ума. Так было всегда. С самого первого поцелуя, соединившего их в прошлом, когда он занялся с ней любовью, физический отклик друг на друга был сильным и незамедлительным. С тех пор она никогда не хотела другого любовника, потому что инстинктивно понимала, что никакой другой мужчина не сможет возбудить ее так, как Дерек, даже несмотря на все веские причины не желать его. О Боже, что за чертовщина! Ей хотелось бы чувствовать себя опустошенной, оскорбленной. Но вместо этого она негодовала на себя за то, что не испытывала ничего подобного. Его бесстыжие синие глаза, неотрывно глядящие на нее, ласкающие каждый сантиметр ее тела, – это было ее самое сильное эротическое переживание за последний год. Она дрожала, пылала, и чувства, которые, как ей казалось, она похоронила, переполняли ее. Он даже представить себе не мог, что сегодня увидит ее здесь… во плоти. Практически обнаженная, Мередит все еще стояла у него перед глазами. Было время, когда она принадлежала ему и только ему, и никому в голову не могло придти, что наступит день, когда она уйдет от него. Выйдя наконец из состояния ступора, Дерек оперся плечом о стенку. Сглотнуть не получалось, казалось, что у него в горле застряла здоровенная кость. Ему необходимо было успокоиться, иначе его нервы могли лопнуть от напряжения. Пульс зашкаливал, и если бы он сейчас обратился к кардиологу, ему тут же поставили бы диагноз «аритмия» и, пожалуй, госпитализировали бы. Так остро отреагировало его сердце на встречу с Мередит. Мередит… Мер… Мери… Его женщина, такая нежная, такая красивая… Желание вспыхнуло и, разрастаясь, снова опалило его огнем. Он прикрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов, чтобы расслабиться, позволяя своим хаотичным мыслям свободно бежать куда им вздумается. Жизнь принимала весьма неожиданный оборот. Туго ему придется, но надо держать удар. Только Мередит Грей была способна на такое. Только она могла играючи, одним взмахом своих длиннющих ресниц, положить его никчемную голову на плаху. Новый переговорщик из Лос-Анджелеса… Кристина странно себя вела… Как он мог не догадаться? У него всегда была феноменальная интуиция, но в случае с Мередит она почему-то никогда не срабатывала. Значит, Мер собирается здесь остаться. Но, в то же время, она не собиралась сюда приезжать. Эту загадку ему еще предстояло разгадать. Кристина знала о ее возвращении, поэтому и солгала, придумав байку о его мнимом отъезде. Кто еще знал? Хант? Нет, он бы ему сказал. Эйрин? Конечно. Веббер?.. Дерек оглянулся на кабинет капитана. Через стеклянную стену было видно, как Ричард разговаривает по телефону. Для человека пятидесяти семи лет, проведшего последние десять за столом, он был в хорошей форме. Слишком энергичная натура мешала ему нажить брюшко. Его брак распался из-за работы, которой он слишком много уделял времени, а также из-за неосторожного пристрастия к бутылке. Веббер бросил пить и развелся. Теперь жену и выпивку ему заменила работа. Не все подчиненные любили его, но все уважали. Дерек подошел к кабинету и, не стучась, открыл дверь. - Ты знал об этом? - Я перезвоню, – вежливо сказал в трубку Веббер и, посмотрев на Шепарда, не стал делать вид, что ничего не понял. – Знал. Я даже занимался ее переводом. Дерек прищурился. - Какого черта ты не сказал мне? - А что бы это изменило? - Я был бы готов! Ричард терпеливо вздохнул. Работали они вместе довольно давно. Шепард – надежный полицейский, хотя и не всегда соблюдает формальности. Еще вчера был усталым, изможденным работой человеком, а сегодня – молодой мужчина, с горящим взглядом, весьма энергичный и злой. И эта метаморфоза произошла за каких-то пять минут и только благодаря Мередит Грей. Неужели Эйрин права со своей слезливой теорией о двух половинках, разлученных коварной судьбой? - Дерек… – начал он осторожно. - Ты должен был мне сказать! - Ничего я тебе не должен, – Ричард хлопнул ладонью по столу. – У нас катастрофически не хватает людей. Пока болеет Слоан, Грей будет твоим напарником. Потом сдаст аттестационные экзамены и переедет к парням из спецназа. Дерек, вы взрослые люди и, я надеюсь, будете вести себя профессионально. Вопросы есть? - Нет, – коротко ответил Дерек и вышел из кабинета. Он пересек коридор, быстро сбежал по недлинной лестнице и, проходя мимо поста дежурного, отрывисто бросил: - О'Мелли, я вернусь через пятнадцать минут. - Но совещание… - Пока не прибудет Хант с группой, совещание не начнется, – Шепард уже взялся за ручку входной двери, но внезапно остановился. – Джордж, там Мередит… Проследи, чтобы ее не беспокоили… Джордж молча кивнул. Я не готова к этому, не готова к этому – билась в ее голове одна-единственная связная, но паническая мысль. Я не могу работать с ним, как будто ничего не произошло. Мередит смотрела на себя в зеркало, но не осознавала этого. Она еще трепетала всем телом. Надев его футболку, она оказалась окружена его запахом, словно им самим. Надо быть честной – ее по-прежнему с непреодолимой силой тянуло к нему. Ничего не изменилось с того самого момента, когда она впервые поняла, что любит его. В груди заныло от обиды и гнева. Ну почему, почему она не навела справки, почему не разузнала о его местонахождении? Почему поверила Кристине? А как было не поверить? Кристина – ее друг. Бывший друг, поправила себя Мередит. Я никогда ей этого не прощу! Гнев дал ей силы, чтобы справиться с паникой. Она подняла голову и расправила плечи. Она не пасовала перед всякими отморозками, а уж здесь-то и подавно не струсит. В коридоре ее ждал Джордж. - Все в порядке? – снова спросил он. - В полном. Ты не знаешь, какой стол я могу занять? – деловым тоном произнесла она, ясно давая понять, что обсуждать тут нечего. - Сначала ты будешь временно замещать детектива Слоана, – скороговоркой выпалил Джордж, показывая рукой в нужном направлении, – а потом переведешься в группу быстрого реагирования. Там уже готовят кабинет. Пожалев о своей резкости, Мередит легонько чмокнула его в щеку. В конце концов, О'Мелли не виноват в ее проблемах. - Спасибо, Джордж. Ты самый лучший. В инспекторской уже вовсю кипела работа. Из холла доносились чьи-то грубые, возбужденные голоса, открывались и захлопывались с глухим стуком двери. Многие инспектора стучали по клавиатуре. Не умолкая, трезвонили телефоны: казалось, будто трубки вообще не снимались с рычагов. Мер увидела подростка в наручниках, которого вели двое мужчин. В углу сидела какая-то женщина, сжимавшая в руках стаканчик с водой. Она беззвучно плакала. - Грей, ты уже умудрилась кого-то раздеть? – указывая на футболку, язвительно поинтересовалась Келли. – Быстро ты, однако. - Долго ли… умеючи – в тон ей ответила Мередит и демонстративно села на стул Слоана. Оглядев обширный офис, она вспомнила, как несколько раз приходила сюда, когда была патрульным. Все ее коллеги мечтали работать или здесь или в отделе нераскрытых преступлений. Но лично у нее обнаружился другой талант – она умела слушать людей. Однажды, не дождавшись подкрепления, она вступила в переговоры с потенциальным самоубийцей, собиравшимся выпрыгнуть из окна девятого этажа, и убедила его не делать этого. Начальство ее заметило и через некоторое время отправило на годичные курсы специалистов по кризисным ситуациям при полицейской академии в Лос-Анджелесе. Она не возражала против учебы. В отличие от Дерека. Он возражал. И еще как. Но его убедить ей так и не удалось... Мередит еще раз осмотрелась. Ей бросилось в глаза, что все полицейские одеты по-разному: на одних – пиджак и галстук, на других – джинсы; у одних туфли, у других – спортивная обувь. Всех их объединял пистолет под мышкой. Дерека среди них не было. Непонятно почему, но это незначительное обстоятельство расстроило ее. А еще ей страшно хотелось горячего кофе. - Займись делом, Грей, – на стол, за которым она сидела, упала увесистая папка. Возвышаясь над Мередит, Келли в своей черной кожаной куртке и черной майке была очень похожа на амазонку. – Дело Биллингса. Надо прочесть и написать заключение для передачи в суд. Осилишь? Мер послушно открыла папку, но что-то заставило ее повернуть голову. Дерек. Он шел к ней через огромный зал, неся в руке закрытый стакан с кофе. Она смотрела на знакомую высокую фигуру и снова ощутила себя в его власти – и физически, и эмоционально. Она глядела на него как завороженная. Лавируя между столами, Дерек кому-то улыбался, кому-то пожимал руку, с кем-то перекидывался парой слов, чувствуя себя совершенно непринужденно в окружающей его суматохе. И вдруг эти до одури, до боли знакомые черточки, движения, улыбки вызвали у Мередит дрожь, которая прошла по всему телу. Сжав зубы, она отчаянно попыталась переключить сознание на что-то другое, но тут он встретился с ней глазами… И она поняла, что пропала. Захотелось убежать, спрятаться, накрыться с головой… Как в детстве. Однако, оставаясь неподвижно сидеть, она покорно ждала его приближения. - Я подумал, что тебе не повредит чашка кофе. Ты ведь замерзла, – весело заметил он и поставил перед ней бумажный стакан с логотипом «Старбакс». Не надо быть ясновидящей, чтобы понять – это был эспрессо. Выходит, он специально ездил в знаменитую кофейню за ее любимым кофе. Горло сжалось. Мередит осторожно сняла крышку, вдохнула божественный аромат… и не глядя на Дерека, хрипло произнесла: - Спасибо. - Я всегда с удовольствием. Обращайтесь в любую минуту. Мер подняла голову, сразу поняв, что совершила ошибку. Все вокруг, казалось, затихло и остановилось. Взгляд его ярко-синих глаз был устремлен прямо на нее. В них сверкали золотые искорки, а в уголках веером расходились смеющиеся морщинки. Мгновение, а может быть, вечность она не в силах была отвести от него взгляд. Она все смотрела, и смешинка в его глазах постепенно растаяла, в них вспыхнуло нечто другое. Синева их густела, становясь все жарче и темнее. Взгляд был таким откровенным, что Мередит едва не потеряла сознание от избытка ощущений и нехватки воздуха. - Эй, голубки, к капитану! – громко крикнула Келли, вырывая их из мира грез.