Другая сторона Луны

- Поздравляю, Шеп, ты побил личный рекорд скорости по осмотру места преступления, – с легким сарказмом произнесла Келли. – Куда-то торопишься? Трупы уже увезли. Бейли уехала. Полицейские упаковывали в пластиковые пакеты найденные в комнатах гильзы от пуль, чтобы потом отправить в лабораторию на экспертизу. И слепому было ясно, что это ограбление. Но зачем же убивать? Дерек переступил через очерченные на полу мелом контуры тел и стал снимать резиновые перчатки. Он и в самом деле торопился. К Мередит. - Оправила ребят опросить соседей? Келли Торрес уселась на вертящийся стул и крутанулась несколько раз вокруг себя. - Естественно. Не один ты, знаешь ли, настоящий профессионал. Дерек внимательно взглянул на нее. Торрес проработала в их отделе чуть меньше пяти лет и сумела произвести впечатление – не всегда хорошее. Она была умопомрачительно красива. Некоторые считали ее настоящей стервой. У нее был ядовитый язык, и она охотно этим пользовалась, но это никоим образом не отражалось на ее взаимоотношениях с коллегами. Келли никогда не уступала в споре, что делало ее совершенно неотразимой в суде и превращало в головную боль для адвокатов защиты. В любом деле на нее можно было положиться, как на самого себя. По меньшей мере, половина мужчин и, возможно, четверть женщин, работавшие в полицейском управлении и здании окружной прокуратуры, испытывали к ней весьма пылкие чувства. Его напарник, Марк Слоан, был готов на многое, лишь бы завоевать ее благосклонность. Фантастически непристойные варианты обсуждались во всех смачных подробностях за стаканчиком после работы, но так, чтобы Келли ничего не слышала. Никому не хотелось стать ответчиком в деле о сексуальном домогательстве, возбужденном Келли Торрес. Шепарда не тянуло к ней в физическом смысле слова. Он только восхищался ее человеческими качествами, острым умом и амбициозностью. Эти качества напоминали ему его самого. Возможно, поэтому они и сдружились. Но сейчас она была настроена отнюдь не дружески. - У нас четыре трупа, два из них детские, а ты светишься как рождественская елка, – неприязненно поморщилась Келли. Дерек виновато хмыкнул. Что есть, то есть, нет смысла отрицать. - Что с тобой случилось? Можно подумать, у тебя только что был грандиозный трах. Дерек снова хмыкнул и неожиданно улыбнулся счастливой мальчишеской улыбкой, совершенно не вязавшейся с витавшим здесь мрачным запахом горя. - Я чуть не ослепла от твоего зубоскальства! – недовольно проворчала Келли и внезапно вскинулась. – Вот, черт, Шеп! А у тебя и вправду был трах! С кем? Я ее знаю? - С Мередит, конечно. С кем же еще? – удивился Дерек. - Ну, мало ли... – загадочно изрекла Келли. – Ты у нас, оказывается, знатный ходок. Стало быть, Грей тебя простила? Ну и ну… Дерек недоуменно поднял брови: - Какой ходок и за что простила? - За то, что изменил ей с Монтгомери. Ей-Богу, Шеп, вот уж не думала, что ты такой ублюд... – Она осеклась, поскольку Дерек смотрел на нее, как на помешанную. - Ты совсем съехала с резьбы, Торрес? – тихо и жутко проговорил он. – Когда это я изменял Мередит?! - В ночь перед тем, как она уехала, – с некоторой опаской произнесла Келли, не спуская с него настороженных глаз. - С чего ты взяла? – в бешенстве заорал Дерек так, что все присутствующие оглянулись на них в удивлении. Выругавшись, он схватил ее за локоть и буквально выволок на улицу. - Ты спятил! Синяки же останутся! – яростно зашипела Келли, потирая руку. - С чего ты взяла, что я спал с Эддисон в ту ночь? – уже спокойнее повторил Дерек. - Да Грей мне сама об этом поведала! Дерек внезапно почувствовал, что ему почему-то не хватает воздуха. - Выкладывай! – приказал он. Злая как черт, Келли вкратце пересказала ему свой разговор с Мередит, не забывая попутно проклинать этих сволочей, мужиков. Но, когда она закончила, у Дерека было такое растерянное выражение лица, что ей невольно стало жаль его. В голове мелькнула смутная догадка. - Не хочешь ли ты сказать, что… - Нет! – с болью вырвалось у Дерека. – Господи, Келли… Конечно, нет! Даже думать об этом тошно… Я ведь не могу без Мередит! Я понятия не имел, что Эддисон была у меня… - Но как такое произошло? Она что, пробралась к тебе в квартиру без твоего ведома? У нее остался ключ? - Нет! – поспешил ответить он, но, подумав с секунду, неуверенно сказал: – Хотя, она могла сделать дубликат… Черт, с каким бы удовольствием я сейчас ее придушил! - Беру свои слова обратно. Ты не ублюдок, Шеп, ты – придурок. Дерек в замешательстве взъерошил свои волосы. Теперь ему многое становилось понятным в поведении Мередит. - Значит, вчера на крыше она говорила обо мне? – полувопросительно, полуутвердительно пробормотал он. - Да. – Келли осторожно прикоснулась к его плечу. В его голосе было столько горечи. – Подожди, а где ты был той ночью? Учти, тебе нужно железное алиби. Дерек вздохнул. - Я был с Марком… - Кто бы сомневался, – фыркнула Келли. - Мы с Марком сидели в засаде, – со злостью бросил Дерек. – Когда мы с Мередит… В общем, после того, как мы поссорились и она убежала, мне позвонил мой осведомитель и сообщил, что Риксон… Помнишь, дело Риксона? Келли кивнула. - Короче. Риксон должен был появиться у одной своей подружки, и мы с Марком ждали его там. И прождали до самого утра. Затем уже вместе с ним поехали в управление. А там, сама знаешь, закрутилось. Домой к Эйрин я попал только поздно вечером, но Мер уже улетела. - И ты не заметил, что в твоей квартире кто-то был? Тоже мне коп! Дерек пожал плечами. - Мне как-то не до этого было. - Ну, как я понимаю, теперь все уладилось. Вы снова вместе. Дерек покачал головой. Сейчас он уже не был так уверен в этом. - Келли, Мередит весь год жила, думая, что я ей изменил. - Если уж она пустила тебя к себе в постель… Сегодня ты расскажешь ей всю правду, и это недоразумение наконец разрешится. Не переживай так, бедненький… Келли хотела добавить еще что-то, но в этот момент раздался звонок мобильного. Бросив свирепый взгляд на ухмылявшуюся Торрес, Дерек отвернулся. - Эйрин? – Несколько минут он молча слушал, а затем членораздельно произнес: – Черт. Бы. Вас. Побрал. Эйрин. Когда он снова повернулся к ней, мучительная боль затопила его, отразилась в глазах. Увидев это, Келли вдруг испугалась. - Что? Что стряслось? На тебе лица нет! - Мередит исчезла. - Как?! - Она с Тейлором. Она с этим уродом, – механическим голосом сказал Дерек. Затем посмотрел на Торрес мутным и тяжелым взглядом. – Выясни, каким рейсом Митч Тейлор сегодня вылетает в Лос-Анджелес. Келли поспешно полезла в сумку за планшетником. Ожидание было невыносимым. Так где же, черт побери, Тейлор? И, что более важно, где, черт побери, Мередит? - Он уже двадцать минут как в воздухе. И, Дерек… Ладони моментально повлажнели. Капелька пота скользнула по спине. - Что? – спросил он, хотя и так уже знал ответ. - Мередит тоже в самолете… Он только кивнул, глубоко втянув в себя воздух. Было очень трудно что-то отвечать со стиснутыми зубами. - Ничего не понимаю, но тебе надо лететь за ней. Твоя Грей невероятно импульсивна и может натворить бед, – сказала Келли. – Ты же завтра не дежуришь? - Мы еще не закончили здесь, – мрачно произнес Дерек. - Я вызову Ханта. Поезжай. Следующий рейс через четыре часа, я забронирую тебе билет. - Торрес, я твой должник! - Само собой, красавчик! Удачи! И постарайся не нарушать правила! Но Шепард уже быстро, пружинистым шагом шел к своей машине. Замечательно! Теперь Мередит уверена, что он не только изменил ей, но и обманул ее. Она узнала о заговоре и отреагировала, как и следовало ожидать, самым худшим образом. Господи, его просто медленно убивает мысль о том, что она улетела от него. Кто может гарантировать, что она вернется? Дерек взглянул на часы. Надо было немедленно выезжать, если он не хочет опоздать на самолет. К несчастью, осталось еще одно неоконченное дело. Может, он действительно иногда пренебрегал правилами, но проблемами – никогда. Он посмотрел на себя в зеркало заднего вида, чтобы убедиться в том, что выражение лица у него достаточно свирепое. И в самом деле, сейчас он, не прилагая к этому особых усилий, больше походил на убийцу-маньяка. С тех пор, как Мередит появилась в Сиэтле, у него не было ни одной спокойной минуты, и такой режим давал о себе знать, отражаясь не только на самочувствии, но и на внешности. Эддисон сидела у себя в кабинете и смотрела запись полуденного выпуска новостей, потягивая французское шампанское. Перед эфиром она всегда выпивала бокал хорошего вина. Так сказать, для естественного блеска глаз. - А ты все хорошеешь, – проговорил от дверей Дерек. К чести Эддисон, она и бровью не повела. Спокойно потягивая шампанское, она продолжала смотреть на экран. - Спасибо… дорогой. Не скрою, я ждала тебя раньше. Примерно, год назад. - Извини, работы много. Дерек пересек комнату и присел на краешек письменного стола. Теперь они сидели лицом к лицу. - Как ты прошел через охрану? - Это моя маленькая тайна, – ответил Шепард, одарив Эддисон ослепительной улыбкой. – Кроме того, большинство твоих сослуживцев знает, как много нас связывает. - Так чем обязана твоему визиту? - Веббер велел передать, что если ты и твоя свора не будете вмешиваться в ход расследования, то по его завершении тебя ждет эксклюзивный материал. - А если нет? - Если нет, я включу тебя в черный список. Эддисон бросила на него испепеляющий взгляд, и Дерек понял, что угроза подействовала: с репортером, попавшим в черный список, не стал бы разговаривать ни один сотрудник полиции. - Кстати, Мередит передает тебе привет, – небрежно произнес он, по старой полицейской привычке изучая расположение вещей в кабинете. - Очень любезно с ее стороны, – томно протянула Эддисон. – Правда, я до сих пор не могу понять, что ты в ней нашел. Ну, смазливая… Ну, стройная… А в остальном… Стиля у нее нет. Прирожденного класса. - Возможно, – равнодушно согласился Дерек. – Зато у тебя стиля сколько хочешь. И класса. И красоты. У тебя и мозги хорошие есть. И смелость, и настойчивость. Но кое в чем она превосходит тебя, Эдди. У нее есть сердце. И ее я люблю, а тебя нет. И мне плевать, есть у нее стиль или нет, – он рывком наклонился, нависая над ней. – Этого у тебя никогда не будет. Ты можешь надеть жемчуга и тысячедолларовые наряды, но это ни черта не значит. Потому что невозможно заставить полюбить себя. Любовь нельзя ни купить, ни украсть, ни присвоить. И меня у тебя никогда не будет. Поэтому Мередит так чертовски пугает тебя, что тебе даже пришлось придумать, как ей показать, кто здесь хозяин. Однако своим спектаклем ты только оказала нам большую услугу. Теперь мы знаем, что любим друг друга несмотря ни на что. - Как трогательно, Дерек! И ты прибежал ко мне, чтобы рассказать сказочку о вашей бессмертной любви, да? – Эддисон была потрясена даже сильнее, чем сама себе признавалась, но подняла бокал и картинно отпила. Хотя шампанское уже не лезло ей в горло. – Признаюсь, ты впечатлил меня до глубины души. - Нет, я, как ты выразилась, прибежал, чтобы предупредить тебя. По старой дружбе. Если ты еще раз приблизишься к Мередит, то широкой общественности станет доподлинно известно, что их любимица, безупречная звезда телеэфира Эддисон Монтгомери два года назад, устроив по пьянке небольшую групповушку, случайно залетела, – Дерек выдержал эффектную паузу. – То ли от оператора, то ли от осветителя, кто сейчас разберет... А потом, недолго думая, эта самая телезвезда сделала аборт, заплатив врачу кругленькую сумму за молчание. - Откуда ты знаешь? – непослушными губами спросила Эддисон. - Ты упустила из вида, что я коп… дорогая, – его глаза беспечно смеялись. – Учти это на будущее, – Дерек повернулся, неторопливо направляясь к двери. – Ах да, совсем забыл. Можешь выбросить ключи, я поменял замки. Ему не пришлось уворачиваться от летящего бокала. Он попал в окно в целых двадцати сантиметрах от его головы. Зазвенело стекло. Дерек довольно засунул руки в карманы. Дело сделано. Теперь можно и в аэропорт. Выйдя на улицу, Дерек вдруг подумал, что ему не помешает поддержка хотя бы одного союзника, и принялся лихорадочно листать записную книжку своего смартфона. У него был только домашний номер, и если Кейт не возьмет трубку… - Кейт Маршалл, – ответил усталый женский голос. – Говорите побыстрее, потому что я ухожу. - Мисс Маршалл, меня зовут Дерек Шепард. Я друг Мередит Грей. Не будете ли вы столь любезны… Воздух в легких закончился, так что пришлось остановиться, чем не замедлила воспользоваться собеседница. - Дерек Шепард? Детектив Дерек Шепард? - Верно, мисс Маршалл. Я… - Меня зовут Кейт. Я знаю, кто вы, и хочу сказать, что, будь вы здесь, рядом со мной, я бы с удовольствием врезала вам в челюсть. - За что, Кейт? – искренне удивился Дерек. - Вы дурно обошлись с Дитой. Понимаете, о чем я? Значит, Дита… - Понимаю. И обещаю, что при первой же встрече с удовольствием подставлю вам челюсть. - Ладно. Что вам от меня надо? Тон Кейт заметно смягчился, и Дерек облегченно вздохнул. - Я на пути в Лос-Анджелес… - Вот оно что, – протянула Кейт. – Прыток, нечего сказать. - Прилечу примерно через шесть часов, – упрямо продолжал Дерек. – Через четыре часа после Мередит. И мне нужно быть уверенным, что за эти четыре часа она не совершит какую-нибудь глупость. - Например, не переспит с Митчем? – понятливо спросила Кейт. - Совершенно верно. Молчание в трубке длилось несколько ужасных мгновений. - Хорошо. Что я должна делать? Дерек выскочил из машины и бегом устремился к билетным кассам. В очереди стояло всего три человека, но каждая минута ожидания растягивалась в час. Диктор уже дважды объявил посадку, когда он наконец добрался до контрольного пункта. - Поторопитесь, посадка на ваш рейс уже заканчивается. Счастливого пути. - Спасибо. В заполненном не более чем наполовину салоне «боинга» ему досталось самое первое место. Дерек едва успел рухнуть в кресло, как на панели появилась надпись: «Просьба пристегнуть ремни». Уф, успел! Самолет набрал высоту и лег на заданный курс. Внизу, куда ни посмотри, простиралось белоснежное поле облаков. Иногда в просвете между ними мелькала синяя гладь океана. Мысли постепенно замедляли бег, возвращаясь на привычный круг. Настроение прыгало с радостных высот надежды в черный колодец тоски. Мередит… Она изменила его жизнь. Он не знал, как это объяснить, как облечь это в понятные ей слова, но это было так. Только она всколыхнула застойное болото, на дне которого умирали остатки его чувств. Настоящих человеческих чувств. Мер оживила его, заставила метаться, переживать, рисковать и бороться. Дерек снова вспомнил свою жизнь до нее – спешка, требования, сумасшедшая работа, уныние… Если Мередит не будет… Нет, эта мысль была ему невыносима. Страх потерять ее давил на него, как десятитонная скала, лежащая на груди. Она любит его. В этом он был уверен, как ни в чем другом. Иначе не отзывалась бы так страстно на каждое его прикосновение… Она любила его, ничего не требуя, не прося взамен. Никогда еще он не получал так много, отдавая так мало. Он собирался провести оставшуюся жизнь, показывая ей, что она для него значит. Сегодня утром, когда Мер проснулась в его объятиях и улыбнулась, его сердце буквально замерло, и он понял, что влип по уши. Мужчина на многое способен ради женщины, которая улыбается ему так сонно, тепло и удовлетворенно. Он был готов двигать горы ради того, чтобы иметь возможность заниматься с ней любовью, видеть, как ее лицо искажается от оргазма. Раз изведав страсть Мередит, он не сможет долго обходиться без нее. Что же все-таки произошло между ними? Этот вопрос бился у него в мозгу, приводя его в замешательство. Стечение обстоятельств? Эддисон, а затем Эйрин с Кристиной? Нет, нечего постоянно упрекать их. Ответственность должен нести он сам. На что он рассчитывал, когда ввязывался в эту авантюру? Знал ведь, что, как не крути, правда всегда всплывает наружу. Но Дерек чувствовал, что было в этой истории что-то еще. Какие тайны Мер скрывает в своей душе? Он должен это выяснить! Когда она целовалась с ним... никаких тайн не было. Она была открытой – нежной, чувственной, искренней. Правда, есть еще Тейлор. Этот недоносок на самом деле всерьез запал на Мередит. Достаточно заглянуть ему в глаза. Как бывшая жертва, Дерек был большим специалистом в угадывании симптомов. Вновь обретенная надежда и легкость моментально испарились, оставив вместо себя досаду и жалящую ревность, стоило ему представить их вместе. «Это Митч Тейлор. Мой друг». Шепард скептически хмыкнул. Ну, разумеется… Если Тейлор и Мер друзья, то он – Папа Римский. Потерять ее будет очень больно. Настолько больно, что он не был уверен, сумеет ли перенести эту боль. Нет. Он ей объяснит, и она поймет. Мередит умеет понять, и тем она ему дорога. Что, черт возьми, в этом сложного? «Милая, я тебе не изменял, и ты не хуже меня знаешь, что мы любим друг друга…» Впрочем, пожалуй, не стоит называть ее «милой». У нее есть нормальное имя: Мередит. Все эти дурацкие клички, вроде «милая», «дорогуша», «крошка», «киска» и – Господи, помилуй! – «сладкая моя», унижают достоинство женщины. Дереку показалось, что он ясно слышит голос Мередит Грей, произносящий эту сентенцию. А Мередит, как всем хорошо известно, всегда знает, о чем говорит. Она бы немедленно взбеленилась, если бы ему вздумалось назвать ее своей «сладкой». Поэтому он и называл ее Мери, и, надолго задерживаясь на букве «р», шептал это имя в ее маленькое, совершенное ушко, когда в залитой лунным светом спальне они занимались сексом, который следовало бы включить в Книгу рекордов Гиннесса. «Лучший секс всех времен и народов: Мередит Грей и Дерек Шепард – мастера синхронного оргазма». Ох, мать твою… Однако хороший секс еще ничего не гарантирует. И может, Тейлор дает ей намного больше, чем постельные ласки. Или Мер вообще хочет стать абсолютно самодостаточной, без привязанностей, без личных отношений… К черту то, чего хочет или не хочет она! – решил про себя Дерек. Он должен знать, чего хочет сам! Он был взбешен. Весь немалый путь до Лос-Анджелеса стал для него настоящим испытанием. Как мальчишка, он гоняется за какой-то, черт ее дери, блондинкой с надменным взглядом и думает только о том, как прекрасна она была в лунном свете! Дерек потянулся, посмотрел на часы. Дьявол, эти самолеты могли бы летать и быстрее. - Не желаете перекусить, сэр? – кукольного вида стюардесса с лицом слегка постаревшей Барби подкатила тележку к его креслу. Желудок громко заурчал, требуя обратить внимание и на его неотложные нужды. - С удовольствием. И, пожалуйста, виски, – он выглянул в иллюминатор. – Кстати, какая погода ждет нас в Лос-Анджелесе? - Прекрасная, – заверила его Барби. – Лучшего места для отдыха не найти. Температура воздуха – двадцать восемь-тридцать. Воды – двадцать два-двадцать три. Вы перенесетесь из осени в самое настоящее лето, – она вздохнула и, поворачиваясь к тележке, провокационно задела бедром его плечо. – Я бы и сама с удовольствием повалялась на горячем песочке, да, к сожалению, работа не позволяет. Лос-Анджелес встретил Мередит безоблачным бледно-голубым небом и длинными свечками пальм. Митч оказался идеальным попутчиком: не утомлял пустой болтовней, но и не погружался надолго в молчание, знал много смешных историй и, проявляя глубокие познания, отвечал практически на любой вопрос. Она старалась ни о чем не думать, но прошлое не отпускало, снова и снова напоминая о себе, цепляясь за мелкие детали, случайные ассоциации. Это было, словно путешествие в прежнюю жизнь. Год назад она точно также летела на самолете, пытаясь занять голову первоочередными делами, которые надо будет сделать по приезде: найти квартиру, забыть Дерека, зарегистрироваться в академии, забыть Дерека, пройтись по мaгaзинaм, чтобы купить подходящую для здешнего климата одежду, забыть Дерека… В зоне прилета ее ждала Кейт, как всегда выглядевшая просто великолепно – со смуглой кожей, доставшейся ей от матери-мулатки, огненно-рыжими волосами и живыми карими глазами. Кейт мечтала стать актрисой и жила в Лос-Анджелесе уже четыре года, и он все еще завораживал ее. Для нее он был городом, где можно поймать и удержать мечту. - Дита! О Боже! Что они с тобой сделали? За три сиэтлских дня Мередит поблекла, как цветок, который неосторожно поставили на самом солнцепеке. Под глазами явственно обозначились прозрачные голубоватые тени, а уголки губ были горестно опущены вниз. Даже волосы не блестели против обычного, и она собрала их в невыразительный и не очень аккуратный пучок. - Я просто расклеилась, – пробормотала Мер, утопая в энергичных объятиях Кейт. - О да! Я вижу. По правде сказать, ты дошла до точки. Измоталась – дальше некуда. Это твоя сумка? Превосходно. Привет, Митч! Пока, Митч! Мы прекрасно доберемся без тебя. - Но... – попытался протестовать Тейлор. У него были свои, вполне определенные планы на Мередит. Коль скоро она согласилась улететь с ним… - Даже не думай! – безапелляционным тоном заявила Кейт, открывая свою машину. – Сегодняшняя программа – только для девочек. Позвонишь нам завтра. Лучше, ближе к обеду. Поехали, Дита. Через секунду они мчались по шоссе, уносящим их все дальше и дальше от аэропорта. Вот уже несколько часов они сидели в кафе на пляже и болтали, за разговорами не заметив, как наступила ночь. Мередит, наслаждаясь мягким бризом с океана, рассказывала о своих злоключениях, а сама все ела, ела и никак не могла остановиться. - Прости, Кейт, видимо, нервы. Голодна, как волк. Хочешь мяса? - Не пугай меня. Я не ем мяса уже семь лет, а время моего вечернего зеленого салатика с корочкой хлеба и литром минералки еще не пришло. Что с тобой, Дита? Такой аппетит обычно посещает после хорошей... - Ни слова, Кейт! - Физической работы, имела я в виду. А ты о чем подумала? – Кейт невинно захлопала ресницами. - Учти, мне не до словесных перепалок, не до каламбуров и не до соленых шуточек. Дело очень серьезное. Кейт откинулась на спинку стула и прищурилась. - Да уж, серьезней некуда. Ты ему отдалась? Мер поперхнулась. - Кейт! - Понятно, отдалась. И как это было? - Кейт!! - Он что, тебя изнасиловал? - Кейт!!! - Так, давай по порядку. Шепард тебя соблазнил, ты изменила Митчу, и тебя мучает совесть? Ты соблазнила Шепарда, он осознал, что совершил ошибку, и не хочет тебя видеть? Вы оба напились и лишили друг друга девственности, а теперь ты беременна? - Почему ты издеваешься? - Потому что ты несешь чушь. Ты его любишь, он тебя тоже, в чем здесь проблема? А действительно, в чем проблема? – подумала Мередит. - Что ты там бормочешь, несчастная? - Да ты бы видела его бывшую! Она выглядит так, будто у нее в жизни нет других дел, кроме посещения салонов красоты и походов по магазинам. Она светится красотой, которая мне и не снилась. Ее хоть сейчас можно снимать на обложку «Вог» или «Космополитен». И скажи, зачем мужчине, который может спать с такими женщинами, я? Это что, какое-то извращение? Я не желаю быть чьим-то приключением на одну ночь! Кейт посмотрела на нее как на умственно отсталую. - Ты больная, Грей. Совсем больная. И хватить жрать, лопнешь. Скажи, ты его любишь? - Он мне изменил, а потом обманул. - Да-да, конечно. Ну, после той измены уже год прошел. Срок давности вышел, или как у вас там говорится. А насчет того, что обманул… Как бы я хотела, чтобы меня кто-нибудь так обманул. Это ж не обман, это ж песня какая-то. Ох, Дита, ты точно рехнулась. Ты что, правда, не понимаешь? Да какими бы холеными не были окружающие его дамочки, характер от этого не улучшается! Я видела ее по телеку. Она же стерва из стерв. И таких стерв вокруг него – пруд пруди. И вот встретил человек интересную, талантливую, образованную девушку, а она оказалась такой же дурой, как любая среднестатистическая модель! - Ты перегибаешь палку, – с угрозой произнесла Мер. - Правда глаза колет? Ладно, расскажи мне о сексе. - Не буду, – надулась Мередит. - Пожалей человека. Я уже полгода на просушке. Итак, как я понимаю, секс был неплохой? Мередит со вздохом сдалась. Она знала, на что подписывалась, когда летела сюда. - Если честно, мне не хочется это говорить, но это был лучший секс в моей жизни. Кейт… это… Это был безумно потрясающий секс. - О! Боже мой! Дай мне минуточку тебя поненавидеть, – Кейт забарабанила пальцами по столу. – Ладно, время ненависти истекло. Теперь подробности. Но до подробностей дело не дошло: у Кейт в сумочке зазвонил телефон. - Прости, пожалуйста… Кейт слушает. Да, – пауза. – Да. Хорошо. – Она захлопнула мобильник и виновато посмотрела на Мередит. – Моя сменщица заболела, и мне надо выйти на работу. Извини. Но завтра я буду полностью в твоем распоряжении. Пойдем, подкину тебя домой по дороге в бар.