Другая сторона Луны

Дерек задумчиво смотрел на монитор. Фотография была плохонькая, но все же отражала юность и красоту актрисы. Анжела Карр, двадцать пять лет. Родилась в Бруклине, единственный ребенок в семье. Родители живы и до сих пор состоят в браке. В настоящее время проживают во Флориде. Вернее, доживают. Вчера Дерек вдребезги разбил им жизнь, сообщив, что их единственная дочь мертва. После пяти часов изучения данных о людях из записной книжки Анжелы он так обессилел, словно пробежал марафонскую дистанцию. А ведь им еще предстояло побеседовать с каждым из них! Торрес взвалила часть этой работы на себя, но даже при ее опыте и отличном оборудовании быстро провернуть это дело им было не под силу. - Жалко, – сказала Келли. – Красивая была. Дерек с Марком предпочли промолчать. Их троица сидела за закрытыми дверями в переговорной и просматривала дело Анжелы. - Труднее всего с ежедневником, – снова заговорила Келли. – В нем полно всяких значков и символов. Причем она все время их меняла, так что единой системы нет. Зато есть всякие клички: Кобель, Кретин, Красавчик. Есть инициалы, сердечки, рожицы – мрачные и веселые. Боюсь, времени на то, чтобы найти какую-нибудь зацепку, понадобится куча. - Ты хочешь сказать, что не сможешь этого сделать? – спросил Марк. - Я сказала, что мне понадобится время. А это разные вещи! - Ну ладно, не сердись. Я знаю, что твой компьютер дымится от натуги, только вот сколько у нас времени – непонятно. Дерек тоже просмотрел этот ежедневник. Анжела была актрисой, очаровательной и безалаберной, и вся ее жизнь была на виду. Съемки, роскошные ленчи, лучшие косметические салоны, тренировки в фешенебельном спортивном клубе. Совсем неплохая жизнь! И кому эта жизнь понадобилась?! Ему не надо было напрягать память: он отлично помнил, что гласила последняя запись в ежедневнике. Самая последняя в жизни Анжелы. «Полуночное свидание. Ням-ням. Надень белое атласное платье и к нему такое же белье. Будь готова! Вдруг повезет? Тело у парня потрясающее, жаль только – непонятно, что у него в голове. Ладно, надейся и мечтай – а там посмотрим, что получится». Дерек закрыл глаза и покачал головой. Сама мысль, что он явился причиной, пусть косвенной, этой ужасной смерти, казалась ему горше, чем самый черный кофе без сахара. - Ну, и какие соображения? – спросила Торрес. - Это Голливуд. Страна больших денег и взвинченных нервов, – сказал Марк. – И то и другое приводит к убийству. Мне кажется, это фанат. Хотел поиметь звезду, не рассчитал с электрошокером, изнасиловал, а когда понял, что она мертва, выстрелил, уничтожив все улики. - Так и не нашлось ни одного достойного внимания свидетеля. Но все равно приходится проверять каждого из них. Приходится тратить время на ложные версии. У меня эти люди в печенках сидят, – пожаловалась Келли. – У таксиста, который ее привез, и всех ее сиэтлских знакомых так или иначе есть алиби, я проверяла. Они говорят, что о приезде мисс Карр в Сиэтл знали только несколько человек. Ни на одной ее страничке в соцсетях этой информации нет. - Еще бы, она ведь хотела сделать Шепарду сюрприз, – хохотнул Марк. Келли смерила его презрительным взглядом. - Шеп? Дерек оторвался от экрана. - Не знаю, Келли… Если Марк прав, то этот парень шел за ней по пятам. А возможно, он был в курсе, что она прилетит в Сиэтл, и ждал ее здесь. Или прилетел вместе с ней. - Вместе с ней прилетела только ее стилист. - Анжела могла не знать его в лицо… Ее агента проверили? - Да, он провел всю ночь в клинике Лос-Анджелеса, у него жена рожала. - Мда, повезло ему, – Дерек побарабанил пальцами по столу. – В таком случае, нам придется просеивать все окружение, от близких людей до случайных знакомых. Марк присвистнул. - Да уж, ребятки, влипли мы по полной. Шеп, и все из-за тебя и твоего либидо. Сжав зубы, Дерек стойко снес это, ограничившись одним коротким взглядом. Марк быстренько стер усмешку со своего лица. - Возможно, это один из брошенных любовников. Узнал, что Анжела едет в Сиэтл, примчался вслед за ней, увидел сцену, которую она закатила в парадной у Шепарда, и воспылал ревностью. - Видеокамеры не зафиксировали ни одного мужчины, проходящего около моего дома в интересующее нас время, – мрачно вставил Дерек. – И консьерж это подтверждает. - Значит, основных версий две: или сумасшедший фанат или бывший бойфренд? – уточнила Келли. Дерек скептически покачал головой. - С таким же успехом он мог убить ее и в Калифорнии. Ведь если верить свидетелям, Анжела не делала тайны из своей якобы любви ко мне. Она не смущалась и громогласно заявляла об этом на каждом углу в течение всего прошлого месяца. - Мало ли, – пожала плечами Келли. – Одно дело слышать, и совсем другое – увидеть все собственными глазами. Может, у него нервы сдали. Дерек встал и прошелся по комнате. - Слишком чисто сработано для человека, у которого сдали нервы, – медленно заговорил он. – Судите сами. Хороший район, безопасный и фешенебельный. В домах полно охранников, но убийцу никто не видел. На улицах полно камер, а он ни на одной не засветился, выходит, знает их расположение. Выбрал для нападения самое глухое место – стало быть, хорошо ориентируется в этом районе. Земля вчера была влажная, а он не оставил ни одного четкого следа – значит, был в специальной обуви. В то время как следов самой Анжелы там навалом. И вообще, он не оставил ни единого отпечатка! Прибавьте к этому пистолет с глушителем, прицельную стрельбу и получите либо профессионала, либо очень хорошо подготовленного любителя. - Подожди, подожди, Шеп! – от волнения Келли даже начала заикаться. – Тут что-то не сходится! Из твоих слов следует, что он долго и тщательно готовился к убийству, но Анжела… Каким образом он мог догадаться, что ей приспичит припереться к тебе именно в ту ночь? Дерек тяжело вздохнул. Он знал, что Келли его ответ не понравится. Ему и самому он не нравился. - Я начинаю думать, что он следил не за Анжелой. Он следил за мной. Это объясняет, почему он так хорошо знает мой район. Наступила тишина. Все переваривали новую информацию и пытались свести концы с концами. - Ты меня не радуешь, Шеп, – подал голос Марк. Дерек пожал плечами. - Просто даю пищу для размышлений. - Это бред! – Келли вскочила со своего места. – Бред! - Успокойся, Торрес. Это всего лишь предположение и, как любое предположение, оно может быть ошибочно. Но если разобраться… Смотрите. Когда я дома, ОВР постоянно дежурит у меня под окнами, но позавчера я сразу после работы поехал в хижину. Они проводили меня до места, убедились, что до утра я никуда не денусь, и сняли наблюдение с квартиры. Возможно, только возможно, наш парень узнал об этом и собирался что-нибудь разнюхать в их отсутствие… - Что, например? - Да не знаю я, Келли! Но зачем-то он оказался ночью возле моего дома. Дальше… А вот дальше появляется Анжела и устраивает громкий скандал, требуя пропустить ее к Дереку Шепарду. Думаю, что план убить ее возник у него спонтанно и молниеносно, однако действовал он хладнокровно и расчетливо. У него было не так уж много времени на подготовку, но он не запаниковал, а сработал быстро и четко. Предположу даже, что он ее не насиловал: ему это было не нужно, только лишняя угроза быть застигнутым, но, тем не менее, выстрелил он таким образом, чтобы все сразу подумали об убийстве на сексуальной почве. Пока все складно, а? Ведь меня же заподозрили первым. Келли бессильно опустилась на стул. Было видно, что она потрясена услышанным. - Нашему парню и в голову не могло придти, что посреди ночи я сорвусь с места и поеду в Ковенгтон к Мередит, и тем самым заполучу себе алиби… - Господи, но даже в хижине у тебя на хвосте висел ОВР… чем не алиби? – подала голос Келли. - Да, но я же мог обмануть их и улизнуть. Что я и сделал чуть позже, не доезжая до Ковенгтона, – усмехнулся Дерек. – Впрочем, не думаю, что убийцу волновали такие мелочи, главное, он знал, что я был в своей хижине один, без свидетелей, и потом мне пришлось бы долго доказывать свою невиновность. А Анжела… Анжела просто оказалась не в то время и не в том месте. Господи, какое холодное, жестокое и бессмысленное убийство… Келли беспомощно огляделась, наткнулась взглядом на Марка, в молчании сидящего на своем месте, и яростно накинулась на него. - Слоан, а чего ты молчишь? Тебя это не касается?! Марк кашлянул: - Я в шоке. Колись, Шеп, кто мог заиметь на тебя такой большой зуб, что решил убить человека, чтобы упечь тебя за решетку? Дерек пожал плечами. - Разные люди на свете живут… Келли застонала. - Интересно, только мне одной кажется, что это все похоже на черную комедию? Шеп, черт тебя подери, почему ты так спокоен? Это же ненормально! Ненормально! Дерек улыбнулся, подошел к кулеру и любезно предложил: - Водички? - Да пошел ты! – огрызнулась Келли. - Торрес, дорогая, отбрось эмоции и взгляни на это с другой стороны. – Дерек все-таки подал ей стаканчик с водой. – Если этот подонок действительно охотится за мной, то мы его обязательно вычислим и упакуем. Если же Анжелу убил новоиспеченный маньяк, что совсем не исключено, – это очередной висяк. Понимаешь? А я вчера дал слово ее родителям, что непременно найду этого ублюдка. Келли залпом выпила воду и вытерла ладонью губы. - Ладно, что в итоге? Дерек удовлетворенно кивнул, радуясь, что она взяла себя в руки. - Итак. Парень знает, как обращаться с оружием и прекрасно ориентируется на местности. Он необычайно уравновешен, не теряет голову в критических ситуациях, при этом старается все тщательно планировать: взял же он с собой пистолет с глушителем и электрошокер. Он не впадает в панику, когда что-то неожиданно меняется, просто вносит изменения в план игры и предпринимает нужные действия. - Очень лестная характеристика. - Ничуть, – возразил Дерек. – Его гибкость и целеустремленность эгоистичны и совершенно аморальны. Короче, он физически подготовлен, хорошо стреляет, может хладнокровно убить женщину. Знает, что я под наблюдением у ОВР. Поэтому не исключено, что он бывший военный или полицейский. Или как-то с нами связан. Надо поднять все старые дела, которые я вел, может, кто-нибудь и нарисуется. Келли сокрушенно вздохнула. - По мне, так пусть лучше это будет еще один маньяк, чем такое. Кстати, жеребчик, ты сделал то, о чем я просила? Марк оскорбленно засопел. - Обижаете, мэм. – Он поднялся, попыхтел, покачался на каблуках и заговорил: – По наводке банка данных я проверил шесть человек, совершавших преступления на сексуальной почве. Ни один не подходит. Извращенцы – тоже, хотя для самообразования их не вредно изучить. Больше всех мне понравился один бедняга из Детройта. Он успел убить четырех женщин. Любил познакомиться со скучающей особой, проводить домой, накачать транквилизаторами, раздеть и обрызгать с ног до головы фосфоресцирующей красной краской. - Вот псих! - А это, между прочим, смертельно: кожа должна дышать. Пока жертва задыхалась, он с ней забавлялся. Не насиловал, нет: ни спермы, ни признаков сексуального проникновения. Просто лапал ручонками. - Меня сейчас вырвет! – простонала Келли. - А он знай себе лапает. Но с одной перевозбудился, поторопился, взялся оглаживать, пока она не обсохла, и содрал красочку. Она, натурально, ожила и начала носиться по комнате. Он испугался и сбежал. Девица голая, вся в краске, шатаясь от транквилизатора и от страха, все-таки выбежала на улицу и принялась голосить. Ее быстро отловила патрульная машина – благо она мерцала в темноте, как светлячок, – и начала поиск. Наш псих находился всего в двух кварталах. Его поймали… - Избавь от подробностей! - …с поличным – с краской на ладошках. Представляешь? Келли закатила глаза, и Марк решил, что полицейские мужского пола лучше оценят юмор ситуации. Он повернулся к Дереку. - В общем, не исключено, что мы тоже имеем дело с извращенцем. Я еще раз пройдусь по картотеке. Вдруг повезет? Извращенец – это все-таки лучше, чем полицейский. - По-моему, тоже. – Келли поджала губы и покосилась на него. – Кстати, у тебя самого, кажется, есть небольшая коллекция глушителей различных марок. Слоан протянул ей сложенные кулаки. - Все, сознаюсь. Бери меня тепленького! - Да прекрати, наконец, дурачиться! На Шепарда охотится какой-то придурок, нам светит внутреннее расследование, а вы ведете себя как мальчишки! - Ну, Торрес, не делай из всего трагедию, – протянул Марк. - Трагедию? – взвилась Келли. – Трагедию? Между прочим, Грей тоже находится в опасности. Если у этой сволочи не получилось засадить Шепа за решетку сегодня, он наверняка попытается сделать это еще раз, и кто знает, что он может выкинуть. Марк поперхнулся воздухом, ему вдруг стало не до смеха. А Келли вопросительно посмотрела на Дерека. - Я уже обо всем позаботился, – ответил тот. – В ее машине стоит маячок, а за ней самой с сегодняшнего утра присматривают два охранника. Но если кто-нибудь из вас проболтается об этом Мередит, мне не сносить головы. Понятно? В эту минуту открылась дверь, и в переговорную вошел Веббер. Увидев фотографии Анжелы Карр, Ричард нахмурился. - Шепард, ты не забыл, что отстранен от дела и не имеешь права… - Детективы всего лишь вводили меня в курс дела, сэр, – быстро вставила Келли. – Вчера они проделали огромную работу, материала набралось достаточно. И чтобы сэкономить время… - Я понял, Торрес. Через десять минут пресс-конференция, вы с Хантом готовы? - Разумеется, сэр. - Хорошо. – Ричард повернулся к Дереку. – Шепард, сейчас в управление приедет окружной прокурор, и, учитывая твои вчерашние приключения, будет лучше, если он тебя не увидит… - Сэр, не хотите ли вы сказать, что я могу… - Именно это я и хочу сказать. Катись отсюда! И побыстрее. Торрес, я жду в конференц-зале. Снова оставшись втроем, они молча переглянулись. При мысли, что придется копать под коллег, им стало не по себе. - Знаете, ребята… – заговорил Марк. – Я этого терпеть не могу. - Никто этого терпеть не может, – отрезала Келли. - Представляю, какой будет денек после такого начала! – Марк тяжело вздохнул, гадая, отдает ли она себе отчет, что в списке будут фигурировать они все. – Ладно, идем, детка. Устроим посиделки с прессой. - Пошли они! Марк посмотрел на часы: - У нас есть пять минут. Советую застегнуть пару пуговичек на блузке, а то Бедфорд увидит твое декольте и решит, что ошибся адресом. - И ты пошел! Вокруг хижины лежал белый сказочный снег. Его покров вздыбился холмиками над кустами и камнями, словно одеяло, под которым в ожидании весны притаилась дюжина гномов. Темные и суровые деревья оделись в пушистый наряд. Ни облачка не было на мрачноватом, сине-ледяном небе, и лучи солнца отражались от блестящей коры деревьев. Из окна Мередит наблюдала за тем, как Алекс с Дереком помогали Золе лепить снежную бабу. В своем ярком желтом комбинезончике малышка выглядела как крохотная экзотическая птичка, потерявшаяся по дороге на юг. Рядом с ней мужчины казались гигантами, неуклюжими в своих тяжелых куртках и сапогах. Мер смотрела, как Алекс учил Золу лепить снежки. Он показал ей на Дерека, и с хохотом, который донесся через стекло, Зола легонько бросила снежок Дереку по колену. Тот сразу же убедительно шлепнулся на землю, словно в него попал целый валун. - По звукам не очень похоже, что это снежная баба. – Иззи переложила младшую дочку от правой груди к левой. Джина тотчас же вцепилась в нее, счастливо посасывая. - Там началась войнушка, – сообщила Мередит. – Потери пока невелики, но, кажется, это будет большая битва. - Ты тоже можешь выйти сбросить нервное напряжение. Не надо сидеть здесь вместе со мной. - Нет, лучше я понаблюдаю с безопасного расстояния. Ваша Зола прелесть. - Спасибо тебе, Мер. Если б не ты… - Перестань, я тут ни при чем. Просто Митч — настоящий профи. - Все равно спасибо. И за Тейлора, и за то, что пригласила нас. Эта идея показалась Алексу достаточно первобытной, чтобы привлечь его внимание. Что же касается меня… – Она погладила дочурку по щеке, тихонько раскачиваясь в кресле-качалке, которое Дерек перенес с веранды и вычистил как раз для этого случая. – Я была готова поехать куда угодно. Еще только начало ноября, а уже выпал снег. Нас ждет долгая зима. - И не особенно приятная. «Иззи права насчет нервного напряжения», – поняла Мередит. Она еще не отошла от зрелища кровопролития накануне вечером, поэтому, как ни старалась, не сумела сохранить спокойствие. Она сделала судорожный вздох. Не хватало только вспомнить того несчастного ребенка… Мер чувствовала, как что-то пульсировало внутри ее – как струя ледяной воды в потоке горячей крови. Она отвернулась от окна и присела у камина, где потрескивал жаркий и яркий огонь. А потом, не находя себе покоя, опять встала и принялась бродить по комнате. - Что с тобой, Мер? Ты вся прямо извелась. - Да так, ничего. Иззи передвинула малышку повыше, к плечу. - Почему бы тебе не рассказать мне, что тебя мучает на самом деле? Я лицо незаинтересованное, в ваших полицейских делах не разбираюсь… - Боюсь, после моего рассказа у тебя молоко пропадет. Иззи хихикнула. - Не бойся. Карев утверждает, что моим молоком можно затопить пол-Сиэтла. Согласившись с таким доводом, Мередит села на диван и, обхватив маленькую яркую подушку, принялась рассказывать. Обо всем: о своих провалах, о вчерашней девочке, об Анжеле Карр, о задержании Дерека, о постоянной слежке ОВР, об угрозах Одли… Она говорила спокойно, но волна ледяной дрожи все время пробегала у нее по позвоночнику. - Понимаешь, Из, все так стремительно навалилось. С тех пор как я вернулась, у меня практически не было спокойных дней, если не считать прошлого воскресенья. И я боюсь, что не могу здраво оценивать происходящее… - Он очень опасен? – внезапно перебила ее Иззи. - Кто? - Этот твой Одли. Мередит лишь пожала плечами. Иззи встала и положила дочку в манеж. Потом подошла к Мередит и взяла ее руки в свои. В этом прикосновении была не только поддержка, но и тихо бурлившая досада. - Почему ты не говорила мне это раньше? Мне или Кристине. Почему ты ни разу не дала понять, как сильно тебя это мучает? Ты постоянно помогаешь нам, но почему-то не разрешаешь помочь тебе? Мы же друзья, Мер. Мередит растерялась. - Я не думала… У Кристины новая жизнь… У тебя малышка и Зола. И потом, это только мои проблемы… - Так что, ты пожалела молодую мать и притворилась, для тебя все это так, ерунда, побочный продукт твоей работы? – Внезапно разозлившись, Иззи шлепнула обеими руками себя по бедрам. – Это же чепуха, Мер! Обидная, несправедливая чепуха! - Я не видела никаких причин рассказывать вам! – огрызнулась Мередит. – Сейчас у тебя и так много дел. – Презирая себя за то, что приходилось оправдываться, она встала и снова подошла к окну. – Кристина постоянно занята, у Дерека своих проблем хватает. – Мередит захотелось плакать. Прижавшись лбом к холодному стеклу, она ждала, пока ее нервы немного успокоятся. – Я думала, что смогу справиться сама. Я хотела справиться сама… Наверно, я просто устала. - А Дерек? – Иззи подошла к ней сзади и потерла ладонью ее окаменевшую спину. – Он знает, что тебе угрожают? - Прямых угроз не было. Иззи даже не постаралась сдержать негодующее фырканье. - Это значит, что и с ним ты вела такую же игру. Ты сказала ему о подброшенной кукле? - Нет. - Ты просто эгоистка! Мередит задохнулась. - Эгоистка? – Ее голос дрогнул от удивления и боли. – Как ты можешь это говорить? Я не хочу, чтоб он сел в тюрьму из-за какого-то отморозка! Я не хочу, чтобы он волновался обо мне, находясь на задании! - Он хочет волноваться о тебе. Боже, Мер, как может такой тонкий и внимательный человек, как ты, одновременно быть таким упрямым? Дерек любит тебя. И хочет разделить с тобой все – и хорошее, и плохое. Он заслуживает того, чтобы знать, что ты чувствуешь. Если ты любишь его хотя бы вполовину так же сильно, как он тебя, то не имеешь права ничего скрывать от него. - Я не собиралась скрывать… - Но именно это ты и делаешь. Это несправедливо по отношению к нему, Мер. Как и… – резко оборвав фразу, Стивенс выругалась. – Извини, – но ее голос звучал напряженно и холодно. – Это совершенно не мое дело, какие у вас с Дереком отношения. - Нет, теперь уже не останавливайся, – так же холодно проговорила Мередит. – Договаривай до конца. Как что? - Ладно. – Иззи набрала в легкие побольше воздуха. Они дружили уже больше семи лет. Можно было надеяться, что их дружба выдержит и эту бурю. – Несправедливо с твоей стороны требовать, чтобы он сдерживал свои желания. - Не понимаю, что ты имеешь в виду? - Ради Бога, посмотри на него, Мер! Посмотри на него с Золой. – Она схватила Мередит за руку и развернула ее обратно к окну. – Посмотри внимательно. За окном Дерек кружил Золу в воздухе, еще, еще и еще, а из-под ног у него летел снег. Эхо от восторженного визга девочки разносилось по округе, как песня. - Этот мужчина хочет семью. Он хочет тебя. А ты отказываешь ему и в том, и в другом, потому что еще не все разложила по полочкам, еще не во всем разобралась. Это не просто эгоистично, Мередит. Не просто несправедливо. Это грустно. – Мер промолчала, и Иззи отвернулась в сторону. – Мне надо переодеть малышку. – Подхватив Джину на руки, она вышла из комнаты. Мередит долго стояла, не сходя с места. Она могла бы увидеть, как Алекс вытряхивал снег из-за шиворота, пока Зола прыгала в руках у Дерека, чтобы надеть рваную кепку на голову пузатому снеговику. Но у нее перед глазами вставали совершенно иные картины. Дерек, спокойно пьющий кофе в то первое весеннее утро, Дерек с нахальной ухмылкой на лице, самодовольно рассматривающий ее в мужском туалете управления, Дерек, шагающий под проливным дождем. Дерек, измученный и спящий у нее на диване или хохочущий, когда она выудила свою первую жирную форель. Нежный и ласковый, укладывающий ее на кровать. Горячий и страстный, срывающий с нее одежду. Мрачный, с колючими глазами, вернувшийся после какого-нибудь нового несчастья. Он всегда был рядом, – вдруг поняла Мер. – Всегда. Весь вечер Мередит притворялась. Она накладывала в большие тарелки тушеную говядину, смеялась над шутками Алекса. Если бы кто-нибудь подсматривал за ними через кухонное окно, то увидел бы за столом веселую компанию друзей. Все славные, привлекательные, в хорошем настроении. Постороннему было бы сложно заметить какое-то напряжение или диссонанс. Но Дерек был опытным наблюдателем. Он мог определить настроение Мередит даже по одному движению ее ресниц. Он не стал спрашивать ее о причинах этого, надеясь, что она сама все расскажет. Но время шло, и нетерпеливый Дерек понял, что ее надо подтолкнуть. Возможно, он был всю жизнь обречен ее подталкивать. Дерек наблюдал, как Мер устроилась поудобнее на диване в гостиной. С улыбкой на лице и с несчастными глазами. Боже, эта женщина расстраивала все его планы! Околдовывала его. Они были знакомы уже почти два года, они были любовниками и так близки друг другу физически, как только можно себе представить. Но неважно, какой она была открытой и честной, ей все равно удавалось что-то от него прятать. Скрывать, утаивать и ни за что не рассказывать. Вот и сейчас происходило то же самое, понял Дерек. Она могла спокойно взять его за руку, как сделал бы близкий человек. Но мысли ее были далеко – они методично трудились над какой-то проблемой, которую Мередит не желала с ним разделить. «Это моя проблема», – сказала бы она рассудительным тоном, который временами удивлял его, а временами приводил в ярость. Она могла со всем справиться сама. И абсолютно не нуждалась в его помощи. Расстроившись, Дерек поставил свой стакан и молча поднялся наверх. Он развел огонь и грустно задумался, сидя у камина. Интересно, сколько мне придется ждать, пока Мередит сделает следующий шаг? Вечно, – выругавшись, ответил он себе. Она стала такой же его частью, как плоть и кровь. Его усиливающееся желание иметь семью и размеренную, упорядоченную жизнь не шло ни в какое сравнение с желанием быть вместе с Мередит. А еще, что было намного хуже, – Дерек отчаянно хотел, чтобы она так же сильно нуждалась в нем, как он в ней. Она нашла его сидящим на корточках у камина. Дерек смотрел на огонь. Тихо закрыв дверь, Мередит подошла к нему и погладила рукой по голове. - Черт побери, Мер, что происходит? – Он не отрывал взгляда от огня. – Ты вся как на иголках, но притворяешься, что все в порядке. Когда я зашел в спальню перед ужином, ты плакала. И еще – вы с Иззи ходите вокруг друг друга, как боксеры на ринге. - Иззи рассердилась на меня. – Мередит села на лежавшую на полу подушечку и сложила руки на коленях. Она чувствовала, как он напряжен. – Кажется, ты тоже рассердишься. – Опустив глаза, она рассказала ему об истории с Одли, отвечая на короткие вопросы и ожидая его реакции. Долго ждать ей не пришлось. Дерек выпрямился, у него за спиной трещал огонь. Он не отводил спокойного взгляда от ее лица. Слишком спокойного. - Я узнал обо всем еще вчера. Мне рассказал Финн, когда на самом деле должна была рассказать ты. Почему ты промолчала? - Подумала, что будет лучше подождать, пока я сама в этом немного разберусь. - Ты подумала, – кивнул он, засовывая руки в карманы, – ты подумала, что меня это не касается. - Нет, конечно, нет! – Мередит ненавидела его полицейскую привычку задавать вопросы слегка безразличным тоном, отчего ей всегда приходилось защищаться. – Я боялась, что ты с ним что-нибудь сделаешь. Ты мог бы только все испортить… От этих слов его глаза потемнели. Это был проверенный признак страсти. Но когда Дерек заговорил, его голос не изменился почти ни на йоту. Это был признак самообладания. - Черт тебя побери. Мередит, вот ты сидишь передо мной и ведешь себя так, словно я незнакомец, который берет у тебя интервью! Я должен клещами вытягивать из тебя каждую деталь. – У Дерека в душе бушевали страх и ярость. – Я этого не потерплю. С меня хватит! Ты постоянно что-то утаиваешь, скрываешь. – Он неожиданно быстро шагнул вперед. Мер и глазом моргнуть не успела, как он рывком поднял ее на ноги. Она предполагала, что Дерек разозлится, но никак не ожидала, что он будет настолько взбешен. - Дерек, – тихо сказала она, – ты делаешь мне больно. - А как ты думаешь, что ты мне делаешь? – Он так стремительно отпустил ее, что Мередит отшатнулась назад. Дерек отвернулся, запустив кулаки в карманы. – Нет, ты не понимаешь. Знаешь, как мне хочется схватить мерзавца вот этими руками? Что я готов разорвать его пополам за одну только минуту твоего страха? Каким беспомощным я себя чувствую, когда ты скрываешь от меня свои проблемы, мучаешься и таешь у меня на глазах? И что еще хуже, еще тяжелее? Что после всего этого ты мне не доверяешь! - Дело не в доверии. – От бешенства в его глазах ее сердце колотилось так сильно, что чуть было не выпрыгивало из груди. За все то время, пока они были вместе, она ни разу не видела его таким, на грани срыва. – Я хотела тебя защитить! Дерек долго молчал, и единственными звуками в комнате было потрескивание сухих поленьев, весело пожираемых огнем. - Черт бы побрал твою гордость, Мередит! – наконец тихо произнес он. – Я устал биться об нее лбом. Ее охватила паника, забив ключом, словно гейзер. Его слова прозвучали финальным аккордом, завершающей фразой. У Мередит вырвался тревожный крик, и она вцепилась в его руку прежде, чем он успел выйти. - Дерек, пожалуйста! - Пойду погуляю. – Он попятился назад, подняв ладони кверху, словно боясь, что может нанести им обоим непоправимый ущерб, если хотя бы прикоснется к ней. – Есть разные способы, чтобы успокоиться. Самый действенный – пойти погулять. - Я не хотела тебя обидеть. Я люблю тебя. - Это удобно, потому что я тоже люблю тебя. – В этот момент он действительно чувствовал любовь, хотя она и убивала его. – Но, кажется, этого недостаточно. - Мне все равно, что ты злишься. – Она опять бросилась вперед и прильнула к нему. – Ты и должен был разозлиться. Ты должен орать и психовать. Очень осторожно, пока он еще мог собой управлять, Дерек высвободился из ее рук. - Из нас двоих орать должна ты. А я уже больше не способен на компромиссы. - Я же не прошу тебя идти на компромисс! Я только хочу, чтобы ты выслушал меня! - Прекрасно. – Он отошел от нее и сел в тень, на диванчик у окна. – В конце концов, разговоры – это твоя сторона. Давай, Мер, вперед. Будь рассудительной, объективной, понимающей. А я буду твоей аудиторией. Вместо того чтобы возмутиться в ответ на его насмешки, она молча села. - Я даже не представляла, что ты настолько зол на меня. Дело не только в том, что я не сказала тебе про Одли, правда? - А ты как думаешь? Ей приходилось беседовать с дюжинами враждебно настроенных собеседников. Но Мередит сомневалась, что кто-либо из них был менее сговорчивым, чем Дерек Шепард в его теперешнем состоянии. - Я воспринимала наши с тобой отношения как нечто само собой разумеющееся. Это было несправедливо. А ты позволял мне это делать. - Неплохо, – сухо прокомментировал он. – Начать с самообличения, потом развить тему. Неудивительно, что ты хороший переговорщик. - Не надо. – Она вздернула голову, ее глаза блеснули, отражая огонь камина. – Дай мне закончить. По крайней мере, дай мне закончить до того, как ты скажешь, что все кончилось. Воцарилась тишина. Мередит не могла видеть его лица, но, когда Дерек заговорил, в его голосе звучала слабость: - Думаешь, я смог бы? - Не знаю. – Ей на глаза набежали слезы, блестя в мерцании пламени. - Боже, только не плачь! Мер услышала, как он завертелся на диване, но не встал и не подошел. - Не буду. – Она смахнула слезу и постаралась проглотить остальные, уже комком стоявшие в горле. Мередит понимала, что с помощью слез могла бы добиться от Дерека чего угодно. И что потом презирала бы себя за это. – Я мучила нас обоих своими страхами и комплексами. А ты это терпел. – Она говорила быстро и не могла остановиться. Слова сыпались друг за другом, но Мередит торопилась, чтобы успеть все сказать. – Кажется, я даже несколько самодовольно воспринимала все то, что происходило между нами. Мы так хорошо подошли друг другу, мне нравилось быть твоей любовницей… И только сегодня, пока я смотрела, как вы играли на улице, я вдруг впервые поняла, как же плохо и неумело все это делала. – Боже, как ей хотелось сейчас увидеть его лицо, его глаза! – Ты знаешь, как я ненавижу допускать ошибки. - Да, знаю. – Ему надо было воспользоваться моментом. Ведь не только у Мередит была гордость. – Похоже, это ты говоришь, что все кончилось. - Нет! – Она вскочила. – Нет, я пытаюсь попросить тебя жениться на мне. За решеткой с шумом упало полено, зашипев и вспыхнув взрывом искр. Когда опять все затихло, единственным звуком, который слышала Мередит, осталось ее собственное прерывистое дыхание. Дерек встал и вышел из тени на свет. Его глаза казались осторожными и загадочными, как у блефующего картежника. - Ты испугалась, что я уйду, если ты этого не скажешь? - Я представила, какая пропасть возникнет в моей жизни, если ты уйдешь, и испугалась. И еще я испугалась, потому что сама не понимаю, почему я ждала так долго? Возможно, я ошибаюсь и ты уже больше не хочешь на мне жениться. Если так, то я подожду. – Мередит подумала, что если он и дальше будет смотреть на нее с таким же кротким изумлением, то она закричит. – Скажи что-нибудь, черт побери! Да, нет, иди к черту! Что-нибудь. - Почему? Почему именно сейчас, Мередит? - Не превращай это в допрос! - Почему? – повторил Дерек и крепко схватил ее за руки. Тогда стало ясно, что в его настроении не было и намека на кротость. - Потому что сейчас все так запуталось, – высоким и дрожащим голосом ответила Мер и запнулась. – Потому что… жизнь не помещается ни в один из моих планов, ни в одно из расписаний, и я не хочу, чтобы наш с тобой брак был чем-то аккуратненьким и опрятным. Потому что кто-то убил Анжелу, и все управление смакует твой вчерашний арест, а тебе и дела нет, и в любую минуту об этом случае могут пронюхать репортеры… так что, наверное, менее подходящее время для замужества выбрать невозможно. Поэтому получается, что это самое лучшее время. Несмотря на смятение чувств, Дерек засмеялся. - Твоя логика впервые полностью ускользает от меня. - Я не хочу, чтобы жизнь была безупречной, Дерек. Пусть она будет такой, какая есть. И мы с тобой совершенно правы… – Она моргнула было, чтобы смахнуть опять набежавшие слезы, но сдалась и заплакала. – Ты женишься на мне? Дерек приподнял ее голову и внимательно посмотрел в лицо. И медленно улыбнулся, а его сумбурные чувства вдруг сменились спокойным и ровным состоянием, словно уверенная рука разгладила их как мягкий и податливый шелк. - Ну знаешь ли, Грей, это ужасно неожиданно. Он решил побаловать себя и выпить французского шампанского, но все равно струйка пота противным червячком поползла у него между лопаток. Он оглядел свои прекрасно обставленные апартаменты, в которых жил, и жадно глотнул вина. Все пошло не так, как он задумал, но он умел корректировать планы на ходу. Ведь с Анжелой Карр он все придумал на ходу, и получилось отлично! Только полиция на это не купилась, и Шепард до сих пор на свободе. Но почему? Чушь какая-то. Полная бессмыслица. Он все так красиво упаковал, разве что бантиком не завязал! Какого еще рожна им надо?.. Что же произошло? Почему все пошло не так? Как это могло случиться? Ведь все было так идеально выполнено. Они не могут связать его с убийствами, вот что главное. Остальное не имеет значения. Да, все остальное он исправит. Ему просто нужно еще немного времени. Значит, все в порядке. Да, пока все в полном порядке. И у него все получится. Утром Мередит пришлось вплотную заняться разбором документов, накопившихся в ее отсутствие. Между этой работой и ответами на звонки она выкроила немного времени, чтобы обдумать очередное занятие, посвященное кризисным ситуациям. Сегодня Мер рассчитывала обсудить со своей группой оба последние случаи — включая протоколы, характер процедуры и психологию поведения действующих лиц. По сути, ей предстояло признать свои ошибки и разобрать с другими полицейскими, как и почему это произошло. Дереку не нравился этот план, но она не собиралась его слушать. Хорошо, что его вызвали, иначе он обязательно бы заявился на занятие, чтобы помешать ей. По пути к лифту Мередит прошла мимо отдела пиарщиков. - Если будут спрашивать, то следующие полтора часа я проведу в конференц-зале. - Да, хорошо… детектив? — Пенни Джакет, помощник по связям с общественностью, выдавила из себя нервную улыбку. — Я понимаю, я тут пока новенькая и все такое… Но мне нравится здесь. Я хочу подружиться с коллегами. - Это замечательно, Пенни, – ответила Мер, нетерпеливо поглядывая на часы. Еще пара минут и она опоздает. - Я… я тут принесла домашнее печенье, — все с той же нервной улыбкой Пенни протянула ей прикрытую тарелку. — Не хотите попробовать? - После занятия. - Вы такая стройная, так что сладкое вам точно не повредит. - В таком случае, мне придется всю жизнь ходить по лестнице. - Кстати, о лестнице… Лиф не работает. Я вызвала ремонтников, но сами знаете, как они торопятся на вызов… - Да-да. Спасибо, Пенни, – проговорила Мередит и поспешила выйти из комнаты, пока Пенни не успела задержать ее еще на несколько минут. На ходу обдумывая предстоящую лекцию, Мер распахнула дверь на лестницу и двинулась вниз по ступеням. Краем глаза она уловила какое-то движение, но ни среагировать, ни тем более выхватить оружие уже не успела. Сильный толчок отбросил ее прямо на стену. От удара о бетонную поверхность в голове вспыхнула сильная боль. Перед глазами поплыл красный туман. Все это заняло какие-нибудь секунды. Новый удар, и Мередит рухнула прямо на колени. В то же мгновение рот ее оказался залеплен клейкой лентой, а руки безжалостно заломлены назад. Перед глазами у нее все плыло, но Мер еще пыталась сопротивляться, из последних сил пыталась подняться на ноги. И тут ей на голову набросили капюшон. Кричать было бесполезно — все ее вопли глохли во рту, намертво запечатанном клейкой лентой. Резкий толчок отбросил ее вперед — тело ударилось о ступени, покатилось вниз. Все, что она чувствовала в этот момент, — невыносимую боль и вкус собственной крови на губах. Задыхаясь, пытаясь хоть как-то прийти в себя, она услышала довольный смех. Моля о чуде, Мередит попыталась ударить нападавшего ногой — вслепую, поскольку видеть она все равно не могла, мешал капюшон на голове. В это же мгновение сильные руки сжали ей горло и начали душить. Тело ее забилось в судорогах. Только не это. Она не может умереть вот так — не в силах взглянуть в глаза своему убийце. Даже не увидев того, кто забирает ее у Дерека и Эйрин… Тело ее отчаянно сопротивлялось, пока легкие изнемогали от отсутствия воздуха. В какой-то момент давление на горло ослабло, и она смогла жадно вздохнуть, но уже в следующую секунду вдох чуть не превратился в крик — Мередит почувствовала прикосновение ножа. Нападавший быстрым движением распорол ей одежду. Делал он это так небрежно, что лезвие прошлось попутно по голому телу. Затем руки — руки в перчатках, отметила она краем сознания — сжали ей грудь. Такого просто не могло быть. Изнасиловать женщину-полицейского в ее собственном управлении? Безумие чистой воды. Но все ее попытки вырваться не принесли успеха. Движения рук были нарочито наглыми и грубыми. Ее тискали, к ней прикасались, и вот уже она чувствует его пальцы у себя между ног. Она ненавидела себя за те рыдания и мольбы, которые срывались у нее с языка, но так и не могли вырваться наружу. Ненавидела неистово, потому что эти ее стоны заставляли его смеяться, наделяли его еще большей силой. - Не беспокойся, — прошипел он ей на ухо — первые произнесенные им слова. — Я не трахаю таких, как ты. Новая вспышка боли — на этот раз от удара по лицу, потом под ребра, потом по почкам. Мередит понимала: еще немного, и она лишится чувств. Какие-то звуки донеслись до ее затуманенного сознания. Кажется, чьи-то шаги. Кто-то идет сюда. Нет. Уходит. Это он уходит. Уходит и оставляет ее живой. Мередит застонала. Все в ней плакало, все рыдало от боли. Но даже это не могло заглушить в ней самого мощного из инстинктов — желания жить. Ей было страшно сдвинуться с места, встать на колени, затем — на ноги. Далеко ли от нее ступени? Может, какая-нибудь пара шагов отделяет ее от ужасного, а то и смертельного падения. Наручники, которые он защелкнул у нее на руках, безжалостно врезались в плоть. Но потребность видеть — а значит, и жить — была сильнее желания избавиться от боли. Наклонив голову, она повернулась вправо, затем влево, после чего, нащупав ступнями пол, слегка подалась вперед. Понемногу, стараясь не поддаваться панике, Мередит стала освобождать лицо от капюшона — сначала подбородок, затем рот, а за ним — нос. Еще немного, и она вновь обрела способность видеть. Сначала она попыталась осмотреться вокруг. Повсюду были видны пятна крови — следы от удара о стену. Эту же кровь она ощущала сейчас в своем горле. И на груди, по которой прошелся нож. Но главное, она могла видеть дверь — внизу, в нескольких ступенях от нее. Добраться до этой двери означало выжить. Она со стоном перекатилась на бок, после чего неимоверным усилием заставила себя встать на колени. Остатки того, что некогда было ее одеждой, свисали с ее тела. Вокруг валялись обрывки белья. В своем желании унизить он бросил ее здесь голой и беспомощной. И все же он оставил ее живой. Опираясь о стену, она попыталась встать. Дрожащие ноги не повиновались, и ей потребовалось немало времени, прежде чем она смогла наконец выпрямиться. Тошнота и головокружение накатили с новой силой, и Мередит молила лишь о том, чтобы остаться в сознании, не поддаться своей слабости до тех пор, пока ей не удастся получить помощь. Невзирая на внутренний голос, который постоянно подстегивал ее — скорей, скорей, он может вернуться, — она стала осторожно спускаться вниз, для безопасности прижимаясь спиной к стене. Оказавшись наконец на лестничной клетке, она чуть не упала от изнеможения. Из последних сил, вцепившись в дверную ручку, она повернула ее вниз и толкнула дверь. Сквозь дверной проем она рухнула прямо в коридор, после чего поползла, содрогаясь от внутренних рыданий. Раздался чей-то крик. Ей он показался слишком слабым и отдаленным — будто звук колокола в тумане. Напряжение оставило ее, и она тут же соскользнула в беспамятство. Впрочем, сильная боль очень скоро привела ее в чувство. Теперь Мередит лежала на боку. Судя по саднящему ощущению вокруг рта, с нее наконец-то содрали клейкую ленту. - Дайте одеяло. Дай сюда эту чертову куртку! Эй, кто-нибудь, принесите ключи — надо открыть эти наручники. Все в порядке, Грей. Это Келли Торрес. Ты слышишь меня? Все будет хорошо. Келли? Мер долго всматривалась в огромные карие глаза. Детектив Келли Торрес. Конечно, ей знакомо это имя, как, впрочем, и эти глаза. - Лестница, — она не столько говорила, сколько хрипела. — Он напал на меня на лестнице. - Ребята уже там, осматривают. Не беспокойся. Сейчас приедут врачи. Мер, — Келли склонилась к ее лицу, — тебя изнасиловали? - Нет. Он лишь… — Мередит прикрыла глаза. — Нет. Он что-нибудь мне сломал? - Пока не знаю. - Оружие, — она снова смотрела на Келли широко открытыми глазами. — Боже, мой пистолет. Он что, забрал его? - Пока не знаю. - Держись, Грей. Я хочу снять эти наручники. Голос раздался откуда-то сзади. Мередит не знала, кто это говорил, — она, не отрываясь, смотрела на Келли. Когда с нее наконец сняли наручники, Мер с облегчением вздохнула. Затем осторожно, превозмогая боль, попыталась пошевелить руками. - Кажется, они целы. Переломов нет. Она прижала куртку к груди, чувствуя, что кто-то прикрывает ее плечи одеялом. - Помоги мне сесть. - Может, тебе лучше пока полежать… У тебя кровь идет. О Боже мой! Позвонить Шепу? - Нет! – хотела крикнуть Мер, но вместо крика опять получился противный хрип. – Нет! Я не хочу, чтобы он видел меня такой. - Ты дура, Грей? Он все равно узнает. - Иди к черту! – Мередит на секунду прикрыла глаза. – Ты ничего не скажешь Дереку. Только попробуй, и я расскажу Аризоне о твоем последнем задании, когда тебя попросили выйти вон... через окно второго этажа! Послышался быстрый топот, затем вскрик. И вот уже Ричард опустился возле нее на корточки. - Что случилось? Кто это сделал? - Не знаю. Он напал на меня на лестнице, набросил что-то на голову. — Слезы покатились у нее по щекам, обжигая ободранную кожу. — Боюсь, он забрал мое оружие. - Если не возражаете, капитан, я опрошу ее, — вмешалась Келли. — Я поеду с ней в госпиталь и там запишу ее показания. Веббер кивнул, но при этом еще крепче сжал руки Мередит, словно боясь отпустить от себя. - Только не сообщайте Эйрин. Пожалуйста, Ричард, ничего ей не говорите. Он опять сжал ее руку, затем резко встал на ноги. - Обыщите все здание, этаж за этажом. Допросите всех без исключения — и гражданских, и полицейских. Всех, кто находился здесь в это время. - Это был не гражданский, — тихо сказала Мередит, глядя на разгневанное лицо капитана. — Это был один из нас. Дальше все поплыло в каком-то тумане, но Мер была этому даже рада. Врачи, «скорая помощь», наконец, больница. Вокруг раздавались голоса, двигались какие-то люди. Прибежала запыхавшаяся Кристина и стала орать на медсестер. Еще Мередит слышала голос Ханта, говорившего кому-то: - Мне нужны два человека. Пусть двое наших охраняют ее день и ночь. Потом Келли, кажется, требовала, чтобы ей разрешили провести допрос. Кристина же ругалась, выгоняла ее и настаивала на МРТ. Боль сначала усилилась, а затем понемногу стала сходить на нет. Мер безвольно плыла в этом тумане, позволяя осматривать себя, колоть, переносить с места на место. Когда они начали лечить царапины и порезы, она закрыла глаза. Когда подошла очередь рентгеновских лучей, она вообще отключилась от происходящего. Наконец ее уложили в прохладную чистую постель, и она вздохнула с облегчением. Позже она сможет дать волю слезам. Наплачется вдоволь. Но сейчас у нее были дела поважнее. Ей нужно поговорить с Торрес. Когда Келли вошла в палату, Кристина собственноручно проверяла капельницу. - Грей, пока ты опять не отключилась... – начала Келли. - Торрес, ты сама уйдешь или мне вызвать охрану? – зло бросила Кристина. – Если вы не в состоянии обеспечить безопасность сотрудников в своем собственном управлении, то я… - Янг, почему бы тебе не заткнуться? – огрызнулась в ответ Келли. - Девочки, девочки... – Мередит с трудом разлепила ресницы. – Я уже говорила, что у меня все время дико болит голова? Сделайте одолжение, не орите. Кристина, выйди, пожалуйста, мне необходимо поговорить с Келли. - Мер, у тебя сильное сотрясение, ты на лекарствах. Тебе даже чихать нельзя. - Вот именно. И пока я еще в сознании… Черт, Кристина, просто оставь нас на несколько минут и все. - Десять минут и не секундой больше, – процедила Кристина и вышла. - Келли… — Мередит осторожно пошевелилась. Ребра пульсировали болью, которая обещала проблемы на несколько дней вперед. Зато теперь благодаря повязке на руке не так сильно ныло плечо. Келли подошла ближе. - На лбу у тебя серьезная рана, и глаз уже заплыл. Разбита губа. Челюсть тоже опухла. Сукин сын хорошо потрудился. - Он не убил меня, и это главное. - И то правда. Капитан Рафферти был здесь. Ушел только после того, как врачи подробно описали твое состояние. Ладно, Грей, Янг права, ты скоро поплывешь, так что давай начнем. - Я шла из своего кабинета к конференц-залу, чтобы провести занятие, – послушно заговорила Мередит. – Он поджидал меня между этажами. - Ты сказала, что не видела его. - Нет, — Мередит осторожно провела пальцами по лицу. Впервые в жизни у нее был подбит глаз, и только теперь она могла понять, как это больно. — Я спускалась довольно быстро и смогла уловить лишь тень движения, и то краешком глаза… Спасибо, — Мередит взяла мешочек со льдом, который протянула ей Келли, и осторожно приложила его к лицу. — Он напал на меня, прежде чем я успела повернуть голову — не говоря уже о том, чтобы выхватить оружие. Этот человек хорошо знал, что делает. Удар в голову — и я практически утратила возможность сопротивляться. Затем он швырнул меня лицом о стену так, что я почти потеряла сознание. Тут же заклеил рот и защелкнул наручники. Ясно было, что ему это не впервой. Я ничего не смогла поделать, особенно когда на голову мне набросили капюшон — или что там это было… - Сумка для белья. Она сейчас в числе вещественных доказательств. Тебе кажется, что ты могла бы действовать быстрее, бороться более решительно. Это не так. - Он не оставил мне ни малейшего шанса. Сразу же вывел из игры. Умом я это понимаю, и все же… Мое оружие? - Его так и не нашли. Некоторое время они просто смотрели друг на друга. Полицейский, лишившийся своего оружия, — что могло быть неприятнее? Только то, что этот полицейский был к тому же женщиной. - Мер, никому и в голову не придет осуждать тебя за это. При данных обстоятельствах… - Придет. Кое-кому придет. Мы с тобой это знаем. И он это знал. Поэтому и забрал пистолет. - Слушай, на таких и внимания обращать не стоит. Ты хоть примерно представляешь, какого он был роста? Телосложения? - Нет. Он толкнул меня, и я упала на пол. Очень сильный. Он ведь чуть не придушил меня. — Прикоснувшись к синякам на горле, Мередит как наяву ощутила давление мощных ладоней. — Он стал душить меня, когда я упала. Сжал ладонями мое горло и стал душить. У него очень сильные руки. И он был в перчатках. Я их чувствовала — такие тонкие перчатки, может быть, из латекса. Еще у него был нож — или ножницы… Нет, пожалуй, нож. Им он резал мою одежду. - Он прикасался к тебе? - Он… — «Только факты, — мысленно приказала она себе. — Смотри на все как бы со стороны». — Он сжал мою грудь. Надавил на соски. Все это грубо, как бы с издевкой. И он смеялся — такой придушенный смешок, как если бы он хотел сдержать его. Потом он сунул пальцы… черт. О, черт… Келли быстро схватила судно и поднесла его к лицу собеседницы. Она держала его, пока Мер тошнило. Наконец та, белая как полотно, откинулась на подушку. - Бог ты мой. Извини. - Вдохни поглубже — это поможет тебе прийти в себя. — Взяв со стола стакан, Келли протянула его ей. — Выпей воды. - Спасибо. Спасибо, все в порядке. Он сунул в меня пальцы. Пихнул их внутрь. В этом не было ничего сексуального — одно лишь желание унизить, сделать больно. Потом, я думаю, он наклонился вперед, поскольку голос его звучал у меня прямо в ушах. «Не беспокойся, — прошептал он, — я не трахаю таких, как ты». После этого он еще несколько раз ударил меня ногой. А затем ушел. - Сколько времени заняло нападение? - Мне это показалось вечностью. На самом же деле, я думаю, минуты две-три, не больше. Он все продумал заранее и действовал очень быстро. Пожалуй, мне понадобилось чуть больше времени, чтобы избавиться от капюшона и спуститься вниз. В целом это заняло минут шесть-семь. - Ну, ладно. А что он еще говорил? - Кроме той единственной фразы — ничего. - Может быть, ты обратила внимание на что-нибудь еще? Скажем, запах? - Нет. Хотя… постой. Тальк. Я чувствовала запах талька. - Как насчет его голоса? Смогла бы ты, например, узнать его? - Не уверена. Нас учили обращать внимание на детали, но я была слишком напугана. Кровь стучала в висках, а тут еще этот капюшон. Он местный, — добавила она внезапно. — Судя по голосу, это явно был кто-кто из местных. Торрес немного помолчала. Она знала, что Дерек еще не рассказал Мер о своей гипотезе. Значит, и ей нужно молчать. Да и не похоже это на человека, который застрелил Анжелу Карр. Зачем ему было нападать на Грей, если он не хотел ее убивать? - Есть какие-нибудь мысли? С кем-то ссорилась в последнее время? - Ты же знаешь, что да. Келли посмотрела на нее в упор. - Думаешь, это был он? Думаешь, это Одли? - Скорее всего. Доказать это я не могу, но думаю, что это был именно он. Я уже сообщала о том инциденте, который произошел в субботу утром. - Что за инцидент? Мередит вкратце рассказала ей о подброшенной кукле. - Подонок! – выплюнула Келли, и Мер прямо-таки обожгло тем неистовым гневом, который исходил от нее. – Он поплатится за это, Мередит. Будь я проклята, если не зарою гада! Мередит грустно усмехнулась. - Дело не в этом… - К черту дело! - Келли… Может быть, поделившись с тобой, я сумею повлиять на ход событий. В общем, Дерек увидит меня и обязательно захочет отплатить, а этого допустить нельзя. Это может его погубить, ты же понимаешь. Я тебя прошу, помоги мне остановить его. - Остановить его? А с чего ты взяла, что я, наоборот, не захочу ему помочь? - Ты же коп! – внезапно рассердилась Мередит. – Ты прекрасно знаешь, что нельзя сводить личные счеты подобным образом. Ты прекрасно знаешь, к чему это приводит. Поэтому я прошу тебя: останови его, потому что я не смогу. Я хочу, чтобы ты нашла способ отговорить его от этого… Мне кажется, тебя он послушает. Келли глубоко вдохнула. - Черт, Грей! Ладно. Однако пусть и законным способом, но все равно мы должны припереть Одли к стенке. Если бы ты могла дать мне хоть какой-то факт, какую-то деталь… - Боюсь, мне уже нечего добавить. - Тогда пойдем по новой. Если ты в состоянии это выдержать. - Вполне. Мередит знала, как это делается. Вновь и вновь повторяя одну и ту же историю, вы начинаете вспоминать такие мелочи, которые поначалу могли ускользнуть от вашего внимания. Она подробно описала свою утреннюю рутину, попутно перечислив офицеров и детективов, с которыми ей пришлось иметь дело. Все как всегда, думала она. Обычный день. - Ты с кем-нибудь разговаривала по дороге? - Нет. Впрочем… Я сказала Джакет, что иду на занятие. Стоп! Поставив стаканчик на тумбочку, Мередит откинулась назад и закрыла глаза. Мысленно она вновь прокрутила всю ситуацию, увидев себя при этом как бы со стороны. - Она задержала меня на несколько минут, задавала какие-то дурацкие вопросы, которые вполне могли подождать — особенно если учесть, что я спешила на занятие. Тогда я не обратила на это внимания, разве что слегка разозлилась… Время поджимало, да и девушке было хорошо известно, что меня уже ждут. - Пенни Джакет? Отдел связи с общественностью? - Да. Я думаю… — пытаясь восстановить в памяти всю картину, Мер вновь прикрыла глаза, — я думаю, она пыталась задержать меня специально… Болтала какую-то ерунду. Потом сказала, что лифт не работает. - Лифт работал. Мередит открыла глаза. Теперь в ее взгляде читалась неприкрытая ярость. - Она подала ему сигнал по мобильному. Она дала знать этому ублюдку, что я спущусь по лестнице. И еще она нервничала. Не так чтобы очень, но… Я спешила и поэтому не обратила внимания. Мередит стала задыхаться. Снова появилась боль, она усиливалась, распространяясь с молниеносной быстротой – начала отдаваться в ребрах, в животе, вызывая тошноту. Келли вскочила и ударила по кнопке вызова. - Господи, Грей! Держись! Я сейчас вызову Янг. Только держись!