Другая сторона Луны

Район не заслуживал доброго слова. Грязные надписи на стенах, битое стекло под ногами, знаки, свидетельствующие о том, что дома предназначены к сносу. Тем не менее здесь продолжали жить, тесниться в обшарпанных комнатушках, скрываться от патрулей, находить отраду в дури, приносящей максимальный кайф. - Убийство в таких трущобах почти не вызовет интереса, – заметил Марк. – Все сняли? – спросил он у фотографа и, получив утвердительный ответ, опустился на колени. – Давай-ка его перевернем, Шеп. Убитый то ли упал ничком, то ли был брошен в такой позе. В затылке красовалась дыра размером с кулак, из которой натекло много крови вперемешку с мозгами. - Опознание еще не произведено, – продолжал Марк. – Я послал патрульных в дом: пусть походят по квартирам и поищут кого-нибудь, кто его знает или что-то видел. - Хорошо, – ответил Дерек, вставая с колен. Грязные оконные стекла были густо забраны решетками. Бетонный дворик, где толпилась полиция, украшали мусорный бак, мешок с отбросами и груда ржавого железа. - А что это у нас с лицом? – вдруг спросил Марк. - А что у нас с лицом? - Не хочешь рассказать, почему оно такое одухотворенное и придурковатое, да к тому же украшенное глупейшей улыбкой? - От родного наперника всегда услышишь что-нибудь ласковое. - Это Грей, да? - Что – Грей? - Не надо на меня хмурить соболиные брови. Говоря «Грей», я имею в виду твою девушку с верхнего этажа, и мы оба об этом знаем. - Когда ты научишься не вмешиваться в… - А я вмешиваюсь? Я задаю лишние вопросы? Хотя меня от них так и распирает, потому что с самого утра ты выглядишь счастливее, чем когда-либо в жизни. Шеп, сдавайся. Облегчи свою душу, расскажи все братишке Слоану. - Ах, поговорить? Пожалуйста. Вчера Мередит сделала мне предложение, и теперь мы поженимся. Доволен? - Что-о? Грей сама тебе предложила?! – Внезапно Марк воздел руки к небу. – Слава тебе, Господи, зря я в тебя не верил! Дерек смущенно оглянулся. - Кончай, на нас все смотрят. Но Марк, не обращая ни на кого внимания, сгреб его в объятия. - Поздравляю, Шеп! Она мне нравится. Очень. - Меня твое мнение вообще не волнует, если хочешь знать, – пробормотал Дерек. - Сам дурак. Кроме того, оно тебя никогда не волновало, но меня же это не останавливало? Твоя Грей сексуальна, хороша собой, независима и вполне тебе подходит, хотя наверняка убила бы меня за такие слова. Но, учти, если она опять тебя бросит, я сам ее убью своими слабыми, не привыкшими к физическому труду руками. - Учту, – хмыкнул Дерек. - Дату уже назначили? - Нет еще, но, надеюсь, Мередит не заставит меня долго ждать. Ладно, убивец, давай работать, время идет. Когда зазвонил мобильный, Дерек как раз изучал несколько разбитых окон, прикидывая, из какого могли стрелять. Продолжая разглядывать это унылое зрелище, он достал телефон и прижал его к уху. - Кристина, не верю своим ушам – ты сама мне звонишь... – Он вдруг осекся. – Что?! В его голосе прозвучала столь явная тревога, что Марк повернулся и сделал несколько шагов в его сторону. Лицо Шепарда внезапно побледнело. Только через пару секунд ему удалось выдавить несколько слов. - Где? Сейчас буду. И он тут же направился к машине, на ходу запихивая телефон в карман. - Эй, ты куда? – спросил Марк, догнав его. Дерек посмотрел на него ставшими вдруг черными глазами и глухо сказал: - На Мередит совершено нападение. Справишься тут один? - Конечно. – Марк благоразумно воздержался от лишних вопросов. – Поезжай. Наверное, только благодаря вмешательству высших сил или, может быть, просто удаче, Дереку удалось добраться до места без происшествий. Десятки чудовищных образов проносились в его сознании, когда он на полной скорости мчался в сторону больницы. Ему даже пришлось напомнить себе, что Мередит жива, – так сказала Кристина. Жаль, что Кристина не сообщила никаких подробностей — только самое главное. «Как и положено врачу», — с некоторым раздражением подумал Дерек, несмотря на мигалку, тормозя на красный свет: движение было слишком интенсивным. Она не сказала, как это произошло. Не сказала, что сейчас с Мередит. И когда, наконец, загорится этот чертов зеленый?! Может быть, в нее стреляли. Господи, помилуй! Увидев зеленый, он тут же сорвался с места. Дерек уверенно петлял между машинами, которых с каждой минутой становилось все больше. Годы работы полицейским не пропали даром — теперь он знал, как быстрее попасть из одной точки города в другую или как проехать в нужное место обходными путями. На больничной стоянке он, проклиная все на свете, долго искал место для парковки. Когда ему наконец удалось поставить машину, нервы его были взвинчены уже до предела. Он постарался успокоиться, но машинально положил ладонь на живот, где уже свивались в тугой канат страх и тревога. На Мередит напали. Этого не может быть. Этого просто не может быть! Это просто часть того же страшного сна, который снится ему уже несколько дней. Только сейчас он стал гораздо страшнее. Дерек глубоко вздохнул и попытался остановить бешеный бег сердца. Проклятье! Это он во всем виноват! Это он не смог ее защитить. Вбежав в здание больницы, Дерек едва не проскочил мимо Кристины, которая ждала его у входа. - Какая палата? – на ходу спросил он. - Пойдем, я покажу. - Сэр, сюда нельзя, – перед ним внезапно вырос дюжий молодой полицейский в форме. Дерек уже открыл рот, чтобы сказать парню, что это его последний день в полиции, но услышал голос Келли: - Пропустите его! Это детектив Шепард. Мередит лежала на кровати маленькая и совсем бескровная. Казалось, ей сейчас не больше четырнадцати лет. Вокруг работали приборы, из ее худенького тела торчали трубки. Рука у нее была на перевязи, а лицо было сплошь покрыто ссадинами и синяками. Сердце Дерека остановилось. После он думал, что на какое-то мгновение от невыносимой радости – она жива – и невыносимого ужаса от того, что он увидел, ворвавшись в палату, сердце его просто остановилось. При виде белоснежных бинтов у нее на голове у него свело внутренности. На пару секунд ему показалось, что скальпель врезается в его собственный мозг. О Боже, Мередит... Его девочка с оленьими глазами и высоким ясным лбом, с обворожительной нежной улыбкой и ласковым тягучим телом… Он опустился на колени рядом с кроватью, чтобы не потревожить ее, и долго вглядывался в ее лицо, не решаясь прикоснуться к ней. Какой же хрупкой и беззащитной была она сейчас! И какой искалеченной. Его любимая женщина оказалась на больничной койке только потому, что некая двуногая тварь решила, что ей все позволено. Только сейчас Шепард понял, насколько зверски ее избили. Его захлестнуло яростью, в глазах потемнело, а в висках застучала бешено пульсирующая кровь. Дереку показалось, что он распадается по кускам. У него отчаянно тряслись руки, и он сделал несколько глубоких вздохов, чтобы успокоиться. Он боялся сорваться. Дерек не сомневался, что сейчас голыми руками убил бы всех, кто посмел напасть на Мередит. Наконец Кристина дотронулась до его плеча и показала глазами на дверь. Дерек покорно поднялся и вышел. Мередит жива и поправится. Спасибо тебе, Господи. От невероятного облегчения мышцы мгновенно превратились в желе, а мозги – в кашу. Ему стало трудно дышать, и комната закружилась перед глазами. - Эй, с тобой все в порядке? – встревожилась Кристина. - Почему у нее повязки на запястьях? – вместо ответа спросил Дерек, не обращая внимания на головокружение. Кристина сердито поджала губы и промолчала. Но Шепард и сам все понял. Вслед за облегчением пришла темная, пронзительная жажда мести. - Он надел на нее наручники, – произнес он тихо и страшно. – Этот ублюдок надел на нее наручники. Я убью его. - Об этом тебе лучше поговорить со своими, а я... – начала Кристина, но Дерек перебил ее. - Мередит без сознания? - Нет, это я ее загрузила. Пусть отдохнет, иначе твои дружки не оставят ее в покое. Ей вообще нельзя двигаться. - У нее сотрясение? - Да, и довольно тяжелое. Она сильно ударилась головой. Мы постоянно делаем энцефалограмму. С такого рода травмами головы шутить нельзя. Да и другие повреждения достаточно серьезны. Необходимо наблюдение и повторное обследование. Мы зашили раны и вправили плечо, но она не должна им шевелить и вообще делать резкие движения минимум пару дней. Два ребра сломаны, на бедре огромная гематома. Лицо ты видел. Бедро и ребра будут ее беспокоить, но болеутоляющие облегчат дискомфорт. Еще у нее ножевой порез по всему телу... – Кристина услышала, как Дерек скрипнул зубами, и заторопилась. – Мы подлатали раны и положили холодные компрессы на ушибы... Она поправится, красавчик. Мер обязательно поправится. - Спасибо, – прошептал Дерек. На большее он был пока не способен. – Спасибо. О Господи… Единственное, что он мог сейчас сделать, – найти этого подонка и поболтать с ним… мило, по-дружески, без спешки. - Мер меня прибьет, но я позвонила Эйрин, она уже едет. - Хорошо. Мне надо уйти. Кристина… - Я позабочусь о ней, – кивнула Кристина. – Иди и ни о чем не беспокойся. Дерек на секунду прикоснулся к ее руке и твердым шагом пошел к Келли, разговаривавшей по телефону возле сестринского поста. Увидев его, Торрес прервала разговор. - Рассказывай! – приказал ей Дерек. Он слушал ее в полном молчании. И лишь когда она стала рассказывать о том, как нападающий порезал на Мередит одежду, он резко повернулся и отошел к окну. Келли замолчала. - Продолжай, — попросил он, так и не обернувшись. В молчании, глядя на улицу, он выслушал вторую часть рассказа. По ту сторону окна раскинулся красивый парк, но Дерек сейчас ничего не видел. Перед глазами у него стояла Мередит — избитая и беспомощная, и этот безликий ублюдок, который безнаказанно мучил ее и издевался над ней. Расплата, думал Дерек. Этому мерзавцу не избежать расплаты. - Ты знаешь, кто это был, — констатировал он, когда Келли закончила. - Грей его не видела. Дерек наконец повернулся. Лицо его было бледным и спокойным, и только в глазах кипела еле сдерживаемая ярость. - Но она знает его. - Скажем так, у нас есть кое-какие подозрения. Но это пока бездоказательно. - Слушай, Торрес, это отговорки полицейского. Келли сердито тряхнула головой. - Ладно, мы знаем, кто это был, и сделаем все возможное, чтобы доказать это. Неужели ты думаешь, что мы способны стерпеть такое? – она подняла руку, словно бы пытаясь сдержать собственную ярость. – Он напал на нее. Этот чертов ублюдок. Избил и унизил. Из-за него ей пришлось ползти по лестнице голой – и это у себя на работе, куда мы приходим каждый день и где все могли видеть, что он с ней сделал. И знаешь почему? - Почему? - Потому что его корежило при мысли о том, что она может приказывать ему. Чтобы он подчинился женщине? Да еще женщине, которая осмелилась ткнуть его носом в его же собственные ошибки? - Одли? Келли и сама не ожидала, что сможет выболтать так много. - Это всего лишь подозрения, — пробормотала она. - Черта с два, – процедил Дерек и ринулся к лифту. - Шеп! – Келли бросилась вслед за ним и схватила его за рукав. – Постой! Все нужно сделать по закону. - К черту закон! Я сам придушу его. А он вполне способен на это, неожиданно ощутила Келли. Раньше она как-то пропускала это мимо сознания. Но теперь, при виде его холодной ярости и столь же холодной решимости, она поняла, что этот парень привлекал ее не только своей удачливостью и своим шармом. Торрес была достаточно опытным полицейским, чтобы по глазам распознать человека, готового на убийство. Именно такими были темные глаза Шепарда. - Ага, давай, и его адвокаты спляшут победный танец у тебя в камере! – воскликнула она. – Шеп, не надо изображать из себя народного мстителя. Мы обязательно разберемся с тем, что случилось. В конце концов, для нас это дело чести. Дерек чувствовал: еще немного — и он потеряет контроль над собой. - Келли, уйди с дороги. Не заставляй меня применять силу. Но Келли только покачала головой и крепче ухватила его за локоть. - Думаешь, я не испытываю неудержимое желание набить морду этому мерзавцу, а затем оторвать его никчемный член и скормить собаке, которую мы с Аризоной как раз собираемся завести? Но это было бы нарушением закона, а я не хочу давать ублюдку повод уйти от ответственности. И если мы хотим иметь основания притащить Одли в комнату для допросов, нам необходимо получить веские доказательства. Глядя ей в глаза, Дерек глубоко вздохнул. - Келли… Ты не понимаешь. Я не смог… Мне не остается ничего иного, как по-своему разобраться с тем трусливым скотом, который избил Мередит. - Мы найдем его, Шеп. Поймаем и посадим в камеру. Но если ты будешь мне мешать, то я и тебя посажу и продержу там, пока не закончу. - Только попробуй! - И пробовать не стану, – спокойно сказала Келли. – Ты меня знаешь. Дерек с силой потер лицо ладонями. Казалось, его мозг вновь заработал, пересилив горе. - Ладно, – проговорил он. – Ладно, мы сделаем все, как положено. Но после ты оставишь меня с ним наедине. Келли внимательно посмотрела не него и ответила: - Договорились. Дверцы лифта распахнулись, и в коридор шагнул мрачный Оуэн Хант. Он остановился и вопросительно посмотрел сначала на Дерека, потом на Келли. - Все в порядке, – ответила Келли на его невысказанный вопрос. – Шеп в курсе и обещал хорошо себя вести. - Отлично. Итак, я только что беседовал с Одли. Он был сегодня в управлении, и у него хватило ума не отрицать это. Но он утверждает, что во время нападения был у себя — забирал кое-какие вещи. - Хант, это был он. Он просто отплатил Мер, – сухо произнес Дерек. Оуэн согласно кивнул. - Я был свидетелем того их разговора и могу подтвердить, что Одли и в самом деле был вне себя. Но все это слишком неопределенно. У нас нет никаких фактов, которые позволили бы напрямую увязать его с инцидентом на лестнице. Да, он находился в здании. Да, он действительно был зол на детектива Грей. Но Одли уже спрятался за своего адвоката, и нам придется попотеть. - Ну раз так, значит, начнем потеть, – резюмировала Келли. – Я – к Джакет, попробую ее расколоть. - Я с тобой, – сказал Дерек непререкаемым тоном. - Шеп… - Просто поставь себя на мое место. - Ладно, – смирилась Келли. – Поехали. Дерек обернулся к охране. - Повнимательнее тут. Ни на шаг не отходите от двери. Что бы там ни случилось – землетрясение, дождь из лягушек или второе пришествие, – вы не сдвинетесь с места, пока вас не сменят. - Да, сэр. - Медперсонал проходит в палату только по личному разрешению доктора Янг. - Есть, сэр. Оуэн захлопнул телефон. - А нашей девушки нет на работе – она сказалась больной и ушла. Но у меня есть ее домашний адрес. Пенни и в самом деле казалась нездоровой. На фоне ярко-розовой пижамы лицо ее выглядело особенно бледным и осунувшимся. При виде полицейских она в изумлении распахнула глаза и тут же невольно отступила назад. - Пенни Джакет? — уточнила Келли. — Я — детектив Торрес, а это детектив Шепард. Можно войти? - Я… - Спасибо, — и Келли толкнула дверь, приглашая Дерека войти первым. На заднем фоне шумно переругивались героини какого-то сериала. - Я… у меня простуда. Я могу заразить вас. - Ничего не поделаешь, придется рискнуть. Вы ведь слышали о том, что произошло с детективом Грей? - Да. То есть мне говорили… Мне так жаль… - Пенни… Не возражаете, если мы выключим это? — Не дожидаясь разрешения, Келли взяла пульт и убрала с экрана разъяренных блондинок. — Я занимаюсь расследованием этого дела. Именно с вами детектив Грей разговаривала перед тем, как на нее напали? - Я… я не знаю. - Не знаете, что она остановилась у вашего стола, перед тем как выйти на лестницу? - Да нет, я помню… Она еще сказала, что идет на занятие, — обращаясь к Келли, Пенни упорно старалась не смотреть ей в лицо. - Когда это было? - Незадолго до десяти. Где-то за несколько минут. - Вы знали, что детектив Грей собирается спускаться по лестнице? - Ну… лифт был неисправен… — Пенни нервно крутила пуговицу на пижаме. — Вы извините, но я и в самом деле чувствую себя неважно… - Детектив Грей тоже чувствует себя неважно. Не так ли, детектив Шепард? - Именно так. Келли достала из сумки фотоаппарат и стала прокручивать снимки. - Он швырнул ее на ступени, после чего заломил руки и защелкнул на них наручники. – Не отрывая взгляда от глаз девушки, в которых уже дрожали слезы, Келли показала фото ободранных запястий. – Затем он заклеил ей рот и натянул на голову мешок. А затем с размаху ударил ее лицом о стену. Слезы градом катились у девушки по лицу. - Я слышала… сказали, это был несчастный случай. Что она упала. Упала с лестницы. - Значит, следы от кулаков на ее лице — это несчастный случай? — резко поинтересовалась Келли. — Или следы от наручников на запястьях? — Она подняла руку, чтобы продемонстрировать нужные фотографии. — А одежда, значит, случайно спала с ее тела, так что ей пришлось ползти, полуголой, до самого коридора? И кстати, лифт был в прекрасном состоянии. - Я не знаю… Простите, но мне действительно нехорошо. Не могли бы вы уйти? Не могли бы вы сейчас уйти? - Пенни, он сказал, что хочет просто поговорить с ней, да? — спросил Дерек, не повышая голоса. — Просто поговорить наедине? Может, чуть припугнуть или попытаться настоять на своем, поскольку все это было так несправедливо? Ведь она была с ним несправедлива, не так ли? Именно так он объяснил свою просьбу солгать насчет лифта и просигналить ему, когда детектив Грей пойдет вниз? - Я не знаю, о чем вы. Я ничего не сделала. Если она упала… - Она не падала! — Резкий тон этих слов заставил Пенни подскочить. — Вы знаете, что она не падала. Вот почему вы сидите здесь сейчас — больная и напуганная, и пытаетесь убедить себя в том, что это только несчастный случай. Это он вам так сказал. Он сказал, что она просто упала, а затем — что? — солгала, чтобы спасти свою репутацию? Якобы она выдумала это нападение, чтобы над ней не смеялись в управлении? - Давно вы спите с офицером Керком Одли? — так же резко спросила Келли. - Мы не спим! То есть… Я не хотела. Я ничего не сделала. — И Пенни разрыдалась, уткнув лицо в бумажный платок. — Он сказал, это всего лишь несчастный случай, что она просто хочет раздуть это дело, чтобы доставить ему еще больше неприятностей. Он рассказал мне, как она его домогались, а потом… - Офицер Одли сказал, что детектив Грей проявляла к нему сексуальный интерес? – прищурился Дерек. - Ну да, а он отказал, и она с тех пор пытается испортить его репутацию, — опустив платок, Пенни умоляюще взглянула на Келли. — Он обвинил ее в сексуальных домогательствах, но никто ему не поверил. От жены ему вообще нет никакой поддержки. А Грей спит с капитаном Веббером, и Керк уже не надеялся добиться правды. - И вы все это проглотили? — Келли в недоумении покачала головой. — Что ж, возможно, вы и в самом деле думали, что оказываете Керку любезность. А может, просто не хотели верить, что он вам лжет — снова и снова. Но теперь-то вы знаете, что он вам солгал. Ведь так, Пенни? Как вы можете верить его словам, глядя на эти фотографии? - Я не знаю… не знаю. - Хочешь взглянуть еще? — Келли зло защелкала кнопкой. — Вот кровь на лестничной клетке. А вот, смотри, ее одежда, которая так случайно порвалась на клочки. А как насчет мешка из прачечной, который он натянул ей на голову? Вот еще неплохой снимок — кровь на наручниках, которыми он сковал ее. И все это несчастный случай? - Боже, — Пенни вновь уткнулась в платок. — Боже мой. - Кем нужно быть, чтобы сделать такое? А ведь следующей можешь стать ты — и не исключено, что тебе придется еще хуже. Ведь именно ты знаешь о том, что он замешан в этом деле. - Я же не знала, — рыдала Пенни, вытаскивая из пачки платок за платком. — Я ни в чем не виновата. Он просто хотел поговорить с ней, сказать, что он вовсе не собирался ей угрожать. И все. Я просто набрала его номер — два коротких звонка. Это и был сигнал. Вот и все, что я сделала. Я же не знала. - Но теперь ты знаешь. Тебе придется одеться и проехать с нами. - Вы меня арестуете? Боже, вы меня арестуете? - Пока нет. Если ты поедешь с нами и дашь правдивые показания — расскажешь правду, Пенни, — я замолвлю за тебя словечко перед прокурором. Ты говоришь, Одли солгал тебе. И я думаю, так оно и было. - И я, — добавил Дерек, стараясь говорить успокаивающим тоном. — Я верю, что сейчас ты говоришь правду. - Мне жаль, что так вышло с детективом Грей. Действительно жаль. – Шмыгнув носом и поправив волосы, Пенни попыталась кокетливо улыбнуться: детектив Шепард оказался на редкость привлекательным мужчиной. - Я понимаю, – ответил Дерек, сжимая кулаки. – Одевайтесь, Пенни, мы ждем. Дерек смотрел на Керка Одли сквозь одностороннее зеркало. На лице Одли не было заметно ни малейших признаков тревоги. Он казался совершенно беззаботным и уверенным в себе. Этакое наплевательское отношение человека, который не сомневается в том, что любой его поступок сойдет ему с рук. Он знал, что за ним наблюдают — по крайней мере, могут наблюдать из другой комнаты. Но ему было на это абсолютно наплевать. Дерек, который редко терял самообладание, был на грани срыва и вне себя от злости. Он снова вспомнил израненную Мередит, лежащую на больничной койке, и от этих воспоминаний у него помутилось в глазах. Ничего, скоро он даст выход своей ненависти. Осталось немножко. - Шеп, у нас плохие новости, — в комнату вошла Келли в сопровождении Оуэна. — Во-первых, пришел отец Одли. - Мне плевать. - Во-вторых, вряд ли нам удастся передать дело в суд. - Почему? - У нас есть заявление Пенни Джакет и ее телефон, с которого действительно звонили в девять пятьдесят восемь. Но мы не можем увязать это с Керком Одли. Звонок был сделан на телефон, который затем выбросили, а проследить его владельца нам не удалось. Иными словами, у нас нет никаких доказательств того, что именно Одли напал на Мередит. - У нас есть мотив. Вы знаете, что он мог это совершить — с учетом его угрожающего поведения и отказа подчиниться вышестоящему офицеру. - Этого недостаточно, чтобы обвинить офицера полиции в нападении, а также угрозе физического и сексуального насилия. Короче, теперь все зависит от прокурора Сандерса, который очень любит ходить на рыбалку с отцом Керка. Нам нужны более веские доказательства. - Тогда давай добудем их. Или ты разучилась колоть отморозков? - Ок. Только допрашивать буду я, лады? Этот урод вообще невысокого мнения о женщинах. А уж женщина, ведущая его дело, для него все равно, что шило в заднице. Он воспримет это как личное оскорбление. – Келли пожала плечами и пригладила руками волосы. – И занервничает. - Согласен. Я буду молчать. В комнату вошли два человека. Первым был Ричард Веббер. Внешность второго однозначно указывала на то, что это был отец Керка Одли. Одли-старший отличался от сына более плотным телосложением, четко очерченной челюстью и жестким выражением глаз. Тем не менее, семейное сходство было налицо. Невзирая на его величественную походку, было видно, что в душе у него кипит еле сдерживаемое негодование. - Что ж, можем начинать. — Оуэн распахнул дверь и придержал ее, приглашая Келли выйти. - Когда с моего сына снимут обвинения, — заявил Одли-старший, шагнув наперерез Келли, — и ему разрешат вернуться к работе, я сам займусь этим делом. Поверьте, капитан, вам это не сойдет с рук. - Сержант, — рука Ричарда легла на плечо Одли. — Вы здесь с моего любезного разрешения. Не стоит злоупотреблять этой любезностью. Келли спокойно обошла сержанта и направилась к комнате для допросов. - Сын явно пошел в отца, — еле слышно шепнула она Ханту. - Не обращай внимания, — посоветовал тот. – Удачи тебе. - Спасибо. Келли села за стол, Дерек остался стоять возле двери. Остальные расположились у противоположной стены. Керк Одли удостоил Келли одним-единственным взглядом, отметил про себя Дерек. Зато на Веббера он смотрел, не отрываясь. - Начнем, — сказала Келли, улыбнувшись. Затем она включила диктофон и зачитала Керку его права. — Вам все ясно, офицер Одли? - Я уже не первый год служу в полиции. - Это означает «да»? - Да, я хорошо знаю свои права. Как себя чувствует мисс Грей? Надеюсь, больница пошла ей на пользу. - Керк. Керк лишь пожал плечами в ответ на негромкое предупреждение своего адвоката. - Даже странно, что вы проявляете такую заботу, — заметила Келли. — Насколько я знаю, вы не испытываете большой симпатии к детективу Грей. - Я не очень-то воспринимаю ее как полицейского, — равнодушно бросил Керк. - Что ж, к этому «не очень-то воспринимаю» мы еще вернемся, — улыбка на лице Келли была все такой же легкой и непринужденной. Дерек ей мысленно поаплодировал. — А пока продолжим. Если не ошибаюсь, недавно у вас с детективом произошла пара стычек, не так ли? - Мой клиент намеревался подчеркнуть, что они с детективом Грей придерживаются разных точек зрения по целому ряду вопросов. Однако это нельзя считать мотивом для физического нападения. Недостаток свидетельств… - Сейчас мы всего лишь обсуждаем проблему, — отметила Келли. — Керк, вам не очень-то нравится детектив Грей. Это так? Одли взглянул на нее со своей привычной ухмылкой. - Так. - Вам случалось назвать детектива Грей сучкой? - Я всегда говорю то, что есть. - Значит, она сучка? — Заметив, что Керк лишь пожал плечами, Келли кивнула. — Следовательно, вам не составило особого труда назвать вышестоящего офицера сучкой? А затем угрожать ей, когда она наложила на вас дисциплинарное взыскание? - О том, что там были угрозы, мы знаем лишь со слов детектива Грей, — вмешался адвокат. - Не только. — Келли пролистала документы. — Есть еще свидетельство двух детективов, которые наблюдали за разговором со стороны и утверждают, что офицер Одли и в самом деле вел себя угрожающе. - Это всего лишь их предположения. - Керк, вы помните, почему вы оказались в кабинете детектива Грей в прошлую пятницу? - Ясное дело. Она пыталась прикрыть свою задницу после неудачных переговоров с захватчиком заложников и обвинила во всем меня. - В самом деле? — Келли с наигранным удивлением подняла брови. — Если это действительно было так, кому придет в голову обвинять вас в том, что вы назвали ее сучкой? Так почему бы нам не взглянуть на некоторые документы по этому делу, чтобы понять, что там произошло? М-да… Офицер отказался запрашивать группу поддержки. Офицер не вел журнал событий… Или вот еще: офицер обрушился на захватчика с угрозами. А как вам это? Офицер Одли пытался помешать детективу Грей вступить в переговоры с захватчиком заложников. Откинувшись на спинку стула, Керк равнодушно бросил: - Она может писать все, что угодно. Это не значит, что так оно и было. - На самом деле это выдержки из показаний свидетелей — как гражданских, так и офицеров полиции. Такое чувство, Керк, что вы пустили все под откос. - Я держал ситуацию под контролем, пока она туда не влезла. - Значит, вам нужно было еще немного времени, чтобы все уладить, но она помешала вам это сделать, — согласно кивнула Келли. — Парень застрелился, и вас же во всем обвинили. А потом эта сучка отстранила вас от работы. Что ж тут удивляться, что вы захотели отплатить ей. Керк улыбнулся и пренебрежительно махнул рукой в сторону адвоката, который пытался что-то сказать. - Да помолчи ты. Она просто подзуживает меня, рассчитывая, что я скажу в ответ какую-нибудь глупость. - Я вот как раз размышляла о том, что должна чувствовать в такой ситуации ваша жена, – продолжала Келли. – Взять хотя бы ваши шашни с Пенни Джакет. Его губы вновь искривила нагловатая ухмылка. - Пенни — милашка, очень аппетитная девочка. Я и в самом деле флиртовал с ней, как, впрочем, и все парни в отделе. Но когда она стала меня домогаться, мне пришлось осадить ее. Должно быть, я здорово обидел ее, и она в отместку выдумала эту историю. Или же вы заставили ее солгать. Келли взглянула на Дерека. - Беднягу окружают одни только сучки и лжецы. И как только ему удается дожить до конца дня? - Как он вообще решается встать утром с постели? – отбил мяч Дерек. – Значит, Пенни лжет, когда утверждает, что у вас с ней были сексуальные отношения? Керк снова оскалился: - Я никогда не занимался сексом с этой женщиной. - Неплохо, — подытожила Келли. — Я бы даже сказала, великолепно, если учесть, что ваши отношения — по словам той же Пенни — ограничивались исключительно оральным сексом. Значит, девчонка «домогалась» вас. Весьма забавно, если учесть, что в своем заявлении она использует ту же терминологию. Вы заявили ей о том, что детектив Грей домогалась вас, тогда как вы, будучи человеком высоконравственным, осадили ее. А она, обидевшись на вас, решила испортить вам карьеру. Да, парень, чувствуется, твоя жизнь стала настоящим адом из-за женщин. Должна признаться, я изо всех сил пытаюсь удержать себя от домогательств в твой адрес. - Если вы намерены и дальше продолжать в том же духе, детектив, — вмешался адвокат Одли, — я буду настаивать на завершении допроса. - Не могла удержаться, чтобы не отметить столь удивительное совпадение. Офицер, вы были в этом здании сегодня утром, между девятью и десятью часами? - Да, был. Мне нужно было забрать кое-что из своего шкафа. - И вам потребовался на это целый час? - Ну, я еще покрутился там… Я же коп, — это было сказано с некоторым раздражением. — Это моя работа. Я должен быть здесь. И я был бы здесь, если бы не эта сучка. - Итак, чтобы не ошибиться: она — сучка, которая домогалась вас. - Я ведь уже сказал, что привык называть вещи своими именами. - Но это же Пенни сказала, что детектив Грей домогалась вас. — Келли довольно улыбнулась, увидев, как по лицу Керка скользнула досада. — Впрочем, ничего удивительного, что вы все перепутали. Не так-то легко отличить одну сучку от другой, правда? Все мы, по сути, представляем собой одно и то же. Не было никакой нужды смотреть в лицо Грей, молотя по нему кулаками. Не было никакой нужды слушать ее крики и проклятия, швыряя ее на пол и срывая с нее одежду. Да и особой храбрости тут тоже не требовалось — если учесть, что на ней уже были наручники. То, что кое-кто называет здесь расплатой, настоящий мужчина окрестил бы не иначе как трусостью. - Я и есть настоящий мужчина. - Мужчина, который не стыдится использовать одну женщину против другой? — от прежнего сладкого тона Келли не осталось и следа. — Мужчина, который подстерегает в засаде, как змея в траве? Мужчина, который не находит лучшего применения своим рукам, чем избивать ими женщину? И вдобавок осмеливается сделать это только после того, как швырнет ее на землю и застегнет на ней наручники? - Я никогда не был на этой лестнице, — не замедлил с ответом Одли. — Мне и так есть на что потратить свое время. А моим пальцам хватает и других занятий. - Не помню, чтобы она что-то говорила про пальцы, — ровным тоном заметила Келли. — Однозначно было сказано про руки. Керк откинулся на спинку стула. - Руки, пальцы. Какая разница? - Большая. Ты сунул в нее свои пальцы, сукин ты сын. — Келли встала со своего места и резко наклонилась над столом, не обращая внимания на протестующие возгласы адвоката. — От тебя пахло тальком — так же, как сейчас. Тальком и потом. Ты что-то взмок, Керк? Помнишь, что ты сказал ей тогда? - Как я могу помнить то, чего не говорил? Меня там не было. - Ты сказал, что не трахаешь таких, как она. Полагаю, тебе просто не захотелось доставать свой член — не настолько он велик, чтобы произвести впечатление. Впрочем, у таких, как ты, он и так стоит лишь в половине случаев. - Жаль, что она не сломала там свою шею. - Допрос окончен, — заявил адвокат. - Тебе нужно было толкнуть ее посильнее. Может, хоть так бы ты смог получить удовлетворение. - Мне следовало спустить ее с этой чертовой лестницы. Келли победно улыбнулась. - Вот ты и ошибся. - Я уже сказал, допрос окончен. - Вот и чудесно, — Келли выпрямилась. – Офицер Одли, вы арестованы. Из комнаты допросов они прямиком направились в переговорную, где их уже ждал Хант. - Торрес, ты была великолепна! – с искренним чувством сказал Дерек. – Я твой должник по гроб жизни. Проси, что хочешь. - С удовольствием. Стань донором спермы для нас с Аризоной. Дерек изменился в лице, а Келли нервно рассмеялась. - Испугался, красавчик? Расслабься, я пошутила. Хватит и ящика французского коньяка. - Ну и шуточки у тебя, – покачал головой потрясенный Дерек. - Уж какие есть, – ответила Келли и устало опустилась на стул. - Ты в порядке? – всполошился он, поспешно наливая ей воды. - Если честно, то меня трясет. - Там этого не было заметно. - Он смотрел на меня, Шеп, смотрел мне прямо в глаза. Он ничуть не сожалел о том, что избил ее. - Это его и выдало, — заметил Оуэн, наблюдавший за допросом через стекло. — Даже адвокат не смог помешать. Одли просто утратил над собой контроль. И когда это дойдет до суда… - Парни, мы все прекрасно знаем, что это никогда не дойдет до суда, – отпив воды, сказала Келли. Оуэн присел на край стола. - Ладно, пусть так. Думаю, они договорятся. Наше управление, прокурор — никто не хочет публичного разбирательства. Вдобавок даже с учетом того, что произошло на допросе, дело это немного шаткое… Впрочем, теперь у нас достаточно оснований, чтобы обвинить Одли, так что его адвокат наверняка захочет пойти на мировую. Нет никаких сомнений в том, что его разжалуют и он потеряет свой жетон. Тебе этого достаточно, Шеп? - Не совсем. Пошли, Келли, у нас осталось одно незаконченное дельце. - Шеп, ты все еще уверен, что хочешь это сделать? Дерек посмотрел на нее холодно и решительно. - Уверен, – твердо ответил он. – Лучше дай мне эту возможность, иначе я сам ее найду. Так или иначе, но я не отступлю. А ты не сможешь заработать еще один ящик лучшего французского коньяка. - Хорошо. — Келли в знак солидарности положила ладонь на его руку. — Хант, прикроешь нас? - Естественно. На нижнем этаже здания Керк мерил шагами свою камеру. Они все-таки арестовали его. Трижды никчемный адвокат! И все эти проклятые сучки. Нападение, побои, сексуальные домогательства. Они решили засадить его — и все потому, что эта идиотка не смогла стерпеть несколько синяков, которые она, видит Бог, полностью заслужила. Но это у них не пройдет. Упрятать его в тюрьму? Как бы не так. Он резко повернулся на звук открываемой двери. Слова уже готовы были сорваться у него с языка, но при виде отца, который предостерегающе покачал головой, Керк лишь мрачно промолчал. И только когда охрана ушла, его прорвало: - Они пытаются пришить мне это чертово дело. Неужели она думает, что сможет засадить меня в тюрьму, предварительно опозорив перед коллегами? Эта сучка… - Сядь. И заткнись. Керк сел, однако слова продолжали литься из него потоком. - Вдобавок они привлекли к этому девицу из убойного. Чертовы девки, это они все устроили. О чем, скажи на милость, думает Барри? — в раздражении поинтересовался Керк, имея в виду Сандерса. — Почему он не закроет это идиотское дело? - Были выдвинуты официальные обвинения, и теперь он намерен отпустить тебя под залог. - Ничего не скажешь, здорово, — Керк с отвращением вскинул руки. — Меня суют в тюрьму по этому гребаному делу, а выйти отсюда я могу только под залог. К черту, пап. Я могу потерять полицейский жетон. Нужно связаться с отделом внутреннего расследования, пусть они займутся Грей. Ты же знаешь, это все происки Веббера. Из-за этой парочки я и попал сюда. Одли-старший выслушал эту тираду со сжатыми губами. - Ты попал сюда потому, что не смог вовремя заткнуться — совсем как сейчас. А теперь я хочу спросить у тебя кое-что. Только между нами. Я спрошу один раз, и ты ответишь мне правду. Не вздумай солгать. Если я пойму, что ты лжешь, то сразу развернусь и уйду, так что дальше ты будешь выпутываться сам, без моей помощи. Раздражение мгновенно исчезло с лица Керка, превратившись сначала в растерянность, а затем и в страх. - Бога ради, папа. - Это ты напал на нее, Керк? Смотри мне в глаза. Это ты сделал? - Пап… - Не вздумай лгать. - Она отстранила меня. Использовала меня как козла отпущения. Ты же сам учил меня, что никому нельзя давать спуску. Если тебя пнули, пни в ответ. Одли мрачно смотрел на сына. - Я что, учил тебя бить женщину? Я учил тебя этому, парень? - Я не мог оставить все как есть. Я… Резкий удар по лицу заставил его умолкнуть на полуслове. Керк, набычившись, смотрел на отца влажными от слез глазами. - Я что, учил тебя нападать на офицера полиции, да еще со спины? Я хотел, чтобы ты стал мужчиной, черт возьми, а не прятался на лестнице и не бросался с кулаками на женщин. Ты — позор не только нашей семьи, но и нашей профессии. - Если на тебя наезжают, дай сдачи — и как следует. Так ты меня учил. Так я и поступил. - Если ты не видишь разницы, говорить тут уже бесполезно. Одли устало поднялся на ноги. - Я постараюсь сделать для тебя то, что пока еще в моих силах. Ты мой сын, и я сделаю это для тебя, для твоей матери, для моего внука. Но с работой тебе придется распрощаться. И если бы я мог тут что-то изменить, то все равно бы не стал. - Но как же ты сможешь гордиться нашей фамилией, если твой сын уже не будет полицейским? - Не знаю. Я вытащу тебя отсюда — все, что я могу для тебя сделать. Что потом — не знаю. - Мне казалось, что на моем месте ты поступил бы так же. - Только этого не хватало. Охрана! — крикнул он и вышел, оставив своего сына в одиночестве. Оуэн под видом проверки увел охранников в другое помещение. Келли села за компьютер и остановила запись видеокамер. - У тебя есть пять минут. Но хочу предупредить. Из записи явствует, что у него будет только фингал под глазом. Если ситуация изменится, расхлебывать придется нам с Хантом. Дерек криво усмехнулся и, наклонившись, поцеловал ее в щеку. - Детектив, вы можете мне доверять. Я цивилизованный человек и умею бить, не оставляя следов. Он вошел в камеру, закрыл дверь и посмотрел на Одли. - Что тебе еще нужно, мужик? – скривился Керк, осторожно трогая скулу. – Пришел предложить мне сделку? - Что-то в этом роде, – тихо произнес Дерек и шагнул к нему. Когда через пять долгих минут вконец издерганная Келли ворвалась в камеру, она увидела спокойно сидящего за столом Шепарда. У него был вид человека, принимающего гостей или ведущего важное заседание. На рубашке – ни складочки, волосы аккуратно причесаны, руки спокойно лежат на столе. Но в глазах еще горел дикий огонек. С замиранием сердца Келли посмотрела на Одли, лежащего на узкой кровати. Он был бледен как смерть, зрачки – размером с булавочную головку, но он дышал. - Никаких следов, — сообщил Шепард. — И, по-моему, раскаивается в содеянном. Келли наклонилась, заглянула Одли в глаза. Он заерзал, как побитая собака. - Что ты с ним сделал? Дерек сомневался, что она одобрит его методы. - Я сделал меньше того, что он заслужил. Она выпрямилась и долгим пристальным взглядом посмотрела на Дерека. - Слушай, ты меня пугаешь. Он улыбнулся, поднялся и снова поцеловал ее в щеку. - Иди включай свои камеры, а я поехал к Мередит. Коньяк тебе доставят домой. Как ни странно, Дерек нашел Эйрин более бодрой, чем ожидал. Она встретила его у дверей палаты Мередит. Лицо ее казалось бесстрастным, и только в глазах застыл страх. - Как она? – вполголоса спросил Дерек. - Еще не просыпалась, но я подозреваю, что она просто ждет тебя. А в остальном более или менее нормально. Показатели хорошие, но это ни о чем не говорит, надо дождаться ее пробуждения. – Увидев, как он побледнел, Эйрин торопливо добавила. – Не беспокойся, она не позволит себе слечь надолго. Для этого она слишком упряма… - Слава Богу, если это так, – выдохнул Дерек. – А вы как? В порядке? – Ему хотелось прикоснуться к ней и разгладить тревожные морщинки в уголках глаз. - Не совсем. Ты же знаешь, я становлюсь излишне сентиментальной, когда что-нибудь случается с теми, кто мне дорог. Во всяком случае, так говорят. Они попытались выставить меня, — заговорщицки прошептала Эйрин. — Но не знали, с кем имеют дело. - Может, вы хотите отдохнуть? Я могу вызвать такси… Но Эйрин отрицательно замотала головой. - Я не уйду отсюда, пока Мередит не проснется и не назовет мое имя. Тогда я буду знать, что с ней действительно все в порядке. - Хорошо. – Дерек взялся за ручку двери. Но Эйрин пытливо посмотрела на него, и он остановился. - Ты поймал его? Ты поймал того, кто сделал это с моей девочкой? - Да, – ответил Дерек с чистой совестью. – Он больше не приблизится к ней. Никогда. - Спасибо. – Эйрин погладила его по плечу. – А теперь иди. - Да. Эйрин, может быть, купить вам кофе или еще чего-нибудь?.. - Красавчик, не забывай, это моя больница. Когда ты еще под стол пешком ходил, я… - Понял-понял. – Дерек в нетерпении поднял руки. – Так я пошел? - Иди. Если что, сразу телеграфируй. Когда он открыл дверь и увидел Мередит, на него опять нахлынуло множество различных чувств сразу: ярость, облегчение, сожаление, угрызения совести… Но сейчас важнее всего была она. Ей смыли все следы крови, но оставались синяки и следы многочисленных ран. Ему показалось, что с утра она еще больше похудела, и ее красота стала какой-то призрачной; теплый абрикосовый оттенок кожи стал светлее, скулы слишком выделялись на лице, ресницы как бы утонули в тенях, залегших под глазами. Неужели прошло всего двадцать часов с тех пор, как она сделала ему предложение?! Он сел возле кровати и осторожно сжал ее пальцы в своей ладони. Теперь ему оставалось только ждать. И он ждал. И говорил. Вернее, шептал. Он молил о прощении, которого не заслуживал, и просил дать ему еще один шанс загладить огромную вину. Дерек не знал, сколько прошло времени, но вот Мер шевельнулась и застонала. Ее стон обжег ему сердце и ударил в душу. Мередит открыла глаза – и тут же его мир снова встал с головы на ноги. - Дерек, – прошептала она. Голос был хриплый, едва слышный, но по ее губам скользнуло слабое подобие улыбки. – Что ты тут делаешь? - Боже, Грей, тебя ни на минуту нельзя оставить одну, – сказал Дерек и засмеялся от счастья и огромного облегчения, покрывая поцелуями ее руку.