Другая сторона Луны

Марк с Дереком провели весьма плодотворное утро: закрыли дело за два часа. Если уж парень, убивший своего «лучшего друга», хотел представить дело как вооруженное ограбление, ей-Богу ему не следовало тотчас же цеплять на запястье компьютерные часы убитого с дарственной гравировкой. Дереку нестерпимо хотелось домой. Он пытался сосредоточиться на работе, но с каждой минутой это становилось все труднее. Не нужно было так поспешно уезжать сегодня утром, не убедившись, что с Мередит все в порядке. Но на девять часов в участке было назначено совещание с привлечением всех патрульных служб, и явка была обязательна. А Мередит спала так сладко, что рука не поднялась ее разбудить. У Шепарда мутилось в голове от попыток рассудком погасить растущее желание и не видеть возникающие в воображении образы. Нет, они, эти образы, были приятными и где-то даже потрясающими, но нельзя же сутки напролет пребывать в состоянии постоянной эрекции. Дерек улыбнулся. Он думал о Мередит каждую секунду, продолжая расследовать убийство Анжелы и другие дела. Он теперь о ней все время думал, даже когда она была рядом. Никогда и ни с кем у него не было ничего подобного! Никогда его так не тянуло ни к какой другой женщине. И дело было не только в страсти. Мередит завораживала его, он восхищался ею, она стала самым близким ему человеком… Временами он ловил в ее затуманенных зеленых глазах отблеск чего-то такого, что задевало самые потаенные его струны и от чего всякий раз до боли захватывало дух. Еще ни одна женщина никогда не действовала на него так. Мередит не переставала удивлять его; каждый раз, когда он был с ней, ему открывалось что-то новое. Бывало, он спорил с ней, злился на ее упрямство. Но достаточно было одной ее улыбки, чтобы у него подскочил пульс. Достаточно было одного легкого прикосновения, чтобы его охватило пламя. Дерек не понимал, считаются ли иногда возникающие между ними разногласия ссорами. С Мередит ничто не казалось только черным или только белым – и это немного раздражало, потому что очаровывало и расстраивало одновременно. Она дарила ему наслаждение, страстно отвечая на его ласки. Ее кокетство неизменно разжигало желание. Невозможно было смотреть на нее и не думать о сексе, о ее ногах, обвившихся вокруг него и посылающих его в открытый космос. Определенно, ему никогда не насытиться этой женщиной. Жажда не отпускала его. Так стоило ли удивляться, что с первой минуты, как он ее увидел, она стала для него всем? И будет всем до той самой минуты, когда он испустит дух. А может, и после. Терзаемый подобными мыслями, Дерек вслед за Марком вошел в «предбанник» полицейского управления. Как только они заняли место у кофейного автомата, рядом с ними тут же оказался Оуэн, который сразу приступил к делу. - Алиби Одли подтвердилось. Истории совпадают, — лицо Ханта скривилось, как если бы он проглотил что-то неудобоваримое. — Более того, у женщины, с которой встречается Одли, есть на редкость любопытная соседка. И она видела, как в ночь, когда убили Карр, Одли заходил в дом своей любовницы. Его машину она тоже знает, поскольку видела ее раньше. Керк припарковался за квартал от дома, но женщина углядела автомобиль, когда выгуливала своего пса. Было это около половины первого ночи. - Понятно, – вздохнул Дерек. - А перед самым восходом она снова повела псину гулять. Вы когда-нибудь задумывались над тем, зачем люди заводят собаку? Ведь с ее появлением им приходится вылезать из постели в несусветную рань — и все для того, чтобы зверюга могла оросить окрестности. - Каждый сходит с ума по-своему, — хмыкнул Марк, отхлебывая кофе. - Ну вот. Пока собачка занималась своими собачьими делами, ее мамочка снова засекла Одли. — Хант достал свой блокнот и полистал страницы. — «Вышел из дома Лиз Джарвис — гордый, как петух на навозной куче». - Что ж, значит, к Анжеле он не имеет никакого отношения. - Увы, да. Но я хочу сказать вам, он заслужил эту Лиз. Фигура у нее как у богини, мозги размером с грецкий орех, а характер — как у свирепого питбуля, — Оуэн скупо улыбнулся. — Не сомневаюсь, что на какое-то время она превратит его жизнь в сущий ад. И если учесть, что то же самое ждет его дома, у жены, то Керку, в общем-то, не позавидуешь. - Боюсь показаться тебе слишком мелочным, но меня это радует. - Меня тоже. – Оуэн глянул на свой зазвонивший мобильник. – Это Торрес. Видать, потеряла меня. Ладно, парни, я пошел, не буду ее злить. Поблагодарив Оуэна, Дерек взял еще один стаканчик кофе и тут же снова поставил его, увидев, что в управление входит сержант Джерри Одли. - Марк, ты иди, а я немного задержусь, хорошо? Марк обернулся, и лицо его окаменело. - Лучше я побуду с тобой. - Все в порядке. Через минуту я присоединюсь к тебе. Марк не стал спорить, однако было ясно, что все это время он будет внимательно наблюдать за ним через стеклянную дверь. Сейчас они стояли с Одли, не сводя друг с друга взгляда. «Как два сторожевых пса», — подумалось Дереку. Оба были крепкого телосложения, оба готовы до последнего отстаивать свою территорию. Вот только подходы у обоих были разные. - Сержант. - Детектив. Дерек безучастно наблюдал за тем, как сержант Одли прикрывает за собой дверь. - Мне надо поговорить с Хантом. - Хант сейчас занят. Может, поговорите со мной? Одли окинул Дерека цепким взглядом. - Вы присутствовали на первом допросе моего сына, – процедил он, видимо, припомнив Шепарда. - Совершенно верно. Чем могу помочь? - Эта история, — начал Одли, — стоила моему сыну полицейского жетона. Его жена и ребенок в замешательстве, они не знают, что и думать. - Я готов посочувствовать вашим невестке и внуку. Столько переживаний из-за того, что ваш сын отправил в больницу женщину, являющуюся к тому же офицером полиции. - Если отбросить обстоятельства этого конкретного дела, Грей должна была понимать, на что идет, когда устраивались на работу в полицию. Это всегда риск. И молодой женщине следовало подумать об этом заранее. - Вот оно что. Теперь понятно, у кого ваш сын позаимствовал столь нелестное мнение о женщинах-полицейских. Вы хотите о чем-то спросить, сержант? Поторопитесь, поскольку у меня еще много работы. На лице сержанта не отразилось ровным счетом ничего, хотя в душе у него наверняка кипел гнев. - Ей стоило бы подумать, чем все это для нее обернется. - Следует понимать это как угрозу? - У меня и в мыслях не было угрожать, — равнодушно заметил Одли. — Грей заработала несколько синяков, которые, насколько я могу судить, уже зажили. А мой сын потерял работу и вместе с ней — репутацию. - Но он и не за решеткой. – Дерек был убежден, что за одно это Керка надо повесить. - Вы этого хотите? Поэтому вы отправили к нему копов, чтобы те притащили его в участок? И все это на глазах у его семьи и соседей? Вы допросили даже его жену. - Что я хочу, в данном случае совершенно неважно. Никто не стал бы тащить вашего сына из дома — на глазах у его семьи и соседей, — если бы перед этим он не бросился с кулаками на детектива Ханта. Или вы не получили эту часть рапорта? — склонив голову, Дерек внимательно смотрел на сержанта. — Могу послать вам копию. - Но если его спровоцировали… Вспышка гнева была настолько сильна, что Дерек с трудом сдержал себя. - Как отец, вы можете придумывать ему любые оправдания. Но раз уж вы пришли в форме, значит, представляете официальное учреждение. Вот о чем вам следовало бы помнить. Кстати, а почему вы не жалуетесь на то, что мы отправили человека к замужней любовнице вашего сына? Чтобы та могла подтвердить его алиби. Или ее тоже нет в вашем списке? Шепард видел, что удар попал в цель. В глазах сержанта промелькнули удивление и растерянность. Однако он тут же взял себя в руки. - Я хочу предупредить вас, детектив, что, если вы и ваши дружки не оставите моего сына в покое, я подам на вас жалобу прокурору и начальнику полиции. - Вы можете жаловаться кому угодно, сержант. Но прежде я хотел бы заметить, что ваш сын не только отказался отвечать на вопросы у себя дома, но и набросился с бранью на двух детективов, а одного из них даже ударил. Доложи мы об этом инциденте начальству, и условный срок вашего сына наверняка стал бы самым что ни на есть реальным. Дерек заметил, как Одли сжал кулаки: по всей видимости, его терпение было на исходе. Шепард уже с удовольствием ждал открытой стычки. - Если вы намерены обвинить моего сына в этом убийстве… - Нет, не намерены. На данный момент с вашего сына сняты все подозрения, так что мы можем приступить к отработке других версий. Именно этим я, с вашего разрешения, и собираюсь сейчас заняться. - Вам не следовало тащить моего сына в участок, предварительно надев на него наручники. - Мы и не собирались этого делать. Но после того, как он обозвал детектива Торрес похотливой сучкой и ударил детектива Ханта, пообещав избить его до полусмерти, нашим людям не оставалось ничего другого, как привести его в чувство. Теперь, если вам вдруг захочется жаловаться, отправляйтесь сразу к прокурору, начальнику полиции или даже к губернатору. А я не желаю больше обсуждать с вами проблемы вашего великовозрастного отпрыска. – Шепард дал ему вдуматься в эти слова. Затем слегка наклонился вперед. – Не буду скрывать, сержант, я бы не отказался увидеть вашего сына за решеткой. Но сейчас я хочу сказать вам кое-что другое. Вместо того чтобы пугать наш отдел своими высокопоставленными приятелями, вы бы лучше подыскали своему сыну хорошего психолога. Насколько я понимаю, он так и не научился контролировать свои эмоции. Это, во-первых. Во-вторых, я бы посоветовал вам забрать заявление на детектива Грей, потому что в противном случае я лично вывернусь наизнанку, но сделаю все возможное и невозможное, чтобы Керк все-таки попал за эту самую решетку. – Дерек выпрямился. – Помните, о чем вас предупредили. - Да плевать мне на твои предупреждения! – наконец не выдержал Одли. – И на тебя плевать, пижон чертов! Дай мне пройти к Ханту! С этими словами он шагнул к Дереку, угрожающе сжимая кулаки. Но тот только поднял левую руку и с такой силой толкнул Одли в грудь, что он отлетел к стене и медленно сполз по ней на пол. Прежде чем Одли успел опомниться, Шепард склонился над ним и сказал чуть слышным, но ясным шепотом: - Еще одно, мразь: если ты хоть когда-нибудь приблизишься к детективу Грей – только приблизишься, Одли! – я сверну тебе шею голыми руками. Или лучше измордую так, что ты сам себя не узнаешь, и тогда твои счастливые деньки крутого полицейского будут кончены. Ты понял? В первое мгновение Одли был потрясен, но потом все встало на свои места: и угрозы детектива, и его неожиданное заявление о Грей. Взгляд его стал наглым, насмешливым. - Черт меня подери! – воскликнул он. – Ты сам ее трахаешь! Ты трахаешь эту сучку! Ну, я угадал, детектив Шепард? – он поднялся на ноги и с издевкой спросил: – Мне вот что интересно, как вы с капитанами управляетесь: скопом или по очереди? И в каких позициях: спереди, сзади, сбоку или «шестьдесят девять»? Эта Грей, видать, горячая штучка, я тоже хочу попробовать. Как будто порыв ураганного ветра внезапно сбил его с ног, и Одли полетел на пол, болезненно треснувшись скулой о бетонную стену. Улыбку с его лица словно тряпкой стерли. В следующий момент перед его глазами возник занесенный для удара каблук ботинка. Он был очень твердым на вид, с почти не стоптанным краем, и Одли понял, что если каблук опустится, то его переносица может оказаться вмята до самого затылка. Одли покрылся испариной, но все-таки сумел процедить: - Ты не посмеешь меня тронуть. Потому что в таком случае я обвиню в этом твою сучку. - Сейчас я покажу, как ты ошибаешься. Как сквозь вату, до Одли донесся топот башмаков в коридоре, лязг железной двери и голос дежурного: - Все в порядке, детектив Шепард? Дерек убрал ногу. - Да, благодарю вас, все в порядке, – ответил он спокойно. – Сержант Одли поскользнулся и упал. Боюсь, ему может понадобиться помощь. - Черта с два я упал! – заорал Одли, пытаясь принять сидячее положение. На шум из инспекторской высыпало человек шесть, в том числе Марк с Оуэном. Марк склонился над Одли. - Видно, сильно ударился. Все еще не в себе, и лицо бледное. – Он широко улыбнулся Дереку. – Мокрый пол? - Как всегда. - Я вас всех засужу. Ты, ты и ты, – Одли тыкал пальцем в инспекторов, – будете свидетелями. Раздались нестройные смешки, и полицейские, посмеиваясь и перешептываясь, стали расходится по своим местам. Одли еще что-то сипло кричал, но его никто не слушал. - Ай-я-яй, как неловко получилось, – протянул Марк, с гримасой отвращения глядя на него. – Нужно смотреть под ноги, сержант. Вдруг вы опять где-нибудь поскользнетесь. Одли тяжело поднялся, держась одной рукой за скулу, другой – за стену. - Вы покойники! Слышите? Вы оба – покойники. Я доберусь до вас, – бормотал он, продвигаясь к двери. - Ждем с нетерпением, – беспечно ответил Марк. – Пойдем, Шеп, у нас есть другие дела. Когда Дерек сел за свой стол, его челюсти были плотно сжаты, он еле сдерживался. Глаза превратились в глубокие колодцы, в которых тлели огоньки гнева и тревоги. - Придушил бы гада собственными руками! - Вполне понятное желание, — согласился Марк. — Но, Шеп, нельзя превращать это в личную месть. - Я прекрасно знаю, что таково первое правило любого расследования. И знаю, что все это — полная чушь. — Дерек посмотрел на Марка снизу вверх. — Это полная чушь, потому что нет ничего более личного! То, что он с ней сотворил… - Я понимаю. Грей дорога мне не меньше, чем тебе. Но… - А ты думаешь, почему Одли-младщий все еще жив? Только из-за этого «но». - Зачем он сюда приперся? - Хотел прозондировать почву, а заодно и припугнуть нас, если будем слишком рьяно наседать на его сыночка. А потом стал оскорблять Мередит… - Вот ведь сволочь, – сплюнул Марк. - Слушай, если меня уволят… - Не уволят. Думаешь, Одли станет трезвонить по всему управлению о том, что ты уложил его одной левой? Скорее, он устроит какую-нибудь пакость тебе лично. Так же как Керк устроил пакость Грей. Дерек с силой потер лицо ладонями. Он не мог отказать себе в маленькой слабости — относиться к Одли с презрением. - Как же меня достала эта семейка! - Ладно, забудь. Как-нибудь выкрутимся. Что у нас дальше по плану? - По плану – ничего. Все, что можно было сделать в Сиэтле, мы сделали. Надо ехать в Лос-Анджелес и отрабатывать связи Карр на месте. Слоан с сомнением покачал головой. - Ты отстранен от дела, забыл? - А я и не собирался ехать. Не могу же я оставить Мередит одну, тем более, сейчас. - Точно. Слушай, а почему бы нам не позвонить нашим калифорнийским друзьям? Пусть пока они пороют, а потом и мы подключимся. Я поговорю с Хантом… Эй! – воскликнул вдруг Марк, глядя в окно. – Кто это там с твоей Мередит? Дерек поднялся со стула и замер на месте. Он увидел автостоянку, а на ней Мередит, беседующую с… Тейлором. Митч что-то говорил, широко жестикулируя, а Мередит молча слушала. И монолог Тейлора, сопровождаемый интенсивной жестикуляцией, становился все яростнее. Шепард с трудом подавил желание спуститься вниз и присоединиться к болтающей парочке. Он не имеет никакого права вмешиваться в личные дела Мередит. К тому же совсем не хотелось примерять маску ревнивого мужа; однако по телу пробежала неприятная ледяная дрожь, и Дерек понял, что не сможет стоять и подглядывать. Он шагнул в сторону выхода, но Марк перегородил ему дорогу. - Подожди, она уходит. Действительно, Мер что-то коротко проговорила, затем повернулась и пошла к зданию. А Тейлор остался стоять, глядя ей вслед. - Сначала досчитай до ста, а потом иди, – улыбаясь, посоветовал Марк. - Зачем? - Затем, что вид у тебя как у маньяка. - Ну, спасибо! - А что она здесь забыла? Ее же отстранили. - У Мередит встреча с адвокатом Кайла Моргана. Помнишь парня на крыше с пистолетом, когда ты валялся дома с гриппом? – Марк кивнул, и Дерек продолжил. – После обеда она дает показания в суде по этому делу. Мередит услыхала, как поворачивается ручка двери, потом раздался стук. Дверь она заперла нарочно, чтобы переодеться. На ходу разминая плечи, Мередит аккуратно надела фуражку. Открыв дверь, она увидела на лице Дерека весьма для нее непривычное выражение шока, тотчас же сменившееся интересом, а затем нездоровым блеском в глазах, заставившим ее вспыхнуть. - На что это ты уставился? - Я и сам не вполне уверен. – Он вошел прежде, чем она успела выйти, и закрыл за собой дверь. - Мне пора идти. Встреча через полчаса. - А ехать всего десять минут. Ну-ка повернись кругом. - И не подумаю. – Еще секунда, и он заметит эту проклятую краску. А ей станет стыдно. – Ты не в первый раз видишь копа в форме. - Да, но я до сих пор ни разу не видел в форме тебя. Я даже не знал, что она у тебя есть. - Разумеется, она у меня есть! У каждого полицейского есть форма, между прочим, у тебя тоже! Просто я ее никогда не ношу. Но в суд надо явиться при полном параде. - Ты выглядишь… – Дерек обвел пальцем одну из начищенных до блеска медных пуговиц у нее на груди, – сногсшибательно. Безумно сексуально. - Да иди ты! - Нет, я серьезно. Он нарушил их негласное табу на флирт, но ему было наплевать. Дерек отступил на шаг, чтобы охватить ее взглядом с головы до ног. Все-таки стройная фигура творит чудеса с их мундиром, – подумал он. Мередит начистила свои черные полицейские ботинки – он только теперь догадался, что она, видимо, держала их на работе в шкафчике раздевалки, – до зеркального блеска. На убранных волосах прямо и строго сидела фуражка. - Детектив, – проговорил он проникновенным голосом, – вам надо носить это дома. - Зачем? - Догадайся, – усмехнулся он. - Ты извращенец. Тебе лечиться надо. - Мы поиграем в полицейских и воров. Конечно, когда ты поправишься. - Прочь с дороги, псих ненормальный! - Вот только проверю. – Руки у него были проворные, одна из них нырнула за туго накрахмаленный воротник, прежде чем Мередит успела шевельнуться. Он с удовлетворенной улыбкой вытащил у нее из-за ворота цепочку, на которой висело кольцо с изумрудом. – Все на месте, – пробормотал он и заправил цепочку назад. – Пойдем, я провожу тебя до машины. Надеюсь, ты на такси? - Да, еще рановато ездить самостоятельно, – ответила Мер. – Мы не будем держаться за руки. Это не обсуждается. - Честно говоря, я рассчитывал идти на пару шагов позади тебя, чтобы посмотреть, как движется твоя попка в этой штуковине. Мередит засмеялась, но решительно вытолкала его из кабинета и вышла сама. Какого черта? – спросила себя она и все-таки взяла его за руку, когда они пошли к лестнице. - Я видел, как ты разговаривала с Тейлором… – начал Дерек, спускаясь по ступенькам. Вопреки его ожиданию, Мередит не смутилась и не стала оправдываться. - Да, он хотел разузнать о деле Анжелы. Я послала его к Торрес или Ханту. - О деле Анжелы? – удивился Дерек. – Он что, представляет интересы ее родных? - Понятия не имею, – Мер пожала плечами. – Вообще-то, я тоже удивилась, когда он об этом заговорил. Думала, что… – она вдруг замолчала. - Что он продолжит свои домогательства, – закончил за нее Дерек, дав себе слово выяснить, чего на самом деле хотел Тейлор. Только теперь Мередит в смущении закусила нижнюю губу. - Н-ну, да… А ты опять ревнуешь? - Тебе это не нравится? – хмыкнул Дерек. - Наоборот, меня это заводит. - Ничего себе! Вы со мной заигрываете, детектив Грей? Мередит чмокнула его в щеку. - Пытаюсь. Кристина записала меня на прием к травматологу. Уже скоро… – многозначительно шепнула она. В физическом отношении она чувствовала себя почти прекрасно. Немного болело плечо – именно из-за плеча она еще опасалась садиться за руль, – но в остальном все было в порядке. - Не могу дождаться. – Дерек поднес ее руку к губам и перешел на более безопасную тему. – Чем ты сегодня занималась? - Составляла список профессий… Ну знаешь, на всякий случай. - И как, удачно? - У тебя ведь широкие взгляды, правда? Насмешливая улыбка тронула губы Дерека. - В основном, да. А что? Собираешься стать наемным убийцей? Мередит подняла голову, чтобы видеть его лицо. - Не совсем. Я бы посмотрела, какую ты проявишь либеральность, светскость и широту взглядов, если я сдам свой жетон и стану работать женщиной по вызову. Не выдержав, Дерек расхохотался. А Мер притворно вздохнула. - Вот именно. Боюсь, мне не удалось бы даже составить приличный список клиентов. Ты бы их всех поубивал. Дерек лишь наклонил голову в знак согласия. Мередит грустно улыбнулась: - Выяснилось, что я ничегошеньки не умею в этой жизни. - Еще ничего не закончилось, Мери. - Я знаю, – и увидев его скептический взгляд, она повторила: – Правда, знаю. Я стараюсь справляться. Не хочу, чтобы ты во мне разочаровался. А еще я хочу, чтобы ты знал: мне удастся с этим справиться. Больше я не стану раскисать. - Ты и не раскисала. И ты никогда меня не разочаруешь. Мередит схватила его за рубашку и крепко поцеловала в губы. - Спасибо. - Не стоит благодарности. – Дерек обнял ее. - Не знаю, сколько продлится суд… Возможно до самого вечера… – бормотала она между поцелуями. - Хочешь, я заеду за тобой? - Лучше жди меня дома... Дерек не ослаблял объятий, воспламененный ее откликом. Сдержанность, которую он проявлял в последние дни, внезапно улетучилась. Их прерывистое дыхание смешалось. Он скользнул рукой вдоль ее спины, плотно прижимая к себе. Она едва не задохнулась от этого тесного соприкосновения их тел, физически ощущая крайнюю степень его мужского желания. Ее рот открылся, уступая властному вторжению его языка, и, не чувствуя времени, они стояли, сплетясь в объятии, глухие и слепые ко всему, кроме первозданных сил, соединивших их во взаимном влечении. Открылась дверь лестничной площадки, и усталый голос Веббера произнес: - Рад, что хоть что-то остается неизменным. Сконфуженные, они отпрянули друг от друга, но Ричард только кивнул в сторону своего кабинета: - Мне нужно сказать вам кое-что. - Капитан, мы… мы… - Я знаю: вы нечаянно. А теперь к делу. Я о расследовании. Мы не намерены это терпеть, – начал он, закрыв за собой дверь. – Я заявил об этом Бедфорду, официально. - Ричард… - Заткнись. – Его добродушное лицо напряглось от гнева, а голос стал резким. Когда он указал пальцем на стул, Мередит села, даже не подумав протестовать. – Я был твоим инструктором и могу говорить с тобой откровенно. Ты позволила им обойтись с тобой черт знает как. Очевидно, в первый момент ты растерялась, но теперь пришла пора действовать. Если ты до сих пор не заявила официальный протест, то я хочу знать, почему. Мер сдвинула брови. - Я даже не думала об этом… - Твои мозги взяли отпуск? – Ричард повернулся к Дереку. – А ты куда смотрел? У тебя тоже размягчение мозга? - Бумаги уже составлены и ждут ее подписи. Надеюсь, ждать осталось недолго. – Дерек улыбнулся Мередит. - Теперь вы оба будете меня доставать, – вздохнула она. - Я велел тебе заткнуться, – напомнил ей Ричард. – Подпишите их до конца дня, – приказал он Дереку. – Некоторые колеса вертятся медленно. Я добавлю свое письменное заявление. Неужели я ничему тебя не научил? – снова обратился он к Мередит. - Вы научили меня всему. – Она поднялась. – Я уже сама решила, что хватит бездельничать. - Давно пора. – Ричард вытащил из кармана носовой платок и вытер лоб. – Слава Богу. Мередит вбежала в дом и повисла на шее у Дерека. - Мне кажется, его оправдают! Слушание затягивается, но мне кажется, что Кайла оправдают! Присяжные ему симпатизируют. Дерек рассмеялся и поцеловал ее. - Люблю когда ты счастливая. Ужинать будешь? - Попозже. Сейчас я хочу в постель. - Пожалуй, мне лучше какое-то время не думать о постели. – Дерек положил ладони ей на плечи и начал растирать ее руки сверху вниз. – Устала? - Уже не так, как раньше. Я получила подзарядку. – Мер обхватила его за бедра. – Есть идеи насчет того, что мне делать с накопленной энергией? - Возможно. Давай выйдем во двор. Хочу тебе кое-что показать. - Ты хочешь показать мне это непременно во дворе? – засмеялась она, пока Дерек тянул ее за собой. – Вот дитя природы! Шепард, я почти поправилась, а значит, мы можем… - Секс, секс, секс – вот все, о чем способны думать женщины. И за это хвала тебе, Господи! Дерек вытащил ее через заднюю дверь на двор. Полумесяц заливал просторный двор ярким белым светом. Морозный, немного солоноватый воздух был напоен свежим запахом зимы. И тут она увидела. Под раскидистым опавшим кленом висели качели. - Качели? Ты купил мне качели? - Купил? Ты меня обижаешь. Надо было мне надеть пояс с инструментами, чтобы ты поняла. - Ты их сделал сам?! – Глаза Мередит увлажнились, теперь уже она тянула его вперед. – Ты сделал мне качели? Когда же ты успел? Какие красивые! Ой, какие гладкие! – Она провела пальцами по древесине. – Прямо как шелк. - Я сделал их еще осенью, когда мы были в ссоре. Это помогало мне отвлечься. Затем я отдал их в кузнечную мастерскую, чтобы там выковали поручни и навесили цепи. Хочешь попробовать? - Спрашиваешь! – Мер села, раскинула руки на спинке и привела качели в движение. – Это замечательно, это потрясающе! У тебя талант. – Она протянула руку. Он сел рядом с ней. - Я рад, что тебе понравилось. - Супер! – Мередит опустила голову ему на плечо. – Это сказка. Тихая декабрьская ночь. Луна. Звезды. И жутко сексуальный парень сидит рядом со мной на качелях, сделанных его собственными руками. Все, что недавно случилось, кажется каким-то нереальным. - Наверно, нам обоим надо было от этого отвлечься. – Его пальцы играли ее волосами. - Ты не рассказываешь, как идет расследование. - Обязательно расскажу. Пусть этот тихий вечер так и останется тихим, но потом я расскажу тебе все. – Дерек поцеловал ее в лоб. – Ты облегчаешь мне жизнь. - Нет, это ты облегчаешь мне жизнь. На минуту Мередит прижалась лицом к его плечу, вдыхая, впитывая всем телом его волнующее присутствие. Ей стало даже немного страшно: как сильно она его полюбила, как быстро эта любовь угнездилась в ее сердце и захватила все ее существо. Вот и сейчас она чувствовала, как любовь пульсирует в кончиках ее пальцев. - Судьба, – прошептала она, и ее губы скользнули по его подбородку. – Я думаю, ты моя судьба, Дерек. Иначе быть не может. Повернувшись на качелях, Мер приподнялась и оседлала его, обвила руками его шею. - Меня это даже немного пугает, – призналась она. – Совсем чуть-чуть. Придает приятную остроту нежному и сладкому чувству. У меня такое ощущение, будто я ждала… – Мередит запрокинула голову назад и взглянула на чистый серп луны и россыпь звезд на небе. – Но не так, как ждешь, допустим, автобуса, – продолжала она, снова взглянув ему в лицо. – Не так, как ждешь, что вот автобус придет и отвезет тебя, куда тебе нужно ехать. Нет, мне казалось, будто я сама за рулем, знаю, куда еду, делаю, что хочу. А потом я будто бы подумала: эй, а почему бы не свернуть на эту дорогу? Мне хотелось бы по ней поехать. И тут появился ты. Дерек наклонился и поцеловал ее в ложбинку на шее. - Я голосовал на дороге? - Думаю, ты шел вдоль дороги, и ты тоже знал, куда идешь. Мы решили ехать вместе, сменяя друг друга за рулем. – Мередит обхватила ладонями его лицо. – Всего этого не случилось бы, если бы ты увидел только девушку в зеленом платье, когда увидел меня на другом конце периметра в то утро. - Я до сих пор ее вижу, ту девушку. И я вижу, какой она стала. Я с ума схожу по той, какой она стала теперь. Не отрывая ладоней от его лица, Мередит поцеловала его в губы. Поцелуй был глубокий, горячий и влажный. - Ты сделал меня счастливой, – мечтательно прошептала она. - Еще не сделал, но стремлюсь к этому. - Ты сделал меня счастливой, – повторила Мередит, покрывая поцелуями его виски, щеки, губы и горло. – И ты сделал мне качели. – Она зажала его нижнюю губу зубами, потянула, потом скользнула языком ему в рот, вложив всю себя в этот долгий поцелуй. – Я как раз собираюсь выразить мою искреннюю благодарность. - А я как раз готов ее принять. – Его голос стал хриплым, руки нетерпеливо скользили по ее телу под курткой. – Пойдем в дом. - М-м-м… нет. Я хочу посмотреть, хорошо ли сколочены эти качели. – Мередит стянула с него свитер через голову и бросила за спину. - Мери, мы не можем… Ее губы замерли, руки скользнули между ними и расстегнули пуговицу его джинсов. - А вот и можем. - Ты вся замерзнешь… - А ты меня всю согреешь... Мередит укусила его за плечо и одновременно потянула вниз «молнию» джинсов. Чувствуя, как он напрягся, она ухватилась одной рукой за спинку качелей, чтобы не дать ему подняться вместе с ней. Ее глаза возбужденно горели в темноте. - Успокойся, здесь никого, кроме нас, нет. – Она легонько укусила его за подбородок, упиваясь его вкусом, пока ее губы блуждали по его лицу. – Мы – весь мир. Давай качаться, – прошептала она, подтягивая его руки к своей груди. – Держи меня. Трогай меня. Теперь Дерек уже не смог бы остановиться, даже если бы она его попросила. Он просунул руки ей под рубашку, но этого ему было мало. Он начал сражаться с пуговицами. Ему хотелось взять больше. Он обхватил ее, упиваясь ее сладким вкусом. А качели тем временем тихонько покачивались. Что-то было колдовское в этом холодном воздухе, в движении, в запахе снега, леса и женщины, натянутой, как струна, готовой и ждущей под его руками. В этот момент они были целым миром в этой звездной темноте. Ее кожа, посеребренная луной, вся в ажурных пятнах света и тени, отбрасываемой ветками клена, как будто обволакивала его. Он задрожал всем телом от желания, когда она приподнялась и снова опустилась, окружая его собой. Тихий, протяжный стон вырвался из груди Мередит. Их глаза были полузакрыты, она следила за ним из-под опущенных ресниц, и Дерек тоже следил за ней. Они следили друг за другом, пока их губы встречались, и дыхание смешивалось. Наслаждение и возбуждение нарастали, смешивались. Она использовала мягкое покачивание, чтобы довести и его, и себя до вершины. Это был медленный подъем, неспешный и нежный, нежный и неспешный, и спуск с вершины оказался таким же медленным и плавным, они как будто скользили по шелку. - Ты настоящий мастер, – прошептала она. - Честно говоря, большую часть работы проделала ты. Мередит тихонько засмеялась и потерлась носом о его щеку. - Я имела в виду качели.