Другая сторона Луны

Мередит лежала, развалившись в огромной ванне, а горячая вода кружилась и пульсировала вокруг ее тела. Ее глаза были полузакрыты, она чувствовала себя ленивой и самодовольной, как кошка, скрутившаяся клубочком под лучами солнца. С другого конца ванны Дерек наблюдал, как ее напряжение постепенно, понемногу ослабевает. Уже много дней Мередит была похожа на туго сжатую пружину. Со дня бессмысленного убийства Анжелы Мер была сплошным комком нервов. После гибели Карр, нападения Одли и отстранения от работы ее чувства прошли весь диапазон – от угрызений совести до гнева, от ощущения собственного бессилия до разочарования в людях. - Тебе лучше? - Ты здесь, я здесь. У нас все хорошо. Да, мне действительно лучше. Дерек видел розовые отметины на ее теле от заживших ран. И ей, и ему в последнее время пришлось немало пережить. Все это, вместе взятое, заставляло ее чувствовать себя тревожно, неуверенно и слишком не в своей тарелке. Но благодаря вынужденному бездействию она отдохнула и морально, и физически. Теперь она улыбалась, и в ее взгляде явно читалось удовольствие. - В последнее время все шло так беспорядочно… Дерек провел своей ступней вверх по ее гладкой и скользкой ноге. - И это ты называешь «беспорядочно»? – спросил он, отвлекая ее от размышлений. – Сколько раз на этой неделе тебе звонил Тейлор? - Много. Что само по себе странно. - Почему? - Ну… – Мер задумчиво поиграла с пеной. – Он всегда был слишком… назойливым, но сейчас ведет себя так, словно его что-то беспокоит. И это не мы с тобой. У меня такое чувство, будто у него что-то случилось… Впрочем, Дерек уже знал, что именно беспокоит Тейлора. Вчера, пока Мередит была в суде, он провел небольшое расследование и выяснил, что десять лет назад Митч проходил стажировку в небольшой адвокатской конторе в Бруклине, по странному стечению обстоятельств расположенной всего в паре кварталов от дома родителей Анжелы Карр. Это могло быть просто совпадением, однако Дерек сознавал, что таких совпадений не бывает. Он клял себя за то, что был слишком беспечен и не воспринимал ситуацию серьезно. Услышав об убийстве Анжелы, Тейлор явно занервничал и стал проявлять ненужную инициативу. Следовательно, он что-то знал или был в чем-то замешан. Дерек намеревался выяснить это в самое ближайшее время. - Мер, обещай мне не встречаться с ним наедине. Мередит пренебрежительно усмехнулась, но внезапно поняла, что Дерек не шутит. - Я уже говорила тебе, он совершенно безвреден. - Я другого мнения. Шепарду очень хотелось как следует встряхнуть ее, но он понимал, что это несправедливо: Мередит была не в курсе последних событий и ни о чем не догадывалась. А еще он понимал, что ему пора заняться Тейлором вплотную. Уже не в первый его охватило какое-то неприятное чувство – такое испытывают мужчины, которым прежде никогда не приходилось ревновать всерьез. Его глаза по-прежнему сверкали, и Мередит обиженно посмотрела на него. - Ты специально злишь меня! - Мне нравится, когда твои глаза становятся темными и пронзительными. – Он скользнул вперед, накрыв ее тело своим. Вода лениво преодолела край ванны, выплескиваясь наружу. – И вот здесь у тебя складочка, – он потер большим пальцем между бровями у Мередит, – которую я сейчас разглажу. Свободной рукой он уже разглаживал нечто совершенно другое. - Некоторые наши знакомые сказали бы, что ты коварный мерзавец, Шепард. - Да, некоторые уже говорили, – он укусил ее за губу. – А некоторые еще скажут. – Его руки гладили ее горячую мягкую кожу. – Чем будешь сегодня заниматься? - Поеду к Эйрин, начну собирать вещи для переезда. Дерек вдруг замер, не в силах справиться с внезапно нахлынувшими чувствами. - Что? – Мередит сразу стала серьезной: такой пораженный у него был вид. – Что случилось? Изумленный, Шепард просто глазел на нее долгую минуту. Потом, когда медленная улыбка поползла по его лицу, его сердце забилось снова, и он почувствовал тепло, которое согрело его душу. - Я думал, ты никогда этого не скажешь. – Он прижался к ней, зарылся лицом в ее волосы. – И мне опять придется тебя подталкивать… «Как странно, – подумала она. – Неужели это для него так важно?» - Я и так в последнее время провожу больше времени здесь, чем дома. Я почти полностью переехала к тебе - Почти, но не полностью, – поправил ее Дерек. Мер хотела что-то возразить, но не смогла. Это было чистой правдой. Ее вещи были расфасованы небольшими партиями здесь, в хижине, и в пентхаузе Дерека, но основная масса все еще находилась в доме Эйрин. - Через пару дней все изменится. Не волнуйся, я перееду полностью. – Ее кровь почему-то пульсировала так же сильно, как пенящаяся вода. - Я постараюсь, чтобы тебе было нелегко отсюда уезжать. - Уж ясно, что постараешься. – Она улыбнулась, отбросила его волосы назад, взяла лицо в свои ладони. – Я так люблю тебя, Дерек. Ты единственный. Можешь мне верить. Дерек прижал ее к себе, не в силах что-нибудь сказать. Потом отпустил и заглянул в глаза. - Ты изменила всю мою жизнь. – Он нежно коснулся губами ее губ. – Ты нужна мне. Струи воды пенились вокруг них и между ними. Мередит взъерошила рукой его влажные волосы. Было так хорошо лежать рядом с ним и знать, что в любой момент уютное тепло может взорваться обжигающим жаром. Секс для нее всегда был занятием расслабляющим, доставляющим легкое удовольствие. Пока она не встретила Дерека. Он мог творить с ней такое, что у нее во рту пересыхало от желания. А самое главное – он полностью завладел ее сердцем, и от этого Мередит становилось иногда страшно. Тайну и необоримую силу любви она никак не могла постичь… - Нам уже давно пора назначить день свадьбы, – многозначительно произнес Дерек. Мередит в замешательстве прикусила нижнюю губу. Они уже обсуждали этот вопрос. И были не в состоянии его разрешить. - В конце концов, ты сама сделала мне предложение, – напомнил он. Да, сделала, но страх все равно присутствовал. Страх уступить… только из-за боязни потерять его в силу непредсказуемости жизни. Тем не менее, восторг пересиливал ее страх. Восторг от того, что этот невозможный, слишком проницательный, самонадеянный, упрямый, добрый, заботливый, сексуальный мужчина собирался провести с ней остаток жизни. Дерек знал, что, если он будет настаивать, Мередит согласится. - Пожалуйста, – упрашивал он, склонив голову на бок. – Больше мне ничего не нужно. – Это была самая настоящая правда. Ему хотелось соблазнить, уговорить, чего бы это ни стоило. Высокие ставки, глубокое доверие, большой риск. Наверное, пройдет время, и Дерек будет рассказывать, как тащил отбивавшуюся и протестующую Мер к алтарю, и в этом будет своя правда. Он знал, что Мередит верит в него и в свою любовь к нему, но все еще не верит в свадьбы. - Дай мне какое-то время, чтобы привыкнуть. – Ее губы скользнули вверх, к его шее, словно Мередит пыталась отвлечь его. - Иногда надо доверять своей интуиции, Мери. – Его губы встретились с ее, и она почувствовала вкус разочарования и желания. - Не обижайся. Просто для меня это слишком быстро, – прошептала она и провела языком по его груди. – Я лишусь уединения и получу проблемы со сном, – продолжила она, наслаждаясь его участившимся дыханием от своих смелых исследований мужского тела. – Скорей всего, окончательно лишусь значка и окажусь объектом пересудов. Ты будешь невозможным для жизни партнером. Требовательным, выводящим из себя, не дающим ни минуты покоя… - А ты какой будешь? – ухмыльнулся Дерек. – Нежной и любящей? - Я никогда не была нежной, — запротестовала Мер. - Еще бы, — согласился он. — Скорее жесткой. Мередит не обратила внимания на эту шпильку. Ей важно было, что он видит в ней того человека, каким она является на самом деле. - Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж, — просто сказал он. – Что в этом необычного? - Ничего… - Вот и славно. Тогда полгода ждать не будем. Думаю, все можно устроить уже на этих выходных. Недельку поломаемся и хватит, а? В его словах не было и тени улыбки, поэтому Мер не знала, как реагировать. - Эйрин сойдет с ума, она всегда мечтала о кринолине, флердоранже, фате… - Против кринолина я не возражаю. Я тоже всегда мечтал снять с тебя подвенечное платье. – Мередит плеснула на него водой, и Дерек рассмеялся. – Радость моя, я обожаю Эйрин, но это наша свадьба. - Знаю. - Так «да» или «нет»? - Скорее – «мы сумасшедшие». - Возможно, — согласился с ней Дерек. На лице его сияла улыбка, и Мер снова растаяла. – Регистрация или по полной программе? - Давай сначала я перееду, а потом уж начнем думать о свадьбе. – Мередит прижалась губами к его плечу. – Уйдя от тебя, я повела себя глупо и по-детски. Мне стыдно за это. Только сейчас я поняла, что значит любить, и за то, что ты меня простил, я люблю тебя еще сильнее. Пусть между нами никогда больше не будет непонимания. Поэтому хочу, чтоб ты уяснил раз и навсегда: я никуда от тебя не денусь. С регистрацией или без нее, я твоя со всеми потрохами. И это навсегда. А свадьбу мы обязательно сыграем, обещаю. Хотя бы для того, чтобы ты смог снять с меня подвенечное платье. В ее лучистых глазах отражался золотистый утренний свет. Дереку очень хотелось надавить на нее, но интуиция подсказывала, что сейчас этого делать нельзя. Он тяжко вздохнул. - Хорошо, я могу подождать. Только не заставляй меня ждать слишком долго. - Спасибо. Я тебя не достойна. - Позволь об этом судить мне. – Дерек помолчал. – Мер, серьезно, я прошу тебя не встречаться с Тейлором… - Брось, Дерек. Он мне даже не нравится. Он боднул ее головой так, что Мередит еще глубже ушла под воду. - Это не мешает ему названивать тебе и пускать слюну! Я не доверяю этому сукину сыну! - Я просто использовала его, чтобы заставить тебя ревновать, хотя в нем есть какое-то простодушное очарование, – подразнила она. - Ах, так ты хочешь очарования? Почему бы мне не… Черт! – Дерек отбросил со лба мокрые волосы и потянулся к лежащему рядом телефону. – Не забудь, о чем мы говорили, – сказал он Мередит. – Да, Шепард. Мер размышляла, как бы поинтересней отвлечь его от разговора, как вдруг заметила, что выражение лица Дерека изменилось. Расплескивая и проливая воду, он вылез из ванной и бросился к полотенцу. - Найди Слоана, – говорил он, обматывая полотенце вокруг талии и не обращая внимания на лившую с него воду. – Я буду через полчаса. – Он шепотом выругался и сказал довольно грубо: – У меня нет желания потом расплачиваться за чужие грехи. - Что случилось? – Мередит выключила воду и встала. С нее струями текла вода; она потянулась за полотенцем, уже понимая, что Дерек уходит. - На Дирборн какой-то идиот захватил заложников. – Быстрыми движениями он укутал ее огромным полотенцем, хотя сам уже мчался за одеждой. – Плохо дело. Трое убиты. Она вздрогнула. Точно так же быстро и резко, как Дерек, бросилась к халату. Ей хотелось сказать, что она едет вместе с ним. Но, конечно же, это было невозможно. Она отстранена. Ее перехватят раньше, чем она дойдет до оцепления. «Почему мне вдруг стало так холодно?» – с удивлением подумала Мер, торопливо надевая халат. Дерек уже заправлял рубашку в брюки, спокойный, словно человек, идущий в свой офис разбираться с налоговыми декларациями. Он возвращался живым после других операций. Конечно, не стоило волноваться из-за этой стычки на Дирборн-стрит. - Будь осторожен. Он схватил куртку. - Я буду молодцом. – И когда она направилась к шкафу за одеждой, Дерек быстро крутанул ее к себе и поцеловал. – Наверняка вернусь раньше тебя. Хотя нет, – поправился Шепард, вспомнив об убийце Анжелы, – оставайся лучше у Эйрин, а вечером я приеду за тобой… – Он снова быстро поцеловал ее. – И за чемоданами. Не успела дверь захлопнуться, как Дерек снова заглянул в комнату. - Не делай никаких глупостей типа восхождения на горные вершины и поднятия тяжестей, помни о плече. Самая страшная война – это та, в которой нет ни линии фронта, ни планов сражений. Та, которая замешена на злобе, страхе и слепом желании разрушать. Когда-то опрятный ресторанчик с симпатичным полосатым навесом и столиками на улице уже был почти разрушен. Осколки разбитого окна блестели на тротуаре, как раздавленные драгоценности. Хлопанье навеса на сыром зимнем ветру заглушалось постоянным гудением полицейских раций. Репортеры жадно напирали на заграждение, словно голодные волки. Изнутри послышалась еще одна очередь выстрелов. И длинный ужасающий крик. - Боже. – Пот выступил у Келли на лбу. – Он их убивает. Дерек сфокусировал внимание на новом переговорщике, полицейском в ярко-оранжевом плаще, с виноватым лицом и седеющими волосами. В ответ на стоны, крики, слезы, горькие угрозы и ругань, доносившиеся из ресторана, коп со стальными глазами продолжал спокойно и размеренно уговаривать преступника. - Хладнокровный дядечка, – заметил Марк, наблюдая, как взвод спецназа занимает свои позиции. - Да, довольно хладнокровный, – согласился Дерек. – Если он так и будет продолжать, то снайперы нам могут не понадобиться. Мередит считала, что свадьба должна быть небольшой и скромной. - Частная церемония, – говорила она, упаковывая очередную сумку с одеждой. – Только родные и друзья. Однако Эйрин ожидаемо пришла в ужас и замахала руками. - Ну уж нет! Венчание в церкви, органная музыка и парочка рыдающих родственников, которых никто не помнит. Затем прием невиданного размаха, где некоторые из этих самых родственников напьются так, что даже смутят своих уважаемых супруг. – Эйрин стала деловито спускаться по лестнице. Теперь в ужас пришла Мередит и в смятении бросилась за ней вслед. - Ты хоть представляешь, сколько времени потребуется, чтобы организовать нечто подобное? - Ага. У тебя есть пять-шесть месяцев. Крайний срок – апрель. Мы можем сегодня же набросать список первоначальных дел. - Апрель?? Список? Попробуй сказать об этом Дереку, а я послушаю, что он тебе ответит. - Ну, с Дереком я уж как-нибудь договорюсь, – уверенно кивнула Эйрин. - Но, мама Эйрин… – простонала Мер. - Я хочу, чтобы все было безупречно. Ты – в подвенечном платье, Дерек – в смокинге… Мы зададим им жару, детка, вот увидишь! И пусть ваш ОВР умоется, будь он трижды неладен. Мередит пришлось присесть на нижнюю ступеньку, так как от наметившейся перспективы у нее слегка закружилась голова. С мыслью о замужестве она уже почти смирилась, но свадьба… Наряды, букеты, музыка, гости! Как она все это переживет? А Эйрин тем временем продолжала излагать свое видение грандиозного бракосочетания. - Представь: цветущий сад, дорожка, усыпанная белыми лепестками, арка, Дерек весь в черном… - Мама Эйрин, если ты закончила с фантазиями, то обрати внимание, что у меня сейчас будет нервный срыв. - Дорогая, ты и вправду побледнела, – встревожилась Эйрин, внимательно глядя на нее. - Господи, я ужасный человек! – простонала Мер, обхватив голову руками. - Детка, детка! – не на шутку испугавшись, Эйрин села рядом и обняла ее за плечи. – Что произошло? Уверена, все можно исправить, если… - Я люблю Дерека! – проговорила Мер с какой-то мрачной убежденностью. – Я действительно его люблю! Ты мне веришь? - Да, – осторожно согласилась Эйрин. – Верю. Перед ней сидела красивая молодая женщина. Но глаза этой женщины были слишком широко открыты, слишком велики и слишком испуганы. - Я люблю Дерека и хочу за него замуж. Но проблема в том, что мне страшно. Временами у меня начинается настоящая паническая атака. «Семья», — подумала Мередит на новой волне паники. Что она знает о семье? Пройдет несколько недель – и она станет женой Дерека. Это оставалось для нее еще более неразрешимой загадкой, чем любое уголовное дело. Но пути назад не было – она любит его, и она дала слово. Загвоздка была в том, что она не представляла, как ей создать семью, получив в наследство от родителей лишь равнодушие и предательство. Пример несчастливой семейной жизни прочно засел в ее голове, не давая отвлечься и подумать о будущем замужестве. - Родители меня не любили. Это было грустно и больно. Но хуже всего то, что они плевать хотели на мою любовь к ним. Слава Богу, рядом была ты. - Теперь у тебя есть Дерек… - Что со мной не так? – Мередит словно не слышала ее. – Ведь я хочу провести остаток жизни не с кем-нибудь, а с Дереком. С Дереком! И все равно умираю от ужаса, когда речь заходит о свадьбе. Я снова и снова мучаю Дерека… - У тебя просто предсвадебная лихорадка… - Я на самом деле сомневаюсь, что у нас получится, – бормотала Мер. – Вдруг я каким-то образом все испорчу. Я столько месяцев внушала себе, что способна быть в серьезных, любящих отношениях, и все равно боялась. Боялась, что однажды причиню ему боль. Что если я все испорчу, мама Эйрин? Во взгляде ее потемневших глаз читалось смятение. Страх – вот что Эйрин увидела на ее лице, страх, которому не могла найти объяснения, но без лишних колебаний решила справиться с ним. Она крепко прижала Мер к себе. - Успокойся. Тише-тише, – сказала Эйрин, и Мередит почувствовала приятное трение ее щеки на своем виске. Перед безграничной добротой Эйрин паника, обуявшая ее, начала отступать. - Детка, я вижу, как ты смотришь на Дерека. Я знаю, как ты его любишь. Это самое главное. Идеальных браков не бывает. Вы будете сражаться друг с другом, ссориться, говорить вещи, которые не имели в виду... Ты будешь ревновать, сердиться, бояться за него, хлопать дверью и убегать. Когда кого-то любишь, все это случается. Но, Мер... – Эйрин посмотрела ей в глаза. – Все хорошее, что было и будет у вас, всегда должно перевешивать плохое. - Говорить легко… – недовольно пробурчала Мередит. - Почему ты решила, что твоя жизнь обязательно должна сложиться так же неудачно, как у матери? Рядом с тобой прекрасный человек – умный, опытный, рассудительный, порядочный. Он любит тебя, с ним надежно, спокойно. - Мне очень хорошо с ним, – кивнула Мередит. – Когда он рядом – я ощущаю себя любимой. - Вот видишь! - Не знаю, – неуверенно протянула Мер. – Мне кажется, я сбегу прямо со свадьбы. Через какую-нибудь заднюю дверь. - Он тебя поймает, — уверила Эйрин. - Не поймает, если я по-настоящему хорошо стартую. Эйрин улыбнулась. - Думаю, Дерек уже доказал, что ты вряд ли сможешь убежать от него. - Что правда, то правда, – хмыкнула Мер. Эйрин почувствовала, что Мередит сдалась и, наконец, позволила себе расслабиться. - Все будет хорошо, малышка. Тебе просто нужно довериться себе, своим чувствам. - Знаешь, утром Дерек сказал то же самое. - Дорогая, считай, что ты уже получила свой счастливый билет: мужчину, который тебя понимает. Далеко не каждая женщина может похвастаться этим. У Мер перехватило дух, и лицо ее осветилось лучезарной улыбкой. - Спасибо, мама Эйрин. - Всегда пожалуйста. А теперь, давай пошлем к черту твои чемоданы и выпьем вишневого ликерчику. Мер была не против. Ей нужно было прочистить мозги и подумать. Перестать вспоминать прошлое и начать строить планы на будущее. Настоящее было настолько неожиданным и запутанным, что требовало полного сосредоточения. Дерек не думал о будущем. Он был слишком занят настоящим. Благодаря хитрости, уловкам и нахальству ему удалось пробраться на место рядом с капитаном Рафферти, лейтенантом Дендриджем и детективом, ведущим переговоры об освобождении заложников. Переговорщик держал в руке микрофон от громкоговорителя, но сейчас решил сделать короткий перерыв в призывах к затаившейся добыче. - Капитан, я узнал, что его зовут Лейк. Правильно, Элмер Лейк? - Он откликается на это имя, – мягко ответил Рафферти. - Он страдал депрессией. В его карте… - Шепард, ты не мог забраться в его медицинскую карту, – возмутился Финн. - Я и не забирался. – Однако у Дерека были свои знакомства, и он умело ими пользовался. – Но мне удалось узнать, что Лейк служил в армии и после увольнения в марте прошлого года у него возникло немало проблем. А на прошлой неделе он потерял жену и работу. - Ты хорошо информирован. - Мне за это платят. Он пришел сюда, в ресторанчик, ровно в девять утра, вооруженный «магнумом» сорок четвертого калибра, карабином и с противогазом. Он сразу застрелил двух официантов и одного посетителя, потом захватил пятерых заложников, среди которых две женщины и двенадцатилетняя девочка, дочь владельца. - Десять, – слабо произнес Рафферти. – Ребенку десять лет. Наша задача сейчас – вытащить оттуда этих людей живыми. Дерек огляделся, отметив, где находились снайперы. Они не станут ждать слишком долго. - Какие у него требования? - Он хочет свою жену. Она уехала в Чикаго четыре дня назад. Мы пытаемся ее найти, но пока что нам не повезло. - Мы можем использовать прессу и передать это в эфир. Если она увидит выпуск, то, возможно, свяжется с полицией. Дайте мне с ним поговорить. Я прикинусь репортером, а оператора возьмем настоящего, чтобы снимал и сразу передавал. Есть надежда, что удастся заключить с ним сделку, если пообещаем, что все сейчас займутся поисками его жены. Рафферти доверял своей интуиции и уже больше не сомневался в том, что не сможет удержать ситуацию от трагического завершения. Задумавшись на мгновение, он взял микрофон и протянул его Дереку. - Не обещай того, чего не сможешь сделать, Шепард, – процедил Финн. - Как скажете, лейтенант. Через минуту около них стаял красный от волнения оператор, выдернутый полицейскими из репортерской толпы у оцепления. Хотя камеру он держал крепко, руки его слегка дрожали. Дерек понял, что это вовсе не от страха, а от предвкушения убойного репортажа. - Справишься? – спросил он у парня. - Еще как! - Тогда поехали! – Шепард поднес микрофон к губам и заговорил. – Мистер Лейк! Элмер! Я репортер и хочу поговорить с вами. - Дерьмо ты, а не репортер, – послышался голос из ресторана – пронзительный вопль сквозь разбитое стекло. – Думаешь, я клюну? Учитывая обстоятельства, Дерек решил отбросить хорошие манеры. - Думаю, что у тебя был паршивый день, верно? И еще я думаю, что мы могли бы договориться. - Никаких договоренностей! Сюда приезжает моя жена, и я их отпускаю. Она не приезжает – мы все отправляемся в ад. В настоящий ад. - Копы пытаются ее найти, но я подумал, что мы могли бы развернуть это дело гораздо шире. У меня надежные связи. Я могу рассказать о тебе по национальному телевидению, показать фотографию твоей жены на всех экранах от побережья до побережья. Даже если она сама не смотрит, то кто-нибудь, кто ее знает, обязательно это увидит. Мы дадим номер телефона, специальный номер, куда она сможет позвонить. Ты сможешь поговорить с ней, Элмер. «Неплохо, – решил Рафферти, хоть он и был готов в любой момент выхватить микрофон из рук Шепарда, если возникнет такая необходимость. – Обращение по имени, предложение не только надежды, но и нескольких минут известности…» Может быть, начальству это не понравится, но Рафферти считал, что попробовать стоило. - Тогда сделай это! – выкрикнул Лейк. – Сделай это, черт тебя побери! - Я бы рад, но не могу, если ты не сделаешь что-нибудь взамен. Отпусти девочку, Элмер, и через десять минут о тебе будет знать вся страна! Я смогу даже сделать так, чтобы ты сам обратился к своей жене. Ты сам, своими собственными словами! - Я никого отсюда не выпущу, разве что в мешке для покойников! - Она ребенок, Элмер. Твоя жена, наверное, любит детей. – О Господи, он очень на это надеялся! – Если ты отпустишь девочку, твоя жена узнает об этом и захочет с тобой поговорить. - Это все полицейские уловки! - У меня прямо здесь камера. – Дерек бросил взгляд на оператора, тот кивнул головой, подтверждая, что они в эфире. – У тебя там есть телевизор? - Ну и что, если есть? - Ты можешь видеть все, что я делаю. Все, что я говорю. Сейчас они пустят меня в прямом эфире. - Ну, сделай это. У тебя есть пять минут, черт побери, пять минут, или у меня здесь будет еще один труп! Дерек повернулся к Рафферти. - Ты очень неплохой репортер – для полицейского, – сказал тот. - Спасибо. – Дерек протянул Дендриджу микрофон. – Скажи ему, чтобы выпустил девочку, – или мы прервем передачу. - Сукин ты сын, Шепард! - На том стоим. Дерек десятки раз видел, как Эддисон проводит свои репортажи, и надеялся, что у него выйдет не хуже. Если Лейк что-нибудь заподозрит, это будет стоить жизни нескольким людям. Ровно через пять минут Дерек стоял перед камерой. Хотя внутри у него все кипело, глаза были холодными, а речь – спокойной и размеренной. За ним были видны полуразрушенные внутренности ресторана. - Насколько нам известно, трое человек убиты и их тела находятся на нейтральной территории между полицией и Элмером Лейком, бывшим механиком. Единственное требование Лейка – переговорить с оставившей его женой. Хотя Дерек чувствовал, что за спиной у него что-то происходит, его глаза оставались прикованными к объективу. - Элмер Лейк, вооруженный до зубов, захватил пятерых заложников. По его просьбе… Позади раздался крик. Дерек повернулся. Все произошло очень быстро, словно один этот момент подвел итог нескольким часам. Дрожащая и плачущая девочка шагнула из ресторана на улицу. Когда тень от навеса упала на ее лицо, следом выскочил мужчина с дикими глазами. Что-то выкрикивая, он бросился бежать. Шквал ружейного огня со стороны здания толкнул его вперед, сбивая с ног. Дерек увидел, как Финн Дендридж метнулся вперед и накрыл собой девочку как раз в тот момент, когда Лейк рухнул у входа в ресторан. Пуля снайпера попала ему прямо в лоб. - Офигеть! – шепотом повторял оператор, крепко держа камеру в руках. – Чтоб мне сдохнуть! Офигеть!! Дерек только покачал головой. Странное жжение в левой руке заставило его удивленно посмотреть вниз. Нахмурив брови, он прикоснулся к дыре на рукаве. На пальцах осталась кровь. - Вот черт, – пробормотал Дерек, – я купил это куртку в Италии. - Шепард! – К нему бросился Рафферти. – Что за дерьмо? Ты ранен! - Ага. – Он еще не чувствовал никакой боли, только тупое раздражение. – И дырку на рукаве уже не залатаешь. Дерек сидел на краю стола в кабинете «скорой помощи» и пересчитывал снующих туда-сюда сестер, чтобы не замечать боли от иглы, упорно впивающейся ему в кожу. Доктор, зашивавший рану, весело болтал, прикидывая шансы «Краснокожих» в воскресном матче против «Ковбоев». Рядом за ширмой другой врач с двумя сестрами хлопотали над девятнадцатилетней девушкой, перебравшей кокаина. Дерек прислушивался к ее рыданиям, думая о том, как будет объясняться с Мередит. - Ненавижу больницы, – пробормотал он. - В этом вы не оригинальны. – Доктор накладывал стежки аккуратно, как старая дева. — Защита у «Краснокожих», как стена! Если будут играть на нижнем этаже, к третьей четверти далласцам придется стоять вокруг и сосать пальцы. - Не самая занимательная картина! – откликнулся Дерек. Вокруг было достаточно отвлекающих факторов, чтобы не прислушиваться к тому, как ему накладывают швы, продергивая нитку через проколы. Его внимание было сосредоточено на звуках, доносившихся из-за ширмы. Девчонке усиленно продували легкие. Резкий, настойчивый голос требовал, чтобы она дышала в бумажный пакет. - Много у вас таких? - С каждым днем все больше и больше… – Доктор сделал очередной стежок. – При удаче мы ставим их на ноги, но только затем, чтобы на ближайшем углу они купили очередную порцию. Так, чудесный шов получился. Что скажете? - Верю вам на слово. Через автоматически открывающиеся стеклянные двери в помещение «Скорой» ворвалась Мередит. Бегло осмотрев приемный покой, она направилась к смотровым комнатам. Увидев санитара, провозящего мимо нее каталку, на которой под простыней угадывалась человеческая фигура, Мередит застыла на месте. Кровь прилила к ногам. Из-за ширмы вышла сестра и взяла ее за руку. - Прошу прощения, мисс, посторонним вход воспрещен. - Я ищу детектива Шепарда. У него пулевое ранение. - Как раз сейчас ему зашивают руку. – Сестра по-прежнему крепко держала Мер. – Почему бы вам не вернуться в приемный покой и… - Я его невеста, — хрипло проговорила Мередит и вырвала руку. Она достаточно владела собой, чтобы пройти твердым шагом мимо кабинетов, где занимались переломами, ожогами второй степени и относительно легкими сотрясениями мозга. На каталке в холле лежала женщина и, судя по всему, изо всех сил пыталась уснуть. Мередит прошла почти весь коридор, пока не обнаружила Дерека. - Мередит? – Приятно удивленный, доктор поднял голову. – Что ты тут делаешь? - А, Джон, добрый день. - Добрый день. Нечасто меня навещают здесь красивые женщины, — начал было он, но тут же осекся, увидев, как Мередит глядит на пациента. – А, ясно. Насколько я понимаю, вы знакомы. Дерек заерзал было, и встал бы, если бы доктор не удержал его на месте. - Ты что здесь делаешь? - Привезла тебе рубашку и куртку. Марк позвонил. - Напрасно. Теперь, когда жуткие видения истекающего кровью Дерека исчезли, у Мередит неожиданно подогнулись колени. От облегчения. - Он решил, что я должна узнать о случившемся, но не из выпуска новостей. Как он, Джон? - Да ерунда, — ответил за него Дерек. - Десять швов, — сказал доктор, забинтовывая руку. – Мышцы, судя по всему, не задеты, есть незначительная потеря крови. Как сказала бы Янг, всего лишь царапина. - Вообще-то, у меня огнестрел, – явно недовольный столь очевидной недооценкой серьезности ранения, заметил Дерек. - Сейчас будет немного больно… — продолжал Джон, перекладывая что-то на стоящем рядом подносе. - Что больно? – Дерек автоматически схватил доктора за руку. - Всего лишь небольшой противостолбнячный укол, — успокоительно заметил он. — Откуда нам знать, в конце концов, что это за пуля. Поэтому лучше немного потерпеть. Дерек заворчал было, но Мередит взяла его за руку. Он почувствовал острую, как от укуса, боль, которая тут же исчезла. - Ну вот, — Джон отодвинул поднос, — теперь окончательно все. В ближайшие две недели воздержитесь от занятий теннисом и борьбой сумо. Следите, чтобы рана не намокла. В конце следующей недели приходите снимать швы. - Большое спасибо. - Благодарите свое здоровье и медицинскую страховку. Рад был повидаться, Мередит. В следующий раз, когда тебе захочется саке и суши, непременно позвони. - Пока, Джон. - «Пока, Джон», — передразнил ее Дерек, принимая более удобное положение. – Когда это ты с ним ужинала? - Давненько. – Такого рода ответ показался Мередит вполне уместным при виде окровавленных бинтов на подносе. – Вот твоя рубашка. Давай помогу. - Я сам, – воспротивился Дерек. Но рука болела и плохо слушалась. Поэтому справился он только с одним рукавом. Дерек ругнулся, злясь на свою беспомощность. - Все нормально, после наложения швов ты и должен чувствовать слабость. - Слабость? – Дерек закрыл глаза и позволил Мер натянуть на себя рубаху. – Слабость чувствуют трехлетние младенцы, если плохо выспятся. - Знаю, знаю. Дай-ка застегну. — Она принялась застегивать рубаху, уговаривая себя не молчать, болтать о чем-нибудь. Но, не покончив и со второй пуговицей, она вдруг уронила голову ему на грудь. - Мери? – Дерек погладил ее по волосам. – Что с тобой? - Ничего. – Она отстранилась и, не поднимая головы, закончила застегивать рубаху. - Мер, – взяв ее за подбородок, он поднял голову. В глазах стояли слезы. Дерек смахнул слезинку с ресниц, – не плачь. - Не буду. – Но дыхание у нее пресеклось. Она прижалась к нему щекой. – Сейчас, минуту, и все будет в порядке. - И мы совсем не будем ругаться? – шутливо удивился Шепард. Мер шмыгнула носом. - А ты хочешь поругаться? - Ну… я рассматривал такой вариант. - Хорошо, мы обязательно поругаемся. Но дома. Здоровой рукой Дерек обнял ее. - Я испугалась, — уткнувшись ему в грудь, тихо проговорила Мередит. - Я тоже. - После расскажешь, ладно? - Стоит ли? Думаешь, приятно признаваться любимой женщине, что оказался таким лопухом? - А разве ты оказался лопухом? - А как же! Оказаться на линии огня и быть подстреленным своим же снайпером. – Отодвинувшись, он увидел, что Мередит не спускает глаз с его порванной и перепачканной рубахи, лежащей на столе. – Я в порядке. Правда. Подумаешь, немного крови. Взяв, наконец, себя в руки, Мередит накинула ему на плечи привезенную куртку и повела к выходу. - Поедем домой? - Хотел бы, но не могу. Мне нужно составить отчет, а потом еще предстоит разбор полетов… Сама знаешь. - Говорят, из тебя получился неплохой репортер? - Ерунда, выброс адреналина, и только. Сейчас я на камеру и двух слов не скажу. Мередит вспомнила неподвижную фигуру на каталке и промолчала. - А вот и Марк. Смотри-ка, читает. Марк поднял голову, бегло, но весьма придирчиво оглядел напарника и улыбнулся Мередит. - Привет, красотка. Наверное, мы разминулись, – Марк не сказал, что в тот момент, когда она пришла, он сдавал кровь, поскольку у них с Дереком была одна и та же группа. Отложив журнал, он протянул Дереку его кобуру, а Мередит – разорванную куртку. - Жаль пиджачок. Знаешь, я тут читал потрясающую статью про почки. - Вырежи ее, – посоветовал Дерек и повернулся к Мер. – Поезжай к Эйрин и ни о чем не беспокойся. - Не забудь, у тебя пулевое ранение. Как дочь знаменитого врача, советую сразу же по окончании дел ехать домой. Когда вернешься, я, может, смогу тебя побаловать, если тебе удастся уговорить меня… - Что значит побаловать? – заинтересовался Дерек. Не обращая внимания на его вопрос, Мередит повернулась к Марку: - Присмотри за ним, пожалуйста. Ему нельзя долго стоять и нужно больше… - Мередит! – Дерек шагнул за порог, и его приятно обдало холодным воздухом. Действие укола закончилось, и руку начало дергать, как больной зуб. – Все будет хорошо. Не беспокойся. Ты на такси? - Некогда было ждать машину. Мне же надо было еще к тебе на квартиру ехать за вещ… - Сама за рулем?! У тебя рука еще не… - На свою посмотри, – в тон ему ответила Мер. Марк расхохотался, а Дерек смиренно вздохнул. - Ладно, где ты поставила джип? – Он уже обшаривал глазами стоянку в поисках машины сопровождения. - Вон там. - Марк, будь любезен, проводи даму. – Дерек слегка потянул Мередит за отвороты пальто, прижал к себе и крепко поцеловал. – Спасибо, что пришла. - Не за что. - Если меня долго не будет, не жди, ложись спать. У меня есть ключ. - Хорошо. – Она мягко поцеловала его. – Не геройствуй больше. Дождавшись, когда Дерек отойдет к своему лендроверу, Мер повернулась к Марку: - Присмотришь за ним? - Разумеется. Мередит пошарила по карманам в поисках ключей: - Это точно был несчастный случай? - Да. – Марк взял у нее ключи и весьма элегантно, как ей показалось, открыл дверцу. Мередит положила руку ему на шею, притянула к себе и поцеловала. - Спасибо, что заботишься о нем. – Она села в машину, улыбнулась и захлопнула дверцу, не дав ему возможности ответить. Почти влюбленный в нее, Марк присоединился к напарнику: - Если ты на ней не женишься, будешь последним сукиным сыном. - Что-что? – Звук хлопнувшей дверцы вернул Дерека к действительности. - И не страшен тебе никакой ОВР. Марк повернул ключ зажигания. Двигатель взревел. - Ты что, белены объелся? - А ты, приятель, лучше смотрел бы себе под ноги, а то о пилу споткнешься. - Пилу? Какую пилу? - Фермер пилит бревно, – начал Марк, отъезжая от стоянки. – За ним наблюдает какой-то городской хлыщ. Звонит колокол, созывая к ужину. Фермер делает шаг, но спотыкается о пилу и падает. Поднимается и продолжает пилить. Хлыщ спрашивает, почему он не идет на ужин. Фермер отвечает, что, поскольку он споткнулся о пилу, идти нет смысла, все равно все съедят. Секунд десять Дерек молчал. - Теперь все ясно! Давай-ка разворачивайся, вернемся в больницу, пусть тебя осмотрят. - Я хочу сказать, что не нужно хлопать ушами, когда удача сама идет в руки, – упустишь. У тебя потрясающая женщина, Шеп. - Мне кажется, я и сам это понимаю. - Ну а раз так, смотри не споткнись о пилу. Дерек вспомнил утренний разговор о свадьбе, и его настроение совсем испортилось. - Иди к черту! – огрызнулся он. Марк немного помолчал, а потом осторожно кашлянул. Дерек знал такое покашливание и потому напрягся. Обычно ни к чему хорошему оно не приводило. - Шеп, тут такое дело… - Уж говори, не тяни – вздохнул Дерек. - Пока тебя штопали, позвонила Торрес… - И? - Баллистики установили, что в тебя стреляли не наши снайперы… - Это я уже и сам просек, – ответил Дерек. – Траектория была другая. - Я тебе больше скажу: твоя пуля выпущена из того же оружия что и пуля, убившая Чарли Дункана. Помнишь такого?