Другая сторона Луны

Из объятий глубокого сна Марка Слоана вырвали звуки, которые он поначалу принял за сильную грозу. В следующий момент ему показалось, что кто-то пытается пробить стену его квартиры с помощью кувалды. Он потянулся за пистолетом и только тут сообразил, что просто стучат в его дверь. Марк натянул джинсы, взял пистолет и, пошатываясь, подойдя к двери, посмотрел в «глазок». В тот же миг в его голове пронесся вихрь мыслей – приятных и не очень. Он открыл дверь и впустил Дерека. - Господи, Шеп, ты что, ошалел? Третий час ночи! – щурясь от света, пробормотал Марк. - Знаю. Извини. Как только новая версия оформилась в его голове, Дерек, не сумев освободиться от зловещего предчувствия, все бросил и поехал к человеку, у которого он всегда мог получить ответы – и другие вопросы. Обдумывая по дороге эту новую версию, он признавал, что она бредовая, совершенно бредовая, и был готов к тому, что Марк скажет: «Спятил, что ли?» Однако сейчас взъерошенный и сонный Слоан только пьяно икнул, провел рукой по лицу и спросил: - Что стряслось-то? - Знаешь что? – с расстановкой произнес Дерек. – Кажется, я понял. Не обращая внимания на состояние Марка, он прошел к кухонной стойке и вывалил на нее фотографии убитых девушек. Конечно, он рисковал. На поверку версия вполне могла сойти за плод перегруженного работой мозга, устанавливающего ложные связи между простыми совпадениями. Дерек подбирался к ней и так и этак, рассматривал под разными углами, но ему нужен был свежий взгляд. У него не было улик, только какие-то намеки, подозрения, предположения. Но как, черт возьми, он мог трезво думать о чем-то, когда кто-то охотится за Мередит! А работа детектива состоит в том, чтобы с холодной головой найти неопровержимые улики и выстроить прочное дело, которое не развалится в суде. Поэтому он здраво рассудил, что нужно обратиться к человеку, который всегда, будто специально, держит парочку идей касательно… всего. Словом, неожиданное и страшное озарение, посетившее его голову благодаря Эйрин, сейчас нуждалось во внимательном и всестороннем рассмотрении. - Черт, убери! – сморщился Марк. – Мне этого добра и на службе хватает. - Посмотри еще раз, непредвзято… Марку не требовалось повторно просматривать снимки тел, он мог вспомнить все лица с закрытыми глазами. Однако, взглянув на Дерека повнимательнее, он недоверчиво проговорил: - Ночной убийца? Ты меня разыгрываешь? У тебя есть идея, которая сводит все концы воедино? Логически непротиворечивая? - Да, – кивнул Дерек, но поколебавшись секунду, добавил: – Ну, возможно. Марк подошел к стойке и, коснувшись одну из фотографий, тяжело вздохнул. Ему пришлось бороться с собой, чтобы одолеть инстинктивное неприятие и отторжение, а также злость и досаду: они так и не сумели взять убийцу. К тому же от этого разговора он ускоренно трезвел, что ему совершенно не нравилось. - Так! Мне срочно нужно в душ, а ты пока свари кофе, и побольше, – по-хозяйски распорядился он и ушел в ванную. Спустя какое-то время взбодрившийся Марк, с полотенцем на шее, стоя, пил вторую чашку кофе, а Дерек верных десять минут без остановки, во всех подробностях излагал свою теорию. Слоан слушал молча, но выражение его лица менялось весьма красноречиво, и Дерек с легкостью читал эти изменения. От «мать твою так» к «бедная Грей» и до «что же теперь будет». А еще – Дерек с надеждой увидел проблеск осторожного оптимизма. Потом наступило долгое молчание. Марк смотрел на Дерека, не веря своим ушам; он был сражен. - Черт, Шепард, как ты до этого додумался?! - С помощью Эйрин. Она посмотрела на снимки и моментально заметила сходство. Твою ж мать… – вырвалось у Дерека, стремительно заметавшегося по комнате. – Как же я, идиот, не допер? Ведь сразу увидел, в первый же день! - Да ладно, мы все с самого начала капитально облажались и на этом построили расследование. Никто не заметил, не только ты. Никто! Марк свободной рукой поднял один из снимков. - Ну? – спросил Дерек. - Они могли бы быть сестрами. - Верно. - Забавно тасуются карты… – пробормотал Марк и потянулся налить себе еще кофе. Без кофе не обойтись. Кофе в свою очередь помог решить проблему тяжести в голове и ощущения безвольной слабости в мышцах. Новые идеи, однако, не торопились приходить в голову Марку, а именно их ждал Дерек. Марк решил потянуть время. - Давай суммируем. Значит, ты считаешь, что Ночной убийца и твой невидимый преследователь – одно и то же лицо. Потому что… Дерек вздохнул. - Когда был обнаружен первый труп? - Двадцать шестого октября прошлого кода, – моментально ответил Марк. - Верно, – кивнул Дерек. – Через две недели после того, как уехала Мередит. А последний – три месяца назад, в день, когда Мередит вернулась. С тех пор жертв больше не было. Теперь Марк прочел в его глазах не просто досаду из-за нераскрытого дела, а горькое разочарование, которое с легкостью могло превратиться в отчаяние. Он рассеянно подергал себе за мочку уха. - Тебе не кажется, что все это слегка притянуто за уши? - Кажется. Мне вообще кажется, что это полный бред, ничем не подкрепленная абсурдная теория, построенная только на моей интуиции. Хотя логика и говорила «нет», какой-то упрямый внутренний голос продолжал нашептывать Дереку «да». - Ладно. – Марк энергично растер лицо и предельно сконцентрировался. – Начнем все сначала. Давай на секунду допустим, что ты прав, и это один человек. И этот человек знает Грей… - Да. Вот почему мы не можем его вычислить: он пришел не из моего прошлого, он пришел из прошлого Мередит. - И он так помешан на ней, что, когда она исчезла с его радара, он свихнулся и принялся насиловать и убивать похожих на нее девушек. - И перестал убивать, когда объект вожделения вернулся. - И именно поэтому он пытается убрать с дороги тебя… – Марк поставил кружку и бросил на Дерека недоуменный взгляд. – С какой стати ты внушаешь мне такие мысли? - Раз они приходят в голову мне, почему бы не поделиться с тобой? Бог велел делиться. - Черта с два я в следующий раз пущу тебя в квартиру! - Не отвлекайся. - К тому же он является полицейским – либо действующим, либо в отставке… К тому же самомнения у него выше крыши, считает себя умнее всех… Да, при такой гипотезе, все встает на свои места. Осталось только доказать, что это не гипотеза, а факт. - Это мое чутье, а не факты, – мрачно вставил Дерек. - Помнишь, как ты знал, что подсудимые в округе Скотт были невиновны? Тоже инстинкт и никаких улик. И так всю жизнь, в самых сложных ситуациях мы выезжаем на твоей интуиции… Значит, он из прошлого Грей… Слушай, но ведь это же замечательно! - Иди ты! - Вот именно. Смотри, – воодушевился Марк, – во-первых, нам теперь нужно искать всего одного человека. Хотя еще вчера их было четыре! Во-вторых, можно задействовать Грей… - Ни за что! Дерек испугался, что Мередит сама ухватится за эту возможность. При этой мысли его сердце буквально проламывало ребра. - Шеп, она полицейский. - В данный момент она гражданское лицо… - Кстати, а что говорит сама Грей? - Как только до меня дошло, я сразу поехал к тебе. С Мередит еще не разговаривал. - Надо поговорить, и как можно скорее. Несомненно, она его знает. Черт возьми, ты меня окончательно заинтриговал, – пожаловался Марк. – Я теперь вечно буду гадать, чего же такого в ней не заметил. - Нет, не будешь. Ты станешь о ней думать только как о моей жене, а об остальном придется забыть. - Нужно ей все рассказать, Дерек, – уже серьезно сказал Марк. Дерек привалился боком к стойке и скрестил руки на груди. - Как ты это представляешь? Как только она узнает, что кто-то пытается меня убить, чтобы заполучить ее… Первое: она сразу уйдет от меня. Второе… - Сделает из себя приманку, – закончил за него Марк. – Дерек, я ужасно не люблю подобных вещей, но лучший способ, которым мы можем поймать преступника, – это накидать приманок и ждать, что он заглотит одну из них. - Приманка срабатывает, если ты знаешь, где находится охотничья территория хищника, – возразил Дерек. – Иначе все под большим вопросом. Этот парень наверняка следит за нами, за мной и Мередит, знает о каждом нашем шаге, но за три месяца он и пальцем ее не тронул. Не предпринял ни одной попытки. Значит, приманка ничего не даст. - Да, все однозначно указывает, что под прицелом именно ты, – задумчиво сказал Марк. – И вы никогда не замечали слежки? Дерек невесело усмехнулся. - Мы были слишком поглощены друг другом. Они немного помолчали. Первым заговорил Марк. - Не рассказывай ей о покушении. Она думает, что это несчастный случай? Прекрасно. Вот пусть так и думает. И не рассказывай о Карр, пусть считает, что это два разных дела. - То есть, ты предлагаешь мне врать Мередит? Марк пожал плечами. - Иначе она сразу уйдет от тебя, чтобы, по ее мнению, устранить опасность. - Скользкий ты тип, Слоан! Тот ухмыльнулся. – Да, я такой: скользкий и блестящий. Только если ты вздумаешь психовать… - Психовать? С чего мне психовать? Подумаешь – какой-то маньяк зациклился на моей девушке! - Ты не забыл, что твоя девушка – коп? - Что не делает ее меньше моей. Дерек чувствовал себя так, будто собирает свои внутренности, раскиданные по полу, и запихивает их назад, в утробу. Столько ран сразу, и из каждой хлещет кровь, да и мозги вряд ли находились в лучшем состоянии. Он был уже на пределе. Он был готов взорваться. Дурак! Сколько же времени ему потребовалось, чтобы обо всем догадаться! А Марк тем временем воодушевлялся все больше и больше. - Черт подери, Шепард, после трех месяцев тыканья вслепую наконец-то наметилась конкретная ниточка. Я уж думал, если мы не докопаемся до истины, это будет висеть надо мной всю жизнь. - И каковы, по-твоему, шансы на успех по прошествии такого срока? - От призрачных до нулевых, – хохотнул Марк. – Эх, много бы чего я дал за один-единственный пригодный отпечаток пальца! - Не ты один. Нам нужны улики, Марк. Без улик мне никто не поверит. - Не дрейфь, прорвемся. Интересно, начальство не собирается предоставлять нам дополнительные штаты для поимки серийного насильника, который за год убил всего-навсего пятнадцать женщин? У них было одно практическое правило: когда след остывал, они возвращались к началу. - Чистота исполнения, – сказал Дерек, снова включая кофемашину, – вот что не дает мне покоя. Буквально нигде ни единого следа. Ублюдок оказался либо небывало изощрен, либо невероятно удачлив. Он ведь сажает их в машину прямо на улице, на глазах у всех. Подходит, оглушает шокером, тащит к машине. Поздний вечер; якобы влюбленная парочка, шутя, толкается на тротуаре; вот проехала машина, крик, стон. Кто мог это видеть? - Надо найти, что мы в тот раз пропустили. То, что все пропустили. Всегда что-то есть. Улика, шаг, мысль… На этот раз мы не можем упустить ничего. - Не упустим. - Все сходится на Грей, это плюс. - Не забудь, мы имеем дело с убийцей. Так что, скорее, минус. - Он не будет ее убивать, Шеп. - Он ее просто изнасилует, ты это хочешь сказать? - Мы этого не допустим, ты же знаешь. - Черт побери, Марк! – Дерек и так сходил с ума от страха и бессильного бешенства. Марк промолчал. Говорить было нечего. - Давай лучше подумаем, где он берет машины. - Уже сто раз думали. – Марк досадливо взмахнул руками. – Он мог купить машину напрямую у владельца и не регистрировать ее. Или у него есть фальшивое удостоверение личности. Черт, он мог уехать на автобусе куда угодно и купить машину через интернет. - Мы бы заметили одну и ту же машину, проезжающую в разных местах. Машин было несколько, это непреложный факт. Следовательно, он либо имеет доступ к подержанным машинам, либо берет их напрокат. - У него не все в порядке с мозгами. Но все равно – изобретательный, гад! - Сейчас у него на руках все карты. - Ну, а у тебя своих предостаточно. - С тем, что у нас есть сейчас, ничего нового я выяснить не могу. Надо ждать, когда ублюдок совершит какую-нибудь ошибку. До сих пор он действовал очень продуманно. Но теперь он проявляет гибкость. При первых признаках, что его план рухнул, он перегруппируется, станет агрессивнее, рискованнее. У него на счету уже две неудачи. Я не только не попал в тюрьму за убийство Карр, но и не подох сегодня. Теперь он будет злобствовать. – Дерек выпрямился и в упор посмотрел на своего напарника. – Нам нужно понять, где он берет эти чертовы машины, Марк. И тогда мы его вычислим. Он остался у Марка в гостевой комнате, чтобы хоть немного поспать. Накрыв глаза рукой, он прислушался к собственным мыслям, которые дергали его со всех сторон, как суетливые трудоголики. А сердце, наоборот, было совершенно холодно и пусто. Рука ныла, но не особенно сильно, ему гораздо больше досаждали усталость, злость и страх. Сейчас его не оставляло предчувствие близкой опасности. В подобных случаях обычно говорят «интуиция», но Дерек знал, что на самом деле просто считывает еле заметные сигналы, подсознательно соединяет точки. Из массы разрозненных улик вырастал четкий, устрашающий образ убийцы, одержимого неистовой яростью и обладающего расчетливым, блестящим, но глубоко нездоровым умом. Сформулировать некоторые из своих опасений Дерек затруднялся. Естественно, он предвидел, что убийца может уйти от правосудия, поскольку в тонкой паутине выстроенной версии зияли огромные дыры. Но сейчас его тяготило кое-что другое. Кто мог гарантировать, что он не опоздает, и с Мередит ничего не случится? Никто, если у злодея стальные нервы и ему опять повезет; а этот подонок уже доказал первое и с пугающим безрассудством полагался на второе. Из-за неслыханной веры в собственную безнаказанность, с какой Дерек еще не сталкивался. Человек, который совершил все эти преступления, остался незамеченным, благополучно избавился от улик и не выказал ни огорчения, ни угрызений совести, а потому ни у кого не вызвал подозрений. Все это указывало на личность опасную, крайне опасную. Три месяца, а результатов – ноль. Никаких следов, которые могли бы указать на возможного преступника (любой волосок, любой отпечаток – и Мередит была бы избавлена от завтрашнего разговора и последующего кошмара). Ничего. За три месяца. Ему случалось ловить преступников за шесть часов, хотя, если честно, преступления были непродуманные, совершенные в порыве злости или отчаяния, да к тому же недотепы-убийцы выдавали себя массой возможных способов: кровью, паникой, потоками лживых измышлений. А еще Дерек не мог отделаться от гнетущего чувства вины за то, что он, опытный стервятник, не учуял элементарного, лежащего на виду? Почему же он, так славившийся своей интуицией в отношении всего необычного, опасного, подозрительного, не осознал, что именно Мередит является первопричиной всего? Да потому, что слишком много всего происходило… и еще потому, что я был, да весь вышел. Хватит, – приказал он своему усталому, но не в меру активному рассудку. – Хватит. И усилием воли он плавно скользнул в сон, как боевой корабль в темный фарватер.