Поцелуй демона

Фрэнк лежал на кровати — своей кровати — дома у Джерарда. Это казалось таким странным. Он встретил прекрасного человека, который позволил ему остаться у себя и даже познакомил его — хоть и несколько внезапно — со своим хорошим другом. Это был один из тех моментов, когда Фрэнк чувствовал, что не принадлежит Земле — когда он ночью лежал на диване (теперь уже на кровати), широко распахнув глаза, в то время как все остальные люди, закутавшись в одеяло, уже давно спали и видели сны. В Аду нет ночей. И дней тоже. Это место создано для грешников, то есть для убийц, насильников, мошенников, людей, которые продали свою душу... Для них не имеют значения ни день, ни ночь. Их наполняет только постоянная боль. Хотя некоторым приходится проще. Люди, которые продали свою душу ради благой цели (например, та девочка, спасшая свою мать от рака, Памела?), попадают в комнату, похожую на камеру, свободно бродят по Аду, обедают в закусочной, смотрят на другие души, подвергающиеся пыткам — делают всё, что им нравится. И на самом деле геи не попадают в Ад. Даже когда умер Зак, Фрэнк обыскал все уголки, но не нашёл его. Парень поморщился при мысли о Заке, своём любовнике. Бывшем любовнике. Любовнике, который умер, когда Фрэнк бросил его ради Ада. Ещё 1847 году, выполнив задание, Фрэнк должен был покинуть Землю и оставить Зака позади, и даже не сказал последнему об этом. Парень не находил себе места: он был разбит настолько, что бросился в озеро — по крайней мере, так сказали Ангелы, когда отправили Фрэнка на эту глупую встречу Наверху. «Судьба существует», — однажды сказал ему Пит. Фрэнк вспомнил этот разговор. *** *Конец шестнадцатого века* — Судьба — это сука, — фыркнул Пит. — Что? — спросил Фрэнк с недоумением. — Судьба существует, и она сука, — продолжил ворчать демон. — Почему? — Она обожает, просто обожает драму. Всё грёбаное время пишет истории своей уродливой рукой, и такое чувство, будто её заживо съедят церберы, если она хоть раз напишет что-нибудь счастливое. Фрэнк посмотрел на него с замешательством. Он всего лишь незначительный демон, работающий в торговом отделе. Сейчас он должен покупать души у людей, а не сидеть и слушать Короля Ада, ноющего о Судьбе в закусочной, в то время ещё называвшейся рестораном. — Чёртов Патрик, блин. Патрик, — проскулил Пит. От скуки Фрэнк начал мять свой хлеб. Он думал, почему именно он, а не Мэг или Гари, должен выслушивать нытье Пита о каком-то человеке, которого встретил на Земле. — Как будто Судьба хочет, чтобы я умер. Умер. Просто то, как Патрик ходит, или говорит, или играет на этом клавикорде своими тупыми руками… — Демон поморщился и спрятал лицо в ладонях. — Но родители убьют его, если узнают, с кем он встречался или даже с чем он встречался. И одного взгляда на него достаточно, чтобы понять, что он попадёт на Небеса. Но он не оставит родителей ради меня, чёрт возьми. Я не могу его заставить. Он прекрасно живёт со своей семьёй, и я не могу заставить его спуститься сюда, в Ад, ради кого-то вроде меня. — Пит выглядел действительно разбитым, так что Фрэнк просто продолжил пялиться и мусолить хлеб. — И я разговаривал с Судьбой, понимаешь? Спасибо моему статусу и всякое такое. И знаешь, что она мне сказала? Фрэнк покачал головой, жуя булку. — Она сказала, что мне и Патрику суждено быть вместе! Но не сказала, каким образом, потому что это испортит все шоу! — сердито произнёс демон и взмахнул руками от отчаяния. Фрэнк проглотил кусок хлеба и нерешительно спросил: — Ладно, но зачем ты мне всё это рассказываешь? Пит посмотрел на него. — Ваше Величество? — немного боязливо добавил Фрэнк. — Я не знаю. Она сказала, чтобы я всё передал тебе. У неё на тебя есть планы, — ответил Пит, надув губы. Фрэнк сглотнул. Быть избранным самой Судьбой не кажется чем-то хорошим. — И она сказала мне, что демоны не не имеют души — у них она просто мрачнее, меньше и слабее. Это неправда, что они не умеют любить… как будто я и сам этого не знаю, — фыркнул Пит. — И знаешь что? Соулмейты тоже существуют! Но Судьба слишком ленива для того, чтобы назначать каждому человеку другого человека, и она просто выбирает нескольких избранных, — последние слова Пит произнёс саркастически и закатил глаза. Фрэнк вообще не знал, что ему делать с этим лишним куском информации. — И это можно почувствовать, понимаешь? Это покалывающее, странное чувство… — Пит взмахнул руками и поморщил нос. Фрэнк понял, что он говорит об этом Патрике. Демон вздохнул и откусил от булки в руках Фрэнка. — Тебе надо работать, да? Фрэнк кивнул. — Прости за то, что отнял время. Наслаждайся работой. И помни: у Судьбы на тебя планы. — Пит щёлкнул пальцами, и — пуф! — неожиданно Фрэнк оказался на Земле, на перекрёстке перед плачущей девочкой, которая, очевидно, его и вызвала. — Сэр? Моя мама… ей нужна помощь. — По щекам девочки бежали слёзы, а сама она была слишком напугана, чтобы даже взглянуть на него. *** *Наше время* Фрэнк думал о Заке и о том, каким соулмейтом в то время он ему казался. Но сейчас Зак был просто болезненным воспоминанием — исчезнувшей из-за него жизнью. А потом он подумал о Джерарде. «Прошло всего лишь три дня», — напомнил он себе. Но с самого момента встречи он, находясь рядом с мужчиной, чувствовал покалывание и тепло. С Заком такого не было. По крайней мере, не в первый день. Он знал, знал, что Джерард для него единственный, но понимал, что Джерард не чувствует то же самое. Он видел выражение его лица, когда он говорил с Рэем. Судьба действительно была сукой. «Это нелепо», подумал Фрэнк. Он вспомнил тот раз, когда Джерард спросил его, что он делает ночью. «Тогда чем ты занимаешься каждую ночь?» Он вспомнил то, как не мог рассказать правду в тот момент. Его сердце трепетало, а коленки дрожали. Он не мог лгать, только не Джерарду. Поэтому он сменил тему разговора настолько незаметно, насколько мог — но это совсем не было так уж незаметно. Он знал, что Джерард что-то заметил, и мысленно себя ударил. Но это покалывание, тепло и порхающее чувство не оставляли его. В его голове опять возникли слова мужчины. «Тогда чем ты занимаешься каждую ночь?» «Думаю о тебе», — произнёс Фрэнк ответ в своей голове, думая, когда же он наконец сможет сказать это вслух.