Когда боги дают шанс

      Работа помогла справиться с разыгравшимися чувствами. Санса сама спустилась на кухню и последила за приготовлением обеда. Мальчику еще трудно было жевать твердую пищу, хотя сам он в этом никогда бы не признался, поэтому порцию тушеной говядины с бобами, предназначенную для маленького лорда, девушка попросила немного передержать на огне. Затем она нашла цирюльника и напомнила ему, что утром нужно заняться волосами мальчика: Санса очень не хотела, чтобы у Сандора появилась привычка прятать ожоги под длинными прядями, будто он скрывал что-то позорное. После этого она забрала у прачки шерстяную тунику, ворот и рукава которой вышила накануне, и двинулась к комнате Клигана. Близился вечер, и мальчик должен был уже проснуться.       Действительно, Сандор не спал, а сидел на кровати и смотрел в окно. Даже когда девушка вошла и закрыла дверь, он не обернулся. Удивленная Санса посмотрела на Лану, но та лишь тихонько пожала плечами, всем видом показывая, что не понимает настроения брата. Еще недавно он искрился радостью, а теперь ребенка будто подменили. — Пожалуй, я прослежу, как накрывают стол к ужину, — сказала девушка и, послав Сансе ободряющий взгляд, вышла из комнаты.       Сандор продолжал безучастно смотреть в окно. — Ваша туника, милорд. — Санса положила одежду на край кровати и нерешительно остановилась. — Надеюсь, Вам понравится моя работа. Еще я поговорила с Тайлером, чтобы он пришел завтра утром и… — Уходи, Алейна. — Ледяной тон Сандора ударил Сансу пощечиной. — В чем дело, милорд? — осторожно спросила она, пытаясь понять причину перемены. — Просто уйди! — процедил мальчик, и щека его задергалась судорогой. «Ему больно!» — подумала девушка, и взгляд ее скользнул к бокалу. Маковое молоко в нем было не тронуто. Санса шагнула вперед: — Сандор, почему ты не выпил снадобье? — А ты бы только этого и хотела? — дал волю злости мальчик, — Чтобы я пил эту дрянь и спал, и тебе не пришлось бы нянчиться со мной! Не нужны мне ни твоя забота, ни жалость! Убирайся! — Что за чепуха? — Санса взяла Клигана за руку, но тот одернул ее, будто обжегся. Взгляд его упорно не отрывался от садящегося солнца. – Нет, нет, Сандор, не делай так! Посмотри на меня! Ты не можешь быть таким злым! Мальчик резко обернулся к ней и впился в ее глаза пылающим слепой яростью взглядом, а закатное солнце, осветившее свежие шрамы, делало лицо по-настоящему страшным. В детском лице явно проступили черты мужчины, которого раньше Санса так боялась. — Нет, пташка, я именно такой. Даже хуже — я монстр, чудовище, на которое тебе тошно смотреть. Что ж ты не отводишь глаз, мерзко же! Понимание ситуации, наконец, пришло к Сансе. — Это ужасная ошибка! Сандор, я же говорила не о тебе. Я люблю тебя! — Санса не хотела раскрывать мальчику своих чувств, но была так напугана его злостью, что слова сами слетели с губ. — Не смейся надо мной! — взревел Клиган и ударил бокалом об пол рядом с Сансой. Капли макового молока и осколки цветной эмали, украшавшей посуду, разлетелись во все стороны, так что девушка невольно прикрылась рукой. — Беги к Григору, к своему настоящему рыцарю! — Сандор! — Санса попыталась схватить его за рукав, но мальчик резко оттолкнул ее, и, не удержавшись, девушка упала на пол. Клиган остановился над ней: — Я думал, что ты другая! — в его голосе больше не было ярости. Только что-то холодное и жуткое. «Да он ненавидит меня», — поняла девушка. — А ты оказалась такой же лживой, как и все они. Быстрым шагом Клиган вышел из комнаты и захлопнул дверь. «Надо догнать его, все объяснить», — думала Санса, но странная усталость сковала ее. Слезы побежали по щекам, и девушка не стала удерживать их. Обняв колени руками, она дала волю рыданиям. Как он мог не поверить ей? Неужели он до сих пор не понял, что она испытывает к нему? После того, как Санса потеряла семью, Клиган стал единственным, к кому она позволила себе привязаться. А теперь он отшвырнул ее в сторону, как надоедливую собачонку, и даже не дал оправдаться. Дверь тихонько притворилась. «Это Сандор! — промелькнула мысль, — Он понял, что заблуждался!» Девушка поспешно стерла слезы и обернулась, но на пороге стоял совсем не Сандор. В дверном проеме возвышался Григор Клиган и не спускал с Сансы тяжелого взгляда.