Мой идеальный демон

Был вечер. В воздухе висел аромат цветов и свежести травы. Только прошел дождь, и маленькие капельки то тут, то там стекали с различных поверхностей и с еле слышным звоном падали на землю, разбиваясь словно хрусталь. Временами раздавался громкий и веселый смех, за которым всегда следовало недовольное, но милое детское ворчание. Во внутреннем дворе замка был разбит очень красивый сад с каменными величавыми беседками. Возле одной из таких тренировались рыцарь и его ученик. Золотистые волосы, отражая бронзовый закат, отливали рыжиной. Свободная зеленая рубаха, мягкие кожаные штаны и перчатки. Рыцарь был невысокого роста. Его довольно часто принимали за подростка, но в изумрудных глазах светились ум и мудрость, которую можно увидеть не у каждого старика, не то, что у взрослого человека. Ученик относился к своему учителю с невероятным трепетом и благоговением. Это его герой, находящийся на вершине — ему недостижимой. Несколько выпадов, защита, удары деревянных мечей. Казалось, для них сейчас никого и ничего не существовало. Тихо, спокойно, безмятежно. Но если задуматься, рыцарь готовил своего юного ученика к серьезным сражениям, к неминуемым опасностям, которые следовали за такими, как они, по пятам. Но их судьба это не только страх, отчаяние и смерть. Конечно, нет. Любовь. Во всех своих проявлениях она была словно путеводная звезда для рыцарей. Любовь к семье, возлюбленной, друзьям и своей родине. Все то, за что они были готовы бороться до последнего. На лбу у мальчика уже проступила испарина, и было ясно, что он вот-вот зло кинет меч на землю. Ему еще очень далеко до прославленного учителя, а заветная фраза: «Я сильнее любого из Семи Смертных грехов» на сегодня исчерпала себя. Так и произошло — меч полетел в сторону, а за ним и легкая, но прочная детская кольчуга. — Я не могу! — отчаянно закричал он. — Мне никогда не добиться успеха. Не стать таким же как вы... Мелиодас последовал примеру своего ученика и бросил оружие. Он по-доброму усмехнулся, снимая перчатки с рук. — Малыш Гил, ты на славу сегодня потрудился! Похвала не придала мальчику новых сил и уверенности. Мелиодас просто успокаивает, он всегда такой. — У меня не получается! И не получится... — Гил, — неожиданно из одной каменной беседки, которая находилась к ним ближе всего, раздался мягкий и спокойны голос, показалась светлая макушка, а затем вышла и сама старшая принцесса королевства Лионесс Маргарет. — Ты не должен сдаваться, ведь тогда ты ничего не сможешь добиться. Только не имея сомнений, ты сможешь стать настоящим рыцарем. — Маргарет... — при виде неё у Гила загорелись глаза и настроение немного приподнялось. Мелиодас собрал меч и кольчугу и крикнул: «Малыш Гил, лови». Мальчик неловко поймал снаряжение, немного растерянный от неожиданности. — Что?.. — Твое задание на сегодня — быть личным стражем принцессы Маргарет. Отвечаешь за ее жизнь головой, — пояснил Мелиодас, поворачиваясь к детям спиной и направляясь в сторону каменной беседки, внутри которой можно было часик-другой спокойно отдохнуть. Он лег на холодную скамейку, прикрывая глаза рукой. Прохладный ветерок приятно обдувал, создавая хорошие условия для сна, который не заставил себя ждать. Сначала было легко и спокойно. Атмосфера, обстановка, ощущения — все радовало смятенную душу. Улыбка девушки, той самой, что захватила и сердце, и разум. Счастливые моменты с ней. Он забыл, что она умерла и он уже никогда не сможет к ней прикоснуться. Перед ним представали картины из давно забытого людьми прошлого. Те, кто умер, смеялись и радовались жизни, пили бочками алкоголь и ждали новых походов и завоеваний. Они не задумывались о смерти, а она дышала им в спину. А он словно видел ее, пролистывая смерть каждого товарища, будто страницы книги. В какой-то момент пальцы устали, а его сердце стало слишком чувствительным для темного создания, но все еще недостаточно для светлого. Демон начал испытывать людские чувства и эмоции и поздно это осознал. С человечностью приходили боль и страх. Добрые, немного грустные сны стали превращаться в кошмары. Людям всегда было интересно, чего же боятся демоны. Они ведь сильные, злые и, в каком-то смысле, бесстрашные. Мелиодас боялся своей сути, которая рвалась на волю, подобно дикому зверю. Поэтому в кошмарах он ходил по улицам Данафора, встречая всех невинных жителей королевства, погибших от его руки. Иногда они просто проходили мимо, иногда хватали за одежду, глядя на него пустыми глазами. И каждый раз в конце появлялась его возлюбленная Лиз, протягивая золотую чашу, до краев наполненную кровью. — Не только твои руки в крови. Они ведь только оболочка. Все твое естество пропиталось кровью простых людей, — зло шептала она. — Ты обманываешь всех вокруг себя. Лжец. Кровожадное чудовище. Ненависть в ее глазах уничтожала его, испепеляла. Он безумно смотрел на свои руки, с которых капала кровь. Звук каждой упавшей капли отзывался эхом. На демона нахлынуло непреодолимое чувство страха, брезгливости, и он, как ненормальный, начал вытирать руки о рубашку, штаны. Но ничего не выходило, от этого только пачкалась одежда — кровь продолжала стекать с ладоней. Паника. Страх. Все смешалось, потеряло свои очертания. И тут неизвестно откуда полился свет. Яркий, слепящий и теплый. Он окутывал, словно одеяло, даря душе покой. Мелиодас медленно открыл глаза, потихоньку осознавая окружающий его мир. Кто-то аккуратно и трепетно гладил его волосы, боясь разбудить. Он поднял глаза и увидел сидящую рядом принцессу Элизабет. Девочка, заметив, что Мелиодас проснулся, резко отдернула руку и густо покраснела. — И-извините, мне п-просто показалось, что у вас кошмар, — затараторила она. — А когда мне снятся плохие сны, Маргарет гладит меня по голове, и я сразу крепко засыпаю. Элизабет продолжила что-то лепетать и, несмотря на свое смущение, даже не думала убегать. — Спасибо, — тепло улыбнулся он, поднимаясь со скамейки. — Эм-м-м... Я рада, что смогла вам помочь, — засветилась она. Она хотела еще что-то сказать, но мимо пробежали стражники, которые выкрикивали ее имя и не оставляли надежд найти сбежавшую принцессу. Элизабет опять покраснела, неуверенно поднимая глаза на Мелиодаса. — Иди уже, твой отец будет волноваться, если узнает, что ты пропала, — он легко потрепал ее по голове, взлохмачивая белесые волосы и направляясь к выходу из беседки. — Как-нибудь я тебе тоже помогу.

***

Поздно ночью в замке царила атмосфера тишины и покоя. Воздух был легким и немного морозным, каким бывает холодными летними ночами. Каменные стены замка потеряли свои очертания и казались еще больше и массивнее. А полная луна ярко освещала коридоры и комнаты своим мистическим светом. В течение таких ночей наиболее крепко и сладко спится. Прекрасны они также нерушимой тишиной, когда даже шаги и голоса невольно становятся почти беззвучными. Человек, не спящий в такое время, словно превращается в свидетеля некоего природного таинства. Сегодня Элизабет нарочно легла чуть раньше сестер и притворилась спящей. Прошло только несколько дней с тех пор, как она впервые познакомилась с «сэром-рыцарем». Ей все хотелось спросить его имя, но, казалось, не хватало смелости. Рядом с этим человеком ей было одновременно и спокойно, и волнительно. Внутренний голос говорил, что этот рыцарь одновременно мог быть ее самым верным и сильным защитником и самым страшным и опасным врагом. Принцесса, подобно многим принцессам в ее возрасте, стремилась ко всему настораживающему и таинственному, закрывая уши на любые, даже самые громкие крики внутреннего голоса. Как только полная луна осветила покои, Элизабет аккуратно вылезла из-под одеяла, накидывая сверху на сорочку теплый плащ и надевая мягкие сапожки. Она вышла из комнаты, тихо прикрывая за собой дверь. Вокруг было пусто, и только гобелен легко колыхался от сквозняка, который бродил по всему замку. Принцесса быстро преодолела многочисленные коридоры и лестницы и оказалась в заветной башне. Ход на крышу был приоткрыт. В предвкушении у Элизабет перехватило дыхание. Ноги уже не слушались ее совсем и бежали к распахнутой двери. Звезды. Мириады звезд. Как они горели. Как отражались в глазах ребенка. — Как красиво! — не выдержав, воскликнула она. — Восхитительно. Что же может быть прекрасней? — Ничего, — ответил ей кто-то. Элизабет вскрикнула от неожиданности. Она испуганно начала озирать по сторонам, пытаясь найти того, кто ей ответил. Ее старый знакомый, который как раз-таки показал это место, сидел на самом краю башни, свесив ноги вниз. Он, тепло ей улыбнувшись, жестом подозвал к себе. — Сэр-рыцарь, что вы тут делаете? — Такой же вопрос я могу задать и тебе. — Эм... Я... Сегодня такая красивая ночь, а вы мне показали такое хорошее место... Вот я и подумала, что отсюда любоваться звездами будет идеально. Мелиодас ничего не ответил, а только кивнул. Он перевел взгляд с принцессы на небо, прислоняясь спиной к холодному камню. — Только не говорите ничего моим сестрам и отцу, пожалуйста, — Элизабет неловко смотрела на носки своих сапог. — Я же с самого начала сказал, что это место будет нашим маленьким секретом. Давай иди уже сюда. Садись. Принцесса широко улыбнулась и быстро села рядом с рыцарем. Было спокойно, морозно, но уютно. Такие моменты всегда хотелось запечатлеть в памяти и никогда не забывать. — Хочешь, я расскажу тебе одну легенду? Сейчас ее уже почти никто не помнит или помнит, но обрывками, и с каждым годом содержание становится все дальше от реального, — вдруг предложил Мелиодас. Предложение удивило не только Элизабет, но и самого Мелиодаса, который, видимо, поддавшись атмосфере, решил поведать девочке что-то очень любимое и сокровенное. — Случилось это давно. Тогда человек еще многого не знал и не понимал, во всем полагаясь на волю природы. Время это было темное и пугающее. По земле спокойно расхаживали демоны, держа в страхе не только людей, но и великанов, фей и других существ. Богиня была бессильна. Вера в неё слабела с каждым днем, и чуда теперь ждала даже она. Когда человек падает слишком низко, у него словно открывается второе дыхание. Так же случилось и тогда. Была одна деревушка, где люди старались не отчаиваться и идти дальше. Иногда они устраивали фестивали, праздники, пили и веселились. Демонам показалось это забавным, и они решили устроить такую бойню, какую еще не скоро забудут, а как послание богине выбрать именно эту деревушку. — Мелиодас почувствовал, как Элизабет напряглась, и тут же ободряюще улыбнулся. — Не бойся. В тот день демоны сделали самую большую ошибку. Они никогда не думают наперед, хоть и довольно умны, но слишком импульсивны. Из-за этого в итоге они и проиграли войну. Он на секунду замолчал, вглядываясь куда-то вдаль, словно старался что-то разглядеть в темноте ночи. — Среди демонов был один. Он убивал одним прикосновением, правда, на вид казался самым добрым и благородным, а сейчас ты бы, наверно, его спутала с рыцарем из сказок. Как бы то ни было, он был самый жестокий. Демоны уничтожили почти всех, но все же несколько людей спаслись, и среди них была она. Ей было около восемнадцати. Эта девушка была жрицей, связующим звеном между людьми и богиней. Её все любили, к ней всегда прислушивались. Она спасла их. А тот демон, прикинувшись благородным спасителем, жестоко убил всех, когда люди были уже уверены, что спасены, — сейчас голос рассказчика был спокойный, в нем нельзя было различить ни одной эмоции, а глаза лихорадочно блестели. Элизабет, слушая легенду, прижалась к Мелиодасу. Ее сердечко бешено билось, и она чувствовала, как быстро бьется и его сердце. — А что случилось с жрицей? Что она сделала? — Элизабет подняла глаза на рыцаря. — Она прокляла демона. Привязала свою душу к нему. И с того дня они были неразлучны, — по его губам скользнула усмешка. — Не знаю точно, что она тогда сделала. То ли отдала часть своей души, чтобы придать хоть немного человечности демону, то ли просто достучалась до него. Но вскоре темное создание стало тем чудом, которое так давно ждали не только люди, но и сама богиня. Богиня, конечно, продолжала его ненавидеть и презирать, да и, скорее всего, продолжает это делать и по сей день, но все-таки приняла его помощь. И в итоге они запечатали всех демонов. Никто не знает, что потом стало с демоном и девушкой, но ясно одно — найти выход можно из любой ситуации, и наверняка он будет самый неожиданный.