Мой идеальный демон

Темные, холодные, бесконечно долгие коридоры замка. Почти на каждом повороте стояли рыцари. Они невольно гремели тяжелыми блестящими доспехами, что-то громко обсуждали, спорили и смеялись. Везде гулял сквозняк, и, несмотря на летнюю жару, в замке было довольно прохладно. Это место всегда заполнено людьми, и здесь очень редко бывало тихо, и неважно, что большинство обитателей замка мужчины, ведь все они тоже не против потрепаться. В одном из самых отдаленных коридоров, в том, который вел прямиком наверх на крышу, находился невысокий рыцарь. Он был не в доспехах, а в рубахе со знаком Лионесса, коричневых штанах и, что непривычно для воина, безоружен. Его легкие, кошачьи шаги были беззвучны, а движения легки и свободны. Рыцарь то и дело оглядывался, ворчал, при этом с его лица не исчезала легкая, беззаботная улыбка. Тот день был особенным: в Лионесс приехал король соседнего дружественного королевства, одним из главных желаний которого было познакомиться со знаменитым отрядом «Семь смертных грехов», а в особенности с капитаном Мелиодасом. Познакомиться они познакомились, но вот только король так сильно желал переманить к себе великого капитана, что до ужаса тому надоел. Мелиодас не желал покидать ни свой отряд, ни королевство Лионесс. Правда, неугомонный гость продолжал настойчиво его упрашивать. В итоге капитан не выдержал и при первой же возможности скрылся из тронной залы, где происходило торжество, сославшись на дела великой важности, о которых он впопыхах запамятовал. Он уже почти добрался до выхода на крышу, но остановился напротив окна. Вид был божественный, зачаровывающий. На своем веку Мелиодас повидал многое, но красота природы всегда заставляла его душу трепетать, как будто видел он все это в первый раз. В этом мире было не так много вещей, которых боялся бесстрашный капитан «Семи смертных грехов», но одним из его страхов было потерять это чувство наслаждения окружающей его красоты. Позади раздался легкий шорох, шелест юбок, чуть уловимый запах свежести и мяты. Мелиодас чувствовал, что кто-то очень внимательно и сосредоточенно за ним наблюдает, стараясь не выдать своего присутствия. — Сэр рыцарь, извините за беспокойство, — неуверенно начала девочка. — Но можно задать вопрос? Капитан обернулся. Перед ним стояла маленькая девочка лет шести, с белоснежными, словно ранний снег, волосами и блестящими голубыми глазами. Опустив глаза, она перебирала в маленьких пальчиках юбку своего солнечно-желтого платья. На такого миловидного ребенка грех было не залюбоваться. — Слушаю, — мягко ответил Мелиодас. Девочка как будто немного удивлено посмотрела на него. Ей было непривычно общаться с кем-то помимо сестер и отца, которого в королевстве уважали, как никого другого, ведь он не кто-то там, а сам король Лионесса. Когда она услышала такое легкое обращение к себе со стороны рыцаря, она немножко удивилась и даже растерялась. Но решимость продолжить новое знакомство никуда не ушла, а только разгорелась с большей силой, а любопытство, словно маленький чертенок на плече, подбивало ее закончить начатое. — Это правда, что все рыцари стойкие, смелые и отважные? Ведь они добрые? Да? И всегда приходят на помощь своему народу и, конечно же, возлюбленной? — ее речь, которая сначала была пылкой и громкой, к концу почти сбилась на шепот. Голубые глазки несколько секунд смотрели в пол, а после, когда принцесса набралась сил, витиеватыми путями все-таки встретились с изумрудными глазами Мелиодаса. Он немного оторопел, а потом с улыбкой ответил: — А во что ты хочешь верить? В идеальных рыцарей, не знающих ни страха, ни темноты в своей душе, или в простых людей, скрытых за толстым слоем стойкого металла? Капитан и девочка, не отрываясь, смотрели друг другу в глаза. С улицы почти не было слышно голосов, только легкое завывание ветерка разбавляло тишину. В тот момент освещенный солнцем замок не казался огромным и устрашающим, а скорее даже уютным со своим непередаваемым шармом. — Во что я хочу верить? — принцесса на самом деле не знала, что ответить. Впервые ее не поучали, не говорили ей как лучше, как правильнее, а спрашивали ее мнение. Да нет. Даже не мнение, а ее желание. Глаза довольно расширились, заблестели пуще прежнего. Она задумчиво взглянула в окно, обдумывая ответ, чтобы не упасть в грязь лицом перед святым рыцарем, и, размашисто жестикулируя руками, дабы донести всю полноту своих мыслей, ответила: — Сэр рыцарь, мне всегда казалось, что все рыцари из сказок ненастоящие. Точнее в них как будто нет жизни. Вы меня понимаете? Мелиодас кивнул, внимательно слушая ее, а девочка была в не себя от счастья, что ее воспринимают не как ребенка, а как взрослого, слушают ее мысли. — Вы знаете Гила? По-моему, он вырастет и станет очень похож на книжного рыцаря... Да, точно. Но у него, в любом случае, будут слабости. Я уверена. Ведь он же человек. И вы ведь тоже! Мелиодас еле заметно вздрогнул и слегка побледнел. Одно дело врать взрослым людям, другое дело — обманывать ребенка. До этого он еще не опускался. — Послушай, здесь есть выход на крышу. Тебя когда-нибудь туда водили? — он решил аккуратно перевести тему. — Нет, отец всегда говорил, что там опасно, поэтому не стоит туда ходить, — ее глаза загорелись неподдельным интересом. — А если с тобой будет бесстрашный рыцарь? Может быть, у меня есть слабости, но тебя я защитить смогу. — Думаю, отец будет не против... — А мы ему ничего не расскажем. Это будет наш маленький секрет, — не дожидаясь ответа, Мелиодас направился в сторону узкой лестницы, которая вела прямиком наружу. Дверь со скрипом открылась, позволяя принцессе увидеть каменные стены, которые окружали площадку средних размеров. Ребенок ответил на протянутую руку рыцаря и в предвкушении новых приключений последовал за ним. Здесь было холодно. Ветер колыхал одежду. Волосы девочки то и дело падали ей на лицо, словно прилипая к нему. Еле справившись со своими волосами, она огляделась по сторонам: это были не каменные стены, а невысокие, наверно, доходившие по плечи принцессы толстые перила из мощных валунов. Не выдержав, девочка подбежала и оперлась на них. Из губ вырвался невольный вздох восхищения. Вот какая она — свобода! Непередаваемая никакими словами. Восхитительная, а главное, пока недосягаемая для маленького ребенка, который столько раз сбегал из замка, чтобы отхватить хоть крошечный кусочек это невероятного чувства. Принцесса засмеялась очень громко и счастливо. Сердце охватило чувство эйфории. Не помня себя, она подбежала к Мелиодасу, схватила за руку и восхищенно посмотрела в глаза: — Сэр рыцарь, вы видите это? Видите? Ведь так красиво! Просто непередаваемо! Рассказать сестрам — так они не поверят! — продолжала смеяться принцесса. Капитан улыбался ей и ее таким еще невинным чувствам, в каком-то смысле он завидовал тому, что все было еще в новинку для этой девочки. Ее мир был чист, необъятен, а главное — наполнен светом. Неожиданно, даже для самого себя, Мелиодас подхватил ее за талию и начал кружить, смеясь одновременно с ней. Он не помнил, когда последний раз чувствовал себя так хорошо и свободно, когда последний раз он позволял себе забыть о том, кто он на самом деле.