Ангелы здесь больше не живут

      Две недели пролетели молниеносно, словно это были не четырнадцать дней, а два дня. За это время мы с братом успели со всеми подружиться - не только с ребятами с нашего факультета, но и с другими тоже. На прошлой неделе умудрились сходить в бар на вечеринку, на которую нас с братом пригласила Кристал. Я тогда до отвала напилась и все выходные провела в обнимку с унитазом, но кто же знал, что коктейли и коньяк мешать нежелательно. Я не была в курсе этого, а Кристал - знатная тусовщица - неудосужилась меня предупредить. Зато все последующие дни она и мой брат подкалывали меня, называя меня королевой танцев на барной стойке; оказывается, я была настолько пьяна, что запрыгнула на стойку и принялась танцевать. Боже, в понедельник мне было стыдно идти на занятия.       Завтра пятнадцатое сентября, наш с Джейсом День Рождения. Мы собрались снова пойти в тот бар и оттянуться на всю катушку. Инициатором была не я, а мой брат, черт его подери. Я бы спокойно посидела бы в общаге и поела пиццу в веселой компании, но нет, моему несносному братцу так понравилось в этом баре, что он непременно решил праздновать наш день рождения там. Целую неделю он пытался меня уломать - никак не получалось - но вчера я сдалась и согласилась, хоть меня еще и мутило от вида алкоголя, а уж от запаха тем более.       – Лилc, а что ты мне подаришь? – спросил Джейс, развалившись на кровати Кристал. Сама девушка сидела на полу и играла с хомячком по имени Барни. Этот гребаный хомяк меня уже достал. Мало того, что каждую ночь он шуршит и мешает мне спать, так еще и последние пару ночей он приноровился каким-то образом вылезать из клетки, и каждое утро мы с Крис ползаем на четвереньках по комнате, чтобы найти его.       – Не скажу, – быстро бросила я, хитро покосившись на брата, и он нахмурился.       – Ну, Лилс... – взмолился он. Я, проигнорировав его умоляющий взгляд, уставилась на эссе по маркетингу: если не сдам его сегодня утром, горгулья с меня всю неделю не слезет.       – Она подарит тебе... – начала, было, Крис.       – Молчи и не смей ему ничего говорить, или я выкину Барни в окно.       – Эй! – подруга надулась. – Это нечестно!       – А раскрывать секреты честно? – проворчала я, в десятый раз перечитывая эссе. В меня полетела подушка, заставив перевернуться на кровать и ойкнуть от неожиданности. Кристал и Джейс засмеялись. Вот же придурки. Эти двое в конечном итоге сведут меня с ума.       – Ты тормози на поворотах, Эванс, – я притворно сделала угрожающий тон. – Мы с тобой живем в одной комнате, и я могу ночью запихнуть тебе тараканов под футболку.       Эванс до безумия боялась тараканов. Когда на истории на ее парте прополз таракан - уж не знаю, откуда он там взялся, - у Крис чуть ли сердце не остановилось, она заорала как ненормальная и вскочила с места, крича, чтобы кто-нибудь убрал таракашку. Артур, сидящий на этом уроке вместе с ней, прихлопнул его книгой. Увидев труп таракана, Кристал еще и разревелась, поэтому ее отпустили с урока. Вечером она объяснила, что с детства боится тараканов.       – Не перегибай палку, Лилс, – ухмыльнулся Джейс. – Крис тебе этого в жизни не простит.       – Ага, – кивнула Эванс.       В эту самую секунду в дверь постучали и, не получив разрешение войти, в проем просунулась светлая лохматая голова. Голубые глаза парня радостно светились, губы растянулись в улыбке.       – Уже ровно восемь, вы собираетесь на учебу? – радушно спросил Арчи.       Этот парень вызывал во мне какие-то теплые чувства, потому что он был лучиком солнца в пасмурный день. Он обладал редким свойством – заражать улыбкой всех, кто находится с ним в радиусе несколько метров.       На улице была отличная погода: светило яркое осеннее солнце, согревая меня своими лучами. Мы шли в столовую на завтрак и хохотали над Джейсом, который пытался придумать рифму. Последние три дня он только и делал, что пытался сочинить "отвязный рэпчик". Получалось дерьмово. Я старалась ему мягко намекать, что это не его, но он меня как обычно не слушал. Говорил, что я ничего не понимаю в музыке и что когда он, наконец, поймает рифму, то станет знаменитым, как Эминем. Это смешило меня еще больше, да и не только меня.       Не успели мы зайти в столовую, как меня окликнул холодный голос. Боже, последние две недели из-за этого голоса у меня мурашки по коже бегали. Странные такие мурашки, и вообще я очень странно себя чувствовала, когда видела Ника Джарси. У меня по телу разливалось тепло, но в ту же секунду меня передергивало от ненависти и отвращения, а когда с его рта срывалось какое-нибудь ругательство в мою сторону, так я вообще готова была его прикончить и мне было все равно на огромное количество свидетелей. Если быть предельно честной, я не знаю, что я ему такого сделала, что он вот так вот ко мне относится. Ну, знакомство у нас было не из приятных.       Дело было третьего сентября, я как раз опаздывала на маркетинг и бежала со всех ног в логово горгульи, боясь представить, что она со мной сделает, если я опоздаю хоть на секунду. Мне оставалось совсем немного до кабинета, как из угла на меня налетел этот чертов поганец.       Получилось так, что мы столкнулись, и я упала на холодный кафельный пол, больно ударившись копчиком. И нет бы помочь девушке подняться и извиниться, ведь он же на меня налетел. Вместо этого он бросил на меня уничтожающий взгляд, такой ненавистный, словно я была каким-то насекомым и меня нужно было срочно уничтожить.       – Смотри куда прешь! - прорычал он, собираясь уходить.       Я быстро встала. Черт побери, как же меня разозлило то, как он на меня посмотрел, и взбесили те слова, что он сказал. Я бы, конечно, промолчала и побежала дальше. Звонок должен был вот–вот прозвенеть, но нет, я решила подлить масла в огонь и еще больше разозлить парня.       – Критин, – крикнула я, отряхивая одежду от пыли. – Это ты вылетел из-за угла!       Он развернулся, и на его губах заиграла нахальная улыбка.       – И-и-и? – протянул он.       Я широко раскрыла рот. Ну, есть же на свете уроды.       – Мог бы и извиниться, – твердо сказала я.       – Еще чего? – усмехнулся он и потер подбородок. Его глаза все так же пылали, и он оценивающе смотрел на меня, словно ждал, что я ему отвечу.       – Да пошел ты, – произнесла я, показав ему средний палец. Звонок заглушил мои слова, но, думаю, он все понял.       После этого он стал смешивать меня с грязью каждый раз, когда я появлялась в его поле зрения. А виделись мы с ним очень часто. Конечно, это были мелкие грязные подколы, но меня это жуть как бесило. Ну, кому же понравится когда тебе вслед кричат что-то вроде: «Эй, Смит, что у тебя на спине? Дерьмо?» или «Смит, охрененая прическа, у моей любимой бабули такая же».        Детский сад, ей богу. Если хотел добить меня, мог бы придумать что-нибудь посерьезней. Да и вообще, знала бы я, что он будет меня доставать, молчала бы в тряпочку. Проигнорировав новую порцию гребаных подколов, я пошла за друзьями, даже не взглянув на Ника, а его это явно задело.       Позавтракав, мы направились на занятия. Первые две пары прошли без приключений. На истории как обычно было скучно: два часа мы конспектировали параграф из учебника, а к концу пары у меня ужасно заболела рука, и я тихонечко проклинала мистера Брауна за то, что он так безжалостно относится к своим ученикам. На маркетинге тоже было спокойно. У горгульи было хорошее настроение, и она особо нас не гоняла. А вот на химии случился парадокс. Мы с Крис сидели и пили кофе. Хоть Миссис Ли и говорила, что с едой и напитками к ней на занятия приходить нельзя, но сегодня было исключение. Миссис Ли, дав нам самостоятельную, ушла, велев вести себя тихо; первые полчаса так оно и было, но потом все начали разговаривать, сидеть в телефонах. Мой брат и Арчи, сидевшие впереди нас, повернулись к нам.       – Глянь, глянь эту видюху, – мой брат пихал мне в лицо телефон, заходясь заливистым хохотом. – Я просто умру сейчас.       Я схватила мобильник, а Кристал, вздохнув, спросила:       – Лилс, будешь кофе?       Я кивнула и принялась смотреть видео с танцующим мужиком. Джейс все еще ржал, не зная его, я бы подумала, что он курит марихуану перед занятиями.       Крис вернулась через десять минут с двумя стаканчиками кофе. Я взяла свой напиток и сделала обжигающий глоток. Тут-то это и случилось. Ник Джарси, сидевший позади меня, хмыкнул и громко сказал:       – Куда тебе кофе пить, Смит, ты и так звездонутая на голову.       Казалось бы, ничего обидного, но в эту секунду точка кипения дошла до придела и внутри меня словно кипяток забурлил. Нет, сколько можно? Сколько можно меня доставать? Если этот ублюдок хотел вывести меня из себя, то у него это блестяще получилось. Я резко встала и развернулась на сто восемьдесят градусов. Почему-то стало тихо - все звуки куда-то исчезли. Я, сжимая пластиковый стаканчик в руке, свысока посмотрела на причину моих ночных кошмаров. Его чёрные глаза весело блестели, он улыбался так, словно получил свою дозу кайфа. Это взбесило меня еще больше, и я, подняв стакан с горячим кофе над его годовой, медленно его перевернула. На Ника рухнул поток напитка; время тянулось медленно, и его сосед по парте охнул. А я, кинув в Ника стаканчик, выскочила из кабинета, и последнее, что я слышала перед тем, как за мной громко захлопнулась дверь, это как Джарси громко заорал:       – Долбанная тварь.       Я бежала по коридору, на ходу пытаясь стереть непрошенные слезы обиды. В коридорах было тихо, что стук моих каблуков отдавался звонким эхом от стен. Найдя первый попавшийся мне женский туалет, я заперлась в кабинке и просидела там, рыдая целых три часа. Боже, как же мне было обидно, кто бы знал! Я просто не понимаю, что я ему сделала? Чем я заслужила такое отношение к себе? Если дело все в банальной антипатии, то это все равно не причина так меня ненавидеть. В этот момент я четко решила, что обязательно выясню, в чем же я провинилась перед этим парнем.