Мой любимый десятиклассник.

Мы обнимались долго, не желая отпускать друг друга. Мы оба боялись потеряться снова; никто так и не решался разорвать эти тёплые и родные объятия. А зачем? Зачем разрывать их, если можно сколько угодно чувствовать тепло друг друга, которое мы не чувствовали, казалось, целую вечность? На самом деле, я бы и вправду продал душу раньше, если бы мог сократить время уныния и раньше встретить Фрэнка. К черту слёзы, безысходность, скандалы, проблемы, наркотики, смерть!.. К чёрту и жизнь после неё, если я могу вечно быть с этим человеком, согревающим мою душу, которой, в принципе, могло бы и не быть. Но я решил, что дальше это продолжаться не может. Я мягко поцеловал парня в лоб и взял за запястье руку, которая мирно покоилась на моей спине. Парень в недоумении поднял голову, лежащую на моём плече, а я лишь улыбнулся ему. Спустя секунду я сделал шаг в сторону лестницы, и Фрэнк, поняв меня, послушно последовал за мной. Холод пола вновь ударил по моим голым стопам, и я задрожал. — Джи... — этот голос. Такой прекрасный. Как же я соскучился по нему... Фрэнк обеспокоено произнёс моё имя. Он понял. — Стой. Я остановился. Через несколько секунд на мне уже была толстовка с самым любимым запахом. Я вдохнул его как можно глубже и улыбнулся. Он рядом, и на этот раз это точно не сон. Но что, если... — Ущипни ме... — начал я, но тут же замолк, заметив, что уже Фрэнк идёт спереди, сопровождая меня. Он оглянулся на меня и радостно хихикнул. — Если бы это был сон, — нагнулся он ко мне, шепча на ухо. — То ты бы не почувствовал этого... — я понял суть сказанного через мгновение, когда он слегка прикусил мочку моего уха. Прикрыв глаза от наслаждения, я услышал скрип двери. Дверь моей палаты. Спустя секунду мы уже находились в ней, и я благодарил Бога за то, что врачи дали мне одиночную комнату. Фрэнк кинул на меня взгляд полный желания, и я сделал шаг к нему, предвкушая начало, но тут же остановился. Он не уверен. — Фрэнки, — я подошёл к нему вплотную и обнял. — Если ты не хочешь, мы можем подождать. — Я хочу, но... прости... — он положил свою голову мне на плечо. — Что тебя беспокоит? — Понимаешь, я... я... — Фрэнк замялся. Кажется, я понял. — Я понял, — я провел рукой по его чёрным волосам. Он девственник. — Но я не хочу, чтобы ты страдал из-за меня, тем более, ты только очнулся... — Знаешь, я всегда был с тобой, — Фрэнк поднял на меня непонимающий взгляд. — То, как ты читал мне комиксы, а я не мог даже взять твою руку... — Джерард, — он еле сдерживал слёзы. — Ты не представляешь, как мне было плохо! Я молил Бога, чтобы ты не уходил... — Я не ушёл. Ты молил так усердно, что даже я услышал. Я помню ещё кое-что... — перед глазами предстала картина с закатом. — Я помню волшебное мгновение... Мы сидели на крыше и молча смотрели на закат, а потом ты спросил у меня... — Джи, — он сдался, и маленькая слеза покатилась по его щеке. — Как ты думаешь, куда мы попадём после смерти? Я лишь улыбнулся и сильнее прижал Фрэнка к себе. — Теперь я уверен в том, что ты заслуживаешь местечко в раю, — Фрэнк прижал голову к моей груди и выдохнул горячий воздух. — Я подумал, что когда-нибудь это может произойти с нами, и рассказал об этом... Знаешь, я люблю закат. Он как будто показывает настроение природы. — Я тоже люблю, — я остановился, но потом продолжил. — А ещё я люблю тебя. Фрэнк поднял свою голову, заглядывая мне в глаза. — Я тоже люблю тебя, — шептал он. — Сильнее, чем закат, — я не удержался и вновь впился в его губы, но на этот раз со всей своей нежностью и любовью к нему. Я хотел показать ему, что я чувствую. Парень понял меня и позволил проникнуть к нему. Так сладко. Я и вправду влюбился... Всё мое тело требовало разрядки. Фрэнк, кажется, уловив мои мысли, разорвал поцелуй и приблизился к моему уху. — Я готов... Получив одобрение, я слегка подтолкнул его вперед, и уже через несколько мгновений мы продолжали на мягком ложе. Я коснулся губами его шеи и начал вырисовывать различные узоры. — Ты такой сладкий... Вместо ответа Фрэнк позволил звонкому стону показать мне его наслаждение. Поняв, что можно продолжать, я впился ещё сильнее, оставляя заметный засос на его шее. Немного отодвинувшись от него, я заметил мурашки на его теле. Как же ты прекрасен, Фрэнки... Я ещё страстнее впился в него, спускаясь ниже. Айеро прикрыл глаза от удовольствия. Я бы мог вечно смотреть на его лицо, но... нужно действовать. Я начал снимать его футболку. Он помог мне, подняв руки вверх. Теперь я мог полностью рассмотреть его тело. На нём красовалось несколько татуировок, и я провёл по одной из них пальцем. Брюнет вздрогнул. — Какие у тебя холодные пальцы... — Фрэнк взял мою руку в свои ладони и начал согревать теплом. Знал бы он, как я горю внутри, желая бесконечно целовать его... Тогда он тоже решил освободить меня от белой тряпки, которая висела на мне. Я поднял руки вверх, но в этот момент мы оба замерли. Что-то непременно должно было произойти. Мы услышали звон каблуков, который с каждой секундой становились всё громче и громче. Чёрт, чёрт, чёрт!