Make it Fresh

— Дорогуша, я уже тебе всё сказал. — Дорогуше уже перевалило за пятый десяток, голубчик. — Не заметно.       Если бы кто-то в прошлом сказал Кайто, что тому предстоит миссия, связанная с проститутками, да ещё и вампирскими, охотник рассмеялся бы тому смельчаку прямо в лицо. А потом, может, и пристрелил бы за такие фантазии.       Но вот молодой мужчина шагает размеренным шагом по сомнительным переулкам сумеречной зоны, куда люди попадают крайне редко. А позади него плетётся та самая проститутка-вампир, которая нашла предлог вцепиться в молодого охотника аки в закадычного клиента-друга (клиент на первом месте, попрошу заметить).       Двое суток Такамия потратил на поиски девушек из списка, который скинул ему Зеро. Из-за того, что Кирию объективно находился за тридевять земель от предполагаемых адресов, где пропадали вампирши, основной массив расследований Кайто пришлось взять на себя. И абсурдные «рандеву» среди ночи также легли на старшего напарника. — Я понять не могу, у меня на лбу написано: «постоянный клиент публичных домов» или что? — Ваша дерзость очень цепляет, Такамия-сан. Знаете, как мало таких мужчин? Мне всегда было интересно, что привлекает таких мужчин как вы, м?       Такамия будто всю жизнь готовился к этому вопросу из космоса. Его порядком утомила эта особа, которая действовала на мозги побольше Шиён. Та хотя бы видела границы и лишнего себе не позволяла. По крайней мере, с Такамией она всегда была на «вы». А тут допрос с пристрастием. На мгновение охотник застыл между массивных кирпичных стен и поднял взгляд на дорогу. Вампирша была озадачена возникшей заминкой и хотела было повторить вопрос, но её опередили: — Сон. — Не поняла? — Сон в свежей постели. В проветренной комнате без посторонних звуков, желательно, под одеялом с утяжелителями и подушкой из гусиного пера. И чтобы вообще ни единой души в комнате и в радиусе километра, кроме меня. На этом я откланиваюсь, до твоего дома я тебя проводил.       И был он таков. — Я тебя убью, как встречу. Напомни только, пожалуйста, — продолжал язвить и бурчать Такамия, приняв звонок от напарника. — Ты мне должен! — Я подумаю, — ответил Кирию, криво ухмыляясь. — В итоге все те координаты, что я дал совпали? — От и до. Будь так любезен, на будущее, не теряй голову, — бурчал сонный голос Такамии на другой стороны звонка. — Я уже понял свою ошибку, не нуди, — тяжело вздохнул Кирию. — Наставник сказал, что на том маскараде он, оказывается, выслеживал одного чистокровного, который не значится ни в одном списке чистокровных семей. Некто без имени и хоть каких-то ориентиров. Девчонка Куренай очнулась в Академии. С ней общалась Куран. Сразу опережая твой вопрос, без понятия, что они обсуждали. Мне она ничего не рассказала. Ничего дельного, точнее. То, что в её теле находилась Шизука для маскировки и так ясно. А цель прибытия всё так же не ясна и все собаки всё равно на тебе. Хотя, может что-то поменяется, за тебя малышка Куран впряглась.       Зеро мысленно закатил глаза. Юуки-то тут причём? — А хотя стой, извини, запамятовал. Что-то дельное Куренай всё же сказала. Она хочет пообщаться с тобой. — Она, может, Ичиру имела в виду? — Нет, спросила именно про тебя, — после странной паузы Кайто окликнул напарника, — Ты там? — Да… Ладно, я тебя понял. Спасибо. — Спасибо на хлеб не намажешь.       Время перевалило за полночь, когда Кирию вернулся в номер. Встретил его приглушённый шум душа, доносившийся из ванной комнаты. Остальная часть номера была девственной, будто сюда и не заселялись. Две тлеющие сигареты в хрустальной пепельнице на кофейном столике не в счёт. «За сегодня ушло двенадцать штук» — мысленно отметил Кирию. Это было всё ещё меньше, чем выкуривал его наставник, потому волноваться не приходилось. Да и сигареты Аюни выбирала лёгкие.       Они переезжали с места на место, держа связь с внешним миром исключительно через телефон волшебницы. Из-за резкого сокращения дозы обезболивающего, Аюни потянуло на сигареты. «Раньше это был единственный способ унять ломку» — объяснила она.       И за всё время путешествий уже после инцидента с волшебницей, Зеро потратил пуль меньше, чем Касуми выкурила сигарет.       Сняв верхнюю одежду, охотник плюхнулся на заправленную кровать и накрыл ладонью лицо. Мысли плясали хороводы, образовывая в разуме какое-то подобие лески, на которую предстояло нанизать подходящее бусинки, чтобы собрать цельный браслет или какое-то другое украшение. Разлады в верхах Гильдии. Вынесение приговора от Совета старейшин. Приход Шизуки а после и её убийство. И не так важно, что её убили. Желающих всегда хватало. А вот зачем она пришла в Академию, осознавая все риски? Об этом, видимо, и хочет поговорить Мария Куренай.       Вместе с мыслью о Куренай пришёл и образ Юуки. На маскараде Зеро толком не смотрел на неё, но запомнил их разговор с Касуми. Кирию даже интересно, какие будут дальнейшие шаги Курана Канаме в связи с настойчивостью новоиспечённой принцессы. Это одновременно вызывало улыбку и не явное раздражение. «Неужели это всё, ради чего ты жил?! А что после мести?»       Сейчас Зеро не ощущал обречённой пустоты в районе сердца, вспоминая вопрос от Юуки в ночь, когда убили Шизуку. А ещё он как никогда чувствовал ясность своего разума. Будто сняли красную пелену с глаз. Пропал страх, который преследовал его каждый раз, стоило ему столкнуться с кровью чистокровных. Зависимость пугала.       После «естественного переливания крови» больше ничего не пугало.       Жизнь круто поменялась и прежние узы исчезли? Не беда!       На работе полный кавардак, с которым не понятно, как разбираться? Прорвёмся!       Полюбившаяся женщина чуть не убила по неосторожности пол месяца назад? Да пустяки! Не убила же!       Кирию всё больше отдалялся от «нормальности» и ему это было по душе. Хотя, пунктик с работой он всё же не собирался пускать на самотёк. Хватило прокола с балом. Расстановка сил была и без объяснений Такамии понятна. Вопрос только в том, о чём думал Куран Канаме?       Он ни за что не сможет отказать Юуки. Это Зеро знал точно. Новая пара чистокровных из рода Куран. Чистокровные жених и невеста, которые были прямой угрозой для Совета старейшин. И эта парочка собиралась поддерживать сторону охотника на вампиров, а следовательно и Гильдию. А на верхах самой Гильдии уже давно что-то не ладилось. Сначала для них Зеро «союзник и будущее», а теперь уже о нём и думать забыли. Прямо как чета Кирию в злосчастную ночь, когда Шизука пришла в их дом. Зеро был бельмом на глазу у всех. Парень вспомнил, что из-за свои способностей, Касуми недолюбливали и маги, и демоны. «Как здорово, что у нас столько общего. Оба как надоедливые мошки, которых хотят прихлопнуть» — мысленно хмыкнул охотник, продолжая думать. — О, ты уже вернулся!       Из ванны появилась маг, одетая в уютный махровый халат, который был ей немного велик. По дороге к туалетному столику Касуми протирала длину волос полотенцем, забавно потряхивая их в разные стороны, чтобы быстрее сушились. Очень напоминала Рапунцель, которой было тяжело справляться с волосами.       Зеро больше удивлялся тому, откуда столько физической силы в таком, казалось бы, худом и сухом теле девушки. Все её бьюти-махинации были посерьёзней силовых упражнений в зале. Лучше штангу тягать в десять раз тяжелее твоего веса, чем, во-первых, запоминать какое средство за каким наносить на волосы и лицо после душа. Во-вторых, пока одно средство по всей длине распределишь. Ждать пять минут. Потом второе. Ещё минут семь. А потом масло. А потом сушить. И не абы как! Аккуратно, придерживая каждую прядь, чтобы не приходилось распутывать веник вместо волос. — Может, тебе помочь? — Я сама. — У тебя уже руки затекают. — Это как тренировка. — Как самочувствие сегодня?       Касуми задумалась, медленно направляя струю горячего воздуха по пряди. Слух у Зеро был хороший, поэтому она даже не напрягала голос, чтобы перекричать мощный фен. — Возможно, чуть лучше, чем месяц назад. Но я же днём ношу форму. Ну тот костюм чёрный.       Особая разработка Ордена, которую Касуми забрала в качестве трофея. Экспериментальный костюм, который сейчас можно сравнить с умной бронёй Железного человека. Та, что в последних частях Мстителей. Эта особая форма распределялась по всему телу, подстраиваясь под хозяина и была одновременной защитой и, можно сказать, лекарством в своём роде. Если тело волшебницы перенапрягалось, а использовать силы необходимо, она облачалась в эту броню, которая могла правильно распределить тёмную материю и энергию в её теле. А в мирное время броня действовала как грамотный массаж и даже обезбаливающее. Костюм сам регулировал кровоток носителя и грамотно распределял нагрузку на всё тело. Как чулки против варикоза, только для всего тела и круче. — Почему раньше так не делала? — решил спросить Зеро, продолжая наблюдать за рутиной девушки. В комнате настала тишина, а после послышались стуканье и бряцанье ещё одних чудо баночек и скляночек. «Как она это всё уложила в дорожную косметичку?»       Аюни мешкала с ответом. Она старательно переносила всё своё внимание на косметику, делая вид, что не совсем расслышала вопрос. Зеро никогда не настаивал на её ответах, но в моменте стало совестно игнорировать парня, который всерьёз решил поддержать её. — Делала. Просто как-то… Не знаю. Не получалось.       У неё ещё никогда не спрашивали о таком. Никто не интересовался её состоянием, пока она выглядела как обычно. Для большинства окружающих она была той, кто всегда всё может и всегда со всем справляется. Обсуждения её здоровья углублялись только с Исудзу и теперь уже с Зеро. Остальные не продолжали диалог после того, как слышали её: Всё супер!       Охотник чувствовал, что девушка не пыталась врать. Когда дело дошло до лечебных мазей и перетяжек ран, она замешкалась. Она либо хочет попросить Кирию выйти, потому что ей нужно полностью раздеться, либо думает попросить его помочь. Парень очень хотел, чтобы она выбрала второе. — Я выйду, — задвинув куда подальше свои желания, охотник встал с постели и направился в сторону выхода из номера. — Постой.       Зеро застыл, не веря своим ушам. Сердце пропустило удар, когда он развернулся к Касуми. — Не буду выпендриваться и попрошу помощи, так уж и быть, — девушка пыталась сделать привычный игривый тон, будто дразнит, но вышло слишком сумбурно. С каждым словом она приходила к мысли, что вообще ошиблась моментом. Они не так давно впервые поцеловались, а теперь она просит обработать её раны. «Это же просто помощь!»       Маг села лицом к кровати и оголила спину. Помощь нужна была только с ней. Зеро сел сзади и начал наносить первое лекарство на шов вдоль позвоночника девушки. — Не болит? — Не так сильно, как раньше. Но я бы приняла таблетку. — Уже нельзя.       Дальше Зеро обрабатывал раны в тишине. — Как ты раньше справлялась? — решил спросить парень. — Никак? — В смысле? — Ну, либо Исудзу был рядом, либо пыталась заморозить. Но проблема этих ран в их природе происхождения. Это не внешние повреждения, тело просто не выдерживает внутреннего давления. Раньше просто и повреждения были, скажем так, свежие, потому самой было невыносимо их обрабатывать и я просто закидывалась таблетками. Хотя бы боль немного притуплялась и тогда я могла наложить повязки, чтобы вздремнуть. Ну а потом, когда в себя приходила, уже всё как надо обрабатывала.       Аюни не сказала о том, что ей было омерзительно каждый раз ползти в больничное крыло, пачкая всё вокруг в крови и пугая на тот момент ещё маленьких стражей. Пару раз ей помогал Лука, но и его помощь ей казалась неуместной. Она считала, что абсолютно всё она должна делать сама и одна. Иначе у неё нет шансов на полноценную жизнь в новом мире. Кто тебе поможет, если не ты? Даже Исудзу не мог дежурить вокруг неё одной круглосуточно, хотя его помощь была неоценима.       Зеро поморщился от слов девушки, представляя её совершенно одну, запертой в ванне. Прямо как тогда в поместье Гио. Одна на холодной плитке, свернувшаяся калачиком, с разодранной кожей головы. — Нельзя было попросить помочь? — решился спросить Кирию. В голосе слышалось волнение с раздражением. — Ты просил помощи, когда хотел застрелиться в Академии? — хмыкнула Касуми. Шах и мат.       Зеро вздохнул и продолжил латать раны девушки. Дело дошло до бинтов. Когда Кирию начал было перевязывать грудь волшебницы, она ощутимо напряглась. Как можно аккуратнее и невесомее, охотник накладывал свежие повязки, не позволяя себе ничего лишнего. Он ощущал внутреннее волнение мага, но было не ясно, чем оно вызвано. Могла ли она бояться? — Почему ты на это согласен? — выдала волшебница, после мучительно долгих минут обдумывания. Да, она решилась попросить помощи, но это не означало, что она была полностью спокойна. — На эту всю возню. — Потому что хочу, — на удивление ответ Зеро дался легко. Ни единая струна души в нём не дрогнула, настолько он был искренен. — Без причин? — Для чувств нужны причины?       Девушка вздрогнула. Аюни не сильно прикусила нижнюю губу, думая, что ответить. Что вообще люди отвечают на такое? Что там по тексту? В ночь поцелуя ей было страшно и она искала помощи и «где бы можно спрятаться». Сейчас, вроде бы, было всё спокойно. Внутренний клубок чувств, где-то в районе сердца, запутывался в тугой непосильный узел. «Поспешил» — мысленно укорил себя охотник.       Парень осматривал верхнюю часть тела напарницы, чтобы быть уверенным, что точно не пропустил никаких царапин. А их было достаточно. До сих пор при взгляде на все эти увечья, разум одолевало чувство несправедливости. Это было противоестественно — израненная девушка. Когда Зеро осмотрел макушку головы мага, брови напряглись сильнее. Раны заживают медленно. А его почти сквозная рана затянулась за каких-то десять минут, стоило всего лишь выпить пробирку с эмульсией. Это раздражало. Будь его воля, он бы забрать все её ранения себе. На этой мысли в голове охотника что-то щёлкнуло. — А что, если… — не решительно начал Кирию, всё ещё параллельно анализируя свои мысли, — Что, если бы я нашёл способ? — Ты о чём это? — насторожилась девушка. — Если бы я нашёл способ вылечить твоё тело, ты бы воспользовалась им? — Даже если бы он был каким-то жутким или странным? Дай подумать, — волшебница потёрла подбородок. Она впервые всерьёз задумалась над вопросом излечения своего тела, будто Зеро уже нашёл способ и озвучил его. — Если бы нужно было кем-то пожертвовать, то нет. — Отлично, — уверенно ответил Кирию и в очередной раз вызвал изумление у собеседницы. — Кирию, ты меня пугаешь.       Очнувшись следующим утром в номере, Аюни не обнаружила рядом Зеро. Соседнее место на кровати давно было холодным. На мгновение девушка заволновалась, куда он мог деться? Но вскоре нашла неприметную записку на кофейном столике. «Не пугайся. Меня не будет где-то сутки. Уехал в Академию. Отдохни нормально в отеле и никуда не отправляйся без меня. Если что, звони Кайто. Увидимся.» — Блин, да Зеро!       Девушка вспыхнула, сама не до конца понимая от чего. Прошлым вечером она изрядно поволновалась, не могла себе найти места, но «переспав» со всеми своими мыслями ощутила большую уверенность и равновесие. Она подумала, что этим утром сможет сделать какой-то шажок навстречу Кирию. Это не будет что-то значительное, но хотя бы просто попытка показать, что вовсе не отталкивает его, даже если кажется обратное. А теперь ей не понятно, она расстроена, что парень ушёл, не предупредив заранее? Или расстроена, потому что нарушили её планы, о которых она никого в известность не поставила? Или всё вместе? «А что если я найду способ вылечить твоё тело?» — Боже, да это же безумие! — от избытка чувств волшебница начала разговаривать сама с собой. Так было легче привести чувства в равновесие, — Как будто тёмную материю можно уравновесить. Тут только новое тело где-то достать. Да боже, зачем я вообще об этом рассуждаю? Он же не за этим уехал. А! Да что у него в голове вообще?       Каждый день человек совершает выбор. Что поесть? Какими задачами заняться в первую очередь на работе? Как распорядиться итоговым доходом за месяц? Слетать на Мальдивы или Маврикий? Я получил пятёрку и теперь нужно выбрать, что мне за это дадут родители?       Она каждый день выбирала жить или не жить. Пока рядом с ней оставались её друзья и любимый, она могла преодолеть всё, что только угодно. Но когда их не стало, её силой стала злоба и гнев. И они, относительно скоро, тоже закончились. Настала беспросветная пустота, которая только частично разбавилась подобием света в лицо Гио и нового мира. Ради чего жить в новом мире, где не было тех самых? Всегда находила причину. Находила причину в родных людях, которых удалось найти. В близких друзьях. Находила выход в выборе других, а не себя.       И тем не менее она продолжала идти, сама того, толком, не замечая. Идёт и идёт. Так было всегда. И так будет до бесконечности. Никакого конца нет. От этого она иногда почти сходила с ума, оставаясь один на один с сознанием Юки-онны. Эта демоническая брехня о мироздании и её, Касуми, месте в нём настолько надоела, что волшебница начала в непомерных количествах принимать обезболивающие. Лишь бы ничего и никого не слышать. Это стало нормой. При таком раскладе, Касуми хотя бы продолжала идти. Так она рассуждала.       Она оставила себе семь лет. Ровно столько осталось до совершеннолетия всех её племянников. Они смогут вступить в свои полные права и ей больше не нужно будет держать оборону перед ордой родственников, которые коршунами кружили над несчастными детьми, лишь бы урвать от них кусок пожирнее да посочнее.       Она думала, что больше никогда не сможет вернуться к свету, но тем не менее находила в себе силы выныривать к долгожданным лучам.       Но в этот раз свет сам пришёл к ней.       Она надеялась, что маленькая девочка, которая трясётся от ужаса в темной комнате, наконец-то растворится в жизненном потоке и больше её не будет. Но в комнату отворилась дверь. В неё стремительно вошёл какой-то юноша, который весь светился. Его необычные глаза слепили и заставляли вспоминать о весеннем цветении. Юноша протянул маленькой девочке широкую ладонь. — Пошли со мной. — Мне страшно! — Рядом со мной тебе нечего бояться. — Это почему? — Потому что я сильный. И я тебя защищу.       Кто-то, кто видит больше вокруг. Кто-то, кто видит в ней больше, чем она сама. Малышка сама того не замечая обретает более взрослые формы и вот она уже девушка в заботливых объятиях. В ноздрях застыл такой запах, будто она дома. Дрожащими руками она вцепилась в Зеро, изо всех сил вжимаясь в его тёплое тело. Внутренние разрушения сменились прозрением. Это ощущение в сердце, похожее на долгожданную остановку, после длительной гонки, от которой зависела жизнь. Расслабление. Избавление от боли.       Странная радость длилась лишь некоторое время, а дальше одолевал ворох вопросов. Что же дальше? Она же дала себе только семь лет. А как быть с другим человеком? Снова пересилить себя? Или, может, всё это временно? А если временно, то почему такая тоска на душе от собственных мыслей?       Нельзя вечно находиться где-то по середине. Рано или поздно, но нужен шаг в сторону. Она была способна десятилетиями терпеть удары то с одной, то с другой стороны, оплачивая свой простой на перекрёстке своей души. Временами она надламывалась и пыталась собрать себя заново. И каждый раз это получалось. Нужно было только переждать кризис. Сутки. Двое. Неделю. Иногда и мысли о племянниках не ставили её на ноги. Касуми приелось абсолютно всё.       А любовь? Она тоже приелась? Когда для кого-то ты становишься превыше всего. Когда тебе самому хочется стать лучше, чем ты есть. Насчет этого пункта у Касуми были большие вопросы. А что, если можно стоять по середине и не получать за это удары судьбы?       Касуми решила попробовать плыть по течению. Зеро казался ей подозрительным. Странным. Очень странным. Но при этом неумолимо манящим. Аккуратный и нежный зверь, который пытается казаться хуже, чем он есть. Какой смысл? На этот вопрос Аюни бы хотела узнать ответ.       Да и потом, чего так переживать? В случае чего, всегда можно отказаться.              Было в очередной раз противно это признавать, но если не работать в команде, то особых продвижений в делах не предвидится. Здравый смысл диктовал идти на уступки и навстречу, а на душе скреблись кошки от давних юношеских обещаний: «Никогда никакого сотрудничества с вампирами!», «Это волки в овечьей шкуре!»       А он сам-то чем отличался? А чем отличался Кайто, когда притащил Вакабу на бал вампиров для провокации? А Кросс? Кросс вообще был отдельным экземпляром для психиатра. Учитель Ягари со своими методами воспитания шёл туда же.       В конечном счёте, Зеро решил просто выдохнуть. Когда задумываешься над чем-то не в первый и не во второй раз, значит уже пора действовать.       А в Академии всё было по-прежнему. Не поменялось ровным счётом ничего. С одной стороны, это успокаивало. С другой, настораживало. Учитывая все произошедшие события, окружающая реальность казалась не больше, чем плохо поставленным представлением с декорациями, которые забыли сменить. — Заседание Совета старейшин в итоге отложили. Такого раньше никогда не было. Вдобавок ко всему, в Академию намеревается приехать их глава, — рассказывал Кайто, пока провожал Кирию чёрными ходами до больничного крыла, в котором ждала Куренай Мария. Не то чтобы Зеро не знал, как пройти самому, просто так было надёжнее. — Чем мотивировал? Проверка? — Не совсем понятно. Чистокровная пара в расцвете сил, да ещё с такой рьяной защитницей-принцессой — это прямая угроза власти Совета. Вокруг Курана и так было много приспешников, теперь их может стать только больше. А уж тот факт, что девчонка порывается защищать твою сторону, так вообще крышу им снесёт. Тем временем наш глава Гильдии вообще не понятно, чем думает. Прямых улик у нас нет, то, что знаем мы с тобой — незаконно. А тем временем, творится беспредел, попахивающий предательством. Рыба гниёт с головы. — А что с заданием учителя? — Тупик. И все следы исчезают на пороге Совета старейшин. — хмыкнул Кайто.       Подозрения Зеро усиливались с каждым словом напарника. Интуиция лишний раз подтверждала, что прежние рассуждения Кирию верны и без участия Курана Канаме никак не обойтись. Только было не совсем ясно, с чем конкретно к нему обращаться. Вернее, парень пока не совсем сформулировал, что предлагать взамен на свою просьбу. — Мария-тян, как и просили, — почти торжественно произнёс Такамия, чуть испугав вампиршу. Охотники вошли резко и внезапно.       Зеро ещё не успел закрыть за собой дверь, как вдруг на него налетела вампирша. Кайто даже отступил на шаг назад от таких выпадов. Девушка, кажется, и сама не поняла, с чего вдруг подскочила к близнецу Кирию и схватилась за отвороты его пальто. «Да он же… Совсем как Ичиру-кун!»       Мария в один момент вспыхнула. Как подскочила к парню, так же и отшатнулась, принявшись извиняться и оправдываться. Она самой себе призналась, что и правда очень скучает по младшему из близнецов и почему-то надеялась встретить и его. Хоть и понимала, что он куда-то пропал, но сердце не хотело это принимать. А их ужасающее сходство что во внешности, что в запахе сбивало с толку. — Извините, а… — девушка украдкой взглянула на Кайто, задавая молчаливый вопрос, а точно ли можно при нём всё рассказывать? — Он мой напарник. Поэтому нет таких вещей, которые бы я хотел от него скрыть. Тем более речь о чистокровных.       Исчерпывающе. — Возможно, я не скажу чего-то принципиально нового, но… Кое-что я расскажу только вам двоим. В тот день, когда твои родители, Зеро-кун, убили мужчину, который даже не упал до класса Е. Имя того мужчины попало в списки не по ошибке и не случайно, — увидев взгляд Кирию, Мария поспешила продолжить рассказ, вдохнув побольше воздуха, — Был один чистокровный, которого ненавидела Шизука-сама. Когда она узнала всю правду о той охоте твоих родителей, было уже совсем поздно. Она… Она на самом деле вовсе не желала охотиться, она стала такой же жертвой, как и ты, Зеро. И виной тому тот самый чистокровный. Тот, от которого было невозможно защититься.       У Кирию резко, но не на долго заболела голова. От спазмов повело голову и парня мотнуло в сторону. — Зеро?! — Кайто подоспел к товарищу, придерживая того за спину. — Я не знала, насколько могу довериться другим чистокровным. Но… Про этого чистокровного я рассказала Юуки-тян. У неё была странная реакция. И как я поняла, Куран Канаме-сама тоже что-то знает об этом. Иначе бы за ним не пришла Шизука-сама.       Голова младшего охотника не переставала раскалываться ни на момент. Из сознания что-то ломилось. Ощущения были, когда в самый нужный момент забыл слово, которое так нужно и голову разрывает от поисков.       Когда Кирию достаточно продышался ночным воздухом и умылся ледяной водой, на какое-то время голову отпустило. Перед глазами застревали странные незнакомые картинки. Это было как-то связано с Юуки. Любая «чужая» информация поступала к нему через кровь. Он пил кровь Юуки, Луки и Аюни. То, что мелькало перед глазами сейчас точно не относилось к двум последним. — Ну как, живой?       Кайто удобно расположился на кровати Кирию в его комнате в мужском общежитии. По покровом ночи можно было не переживать, что их кто-то заметит. — Живой, — вздохнул Кирию. И вновь провалился в какие-то свои размышления.       Телефон Кайто завибрировал. Напарник взглянул на светившийся экран и ухмыльнулся. Сообщение от Аюни: «Вы живы?».       Такамия и без указки Зеро ответил дежурным ответом, лишь уточнив у напарника время, когда тот вернётся. Старшему охотнику отчасти даже было приятно, что хоть кто-то спрашивает о том, как его друг. После информации от Марии, Кайто и сам был немного в смешанных чувствах. У него всегда были подозрения, что в ту ночь Кирию просто подставили. — На самом деле, мне жаль. — вдруг сказал Такамия, смотря в стену. Зеро посмотрел на напарника, — Я тебе никогда этого не говорил, но мне всегда казалось, что твою семью просто подставили. Но я и предположить не мог, что это вот так всё произошло… Будто вы стали какой-то разменной монетой. И всё опять сводится к этим чистокровным…       Зеро не дал договорить напарнику и прервал речь, уверенно положив ладонь на плечо Кайто. — Спасибо. — только и сказал Кирию, смотря в глаза друга, в которых отражались ровно те чувства, что испытывал и сам Зеро.       Разговор с вампиршей только сильнее подтолкнул к следующему шагу. Отчасти, Юуки в какой-то степени подыграла, когда потребовала Канаме предпринять какие-то шаги в защиту Кирию.       За своими размышлениями Зеро упустил момент, когда на него вновь уставился напарник. — Что опять? — недовольно буркнул Кирию. — Я вот поражаюсь. Лицо у тебя, что ли, какое-то необычное. — Есть ещё один с таким же, если ты не знал. И прекрати уже надумывать лишнего. — А что я надумывал? — Кайто. — с угрозой в голосе произнёс Зеро, хотя в мыслях признавал, что даже скучал по этим перепалкам с другом.       Ночь продолжала растягивать время как жвачку. Тишина и покой сбивали с толку, будто такая тишина в каждом уголке мира. Но это лишь обман. Иллюзия спокойствия, пока ты спишь. Или наблюдаешь за тем, как кто-то спит.       Канаме решил вернуться в свой кабинет. Аккуратно вышел из общей с Юуки спальни и бесшумно направился в свою обитель. О его передвижениях знала, пожалуй, только Сейрен. Бессменный помощник во всех делах. Закрыв за собой дверь, чистокровный приблизился к высокому окну, из которого раздавался лунный свет. Это было единственное освещение. — Мне даже интересно, а если бы я решил не приходить, ты бы до какого момента тут ждал?       Канаме даже не обернулся. Он сделал вид, будто Луна за окном настолько необычная, что её стоит разглядеть получше. — Я был в себе уверен. — в голосе ночного гостя не было ни намёка на сарказм. Ровный и уверенный тон.       — Вынужден признать, ты умеешь удивлять. Так искусно скрыл своё присутствие от всех. Кроме меня.       Куран окинул беспристрастным взглядом ночного гостя. В свете луны блеснула серьга. — Полагаю, у тебя какое-то ко мне дело, Кирию-кун, — сдержанно продолжил хозяин кабинета, устраиваясь за столом. — Не стесняйся, можешь сесть. — Похоже, у тебя не хватает рук, — по взгляду чистокровного Зеро сразу понял, что тот не намеревался спорить. Вид у него был немного странный. Наверное, он был непривычно изумлённый. Но охотник старался не отбиваться от своего курса, — Слышал, что с кровью чистокровных передаётся просто немыслимая сила. Интересно, зачем тебе столько? В любом случае, такого с лихвой хватит подмять под себя Совет старейшин и перекрыть любые неудобные слухи или даже действия. — К чему эти все пустые рассуждения? — Ты слишком настороженный. Даже несмотря на то, что Юуки стала вампиром, ты от неё, практически, ни на шаг не отходишь. Даже вернул в Академию. Что может грозить чистокровному, который поглотил другого чистокровного?       Канаме едва успел осознать свои действия, как Кирию с силой прибило к стене. Такое вполне могло разбудить кого-то в Ночном общежитии. Но кто бы посмел интересоваться грохотом из кабинета Главы?       Чистокровный честно сдерживался, но присутствие и речи охотника что-то зацепили в нём. Что-то такое, от чего прошёлся импульс по всему телу. Зеро был прав. Канаме получил большую силу. И её всё ещё было тяжело контролировать. — А ты времени зря не терял. Похвально, Кирию-кун. — взгляд раскрасневшихся глаз встретился с упрямыми аметистами, которые ни на мгновение не блеснули привычным безумием класса Е при виде чистокровного. Зеро привычно наставил на него дуло Кровавой Розы, но как только негласный король вампиров приблизился к оппоненту, стало ясно, как день, с охотником что-то произошло. Где загнанность? Где обречённость и отчаяние? — Ты, видимо, не в настроении, поэтому я буду краток. Меня совершенно не волнуют твои скрытые мотивы и любые подковёрные игры в Совете. Любое твоё поручение. Будет это связано с Юуки или нет — роли не играет. Ты же раньше постоянно напоминал, для чего позволяешь мне жить. Считай, я решил тебе подыграть. — от взгляда чистокровного невольно кровь стыла в жилах, но даже так, Зеро чувствовал себя уверенно. Дело вовсе не в Розе, которую он продолжал удерживать на уровне груди чистокровного. — И чего же ты хочешь от меня в обмен на столь рабские условия?       Брал живой интерес ради чего Кирию Зеро мог пойти на такой шаг: выполнить любой каприз ненавистного чистокровного?! Добровольно! — У меня одно условие. Возможно, выполнить его нужно будет не один раз. — Говори. — Вечер, когда ты вылечил рану Юуки. Мы тогда впервые пришли на вашу территорию, у неё был ободран локоть. Ты тогда вылечил его одним касанием. Возможно ли это, если ран много и они глубокие? — Возможно. — А если раны появляются не только вследствие физических ранений? Если, например, раны появляются из-за всплесков магии?       Куран со смешанными чувствами осознавал и принимал тот факт, что он изумлён. Сначала к нему САМ приходит Зеро не за разборками, а со сделкой. А потом задаёт странные вопросы про способности чистокровного. Что там за ситуация такая, что охотник сомневается в его возможностях? — Я в силах убрать все те раны, что есть. Заживить их и убрать боль. А что будет дальше — уже зависит от человека.       Повисла минутная тишина, которую нарушил Куран: — Хочу спросить. Что же ты будешь делать, если, допустим, мой дар не сработает? — от взгляда Кирию вампира едва заметно тронула дрожь. Он уже наблюдал такой взгляд у охотника. Взгляд сторожевой собаки, готовой на всё, ради любимого хозяина. Только в этот раз аура вокруг него была какой-то тяжёлой. Это не просто чувство ответственности и обречённость от своего положения. Это что-то более взвешенное и направленное. — Ничего. Я должен хотя бы попробовать. Остальное не важно. Ну так что, по рукам?