Fallout: Equestria - Чёрное Пламя

«Никакая победа не принесет столько, сколько может отнять одно поражение» (с) Гай Юлий Цезарь. Толчок. Ещё толчок. Много толчков. Кто-то пытается меня растолкать. —Блэки, подъём! – приятный звонкий девичий голосок. —Хорошо… Хорошо… Встаю… – пробормотал я сквозь полудрёму. Я открыл глаза и огляделся. Уже рассвело, но вокруг царил полумрак – свет проникал в здание лишь через единственное не заделанное окно, и на весь объём помещения его не хватало. Герти сидела рядом со мной, а Импера всё так же наблюдала за окрестностями через прицел снайперской винтовки. Я поднялся на ноги, потянулся, размял затёкшие суставы, расправил крылья и поправил оперение. —Доброе утро всем. —Доброе! – Герти широко улыбнулась. —Доброе, – Импера сдержанно кивнула. «—Доброе» – ответила мне и Луна. Сейчас бы душ принять, зубы почистить, в порядок себя привести… Да только мы не на курорте, тут не до утреннего марафета. —Ну что, раз никто не спит, собираемся. Чем раньше выйдем, тем больше шансов что нас никто не опередит. Уже через несколько минут мы были в пути, оставив зачищенный рейдерский лагерь позади. Нас вновь окружали Пустоши, наполненные опасностями и приключениями… Хотя по виду и не скажешь. Сейчас они выглядели скорее скучно и уныло, чем опасно или интересно, но тут уж ничего не поделать – особенности ландшафта, он в этом регионе и до войны не блистал разнообразием. Впереди всё так же простирались бесплодные равнины и каменистые холмы, но это ненадолго, по моим расчётам скоро мы выйдем к дорожной развязке, дальше пойдём через руины городка, в котором до войны жили рабочие. Согласно информации, которую удалось раздобыть Импере, по большей части там обитали дикие гули и разнообразные мутанты, но можно нарваться и на рейдеров, искать там нечего – когда-то эти места были достаточно густонаселёнными, местные жители стащили из руин всё, что не прикручено к полу (и даже многое что из того, что таки было прикручено), так что в идеале мы должны просто проскочить городок, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Наш боевой порядок был прежним – Импера в воздухе, я в авангарде, а Герти следит за тылом, но в этот раз на пути мы не повстречали ни единой живой души, лишь на подступах к железнодорожной станции мы наткнулись на доедавшую чьи-то останки на рельсах дикую собаку. Учуяв нас, она пустилась наутёк, адекватно оценив свои шансы как нулевые. Станция на первый взгляд могла показаться абсолютно заброшенной, но, хорошенько прислушавшись, можно было уловить доносящиеся с её стороны стоны и чавканье на грани слышимости, а в окнах то и дело мелькали тени. Вскоре моя догадка подтвердилась – из дверного проёма (самой двери там давно уже не было) показалась голова дикого гуля. —Похоже у них тут логово. Тихо обходим. Мы двинулись дальше, по большой дуге огибая опасное место. Пока мы маневрировали, гуль окончательно покинул здание станции, но пялился он совсем в другую сторону, и мы успешно миновали рельсы вне его поля зрения, а затем нас окончательно скрыли от его взора руины привокзальных построек. Слева от нас расположилось двухэтажное (вернее уже одноэтажное) здание, на первом этаже которого расположилось кафе, а на втором до войны вероятно проживали владельцы заведения. Строение было полностью заброшено, и за последние двести лет сюда не наведывался никто, кроме мародёров, вынесших от сюда практически всё – нетронутыми осталась лишь пара столиков, несколько барных стульев и сама стойка, являющая собой часть стены и потому абсолютно нетранспортабельная. Справа возвышалось здание гостиницы, выделявшееся своими четырьмя этажами из общей двухэтажной картины городка. Через пустующие дверные проёмы и солидного размера дыры в стенах первого этажа открывался вид на холл, усеянный костями, но не столько двухсотлетними, сколько относительно свежими – судя по многообразию скелетов, среди которых помимо пони были и грифоны, валяющегося рядом оружия и снаряжения (увы, уже давно в абсолютно не пригодном не то что для использования, а даже для разбора на запчасти состоянии) и характерным повсеместным отметинам от пуль и разрывов гранат это здание в своё время не раз становилось ареной кровопролитных боёв за контроль территории между местными группировками, что и не удивительно – будучи самой высокой точкой в округе эта постройка является важнейшим стратегическим объектом. Впереди располагалась небольшая площадь с разрушенным и высохшим фонтаном в центре, от неё в четыре стороны расходились дороги – на одной из них сейчас стояли мы, вторая уходила вперёд, через город к заводу Робронко, остальные две – налево и направо, туда нам не надо. В полукилометре от нас дорогу намертво преграждал перевёрнутый грузовик. Мы с Имперой, конечно, могли бы сдвинуть его, но так мы наделаем слишком много шума – многотонная машина снесла собой часть фасадов прилегающих к дороге домов и застряла в них, любая попытка сдвинуть её приведёт к существенным разрушениям. Придётся обходить дворами. Мы двинулись по дороге, особо тщательно приглядываясь к руинам домов по флангам. Кто знает, какая гадость там может обитать… Пока мы шли до грузовика, в окнах домов пару раз появлялись головы диких гулей, я снимал их из винтовки с глушителем. Однажды дорогу нам перебежала выскочившая из открытого канализационного люка стая мутировавших крыс, не обративших на нас никакого внимания – они направлялись к свежему трупу дикого гуля, который я любезно подал к их обеденному столу. И вот грузовик был перед нами. За рулём перевёрнутой махины застыл скелет в военной форме, лежавшие в кузове ящики просыпались и побились, часть из них была опустошена, а в остальных лежали проржавевшие насквозь патроны. Я осмотрелся по сторонам в поисках обходных путей. Справа проход на дворовую территорию намертво преграждал завал, образованный обрушившимся зданием второй линии, а слева… О, Богини! Когда я бросил взгляд налево моему взору предстало ужасающее зрелище – детская площадка во внутреннем дворе была усеяна трупами. Один из оборонявшегося тут отряда пони повис на качелях, в его черепе была пробита дыра, через которую гули выели мозг, два перемазанных кровью от головы до копыт диких гуля копошились в его кишках; ещё один застыл у карусели, снаряжение на нём было разорвано, а плоть выедена до костей, рядом лежало никак не меньше сотни стрелянных гильз от пулемёта, само оружие торчало изо рта лежащего рядом трупа гуля; ещё одно обглоданное тело было насажено на арматуру обвалившегося балкона возле одного из домов, вероятно снайпер выпал из дверного проёма, когда гули зашли к нему с тыла; последний из отряда лежал возле ближнего к нам края двора, перекушенный пополам клешнями громадного крабообразного чудовища, вероятно привлечённого стрельбой и вышедшего из прилегающих к канализации технических помещений через расположенную рядом дверь, тело которого лежало рядом, перед смертью монстр успел завалить много гулей, один из них, ещё живой, до сих пор безвольно висел в его клешне. О, Богини, я многое за свою жизнь повидал, но такая кровавая расправа… Кровь тут повсюду. Всё залито кровью. По всей площадке сновали дикие гули, пожирающие трупы пони и своих павших собратьев. Один из них, с одной из передних ног снайпера в зубах, заметил нас и выронив свой обед издал звук, являющий собой нечто среднее между рыком и шипением. Остальные гули во дворе тут же бросили свои занятия и повернули к нам свои окровавленные морды. Хор шипяще-рычащих звуков разнёсся по окрестностям и по всему городу ему вторили десятки, если не сотни, голосов. Из домов вокруг двора начали появляться новые гули. Десятки новых гулей. —Ебать, ебать, ебать, ебать! – лишь моя специальная подготовка спасала меня сейчас от впадения в состояние панической атаки и позволяла сохранять самообладание. —Блэки, смотри! – крикнула мне Герти, – О, Богини, это ж ёбаный пиздец! Она указывала копытом туда, откуда мы пришли. Я повернул голову и узрел то, чего я больше всего боялся. Словно сцена из ужастика про зомби-апокалипсис. Изо всех щелей на улицу лезут дикие гули. Они лезут из домов, из подворотен, из-под остовов транспорта; даже те тела, которые мы посчитали мёртвыми, когда проходили мимо, встают чтобы примкнуть к этой армии живых мертвецов. Уже даже и материться как-то расхотелось. Ситуация сложилась настолько хуёвая, что ни в одном языке людей, пони, зебр, чейнджлингов, грифонов и драконов не найдётся подходящей брани. Остаётся только успокоиться и принять бой. —Лови! Я левитировал Герти зебринскую винтовку и магазины к ней. —А мне давай снайперку, я разберусь с теми, что идут с тыла, а ты зачисти двор. Герти кивнула и левитировала мне своё оружие. «Поможешь?» «—Конечно» Я выставил перед собой две снайперские винтовки. Если бы гули обладали чувством прекрасного, они бы оценили красоту зелёно-голубой гетерохромии (пусть и несколько смазанную тем, что глаза двигаются очень уж независимо друг от друга). —Врёшь! Не возьмёшь! – вскричали мы в два голоса. Два спусковых крючка нажались одновременно и пули отправили двух гулей в вечный отпуск. За спиной послышались хлопки выстрелов зебринской винтовки, а со двора крики агонии врагов, пожираемых магическим пламенем. Ещё два выстрела, ещё два трупа. Но на место одного упавшего встают двое новых. Из дома совсем рядом со мной выскочил гуль, но я был быстрее, и пуля из моего пистолета пробила его черепушку. Застрекотали ПП и ливень пуль обрушился с воздуха на гулей, лезущих со двора. Выстрел! Гуль падает, лишённый ноги, об него тут же спотыкаются двое позади бегущих, создаётся небольшая куча-мала и начинается потасовка, немного замедляющая толпу. Выстрел! 7,62 мм пуля без особого труда пробивает гнилую башку насквозь и поражает ещё одного противника позади. Выстрел! Винтовку Герти на перезарядку. Выстрел! Вставить патрон. Выстрел! Вставить патрон. Выстрел! Вставить… Крылатая тень появляется на асфальте и пикирует на врагов, пистолеты-пулемёты Имперы, прореживают силы противника словно пушки Мессершмита. Через образовавшийся в толпе просвет виден труп гуля, убитого первым, который уже едят крысы… Крысы! Озарение нахлынуло как волна. Канализация. До люка, конечно, путь не близкий, но других путей к отступлению тут нет. Он достаточно большой, чтобы мы смогли туда пролезть. Если удастся его закрыть, дикие гули не смогут нас преследовать. —Герти! Отступаем к люку! Гули лезут из ближних домов, да и остальные всё ближе. Винтовка Герти снова пуста, нет времени перезаряжать. Выстрел! Самый быстрый гуль, вырвавшийся вперёд и почти настигший меня, падает. Выстрел! Пистолет поразил гадёныша справа. Выстрел! Выстрел! Выстрел! Не останавливаться! Даже целиться уже времени нет! Да и не нужно – их так много, что куда ни выстрели всё равно не промажешь. Часть гулей по ту сторону грузовика смогла забраться на него. Импера смела их огнём, но на этом патроны в барабанах её ПП подошли к концу, и ушла на перезарядку. Вот и вторая винтовка на нуле. Они слишком близко, ещё пара секунд – и вопьются в мою плоть своими гнилыми зубами… Ну нет, не выйдет. Пора расчистить нам путь. Красные точки загораются на телах врагов… Рёв пулемётов заглушил крики диких гулей. Двенадцатимиллиметровые пули с весьма немаленькой начальной скоростью рвали в клочья тела гулей и пробивали их насквозь, оторванные конечности и внутренние органы разлетались во все стороны, кровавые брызги накрыли меня, кровь стекала по моему лицу, заставляя прикрывать глаза. Бесславная гибель первых рядов ничуть не ослабила энтузиазма задних. Гули продолжали переть вперёд, спотыкаясь об куски тел и скользя в крови. Я сосредоточил огонь на центре орды, расчищая дорогу, и начал пробиваться к люку. Идти и стрелять одновременно было не просто – чудовищная мощь зенитных пулемётов была нашим ключевым превосходством над гулями, но это страшное оружие явно не предназначалось для использования отдельно от станка, и мощная отдача делала каждый шаг настоящим испытанием, чтобы набрать приемлемый темп мне пришлось перейти с непрерывного огня на очереди. —Я почти на нуле! – крикнула Герти. —Хватай дробовик! Я левитировал ей новое оружие и единственный запасной барабан. Вскоре хлопки винтовки смолкли, но их тут же сменил грохот не менее грозного оружия. Несмотря на поразительную огневую мощь пулемётов, без особого труда косивших гулей десятками, заканчиваться враги не собирались, а люк всё так же оставался неприемлемо далеко. Нужно было как-то ускорить наше продвижение, пока нас элементарно не задавили числом. Чёрт. Сейчас бы появление Имперы было как нельзя кстати… Чего же она ждёт? Ну же… Думай! Думай! Должен быть выход… Точно! —Герти! Сойди с крови! Герти незамедлительно соскочила с большой лужи, залившей улицу, на небольшой островок чистого пространства. Судя по появившейся на её лице улыбке, она поняла мой замысел. —А КАК ВАМ ЭТО, ЗАСРАНЦЫ!? На мгновение яркая вспышка охватила мой рог и тут же сорвалась с него, устремившись под ноги ближайшему гулю. Мощнейший электрический разряд мгновенно распространился по громадной луже, в которую сливалась кровь, вытекавшая из мёртвых тел, все гули, оказавшиеся в радиусе поражения, упали и забились в агонии. В этот раз даже прогнивших мозгов диких гулей хватило, чтобы понять, что продолжать атаку в сложившейся ситуации в высшей мере самоубийственно. —По моей команде беги к люку! Пять… Четыре… Три… Два… Один… —Вперёд! Выкрикнув это, я сразу сорвался с места, на ходу стреляя из пистолета в уцелевших гулей, стоявших на моём пути. К тому моменту как я досчитал до нуля, лужа вновь стала абсолютно безопасной и нам нужно было воспользоваться паузой, пока враги не сообразили, что к чему. С боем мы прорывались всё ближе к цели, нам оставалось пройти считанные десятки метров. Гуль, собиравшийся напасть на меня с левого фланга, поскользнулся в крови и упал. Я решил, что с этого направления мне больше ничего не угрожает… Рано расслабился. —А-а-а! Блять! Зубы гуля, использовавшего тело менее везучего товарища как трамплин, впились в мою шею, но не смогли прокусить мифриловый воротник. Вскрикнув от неожиданности, я оттолкнул его и всадил четыре пули из пистолета. Это отвлекло меня слишком надолго. Когда я вновь посмотрел вперёд, передо мной была разинутая пасть. Оглушительный грохот револьверного выстрела. Голова гуля, уже готового отобедать мною, разлетелась на мелкие кусочки, щедро обдав меня кровью и ошмётками мозга и костей. —Спасибо! —Не за что! Заминка сыграла на руку ненасытным тварям. Спасительный люк, казавшийся уже таким близким, теперь вновь был отрезан от нас врагами. —Ничему вы, гады, не учитесь. Пулемёты вновь обрушили на гулей смертоносный ливень свинца… И замолчали, успев скосить лишь шестерых. Я так увлёкся стрельбой, что совсем забыл следить за боезапасом, в коробах не осталось ни единого патрона. —Упс… Незадача… —Блэки! Дробовик пуст! Мне их не сдержать! Чёрт. Сзади тоже напирают. И трюк с электричеством второй раз не сработает – кровавое месиво уже осталось далеко позади, а без огневой мощи пулемётов сделать тут новую лужу я никак не смогу… Сзади вновь послышался характерный стрёкот, а затем на землю упала знакомая тень и свинцовый шквал обрушился на головы наших врагов. Вырулив на удобную позицию, Импера зависла в воздухе и своей непрерывной и весьма меткой стрельбой обеспечила нам относительно чистый коридор до самого люка, в который мы тут же и ринулись. Вот и люк. Чёрт, а крышки-то нигде и нет. Чем же нам его закрыть… Характерный гул на грани слышимости. Откуда-то… Да! Точно! Слева. Повернув голову к дому, парадный дверной проём которого, давно лишённый двери, располагался прямо напротив люка, я увидел объект, который в другое время не вызвал бы у меня какого-либо интереса, но сейчас был самым желанным. Работающий спарк-генератор. Весьма мощный работающий спарк-генератор. В весьма непрочном здании. Если мне удастся вызвать детонацию… ВОТ ЧЁРТ! —Импера, сзади! Зелёная аликорница всё ещё зависала в воздухе, рядом с крышей одного из зданий, продолжая поддерживать нас огнём. И по этой крыше к ней нёсся сгнивший почти до костей гуль-пегас. Его крылья были слишком повреждены, чтобы полноценно лететь, но даже этих жалких огрызков ему хватило, чтобы преодолеть необходимое расстояние. Импера среагировала на мой окрик и начала поворачиваться к противнику, но было слишком поздно, наточенными до чудовищной остроты зубами он впился в её правое крыло и начал рвать его, вместе они рухнули вниз, и часть орды тут же кинулась к ним. —ИМПЕРА!!! Мой рог охватило сияние и первые ряды врагов поразил мощный телекинетический удар, они разлетелись в разные стороны, а я ринулся вперёд, в образовавшуюся дыру в их строе, но на место отброшенных заклинанием гулей почти мгновенно встали другие. —ГОРИ ОГНЁМ! Поток магического пламени сорвался с моего рога и прошёлся по рядам мерзких тварей, но их определённо не впечатлили мои магические способности. Объятые пламенем они вставали и вновь бросались в бой, не ведая боли и страха. —ГОРИ! ГОРИ, СУКА! Я вложил в струю пламени всю свою мощь, повышая температуру до немыслимых величин. Гули, которым не повезло попасть в конус огня, плавились заживо, их разжиженная плоть смешивалась с расплавившимся асфальтом. Но и это не переломило ход боя – лишь недолго я смог продержать заклинание, после чего головная боль стала нестерпимой, перед глазами поплыли радужные круги, а из левой ноздри потекла тоненькая струйка крови. Для поддержания такого мощного пламени требуется слишком много энергии, столько у меня попросту нет. «—Блэки, назад. Прыгай в люк» —Но… Но… Слова Луны поразили меня словно разряд молнии, я встал как вкопанный, слишком шокированный чтобы пошевелиться. Бросить Имперу?! Но ведь она наш товарищ! Разве можно бросать товарища в бою!? «—Мы уже ничем не можем ей помочь. А если промедлим ещё хоть немного – никто уже не сможет ничем помочь и нам. Её жертва не должна быть напрасной. Спасись сам и спаси Герти» Я хотел что-то ответить, но не нашёл слов. Луна права. Наше оружие разряжено, а моей магии не хватит и на половину этих тварей. Тут мы уже ничего не можем сделать, этот бой проигран. —Прощай, Импера. Я буду помнить тебя… Мой рог вновь вспыхнул и орда гулей, окруживших меня, обрушилась на своего товарища, внезапно появившегося на моём месте, я же оказался возле Герти, судорожно перезаряжающей опустевший револьвер. Гуль, на место которого я переместил себя, больше не угрожал ей, но он был не единственным – ещё одна разинутая пасть находилась в опасной близости от её лица. Лёгким движением ноги я развернул гуля к себе и зарядил ему с обоих задних копыт, отправляя в полёт до ближайшей стены дома, уже спустя пару секунд он сползал по ней, оставляя за собой кровавый след. Не медля ни секунды, я схватил Герти в телекинетическую хватку, в считанные мгновения преодолел расстояние до люка, закинул её туда, а затем спрыгнул и сам, на лету выстреливая в спарк-генератор пулю из револьвера напарницы, подожжённую моей магией, чтобы попадание уж наверняка оказалось для генератора фатальным. Так и случилось – через несколько мгновений после того, как я влетел в канализацию, снаружи прогремел оглушительный взрыв, и дневной свет перестал поступать через круглое отверстие люка. *** Темнота. Да такая что хоть глаз выколи. Не удивительно – единственный источник света, судя по всему, закрыт бетонной плитой, намертво похороненной под руинами дома. И ещё вонь. Ужасная вонь. Воняет так, будто тут кто-то сдох и разлагается. Причём сдох не один, а с компанией. Канализация. Ненавижу канализации. Мягкий, приглушённый свет озарил окружающее пространство. Это Герти применила осветительное заклинание, теперь её рог служил нам импровизированной лампочкой. Мы находились на перекрёстке, от куда в четыре стороны расходились трубы и… О, Богини, насчёт «кто-то сдох» я не ошибся. Тут действительно много кто сдох. Мы с Герти стояли в какой-то противной вонючей слизи и помимо нас в этой слизи было множество трупов и, кажется, они тут… Ой… О, Богини… Меня сейчас стошнит… В КГБ меня к такому не готовили… Тела гулей, пони и ещё хрен знает кого лежали в этой слизи и… Нет, они не разлагались. Они ПЕРЕВАРИВАЛИСЬ. —Блэки… Эта жижа… Это ведь не просто слизь, верно? – Герти с отвращением и беспокойством рассматривала жижу, стекающую по её копыту. Герти с приземлением не повезло, и теперь она была с головы до ног перепачкана в этой гадости. Мне же, благодаря крыльям, удалось приземлиться на ноги. —Да. Это что-то вроде желудочного сока какой-то твари с внешним пищеварением. И судя по его количеству она огромная. —Ой, мамочки! – узнав о назначении жижи Герти спешно стала отряхиваться от неё. Липкая дрянь сходила плохо, но вскоре единорожка вспомнила о том, что ей вовсе необязательно чиститься как все. Свет её рога погас, вновь погружая нас во тьму, затем силуэт пони мигнул в темноте, а когда освещение восстановилось, она уже была чиста. Заклинание очищения – быстро, выгодно, удобно. —Вот так гораздо лучше! —Да, определённо. А теперь было бы неплохо выбраться отсюда. Мне бы очень не хотелось встретиться с этой тварью лицом к лицу, – произнося эту фразу я уже вставлял в свою снайперскую винтовку крупнокалиберный ствол, – Только вот куда нам идти? Если верить компасу, наш путь лежал куда-то в стену. Но я не настолько нежить, чтобы ходить сквозь стены. А значит нам нужно идти в одну из двух прилегающих к стене труб. Но в какую? Как по мне – они обе одинаково вонючие и грязные. Прям теорема Эскобара. Шо то хуйня, шо это хуйня, это две такие хуйни… —А давай считалочкой! Раз, два, три, четыре, пять, Вышел зайчик погулять. Вдруг охотник выбегает, Прямо в зайчика стреляет. Пиф – паф! Ой-ой-ой! Умирает зайчик мой. Привезли его в больницу, Он украл там спицу, Привезли его в гараж, Он украл там карандаш. Привезли его домой, Оказался он живой. На последнем слове копыто Герти уверенно ткнуло в правую трубу. —Туда! —Ну, туда так туда. Я левитировал Герти её винтовку, а она вернула мне моё оружие, увы полностью разряженное (и если для зебринской винтовки у нас ещё был запас боеприпасов, то дробовик теперь будет висеть на мне мёртвым грузом, пока не найдём подходящие патроны), и мы зашагали по направлению к круглому проходу. Хотя идти мне совсем не хотелось. Хотелось усесться у стенки и отстраниться от всей этой грёбаной реальности. Я бросил Имперу на растерзание грёбаным гулям. После всего что она для меня сделала, после того как дважды спасла мне жизнь, я просто её бросил. Бросил тогда, когда она больше всего во мне нуждалась. Оставил умирать. Да, мы сделали то, что должны были сделать, роскоши выбора хотя бы из двух вариантов у нас не было, но от этого ничуть не легче. И всё же я продолжал шагать, потому что сейчас не время для скорби. Мы ещё не спаслись, возможно даже наоборот – попали прямиком из огня да в полымя, нам предстоит долгое и опасное путешествие сквозь мрак и вонь канализации. Ненавижу. Ненавижу канализации. По сравнению с перекрёстком, труба, через которую пролегал наш путь, была гораздо чище. Вонь, конечно, никуда не делась, зато слизи под ногами стало куда меньше, и вся она была довольно несвежей. Что-ж, это уже хорошая новость – значит неведомая тварь не особо жалует эти места и появляется тут редко, а в последнее время не заходила сюда вообще. Труба за пределами радиуса действия заклинания Герти была погружена в абсолютнейший мрак. Какой-то даже слишком абсолютнейший… Позади нас вроде как чутка посветлее, можно кой-чего различить, а вот впереди… Метров через пятьдесят мы наткнулись на причину этой разницы в освещённости. А вернее мы в неё упёрлись. Труба в этом месте прохудилась и её завалило руинами чего-то с поверхности. Впрочем, как нельзя кстати, слева обнаружилась дверь, ведущая в технические помещения. Надеюсь, через них можно как-то обойти обвал. Поначалу открываться дверь отказалась, но удар задними копытами заставил её передумать. Как оказалось, причиной её неподатливости являлся ржавый запор. После моего удара запереть его обратно больше не представлялось возможным – ту часть, что крепится к стене, попросту вырвало из неё. Помещение, в котором мы оказались, представляло из себя небольшую мастерскую, частично поделённую на две части стеной, начинающейся в полуметре справа от двери и заканчивающейся на середине помещения, предназначавшуюся для удовлетворения нужд в ремонте подлежащих демонтажу мелких элементов канализационной системы, заполнено оно было верстаками, ящиками для запчастей и настенными стойками для инструментов, однако не так давно верстаки использовались в других целях – на них лежали схемы энергомагических винтовок и запчасти для них. Одно из таких изделий, зажатое в тисках, уже было почти завершено, оставалось лишь собрать линзу и вставить конденсатор, все необходимые детали лежали рядом на верстаке, но завершить работу умелец не успел – тело грифона, судя по хорошему состоянию, погибшего совсем недавно, лежало рядом с верстаком. Судя по кровавому следу, что-то нанесло ему удар когтями сокрушительной мощи, от чего он отлетел на верстак и сильно ударился виском об край стола, что, по-видимому, и стало причиной смерти. Хм… Судя по положению тела и ранам от когтей на груди, он должен был стоять где-то там. Если я не ошибся в характеристике раны, то, чтобы её нанести, убийца должен был стоять прямо перед грифоном, то есть прийти он должен был со стороны части помещения, отгороженной стенкой. Обойдя стену, я осмотрел вторую часть помещения. Она была существенно меньше первой, верстаков тут не было – только стойки с инструментами и открытая дверь, ведущая в следующую комнату – склад со множеством стеллажей, заваленных всевозможным хламом. Кто-то распахнул её с такой силой, что ручка ударилась об стену и оставила на ней весьма заметный след. Вероятно, это было то же существо, что убило грифона. Но что это было за существо? Вряд ли другой грифон – слишком уж глубокие раны. Но и не адская гончая – для неё раны уже наоборот слишком неглубокие. Мантикора? Тоже маловероятно – что мантикора могла забыть в канализации, которую тем более уже облюбовало что-то находящееся на пару ступеней выше в пищевой цепочке? Впрочем, это лишь косвенные показатели, а значит в отсутствие лучших вариантов исключать мантикору полностью пока что не стоит. —Следи за дверью. Увидишь хоть какое-то движение – стреляй, – я левитировал свою винтовку Герти, и она тут же заняла удобную позицию, с которой просматривался весь вход и солидная часть помещения за ним. Теперь, когда Герти прикрывала меня, я мог подробнее осмотреть место происшествия. Хотя я и слабо представлял себе, зачем я это делаю. Возможно, конечно, это просто стресс так сказывается… Но нет, нет, это не стресс. Скорее предчувствие. Почему-то мне кажется, что от этого могут зависеть наши жизни… Грифон был довольно молодой, больше двадцати ему не дать, и не слишком крупный – по габаритам он лишь немного превосходил среднестатистического пони, да и то в основном в длину, что для их вида нехарактерно, обычно взрослый грифон превосходит взрослого пони в размерах в полтора-два раза, так что может быть этот грифон даже младше чем выглядит. Что интересно – тело нетронуто. Это, пожалуй, окончательно исключает мантикору – она бы не упустила возможности отобедать своей жертвой. Это вообще много кого исключает, любого известного мне мутанта. Можно, конечно, предположить, что удар был нанесён не когтями, а оружием, сделанным из когтей, тогда убийцей мог бы быть и пони, но пони, как и любое другое разумное существо, не оставил бы столько трофеев, причём весьма ценных, нетронутыми. На грифоне пара седельных сумок, латанная-перелатанная довоенная армейская форма без опознавательных знаков, бронежилет от полицейской брони, оказавшийся абсолютно бесполезным против когтей убийцы, и наножники от неё же на передних ногах, а на голове у него… О, а вот это уже интересно. Реколлектор. Крайне редкая вещица. А этот шарик, что лежит на полу возле него… Это ведь вовсе не деталь от особо крупной разновидности линзы, как я подумал сначала… Это шар памяти! Выпал из реколлектора от удара. Значит перед своей смертью грифон что-то записывал. Возможно, это сможет пролить свет на то, что здесь случилось… Но использовать шар сейчас небезопасно – Герти может следить одновременно лишь за одним из двух входов. Следует обыскать сумки грифона, возможно в них найдётся что-нибудь, из чего можно сделать растяжку, а лучше даже полноценная мина, да помощнее. Итак… Всевозможные детали электроники, боеприпасы для девятимиллиметрового пистолета и энергомагической винтовки, кой-чего из еды и медикаментов, комплект игральных карт… Да необычных каких-то, в покер или дурака такими не сыграешь. Так-с, что ещё? Крышки. Считать времени нет, но навскидку штук триста тут точно будет. И… О! Бинго! Плазменная мина. Обнаружилась на самом дне. Вот уж подарок судьбы так подарок судьбы. Я распихал по собственным сумкам прочие полезные находки, установил мину на входе и расположился поудобнее за пределами радиуса поражения. —Герти, я ненадолго отключусь, не спускай глаз с двери. —Хорошо! Ну… Начали! <-=======ooO Ooo=======-> Тяжёлое дыхание. Сердце бешено колотится. По лбу стекает пот. Судорожные попытки соединить воедино запчасти от фокусирующей линзы… Но эта работа оказывается слишком тонкой для трясущихся когтистых лап. —Чёрт! Чёрт! Чёрт! Чёрт! Чёрт! Ну почему ты не лезешь туда!? Я что, что-то делаю не так? Быстрый взгляд на схему. Убедился, что всё правильно. Продолжение бесплодных попыток. —Никогда! Никогда больше не подпишусь на такое! Оглядывается на запертую на засов дверь. —Так, ладно, соберись… Вдох, выдох… Вдох, выдох… Надо записать это чёртово послание… Тишина. Вдох, выдох. Вдох, выдох. —В общем, Лайт… Если ты это видишь и слышишь… Значит я, наверное, уже мёртв. Всё пошло не по плану. И о чём мы только думали, когда решили обойти город через канализацию… Лучше наверх, к грёбаным гулям, чем… Чем ЭТО. То, что мы тут нашли… Я не знаю, что это, но это нельзя уничтожить. Оно неуязвимо. Пули, магия, плазма… Всё бесполезно. Оно отделало нас как младенцев… Спасся только я, остальные погибли, а кейс… Кажется оно его проглотило вместе с Хуфом, – грифон печально взглянул на винтовку в тисках, – Наверное скоро погибну и я. Линза разбилась, конденсатору каюк, пистолет я где-то обронил, когда бежал, или даже раньше. Хорошо, что у меня есть запасные детали, еле как, но всё же нашёл нужные. Если успею починить – может буду жить, а если нет… Лучше не думать об этом. Ладно, конец связи. Чёрт, как же эта штука выключается? Громкий скрип и звук удара где-то сзади. —Что за… Грифон повернулся на звук. В кадре что-то мелькнуло. Крик. Полёт. Удар. Темнота. Топот маленьких ножек где-то рядом. <-=======ooO Ooo=======-> Фух! Не самое приятное путешествие по чужим воспоминаниям. Мало того, что я имел «удовольствие» прочувствовать весь спектр «приятных» ощущений от удара когтями, так ещё и некорректное завершение записи обеспечило неслабую головную боль на выходе. —Вот чёрт. —Что такое? —Ну, я узнал только две вещи – назад мы идти не можем из-за твари, с которой не смог справиться даже целый отряд наёмников, а впереди у нас другая тварь. Мелкая, но очень быстрая и сильная. Боюсь выбор не велик – попробуем пройти мимо этой мелкой гадины, а если не получится – попробуем её убить. Я деактивировал и забрал с собой мину, Герти левитировала мне мою винтовку. —Надо перевооружиться, снайперками мы тут много не навоюем. Зебринская или лазерная? —Давай лучше зебринскую, у меня небогатый опыт обращения с энергомагическими пушками. —Хорошо, тогда тебе и магазины снаряжать, – с улыбкой я левитировал ей оружие, опустошённые в бою с гулями магазины и пачки с патронами. Герти изобразила обиженное выражение лица. —Что? Сама напросилась. Шутливо закатив глаза, она принялась за работу. Я же вернулся к верстаку. Схемы пришлись как нельзя кстати – благодаря подробному описанию процесса сборки-разборки фокусирующего устройства, я быстро закончил с ним и приделал на законное место, с конденсатором возни было ещё меньше. По окончании работы я предусмотрительно свернул схемы и сложил в одну из седельных сумок. Батарей для этого оружия, найденных у грифона, хватит чуть больше чем на сотню выстрелов, но за раз в винтовку влезает только двадцать. Герти провозилась подольше меня, что неудивительно – одно дело совать в оружие готовые магазины и совсем другое набивать эти самые магазины патронами. Наконец мы закончили сборы. —Ну, вперёд. Я первым шагнул в темноту склада, шагая предельно тихо и водя стволом винтовки из стороны в сторону, осматривая каждый угол. На первый взгляд вроде чисто… Может оно уже ушло? Может и так, но расслабляться определённо рано, здесь достаточно мест, где можно спрятаться или организовать засаду. Мы продолжали медленно продвигаться вглубь помещения, когда мы добрались примерно до его середины, в царящем вокруг мраке я смог разглядеть очертания двери. Мы шли прямо к ней. Если всё и дальше пойдёт как по маслу, может быть наш план тихого проскальзывания таки увенчается успехом. Впрочем, у меня были весомые поводы сомневаться в этом – во-первых, эта дверь может оказаться такой же скрипучей, как и та через которую мы вошли и тогда о скрытности можно будет забыть, а во-вторых, меня не покидает ощущение, что за нами кто-то следит. Может это конечно просто паранойя разыгралась, но, как говорится, если вы параноик это ещё не значит, что за вами не следят. Резкий звук удара и звон стекла где-то справа, совсем недалеко. Я повернулся на звук, но там уже никого не было – тварь оставила после себя лишь пару жестяных банок и разбитую бутылку, которые упали с одного из стеллажей, когда она задела его, крадясь мимо. —Чёрт, по-тихому не получится. К бою! Герти резко зажгла свет, и мы приготовились обрушить смертоносный залп наших винтовок на пытающуюся зайти к нам с фланга тварь, но в этот раз с направлением я ошибся. Тварь нашумела, заходя к нам не сбоку, а СВЕРХУ. Что-то маленькое, размером не больше очень крупной кошки, слишком быстро движущееся чтобы разглядеть подробности, накинулось на меня со стеллажа. Удар когтей отбросил меня на стеллаж позади меня и оставил не слишком глубокие, но весьма болезненные порезы на левой щеке, вероятно тварь промахнулась, ослеплённая яркой вспышкой. Стеллаж от удара моим телом рухнул на пол, а я рухнул на него сверху. От неожиданности я выронил винтовку, но тут же схватил телекинезом первый попавшийся на глаза тяжёлый предмет и запустил им в мутанта. Мерзавец без труда уклонился от броска, и массивная деталь какого-то механизма проломила стойки ещё одного стеллажа, вызвав обвал всего что на нём стояло и страшный грохот. Тварь оказалась прямо на линии огня Герти, и она тут же выпустила в него пару очередей, но ловкий говнюк без труда ушёл из-под обстрела, парой прыжков преодолел расстояние до моей спутницы, ударом отбросил винтовку… Прямо в меня! Я еле успел пригнуть голову, чтобы не получить прикладом в глаз… А затем он нанёс удар и по Герти. Её защита выдержала, но теперь и она отправилась в полёт до ближайшего препятствия, коим, как и в моём случае стал стеллаж. Её веса не хватило чтобы обрушить его, но оказалось вполне достаточно чтобы устроить вещепад – от пары тяжёлых железяк она успешно уклонилась, но вот третья неслабо приложила её по голове, пошатнувшись она упала, потеряв сознание. Чудовище же взвыло от боли – его сила обратилась против него, когтем оно зацепилось за бронепластину в куртке Герти, и его оторвало вместе с половиной пальца. Теперь, когда тварь не предпринимала активных телодвижений, я смог рассмотреть её. Мелкий гуманоид ростом не больше трёхлетнего ребёнка с солидного размера почти прямыми когтями на каждом из пяти пальцев (кроме того, когтя на котором он только что лишился) рук и ног внешне напоминал нечто среднее между стереотипическим пришельцем и ещё более стереотипическим рептилоидом – цвет перламутр разных оттенков фиолетового, большая вытянутая голова, зрачки занимающие глаза почти целиком и чешуя по всему телу. Могу предположить, что это детёныш дракона, очень сильно изменённый Порчей, но утверждать не берусь. Идеальный момент для атаки. Бабах! – и пистолетная пуля летит в цель. В этот раз подонок не успел уйти – пуля попала ему в ладонь левой руки, разорвав её в клочья и оторвав три пальца. Тварь взвыла от ярости и боли и бросилась на меня, прежде чем я успел выстрелить второй раз. Чудовище скакало из стороны в сторону, не давая мне прицелиться, оно уже было готово совершить последний прыжок и впиться мне в лицо остатками своих когтей… Но у меня остался последний аргумент. —Сюрприз! – я выставил перед собой плазменную мину и активировал её. В глазах чудовища вспыхнуло понимание того, что сейчас произойдёт, а в следующее мгновение его пожрал огромный сгусток зелёной плазмы. «—Отличный ход» «Спасибо» Я полежал ещё немного, восстанавливая сбившееся дыхание и успокаивая учащённое сердцебиение, а затем встал и первым делом проверил как там Герти. Как я и предполагал, серьёзных травм она не получила – армейский бронежилет, не чета полицейскому, который был у грифона, выдержал удар когтей, да и куртке более-менее повезло – удар дошёл ровно до первых бронепластин, где и остановился, наткнувшись на непреодолимое металлическое препятствие, хотя подлатать её конечно теперь придётся; её грива в точке удара слиплась от крови, но рана пустяковая – череп не пробит, мозг не повреждён, максимум лёгкое сотрясение. Я присел возле Герти и устремил к ней свою магическую энергию, залечивая рану и очищая гриву. Теперь остаётся только ждать, она должна очнуться в течение пары минут, а там уж хлебнёт зелья и можно считать, что и не было никакого сотрясения. Решив не тратить время зря, я сходил за нашими винтовками. К счастью, для них эта стычка обошлась без повреждений, обе остались абсолютно боеспособны, и обвес также не пострадал. Теперь этот склад стал более-менее безопасным местом, и можно было заняться нашим оружием. Я вернулся к Герти, присел рядом, левитировал из её кобуры револьвер, а из седельных сумок боеприпасы к нему, затем я разложил вокруг себя весь наш арсенал (кроме уже заряженной охотничьей винтовки Герти; кстати при следующем заходе в оружейный магазин надо будет приобрести к ней обоймы, заряжать несъёмный магазин во время боя «вручную» то ещё занятие) и боеприпасы (И о чудо! Нашлось даже немного патронов для дробовика, про которые я совсем забыл. Их, конечно, не хватит даже на один полный барабан, но всё же лучше так, чем никак) и приступил к работе. Для начала я дозарядил магазин зебринской винтовки, затем занялся своими пулемётами. Ленты в их коробах были полностью опустошены в бою, и теперь мне предстояло вставить на законное место две сотни патронов. Чтобы ускорить процесс, мы с Луной вновь, как тогда с винтовками, применили сдвоенное управление – одну ленту заряжал я, а другую она. —О-о-ох… – потирая ушибленную голову, Герти поднялась на ноги. —Как ты? —Бывало и лучше… Голова немного кружится, да и побаливает, а так вроде ничего. А куда тварь подевалась? —Испарилась. Буквально, – я продемонстрировал ей разряженную плазменную мину, – У тебя лёгкое сотрясение, выпей немного зелья, сразу полегчает. —Помочь с патронами? —Нет, спасибо. Ты лучше полежи, отдохни, приди в себя, а тут я и сам управлюсь. Герти расположилась поудобнее, извлекла из одной из своих седельных сумок бутылёк с зельем и немного отпила из него. —Вот так гораздо лучше! – встряхнувшись произнесла она. Закончив с лентами, я вернул их в коробы и вставил в пулемёты. Теперь Луна занялась дробовиком, а я револьвером Герти. Я зарядил сначала барабан, а затем занялся опустошёнными обоймами для быстрой перезарядки оного. С этим мы закончили быстро, последним в списке оказался мой пистолет, с ним я справился в одиночку. —Ловко ты со всем этим управляешься. —Мастерство, как говорится, не пропьёшь. Всё это результат долгих и упорных тренировок. «А также небольшого божественного вмешательства» – добавил я про себя. —Ну что, полегчало? Готова выдвигаться? —А то! Мы поправили снаряжение, нацепили на себя свой богатый арсенал и разложили боеприпасы обратно по сумкам. На всякий случай, прежде чем покинуть склад, мы подвергли его тщательному обыску, но ничего ценного кроме пары бутылок Спаркл-Колы не обнаружили. Вскоре мы, как я и предполагал, вышли из технических помещений уже по ту сторону завала. В этой части канализации было почище, по крайней мере гадкой слизи тут не было вообще, да и воняло не так сильно, хотя желание нацепить противогаз, увы отсутствовавший в списке наших вещей, всё ещё не покидало меня. Увы, даже такое небольшое облегчение длилось недолго – метров через двести под нашими ногами захлюпала вязкая болотистая жижа. —Сука! Сука! Сука! Сука! Ебать тебя конём… Единственное что я ненавижу больше, чем грёбаные канализации – это грёбаные болота, а тут и болото, и канализация в одном лице, – тихо бормотал я, состроив крайне недовольную гримасу, – В какие же ебеня мы залезли… Выйду отсюда – первым делом найду озеро, реку или любую подобную херню и плюхнусь туда с разбегу. Впрочем, волноваться мне стоило вовсе не о резко возросшем количестве грязи, а о тех, кто любит в этой грязи обитать. Мы уже видели труп одной такой твари. Громадные крабы-мутанты. Для них это настоящий рай – сыро, грязно, воняет… Красота-то какая, блять, лепота, сука. Нам оставалось лишь надеяться, что трубы проведут нас в обход их логова, а не приведут прямо туда. Необходимость брести по колено в грязи существенно замедлила наше перемещение, но оно, пожалуй, и к лучшему – по крайней мере мы практически не шумели. Первая тварь встретилась нам нескоро. Мутант стоял к нам боком по ту сторону короткой трубы. С такого паршивого ракурса так просто его панцирь не пробить, а сам он, судя по всему, не уйдёт, уж больно неподвижно стоит, будто вообще спит, нужен крупный калибр, придётся пошуметь. Я прицелился так, чтобы пуля, пробив панцирь, прошила мозг твари… Арбалетный болт врезался прямо в рот мутанта и тут же взорвался, разнося его голову на мелкие кусочки. —В укрытие! Быстро! Мы с Герти бросились врассыпную, заняв укрытия по краям трубы. Вот уж не ожидал встретить тут кого-то ещё… С ходу вступать в контакт с нежданными гостями было бы в высшей мере глупо – пока что мы не знаем даже кто они, а нарваться на такой же болтик мне бы очень не хотелось, я своими внутренними органами дорожу. Стрелявший не заставил себя долго ждать. Единорог с шерстью цвета «стальной синий» и гривой и хвостом «мокрый асфальт», в чёрном плаще, наножниках от боевой брони на передних ногах и нагруднике от неё же и каким-то устройством на левом глазу, провода от которого тянутся к Пип-Баку на левой передней ноге. Он внезапно выскочил из правого прохода, отскочил за тушу поверженного монстра, скрываясь из виду, и... Голубые, под цвет экрана устройства на глазу, лучи пронеслись по трубе впереди, сканируя её. Жестом я приказал Герти спрятаться и сам убрал голову в укрытие. Секунд через пять-десять лучи уже бежали по нашей трубе. Когда они исчезли, я дал Герти сигнал что можно продолжать наблюдать. Единорог жестом отдал какую-то команду в направлении трубы, из которой он пришёл. Теперь я повнимательнее разглядел его оружие. Арбалет был современный, с мощным оптическим прицелом, кроме него на правой задней ноге единорога располагались ножны с весьма немалых размеров боевым тесаком, на его боках вместо седельных сумок разместились колчаны с арбалетными болтами с разным оперением – оранжевым, как у болта поразившего краба-мутанта, зелёным, белым и жёлтым. Ещё два болта, с чёрным оперением, расположились в отдельных тубусах. Похоже болты разных типов… Оранжевый – разрывной, зелёный, наверное, отравленный, белый вероятно обычный, жёлтый возможно зажигательный, а вот чёрный… Остаётся только гадать, но уж наверняка неспроста они хранятся отдельно. Вскоре на перекрёсток вышла и остальная группа. Первой шла рыжегривая, с персиковой шерстью, кобыла-земнопони поистине богатырского телосложения, чуть ниже меня ростом, но гораздо, нет, даже так – ГОРАЗДО, крупнее и мускулистее, облачённая в силовую броню (шлем сейчас был снят и висел на левом боку, прикреплённый ремнями к боевому седлу). Оружием ей служили два крупнокалиберных минигана, таких какие использовались на танках, но никогда не применялись пехотой. Следом за ней показалась единорожка с кремовой шерстью и гривой и хвостом цвета «виридиан». На ней был полный комплект боевой брони и тактическое снаряжение, множество гранат различного назначения и прибор ночного видения, а оружием ей служила штурмовая винтовка со сдвоенными с помощью синей изоленты для быстрой перезарядки оружия магазинами и коллиматорным прицелом и крупнокалиберный пистолет, расположившийся в кобуре на задней левой ноге. Командир отряда. Позади неё плёлся земнопони в уже испачканном в местной грязи классическом костюме, вооружённый только десятимиллиметровым пистолетом. Очевидно, не член отряда, вероятно наниматель. Замыкал колонну наёмник-зебра классической расцветки в серо-зелёном плаще с капюшоном, куда более большом, чем у единорога и не позволяющем рассмотреть его снаряжение и вооружение поподробнее, такой же минималистичной защите, как и у единорога-арбалетчика, и комбинезоне техника Стойла с цифрой «17» на воротничке. Комбинезон был весьма потёртый и явно на размер, а то и два больше, значит это не бывший обитатель Стойла, одёжка ему досталась иным путём. Его причёска была абсолютно не характерна для зебр и придавала сходство с Дональдом Трампом. Из всей компашки Пип-Баков не было только у обоих земнопони. —Мисс Квайт… Это точно единственный безопасный способ преодолеть город? – поинтересовался сопровождаемый земнопони, с отвращением разглядывая болотистую жижу у себя под ногами. —Да, если вы, конечно, не горите желанием потерять полдня на, то чтобы его обойти, – ответила ему единорожка. —Но почему мы не можем просто пройти поверху, как и планировалось изначально? —Слышали стрельбу? После взрыва её больше не было, а значит гули сейчас быстро дожрут своих жертв и начнут разбредаться по городу, проскочить незамеченными поверху никак не выйдет, а нарываться на орду гулей вы не хотите, уж поверьте. —Откуда вообще тут взялось столько этих тварей? Мой информатор неделю назад сообщал что в городе обитает лишь несколько банд рейдеров и отдельные небольшие группы мутантов. —Миграция. Уж не знаю, что заставляет их это делать, но иногда они просто срываются с насиженных мест и переходят от города к городу. Эти пришли откуда-то с севера. Гидеон, куда дальше? —Прямо. Через две трубы сворачиваем направо, чтобы обойти гнездо – соваться туда слишком опасно. Там дальше обвал будет, уходим в технические помещения, через них выходим в подвал городского управления канализации, оттуда спускаемся уже по ту сторону завала, возвращаемся на маршрут и метров через триста выходим из канализации через очистные сооружения у пересохшего озера, – ответил ей арбалетчик. Хорошая новость. Наш курс с гнездом никак не пересекается, как и с их курсом. —Проблемы предвидятся? —Кроме того, что взрыв пробудил этих поганцев от дневного сна, из-за чего они будут то и дело мешаться у нас на пути, иных проблем возникнуть не должно. —Хорошо. Выдвигаемся. Порядок прежний. Отряд наёмников покинул перекрёсток, а мы остались выжидать, пока они отойдут на достаточное расстояние, чтобы не заметить нас во тьме канализационных труб. Нам предстоял ещё довольно долгий путь – по моим расчётам, мы должны достичь окраин города примерно через полчаса, если нас ничто не задержит. И хотя пока что больше тварей мы не встречали, и никаких признаков возможной близости к местам их дислокации не наблюдалось, у меня всё же был один повод для беспокойства. Я чувствовал, что с Луной что-то не так, она была поглощена какими-то мрачными думами. Конечно, я всегда мог просто посмотреть, о чём она размышляет, для нас в этом не было ничего постыдного, мы не держали друг от друга тайн, но мы всегда знали где остановиться, какие мысли лучше оставить личными, и я чувствовал, что эти как раз из таких, и влезать в них было бы крайне бестактно. «Луна, с тобой всё в порядке?» «—Да… Да, конечно… Хотя кого я обманываю? Нет. Конечно нет» Она немного помолчала, собираясь с духом. «—Блэки… Прости меня» «За что?» – неожиданное заявление Луны меня немало удивило, я не сразу понял о чём, а вернее О КОМ она говорит. «—За Имперу» «Имперу? Ох, нет… Нет, нет, нет, ты ни в чём не виновата! У нас не было другого выхода» «—Да, бой был безнадёжен, у нас не было ни единого шанса. Но от этого не легче. Просто после стольких лет…» После стольких лет… Более двухсот лет прошло с тех пор, как Луна отдала свой последний приказ, отправив кого-то умирать. Бремя командования – не самое лёгкое бремя, но для Луны это бремя было особым. Она знала их всех. Каждого своего подданного. Она оберегала их во снах с самого их рождения. И когда во время той ужасной войны ей удавалось найти хоть немного свободного времени и использовать его чтобы осчастливить хотя бы нескольких пони… Когда я просматривал её память я прочувствовал всю ту боль, которую она испытывала, видя скольких дверей не хватает. «—Я совсем отвыкла от этого чувства. Чувства вины за тех, кто погиб в результате твоего приказа. Мне жаль Имперу, это не должно было так закончиться, я разделяю твою боль утраты. Но больше всего я виню себя за то, что тебе пришлось этот приказ исполнить. Бросить Имперу. Я знаю, поступать так – не в твоих правилах, ты никогда раньше не бросал товарищей в беде. Ты пытаешься отвлечься от этого, но я вижу, что мысли о том, что было бы поступи ты иначе, продолжают мучить тебя. Я чувствую всю эту колоссальную боль и знаю, что это моя вина» «О, Луна, не вини себя. Я поклялся вернуть тебя к жизни, и я сделаю это, чего бы мне это не стоило. Жертва Имперы не будет напрасной, впереди нас ждёт победа, она отдала свою жизнь за лучшее будущее для миллионов пони. За меня не беспокойся, мне не впервой кого-то терять… Главное знай – я ни в чём тебя не виню» «—Спасибо, Блэки» *** Крышка канализационного люка сдвинулась, обрушивая на нас нестерпимый после долгого времени, проведённого под землёй с заклинанием Герти в качестве единственного источника освещения, свет. Я высунул голову из люка и, прикрывая глаза ногой от палящего Солнца, осмотрелся. Мы вылезли на окраинах города и тут вроде чисто, да и в любом случае гулям нас уже не окружить – чуть что можно дать дёру прямиком на Пустоши и хрена с два эти уроды гнилые нас догонят. Мы с Герти поднялись на поверхность и немного постояли, привыкая к освещению. —Ну что, в путь? —А разве мы не должны подождать, пока Импера нас найдёт? Ох… Она же ещё не знает… —Герти… Импера… Она погибла. Привычный оптимизм словно ветром сдуло с её лица. —Но… Как? Когда? —Она остановилась в опасной близости от крыши. На неё прыгнул гуль и утащил вниз, к орде. На глазах Герти выступили слёзы. —Нет… Нет… Не может быть… Я присел рядом и приобнял её. —Она погибла, Герти. Пожертвовала собой, чтобы мы смогли спастись. —Нет… Она уткнулась в мою гриву и разрыдалась, а сверху на неё капали мои слёзы. Какое-то время мы просидели так, обнявшись и плача. Мы потеряли боевого товарища. Наши приключения только начались, а мы уже несём потери. —Есть традиция… Когда кто-то умирает… Сказать что-то на прощание. Похоронная речь. —Конечно. Мы так и сделаем. Герти закрыла глаза и немного посидела, собираясь с духом. Затем она вновь открыла их и, устремив свой взор к небу, заговорила: —Импера, я знала тебя совсем немного, прошло всего шесть дней с тех пор, как ты принесла в город раненного Блэкфайра. Ты начала наше знакомство с того, что спасла пони, которому я обязана жизнью, а я… Я произвела дурное впечатление. Я понимаю, моё поведение иногда бывает не слишком адекватным… Но, несмотря на это, ты ни разу слова плохого мне не сказала, не была против чтобы я путешествовала с вами, помогала мне и прикрывала меня. Хоть я и думала, что ты немного странная, я всегда считала тебя замечательной пони. Знала, что, хоть ты и не выставляешь этого на показ, в душе ты очень добрая. Мне так жаль, что мы не успели познакомиться поближе и узнать друг друга лучше… Прости меня, если я случайно чем-то тебя обидела. Покойся с миром. На этом она замолчала. Пришёл мой черёд. —Импера, я знал тебя не на много дольше чем Герти – всего на день, итого лишь неделю, но даже за столь короткое время ты стала для меня одной из самых близких пони. Думаю, никто не сможет сказать какой ты была лучше, чем уже сказала Герти. Ты была верной и доброй, терпеливой к недостаткам других. Ты была лучшим боевым товарищем, о каком только можно мечтать, без тебя все мои авантюры закончились бы плачевно. Мне бы очень хотелось назвать тебя другом, но я не знаю, считала ли ты другом меня. Наверное, я и не заслуживаю твоей дружбы… Ты никогда не бросала меня. Даже в самые трудные минуты, когда любой другой спасал бы свою шкуру, ты рисковала собой ради меня. Так было и сегодня. Импера, тогда, в наш первый день, ты спасла мне жизнь, а сегодня я не смог отплатить тебе тем же. Прости. Прости меня, Импера. Нам будет не хватать тебя. Покойся с миром. —Столько тёплых слов… И все обо мне. Спасибо. Когда мои ушки уловили знакомый голос, я встрепенулся. Волна эйфории прокатилась по мне, я оказался накрыт ощущением абсолютного счастья, печаль и скорбь покинули меня, а на их место пришёл бескрайний позитив. Я прикрыл глаза, наслаждаясь моментом, моя улыбка растеклась до самых ушей. А потом моя радость перелилась через край и, резко развернувшись, я заключил в объятия зелёную аликорницу, опередив Герти. —Импера! Ты жива! —Жива, здорова и в полной боеготовности. Отлипнув от Имперы, я наконец рассмотрел её получше. Я не видел её не многим больше часа, но уже настолько смирился с мыслью, что больше никогда её не увижу, что теперь казалось был готов смотреть на неё целую вечность. Повреждения на её крыле были уже почти незаметны, о травме напоминал лишь недостаток оперения. А Герти снова плакала. Теперь от радости. —Ну давай, иди сюда, обними меня. Её не нужно было просить дважды. Герти заключила Имперу в объятия. —Я так рада что ты жива! —Я тоже, – с улыбкой ответила Импера. —Как ты смогла уйти от гулей? – поинтересовался я. —Моя специализация – магический щит. Я смогла продержать его достаточно долго, чтобы частично восстановить крыло. Уйти от них по воздуху не составило труда. —Импера, я… Конечно, она уже слышала мои извинения, но я хотел просить прощения вновь, теперь имея возможность получить ответ, но она жестом остановила меня. —Не стоит. Ты сделал то, что нужно было сделать. Ты ничем не мог помочь. Даже если бы тебе удалось пробиться ко мне и обеспечить отход, твоё тяжёлое снаряжение не позволило бы тебе выйти из боя достаточно быстро. Это было моё сражение, и я с ним справилась. Луна тоже испытывала невероятное облегчение. Даже несмотря на наш разговор, всё это время она продолжала мучиться угрызениями совести и чувством вины, а теперь они наконец отпустили её. «Эй, хорошо всё то, что хорошо кончается, верно?» *** —Видишь что-нибудь? —Какое-то движение внутри есть… Но это точно не живое существо. Может робот, а может просто что-то из лёгких металлоконструкций надломилось и болтается на ветру. Окна мутные, обзор плохой. —А периметр? —Ни единой живой души. Никакого движения. Есть турели… Но я сомневаюсь, что они ещё способны стрелять. —Что ж… Значит придётся проводить разведку с более близкой дистанции. Возможно даже разведку боем. Вы оставайтесь тут. Герти, если что-то пойдёт не так, подавай сигнал – стреляй из револьвера, такой звук я точно услышу. —Хорошо. Я взлетел и набрал высоту побольше, чтобы наружные системы обороны комплекса, если какие-то из них ещё работоспособны, не засекли меня. Долго мой полёт не продлился – это пешком от нашего укрытия до завода было минут пятнадцать, а по воздуху куда быстрее. Точкой приземления я избрал крышу завода, оттуда периметр просматривался превосходно, и, судя по всему, турели меня тут не замечали. Ну, или просто они все действительно сгнили от двухсотлетнего воздействия неблагоприятного постапокалиптического климата. Кроме турелей, какой-либо другой потенциальной угрозы в районе не наблюдалось, во внутреннем дворе копошились только крысы. Сам двор был довольно обширный, та его часть, которую я мог обозревать со своей позиции, состояла из разрушенного блокпоста на въезде, дороги, идущей от него к заводу и разветвляющейся на три пути – один к главному входу, где были припаркованы не подлежащие опознанию остовы транспортных средств на гужевой тяге; другой к стоянке грузовиков, занятой тремя громадными машинами, навеки застывшими на стадии погрузки (ну, или разгрузки, теперь уже и не поймёшь); а последний третий в обход здания завода куда-то на ту сторону, вероятно по этому пути в здание доставляли всякую мелочь вроде еды, воды и новых карандашей; окружено всё это было изрядно порушившимся от времени бетонным забором, на котором раньше была колючая проволока под напряжением, теперь проволоки там осталось совсем немного, да и функции свои она вряд ли способна выполнять, скорее рассыплется от малейшего прикосновения, не говоря уже о напряжении – его там определённо уже давно не было. Крыша завода находилась в ненамного лучшем состоянии чем забор – существенная её часть провалилась внутрь, прямо в цеха. Огромные окна цехов были разбиты, и через них внутрь нанесло немало почвы, на которой уже вырос небольшой лесок. Я же стоял на участке крыши прямо над складом готовой продукции, именно туда нам и предстояло проникнуть. Осталось убедиться, что на заднем дворе тоже всё чисто. Я перешёл на противоположную сторону крыши и осмотрелся. Задний двор был весьма скромен в размерах и определённо, как я и предположил ранее, не предназначался для заезда крупных грузовых машин. В доставленных сюда ящиках лежали двадцатилитровые бутылки для кулеров, а одна из припаркованных повозок представляла собой холодильник для перевозки еды. Жаль вода уже наверняка непригодна для питья, а спарк-двигатель повозки, от которого был запитан и холодильник, давно сдох, и еда попортилась. Тут тоже чисто. Правда какой-то странный треск появился… Ой, это подо мной! Я взмахнул крыльями и поднялся в воздух как раз вовремя – через несколько мгновений кусок крыши, на котором я до этого стоял, обвалился, открывая проход (хотя правильнее, наверное, сказать пролёт) в офисное помещение. Я приземлился на обломки крыши, которые теперь устилали пол. Большая часть офисных столов оказалась либо раздавлена, либо серьёзно повреждена, но некоторым повезло, на одном их них даже стоял уцелевший терминал. Вот им-то я и решил заняться. Я уселся на стул, пристроил рядом свою винтовку, направив её ствол на входную дверь на уровне груди среднестатистического пони, расположился поудобнее, нажал на кнопку включения и… Ничего. Экран моргнул и почти сразу погас. Чёрт. Хотя если они так похожи на Волт-Тековские… Хрясь! Я со всей дури залепил копытом по верхней части терминала. Устройство тут же ожило и выдало приветственное сообщение. Хех, они оказывается не только взламываются одинаково, но и чинятся тоже. Правда после жизнерадостного приветствия мне тут же вылезло окно для ввода пароля. Ну конечно, пароль, как же без него. Пароль оказался достаточно лёгким, я потратил на взлом совсем немного времени. И вот наконец передо мной главное меню. Так-с, посмотрим, что тут у нас… Внутренние сообщения… Скука смертная, даже смотреть не буду. Личные сообщения… О! Оу… Ого! Ах ты развратница, это ж надо такое придумать: «Моя кисонька жаждет насладиться компанией твоего пёсика». Или это я такой пошляк и они реально говорили о кошке и собаке? Хех, не, судя по содержанию остальной переписки тут похоже именно то, о чём я подумал. Так-с, ладно, не будем лезть в личную жизнь давно умерших, глянем что у нас тут ещё есть… Документы и отчёты, в основном о погрузке и разгрузке. Нет, это не интересно. О! Пасьянсы! Классика. Ни один уважающий себя офисный работник не обойдётся без пасьянсов на терминале. Эх, жаль у меня Пип-Бака нет, скинул бы на него, раскладывал на досуге… В походе удобно очень – прогресс сохраняется, даже если не успел на привале закончить, можно потом продолжить. Больше в терминале ничего интересного не нашлось, и я уже собирался встать со стула и покинуть помещение так же, как и попал в него, но тут из коридора донёсся характерный звук, издаваемый гусеницами робота. Незваный гость. То ли запоздало отреагировал на звук рухнувшего потолка, то ли случайно сюда заехал. Что-ж, ему же хуже. Вскоре дверь отворилась, на пороге стоял робомозг. Заметив меня, он начал говорить: —Обнаружен посторонний. Постороннему лицу предписывается… Я не стал его дослушивать. Двенадцатимиллиметровая пуля прошила корпус робота, приведя его в полную негодность. —А тебе предписывается баю-бай. В здании поднялась тревога. Ну, вернее попыталась подняться. Красная лампочка над дверью мигнула пару раз и с характерным хлопком взорвалась, а динамики и вовсе даже и не подумали сработать – завод остался погружённым в тишину. Впрочем, роботы сигнал наверняка получили. Ладно, всё равно избежать этого нам бы не удалось – стоит подстрелить одного из них, как об этом сразу узнают все, а пройтись по заводу совсем не пересекаясь с роботами вряд ли возможно. Задерживаться тут мне больше ни к чему, пора отчитаться о результатах вылета и вернуться сюда уже втроём. —Блэки, ты в порядке? Мы слышали выстрел, – задала вопрос Герти, стоило мне только приземлиться рядом. —Да, я в норме. А вот роботу не повезло. —Как обстановка? – поинтересовалась Импера. —Двор чист. Не могу утверждать на сто процентов что турели небоеспособны, но они очень похожи на таковые. Внутри нас ожидает стычка с роботами. Это далеко не самый ключевой завод, ожидать серьёзного сопротивления не стоит, но лучше не расслабляться. Импера с сомнением посмотрела на свои пистолеты-пулемёты. —Мне потребуется более крупный калибр. —Вот, держи! – Герти с улыбкой левитировала Импере свою винтовку, – Блэки, ты не мог бы одолжить мне свой пистолет? —Конечно, – я левитировал ей своё оружие. Теперь мы были готовы к атаке на завод. Я приготовил к бою зебринскую винтовку, Импера убрала набок прицел винтовки, сделав из неё таким образом оружие средних дистанций, а Герти вооружилась моим пистолетом и своим револьвером. Вскоре мы были у главного входа. Турели во дворе действительно оказались неработоспособными – ни одна из них так и не среагировала на нас, а вблизи стали заметны повреждения, из-за которых они наверняка уже никогда ни на кого не среагируют. За входными дверями отчётливо слышался звук, производимый гусеницами ещё одного металлического злюки с повадками вахтёра. А двери-то старые, насквозь ржавые… —Входим по-крутому или по-обычному? —По-крутому! По-крутому! – Герти однозначно обозначила свою позицию. —Выбор тактики в данном случае не сыграет решающей роли, – Импера, как я понял, проголосовала за вариант «мне пофиг». —Значит по-крутому. Хэй, мистер робот! – я постучал в дверь, одновременно доставая дробовик. Звук гусениц ненадолго стих, а затем начал приближаться. Когда по моим расчётам он достиг двери, я отпрянул от неё и дал залп. Дробь вышибла и без того державшиеся на соплях двери и размазала по стенкам мозги робомозга. Мы ворвались в помещение, занимая укрытия. Справа нас тут же атаковали ещё два робота, я всадил очередь в одного из них, и он вспыхнул. Пожар распространился быстро, и враждебно настроенная единица техники стала разваливаться прямо на ходу, прекратив стрельбу. Второго сняла Импера – её точный выстрел поразил проводку, лишив мозг связи с остальными системами. —Склад прямо там! – я указал на массивные и неплохо сохранившиеся железные двери, со стороны которых пришли роботы. Из памяти Луны, бывавшей на этом заводе, я знал, что, когда мы покинем предбанник, слева от нас будет просторный холл первого этажа и лестницы, ведущие на верхние этажи, поэтому в холл я выскочил заранее выцеливая потенциальные угрозы. Цель обнаружилась сразу – очередь из зебринской винтовки отправила на металлолом ещё одного робота. И тут же характерный звук известил меня о том, что меня взяли на мушку сразу две миниатюрные потолочные турели. Перекатом уходя с линии огня, я дал очередь на звук, и, судя по характерному хлопку, турель успешно повстречалась с тремя зажигательными пулями и этой встречи не пережила. Я уже собирался выставить щит, но новый хлопок, совмещённый со знакомым громким «БАМ!», издаваемым при выстреле уникальным револьвером калибром крупнее старых советских противотанковых ружей, известил меня о том, что эту проблему уже решила Герти. Ещё один выстрел – это Импера сняла робота, выехавшего откуда-то с тыла – и помещение зачищено. Мы собрались у дверей, ведущих к нашей цели. *вычитка остановилась тут* —Импера, Герти, занимайте позиции по бокам. Я приготовился к бою и толкнул дверь, но она не поддалась. Заперто. Что-ж, для того и отвёртку таскаю… Сейчас мы с тобой разберёмся, замок. Ох легко было сказать… Прошло уже немало времени, а проклятый замок так и не сдался. Шпильки ломались одна за другой, их запас понёс весьма заметные потери. Переоценил я свои силы, о неприступности этого склада для потенциальных воришек тут позаботились хорошо. —Чёрт! – от злости я заехал по двери копытом. Ауч! Не стоило этого делать, я и забыл совсем что она толстая и железная… —Может я попробую? – предложила Герти. —Конечно. Почему нет? Хуже-то уже не будет. Да и сложновато мне будет теперь сосредоточиться на взломе, когда копыто так ноет… Герти пристроилась к замку и принялась за работу. Первый блин оказался комом – шпилька не выдержала. Впрочем, продержалась она целую минуту, моим «бойцам» так не везло… Но вот начинается вторая попытка. Герти аккуратно, не торопясь, перемещает шпильку и отвёртку, прислушиваясь к каждому звуку. Так она просидела две минуты, а затем… Щёлк! —Открыла! – радостно воскликнула Герти. «—Кажется ты уволен, – с улыбкой сказала Луна, – У нас новый штатный медвежатник» «Ну уж чем-чем, а этой работой я не дорожил» – я улыбнулся в ответ. —Молодец, Герти. Мы снова заняли позиции. —Ну… Раз, два, три! Я распахнул двери, готовясь в любой момент открыть огонь или выставить щит… Но склад встретил нас лишь гробовой тишиной. Я присвистнул, привлекая внимание, но ответом мне стало лишь эхо. —И всё? Никакой охраны? Как-то это слишком легко выглядит. Ступайте осторожнее, может тут ловушки… Я осторожно вошёл в помещение, поглядывая под ноги в поисках растяжек, мин, нажимных пластин и прочих неприятностей. Не забывал и про потолок – его я тоже внимательно осматривал, выискивая турели. Но ни того, ни другого в помещении не оказалось, ничто не мешало нашему продвижению по помещению мимо возвышающихся до самого потолка громадных стеллажей, заваленных деталями для роботов. В основном не слишком высокой степени сохранности. Да что там детали, даже сами стеллажи были далеко не в лучшем состоянии, чему способствовали дыры в крыше, через которые во время дождя сюда заливалось немало воды. Из-за слишком грязных стёкол свет почти не проникал через окна и некоторые лужи до сих пор не высохли, помещение было погружено в полумрак. —Что-то это место совсем не выглядит так, будто тут может находиться работоспособный мозг, – Герти, обозревая помещение, пришла к тем же выводам что и я. —Надеюсь это так. Потому что если то, за чем мы пришли, здесь, его сохранность вызывает у меня большие сомнения. В любом случае даже втроём искать его тут можно долго, не то что до темноты, до утра вряд ли управимся. Где-то тут должен быть терминал, если он уцелел, в нём мы сможем найти информацию обо всём, что хранилось на заводе, это должно помочь в поисках. —Предлагаю разделиться, так мы найдём терминал быстрее, – выдвинула идею Импера. —Согласен. Мы разбрелись в разные стороны. Помещение склада было крайне обширным. Я брёл во тьме мимо бесконечных рядов гусениц, пустых баков под мозги, корпусов, электронной начинки и прочих необходимых деталей, без которых приличного робота не собрать. Чего тут не было, так это оружия, его производили отдельно, на военных заводах и уже потом собирали всё это вместе… —Ай! – вскрикнула Герти. —Что такое?! Неужели всё-таки есть ловушки? —Да тут какая-то железяка со стеллажа упала, на полу валяется. Её ж, заразу, в темноте не видно совсем! Я споткнулась… Хорошо, всё в порядке… Самому бы тут не навернуться, и в правду ведь темно. Я шёл сквозь мрак, напевая себе под нос: —Мы стоим у берлинских ворот, Два с половиной миллиона человек, С шестью тысячами танков в наших рядах, Используем их, как таран. Артиллерия нам путь расчищает, Миллионы снарядов запускают, Нацисты должны заплатить за свои злодеяния, Сломлены крылья орла… Оп. А это уже интересно. Дверь, ведущая в небольшое обособленное от склада помещение с окном. Окно правда такое же грязное, как и те, что смотрят на улицу, так что пока не зайду – не узнаю, что там внутри. Эту дверь не пришлось просить дважды – лёгкий толчок, и она открывается. Всегда бы так. Судя по тому, что предстало перед моими глазами, именно в этом небольшом, но некогда довольно уютном кабинете и располагался терминал. Ранее располагался. Сейчас его тут не было, на офисном столе расположились лишь канцелярские принадлежности и несколько папок из картотеки, представленной двумя шкафами у стены напротив стола. А ещё записка. —Посмотрим, что у нас тут… «Терминал забрал на ремонт, как ты и просил. Как закончу – верну. Если понадобятся какие-то файлы – ты знаешь, где его искать» Ну спасибо, очень информативно. Он то знал… А вот я не знаю. Что-ж, надеюсь терминал всё ещё в здании и его успели привести в порядок. —Цель обнаружена, – уведомила Импера. Ну, теперь, похоже, и я скоро узнаю. Терминал Импера обнаружила на другом конце склада. Герти добралась до места раньше меня и теперь копалась в его электронной начинке, сняв заднюю стенку. —Насколько всё печально? —Весьма. Жёсткий диск повреждён, звука нет, видеоадаптер на ладан дышит, охлаждение не работает, на экране много битых пикселей. Тут кто-то уже покопался до меня, пытался всё наладить, я смогу закончить работу, но данные с повреждённых секторов мне не восстановить, я всё-таки совсем не по этой части, и ещё звука всё равно не будет – карту похоже просто выкинули, настолько она испортилась. —Сделай что можешь, будем надеяться то, что нам нужно, в памяти сохранилось. Герти провозилась с терминалом минут пятнадцать, но в итоге всё-таки выдала: —Готово! Работать будет. Ну, по крайней мере какое-то время… —Тогда не будем его терять. Я уселся за терминал. Как я и предполагал, он был забит подробными перечнями всего что хранится на складе с точными указаниями, где что лежит. Периодически списки перемежались абсолютно невнятными строками вида «?№:ТРртщ?*№?:%:!*(». Списки были действительно большими, под стать складу, и их пролистывание не доставляло никакого удовольствия. И всё же через целую вечность копания в запчастях и немыслимых конструкциях из случайных знаков на глаза мне попалась искомая строка. «Бак с мозгом, готовый к установке». —Есть! Нашёл. Так, и где же ты у нас прячешься… «Бак с мозгом, готовый к установке. № 7.3.6.14. Статус: Отсутствует. Примечание: Перемещён в кабинет начал…» Что-то вспыхнуло внутри терминала и экран погас. —Всё, сдох адаптер. —Хрен с ним. Кажется, я знаю где мозг. Судя по тому, что я успел прочитать, его переместили в кабинет какого-то начальника. Тут на заводе было всего три начальника – начальник охраны, начальник ночной смены и начальник предприятия. Кроме последнего никто не подходит, остальным двоим этот мозг без надобности. —Если это типовое сооружение, то кабинет должен располагаться в помещении цехов, на втором этаже, – отметила Импера, – Вероятно наличие охраны и защитных систем. —Видел я эти цеха. Судя по всему, охрана там пребывает не в лучшем состоянии, чем турели во дворе. Крыша провалилась почти полностью, там уже лесок вырос. —Значит проблем не возникнет. Со склада в цеха вели такие же двери, как и те, через которые мы на склад вошли, только эти были не заперты. Несмотря на то, что какого-либо сопротивления мы не ожидали, мы всё равно заняли те же позиции, что и при входе на склад, осторожность нам уж точно не повредит. Импера всё предположила верно. Как только я открыл двери, я сразу заметил не менее двух роботов. Вернее, то, что от них осталось. В отличие от своих более везучих собратьев, всё это время остававшихся в более-менее комфортных для железа комнатных условиях, эти роботы были отданы во власть стихии. Им повезло уцелеть при обрушении потолка, но они были добиты самой природой. Были тут и турели, в основном в виде расплющенных кусков металла, кое-где виднеющихся между бетонных плит, но нашлась и парочка целых, крепившихся к сохранившимся в относительной целости и сохранности участкам потолка, но они были обесточены – провода остались в рухнувшей части крыши. Основные разрушения, что закономерно, пришлись на центр помещения, от производственного оборудования остался только металлолом, да и его чтобы куда-то использовать пришлось бы сначала выковыривать из-под обломков крыши. И среди всего этого росли неказистые деревца да кусты. Мостки, которые должны были вести в кабинет на условном втором этаже (так-то этаж у цехов, конечно, был один), из которого открывался прекрасный вид на рабочее пространство и можно было контролировать кто трудится, а кто филонит, конечно же были приведены в состояние полной непригодности, уцелели только участки в непосредственной близости от самого кабинета, крыша цехов над которым ещё более-менее держалась. Впрочем, препятствием для нас это не стало – мы быстро преодолели цеха и забрались наверх. Импера и я с помощью крыльев, а Герти благодаря моему заклинанию замещения. Дверь в кабинет конечно же оказалась заперта, но теперь-то для нас это не было проблемой. Вскоре мы были внутри. Помещение пред нами было функционально поделено на две части. В первой главенствующее место занимал большой стол с терминалом по центру, вентилятором, телефоном, кружкой c портретом владельца и конечно же далеко не дешёвым письменным набором руководителя, включающим в себя в том числе и флаг Эквестрии. Помимо стола тут были так же удобное кресло на колёсиках, стулья для посетителей, кофемашина, кулер с водой, небольшой холодильник, шкафы со всякими бумагами, документами, папками и прочей макулатурой (они тут вообще по всему помещению располагались в немалом количестве) и сейф, устроившийся на полу, между двух шкафов, рядом с дохлой пальмой. В центре второй части помещения, ближней к окнам, выходящим на цеха, расположился кофейный столик, рядом с ним стоял большой диван, а по бокам – кресла в том же стиле, напротив дивана, по другую сторону стола, расположился флипчарт, где как раз были нарисованы какие-то диаграммы, наверное как-то связанные с объёмами производства, на потолке в сложенном виде расположился экран, изображение на который видимо предполагалось проецировать с проектора, лежавшего за стеклянными дверями в одном из шкафов. Эта часть кабинета предназначалась для презентаций. Характерный звук гудения уведомил меня, что холодильник всё ещё работает, вода в кулере на вид вроде ничего так, чистенькая, а уж если где-то тут ещё и кофе для кофемашины найдётся… —Предлагаю вскрыть сейф, если где-то тут этот мозг и есть, то наверняка там, а затем прямо здесь и устроить привал. —Поддерживаю! – ответила Герти. —Единогласно, – Импера огласила итоги голосования, учтя и свой голос. —Ну, Герти, сейф твой. Пока Герти шла на другой конец помещения, я решил произвести ревизию содержимого ящиков стола. Я начал с самого большого из них и… Бинго! Чипсы! В вакуумных упаковках, а значит в полной целости и сохранности! Ого, да тут аж пять пачек… Нет, шесть, вон ещё одна! —Ой. Блэки, а тут нет замка! – Герти оказалась поставлена в тупик отсутствием того, что предполагалось взламывать. Немудрено, сейфы, которые можно открыть и с терминала, и с ключа не такая уж и редкость, а вот сейфы, открываемые только с терминала, встречаются не часто. —Наверное он привязан к терминалу, сейчас разберусь с ним. Я уселся в кресло босса, откинулся на спинку и, положив задние ноги на стол, как и подобает настоящему боссу, занялся терминалом. Он конечно же был запаролен и пароль был весьма сложный. Методом научного тыка и многочисленных перезагрузок мне удалось узнать, что слово это вероятно начинается на «ре». —Ре, ре, ре… Что у нас есть на ре? Репетиция? Нет, коротковато. Репрезентация? Нет, это уже наоборот слишком длинно. Реставрация? Ну, с размером положим угадал, но не то. Репродукция? Нет, опять не то. А может ревальвация? В этом определённо есть логика… Но нет, не подошло. Что-то мне подсказывает что я брожу вокруг да около. Вот попадался мне уже на глаза (образно говоря) правильный ответ… Но когда? Я тут особо много сделать то и не успел, только небольшую реви… О! Точно! Ревизионизм! Вводим, нажимаем… Подошло! Уж не знаю где тут логика и почему именно ревизионизм, но всё-таки именно он. Раз! Одно нажатие на кнопку и… —Открылся! – радостно уведомила меня Герти. —И как? —Он тут! Мозг тут! Вроде выглядит как нормальный здоровый мозг. Не то чтобы я видела много нормальных здоровых мозгов… Обычно я вижу их в плачевном состоянии. Но этот определённо нормальный и здоровый. Я вылез из кресла. —Отлично. Пусть пока там полежит, заберём, когда будем уходить. А теперь я предлагаю приступить к... Обжираловке! – с этими словами я распахнул дверь холодильника. Пред моими глазами предстало солидное количество продуктов питания. Увы, большинству из них не помог даже холодильник – молочка и свежие овощи так долго не хранятся, но вот что тут точно годилось к употреблению во внутрь, так это бутылка шампанского. Целая, не открытая, бутылка холодного шампанского! А ещё хлебцы. Не знаю зачем их положили в холодильник, они и без него неплохо хранятся, но так или иначе они тоже целые и пригодные в пищу. —А я пакетики нашла! – уведомила меня Герти, – Написано, что кофе. Странно, я думала оно делается из зёрен… —Растворимое. Гадость редкостная, – прокомментировала Импера. —Ого, да среди нас кофеман, – я удивлённо посмотрел на напарницу. —Я… Я не знаю, – честно призналась Импера, – Это было что-то вроде… Мимолётного наваждения. —Попробуй всё-таки, вдруг ещё чего вспомнишь. —Хорошо. Но если не понравится – вылью. —Да на здоровье, всё равно пока мы здесь выпить всё мы явно не успеем, а целую кофемашину я на себе не потащу, можете даже не просить. —А я пока видео нам сделаю! – заявила Герти, левитируя на стол проектор с явным намерением подключить его к терминалу, – Будет как в кинотеатре! Минут через пятнадцать мы собрались на диване, налив себе по кружке кофе и бокалу шампанского и прихватив с собой чипсы и хлебцы. Герти успешно подсоединила проектор к терминалу и нашла в одном из ящиков стола кассету с видеозаписью. —Ну, дамы, предлагаю выпить за успех нашей авантюры. Пусть и в дальнейших наших странствиях нам сопутствует успех! —Пусть они будут весёлыми! – подхватила Герти. —И пусть на нашем пути больше не встают орды гулей и вообще любые враждебно настроенные орды, – отметила Импера и другую немаловажную черту, которую нам хотелось бы видеть в будущих путешествиях по Пустошам. —За успешные, весёлые и безопасные авантюры! – подвёл итог я. —За успешные, весёлые и безопасные авантюры! —За успешные, весёлые и безопасные авантюры! Мы чокнулись и выпили. —И так, дамы и господа, леди и джентлькольты. Мы начинаем! – с этими словами Герти, не слезая с дивана, телекинезом нажала кнопку на проекторе, и на экране перед нами появилось изображение. «Робронко, флагман роботостроения нашей Родины…» *** Я оторвал взгляд от презентации и взглянул на полупустую бутылку шампанского. На внутренней стороне задней этикетки я заметил какую-то надпись. Левитировав бутылку поближе к себе, я прочитал её: —Ревизионизм. Мда… Всё-таки надо было сначала выпить, а потом вскрывать сейф. Импера отхлебнула из своей кружки кофе. —Ну как? Вспоминается что-нибудь? —Нет. Но теперь я точно уверена, что растворимый кофе – дерьмо, – с этими словами она вылила остатки напитка в горшок из-под цветка, стоявший рядом с её креслом.