Сжигая мосты: Похороненные заживо

...Крик Билла и глухой треск раздались одновременно. Тяжело дыша, Том сделал назад шаг, затем еще один. Когда зажмурившийся Билл рискнул приоткрыть глаза, он увидел, как его бывший муж пулей вылетел из кухни. Стул, пробивший ножками слотешницу, угрожающе торчал всего в полуметре от него. А Том, взбежав по ступенькам в спальню, схватил сумку Билла и вытряхнул все содержимое на кровать, быстро обнаружив искомый телефон. Где пребывал его собственный, он не имел ни малейшего понятия, но это было так неважно; дрожащими руками Том набрал Артура. - Приезжай немедленно, или я просто убью его. *** Лиз обрабатывала укус на плече Тома, не говоря ни слова, но при этом ее молчание было очень красноречиво. Леманн упрямо держался, отвлекаясь от ее осуждения разглядыванием устроенного на кухне погрома. В это же время в гостиной Артур занимался разбитым лицом Билла. Что бы там друзья ни думали, а за свои ответные насильственные действия по отношению к бывшему супругу Тому стыдно не было. Билл первый начал и отнюдь не выглядел жертвой в этой ситуации. Хотя кое-что в корне неправильное во всем произошедшем, как в драке, так и в предшествующих ей событиях, все же имелось. - Окей, я не прав, - в какой-то момент Том все же не выдержал. – Видимо, из-за сталкера у меня тоже мозги потекли. В нашей семье Билл эксцентричный, а я уравновешенный, - покладисто стал он перечислять, - Поэтому у него есть оправдание, а у меня нет. Мне так же не стоило затевать всю эту ерунду с разводом, решение о котором должен принять он. Я должен был сам все обдумать и решить проблему, не взваливая это на него: Билл не умеет принимать серьезные решения, все делает на эмоциях. Поэтому он всегда косячит, а я исправляю. Прекрасно его зная, сделать то, что сделал я, было трусливо. - Так пойди и исправь все сейчас. Том вздохнул и остался сидеть на месте. - Я хочу, чтобы он разобрался в себе. Пока он этого не сделает, разговаривать нам все равно не о чем. Лиз зло пихнула его ладонью в затылок, заставив голову Тома качнуться как игрушечную. Сильно нахмурившись, он оглянулся через плечо. Лиз ответила сердитым взглядом. - Мы с тобой о чем договаривались? Что ты постараешься выяснить, почему Билл изменился, выяснишь, что его беспокоит на самом деле. А ты что сделал? Кинул его одного разбираться со своими проблемами. Гениально, Томас! – и не сдержав чувств, Лиз снова ударила его по затылку, и Том снова не успел увернуться. - Да прекращай ты! – возмутился он, обиженно потирая пострадавшую голову. – Как я по-твоему могу помочь ему? На пальцах объясню, как он должен себя вести и что чувствовать? Знаешь, как далеко он меня пошлет с таким списком требований? - Сам говоришь, что мозговой центр в вашей семье ты, вот и придумай, как сделать так, чтобы он тебя не послал. - Ты не понимаешь, Лиз, - Том покачал головой и потянулся к стоящей на краю стола бутылке. Виски осталось уже меньше трети. Но не успел Леманн сделать и глотка, как наглые пальцы с длинным маникюром отобрали у него алкоголь, и бутылка исчезла за спиной девушки. - Да, потому что это твой муж, Том. Это ты его знаешь с пеленок. И из вас двоих более адекватен сейчас тоже ты. Я понимаю, что ты боишься не меньше него, но если и ты сейчас заистеришь или спрячешь голову в песок, от вашей семьи точно ничего не останется. Я знаю, что лезу не в свое дело. Но вы так любите друг друга, я никогда раньше такого не видела, и вряд ли увижу. Так что не могу позволить вам все похерить. Не сдавайся, Том, пожалуйста. Том вздохнул. Видимо, идти мириться первым снова предстояло ему. Когда Билл вернет себе трезвость рассудка, Том ему это припомнит. В гостиной Билл встретил бывшего мужа хмурым взглядом, сходу давая понять, что видеть его сейчас не желает. Том это «дружелюбие» проигнорировал. - Извини, - ровно произнес он, останавливаясь перед сидящим на диване парнем и глядя ему в глаза, - Мне не следовало посылать тебя к психиатору. Билл сжал губы в тонкую линию; он явно еще не прекратил обижаться. Отвернув голову, он скорее походил на ребенка, которого стоящая над душой мама заставляла просить прощения в ответ. - И ты извини, что укусил. Ну вот, вроде бы, и помирились. Через пару часов оба окончательно отойдут, и инцидент будет исчерпан. Вот только, а дальше что? Причина их обоюдного срыва никуда не делась, они все также сидели в глубокой яме и просвета не видели. Стоящий с ваткой Артур смерил хмурым взглядом обоих. Том выдернул его с работы, серьезно напугав своим заявлением, и примчавшись уже через пятнадцать минут, он обнаружил Леманнов в разных концах дома: Билл в гостиной напивался джином, сидя прямо на полу у открытого бара в окружении бутылок. За те пятнадцать минут сильно напиться он не успел, но выглядел просто ужасно с заляпанным кровью лицом. Том обнаружился в спальне наверху, в полуадекватном состоянии скидывающий свои вещи в сумку. Еще минут через десять появились Макс и Лиз. Артуру очень хотелось отчитать друзей как своего четырнадцатилетнего племянника: уровень развития казался одинаковым. Но вместо этого он в последний раз прижег ссадину на брови Билла, ловко заклеил ее пластырем и отошел, присев на подлокотник кресла и скрестив перед собой руки. Билл благодарно кивнул и быстро забрался на диван с ногами; появившаяся вслед за Томом Лиз встала у блондина за спиной, оперевшись локтями о спинку. Все молчали, будто чего-то ожидая. Тишина затягивалась. - Вы это серьезно? – Артур подбородком кивнул в сторону раскиданных на журнальном столике документов, подтверждающих согласие на развод их «нерушимой» пары. Голос недвусмысленно выразил, что он ни разу не одобрял устроенный Леманнами цирк. Том, не сдержавшись, посмотрел на Билла с преувеличенным любопытством. Ничего не изменилось – это решение оставалось не за ним, и он как и все хотел знать, к чему пришел Билл. - Я это серьезно, - осуждение Артура никак не повлияло на сидящего на диване парня, он ответил, глядя другу в глаза, а затем повернулся к Тому: - Я хочу попробовать. Время смириться с этой мыслью повторно у Тома было, и он спокойно кивнул, соглашаясь. - Ну и что теперь? – фыркнул Артур. – Вы разъедитесь? Будите видеться исключительно на работе? И как долго будет длиться этот ваш перерыв? - Вы больше не любите друг друга? – подал голос Макс, с самого начала молча подпирающий стену. Том и Билл оба посмотрели на него, и никто не посмел ответить. – Тогда зачем вам это? - Из-за меня, - спустя минуту тишины, признал Билл, отворачиваясь, - Я схожу с ума, отсюда все проблемы. Извините, что и вас в это втянул. Казалось бы, это не та ситуация, где требуются дебаты для принятия окончательного решения. Только мнение Тома и Билла имело значение. Но в то же время, все присутствующие понимали, что ничего хорошего не выйдет, если оставить партнеров снова одних. - Вы оба творите какую-то хрень, мутите воду из ничего, - категорично высказал Макс, в нескольких словах описывая то, что думали и Артур, и Лиз. Леманны не были согласны, что причин нет, но вот с тем, что выходил какой-то абсурд, спорить не получилось бы. В дверь позвонили. Других гостей никто из хозяев не ждал, и Том устало провел ладонью по лицу, не горя большим желанием выяснять, кого и зачем принесло к их порогу. Быстро вставший Артур опередил его, сам направляясь к двери, и проходя мимо, сжал плечо Тома в знак поддержки. Никто из оставшихся в комнате еще не знал, что на порог Леманнов принесло человека, который одним своим присутствием сделает все существовавшие до этого проблемы несущественными. *** Артур не возвращался уже несколько минут, и в гостиной висело неловкое молчание. В какой-то момент Билл нетерпеливо обернулся, будто надеялся через стену рассмотреть, что там происходило, и Том все же встал, направляясь проверить. Еще на подходе он услышал, что Артур с кем-то разговаривал, а парой секунд позже образ дополнился хмуростью и нетерпеливым тоном. Артур явно пытался избавиться от непрошенного гостя, и Том появился за его спиной с намерением положить конец препирательству. Присутствие Артура с ними в гостиной было крайне желательно. Выражение лица визитера изменилось мгновенно, стоило ему заметить Тома. Он смотрел так, будто увидел приведение – ужас, шок, неверие. Том и сам остолбенел, безошибочно угадывая в сильно изменившемся за пять лет парне старого друга. - Том, - Энди пришел в себя первый и склонил голову, будто здороваясь, будто не стояло между ними похорон и почти пяти лет веры в самоубийство; будто они малознакомые люди, случайно встретившиеся на светском рауте. Способность говорить к Тому не вернулась. Он продолжал смотреть, переживая тотальное крушение всех надежд, не в силах выдавить даже ответного приветствия. - Билл, полагаю, тоже где-то здесь? – полувопросом произнес Энди и без приглашения вошел внутрь, самостоятельно проходя туда, откуда появился Том. Парень, только пару минут назад мнущийся в неуверенности, стремительно наглел. Выяснив, что приведшее его дело не жестокая шутка, а реальность, он ощущал, как действительность превращается в калейдоскоп, раскрашенный злостью и весельем. Артур тупо закрыл дверь. - Что ж, полагаю, он не ошибся адресом. Том перевел взгляд на блондина, не улавливая, о чем он говорил, а затем бегом сорвался вслед за нежданным гостем. Он как раз успел увидеть, как в ужасе подпрыгнул Билл, рывком оказываясь на ногах и отшатываясь на добрый метр. Энди уже почти смеялся, явно находясь на первой стадии истерики, но от этого его улыбка не стала менее жестокой. - Здравствуй, Билл. Хорошо выглядишь, как для покойника. Билл не ответил, во все глаза глядя на старого друга. Том неслышно обошел диван, вставая позади него и ненавязчиво касаясь локтя. Билл сам вцепился в его руку. - Как ты здесь… Почему ты… - Как я узнал? – подсказал ему Энди, враз расслабляясь. Очевидный ужас парней делал его хозяином положения. – Это все, что ты хочешь узнать, Билли? «Билли» смотрел в глаза Андреаса, и очевидная насмешка приводила его в чувство. Билл ненавидел, когда на него смотрели так. - Кому ты успел рассказать? – вопрос прозвучал резко. - Девиду? Маме? Или уже дал интервью в BRAVO? Vogue? Times?! – Билл повышал голос, и это Том знал, что он на грани истерики, но для отвыкшего Энди такой напор был неожиданен. - Никому… - Том, сейчас же, мы уезжаем! – Билл повернулся так круто, что Тома обдало воздухом, и он едва успел схватить его за запястье, останавливая. - Куда, Билл? – ужасающе пустой взгляд Тома хлестнул отрезвляющей пощечиной. Билл смотрел на Тома безумным взглядом, и внутри штормовой ветер со свистом разносил карточный домик. Пиковый валет, червовый валет, удачная карьера, счастливый брак. Из-под разлетевшихся иллюзий решительно показывался сожженный скелет старой реальности. - Все кончено. Даже не вспомнив о разводе, о недавней ссоре, свидетелях, настолько это все было несущественно, Билл влетел в тело Тома. Обхватывая темноволосую голову руками, он притягивал ее к своему плечу, зарываясь пальцами в длинные волосы и оказываясь не в силах сдержать внутреннюю дрожь. Том в ответ сжимал его до хруста в ребрах, было больно дышать, но сейчас разомкнуть объятия значило потерять навсегда. - Пожалуйста, - Билл смотрел на Энди через плечо Тома с обреченной мольбой. Очередная смена настроения. – Молю тебя, Энди, не забирай его у меня. Андреас, несколькими секундами ранее упавший в кресло, смеялся так, как смеются совсем не от веселья. Казалось, он смеялся над собой, охватив голову руками и сильно наклонившись. Он до последнего не верил, что это могло быть правдой, что эти двое могли быть живы, но вот, доказательства стояли перед ним и выглядели такими же помешанными друг на друге, как и 5 лет назад. Слова Билла оборвали его смех, но истерическое веселье никуда не делось. - Отнять, Билл? Да разве существует во вселенной хоть одна сила, способная вас оторвать друг от друга?.. Билл зажмурился. На комнату опустилась такая тишина, что было почти слышно, как колотятся сердца горе-влюбленных. Длилось молчание долго, Энди успел успокоиться, а Леманны попрощаться. Их друзья успешно слились с интерьером. В какой-то момент Андреас резко встал, из-за чего со скрежетом сдвинулось кресло, и Билл едва не заработал сердечный приступ. - Энди, не уходи! – Билл панически дернулся, почти выбравшись из объятий Тома. - Я не ухожу, - буркнул парень, избегая на них смотреть. – Курить хочу. Пока парень бил себя по ногам в попытке найти сигареты, Том потянул бывшего мужа к дивану, но от попытки усадить себя на колени Билл увернулся, опустившись рядом. Их бедра соприкасались, а переплетенные пальцы легли Тому на колено. Энди, бросив случайный взгляд, замер. На сейчас свободных от массвшных украшений руках Билла оказалось заметно обычное золотое кольцо. Обручальное. - Да ладно? Успел выскочить замуж, Билл? – такое количество яда редко можно было услышать из уст обычно миролюбивого парня. Но день сегодня был далекий от обычного, это правда. Энди быстро оглянулся, наконец, замечая других присутствующих в комнате. И если по Лиз он просто мазнул взглядом, то на Артуре и Максе основательно задержался, оценивая. Его выбор пал на последнего: очевидно, Андреас пришел к выводу, что мужественный типаж больше во вкусе Билла. - Ты, да? – под почти презрительным взглядом Макс сильно нахмурился, но, получив тычок Лиз, ничего не сказал. Это был настолько ослепительный, настолько неожиданный луч надежды, что Том ляпнул, совершенно не подумав: - Так ты не знаешь? И все. Надежду стоило посыпать пеплом. Билл окаменел, а Том закрыл глаза, мечтая вырвать себе язык. Андреасу потребовалась целая минута, чтобы додуматься, но этот процесс был запущен, и ни одна попытка исправиться не спасла бы Леманнов от его понимания. Сначала он смотрел недоуменно, потом – с сомнением, а затем его лицо исказил такой ужас, будто прямо перед ним разделывали ребенка тупым топором. И если бы Энди спросили, скорее всего, он бы выбрал ребенка. - Нет, - он качал головой. – Это не может быть правдой. Не может. Вы со странностями, но это перебор даже для вас. Дьявол! – Энди очень смачно выругался и, круто отвернувшись, почти пробежал круг по комнате в попытке как-то взять в толк. Пазлы вставали на места слишком быстро. Все их странные взгляды, бесконечный физический контакт, слишком близкое общение… Люди списывали на особую связь, но все оказалось так просто. Так. Просто. Они трахались. И не было там ничего возвышенного или трогательного. Мерзкие уроды. Да как они только… Андреас вдруг ощутил резкий спазм в горле, наглядно представив, чем они могли заниматься за закрытыми дверями, и бросился к окну, не зная, где тут у этих ублюдков уборная. Блевать было особо нечем – за последние сутки он мог пить только воду и кофе, слишком нервничал. И не напрасно, дьяволу их души. Он боялся узнать, что они действительно живы и сфабриковали свою смерть. Лучше бы он так и остался в счастливом неведении. Он не хотел даже знать об этом дерьме, не то что находиться с ними в одной комнате. На одной планете. Действительно, в сравнении с этим их подстроенная смерть и ее последствия - ничто. Они даже слишком логичны. И пока Энди плевался, кричал, обзывал их последними словами, пара на диване сидела совершенно неподвижно. Крепко зажмурившийся Билл давился безмолвными слезами, когда Том даже не замечал, что тоже плакал. Они с ужасом ждали этого дня с того самого момента, как все решили. И прежде… Казалось, всю свою жизнь они шли сюда. Всю сознательную жизнь жили с ожиданием реакции близких. И вот она – реакция. Она ужасна. Наконец, Андреас выдохся. Сидя в кресле, тяжело дыша, он исподлобья смотрел на Леманнов. - Так вы поэтому бежали? – требовательно спросил он, хотя и так знал ответ. Том посмотрел на Билла, и не было в его голосе прежней гордости и счастья, только обреченность. - Я люблю его, - Билл не посмел поднять глаза после всего, что они сказали и сделали друг другу за сегодняшний день. Том повторил еще раз, только теперь повернувшись к Энди. – Я люблю его. Всю жизнь любил. Энди передернуло, но произнес он с похвальным спокойствием, хотя и делая над собой очевидное усилие: - Хорошо, - он явно старался абстрагироваться от факта «любви» этих двоих, чтобы рассматривать ее как факт, как причину, без эмоций. Он все же пытался докопаться до логики, потому что знал себя: не выговорившись, не получив удовлетворительных ответов, он не сможет выбросить эту парочку из головы. И упорно отказывался слушать внутренний голос, настаивающий, что он и так никогда не сможет забыть, что они сделали. – Хорошо, вы любили. Всю жизнь. И что? Зачем было бежать? Никто не пытался вас оторвать друг от друга, вам прощали любые странности, списывая на вашу "особую связь". Черт возьми, да вам всю жизнь спускали столько... ⁃ Девид пытался, - оборвал Билл, кусая дрожащие губы - Он поймал нас почти сразу, ещё когда мы только начали работать над группой. И из-за него мы два года изводили друг друга ревностью. А он следил, глаз не спускал, и периодически устраивал нам выволочки даже за то, что мы просто друг друга касались. ⁃ Он никогда не давал нам забыть, что он в курсе нашей… ненормальности. ⁃ А потом, в какой-то момент мы сорвались и… - Билл прикрыл глаза, качая головой. – Ты не сможешь себе вообразить, как это сложно – быть ему братом. И когда мы все же переспали, у Тома случилась истерика. Даже у него нервы сдали, а я… Узнай об этом Девид, и все. Просто - все. Энди пренебрежительно фыркнул. ⁃ Ну, конечно, сейчас. Вы стали для Йоста золотой жилой, ничего бы он вам не сделал. ⁃ Извини, что у нас не возникло желания это выяснять, - ровным голосом возразил Том. ⁃ Карьеру нам он, может, и не угробил бы, но управу точно нашёл. Рассказал бы маме, как минимум. Думаешь, ей бы это далось легко? ⁃ Билл, не смей прикрываться заботой о матери, - тут же зашипел Энди, собственными глазами видевший, какого пришлось Симоне. - Люби вы ее на самом деле, никогда бы так не поступили. И я не только о фальсификации смерти, я в первую очередь о том дерьме, что вы творите друг с другом в постели. Билл подавился словами, придавленный грубо высказанной в глаза правдой. ⁃ Энди, хватит, - Том осторожно погладил плечи Билла. – Ты не можешь упрекать нас в нелюбви к матери. И неужели ты правда думаешь, что мы бы сделали то, что сделали, если бы видели другой выход? Ты хорошо знаешь, как мы мечтали выступать, и должна быть очень веская причина, чтобы мы решили отказаться от всего, когда уже почти своего добились, - Том смотрел в злые глаза бывшего друга, продолжая попытки мужа оправдаться, хотя оправдание у всего навороченного было только одно. - Хотите знать, что было после вашего живописного ухода? - Нет. Энди усмехнулся. - А я все равно расскажу. Потому что Симона…. - Нет, замолчи! – вскрикнул Билл, подлетая с места. – Что случилось с ними? А ты хоть представляешь, что было с нами? - Сами виноваты. Билл резко успокоился, умерев свой пыл, и посмотрел на Энди, поджав губы. - В том, что было с нами после, возможно. Но я умирал морально каждый день и до, когда все мы еще старательно двигали машину под названием Tokio Hotel. В том, что люблю его, тоже я виноват, да? Я старался прекратить это, старался вырвать из себя это… - Не строй страдальца, Билл, у вас и так все было! – Энди тоже повысил голос. - Никто не посмел бы оторвать вас друг от друга – никому бы и в голову не пришло, вы ведь чертовы Каулитцы, все и так воспринимают вас как неделимое целое. Но вам этого показалось мало, гребаные извращенцы! - Да, мало! - Ты никогда не сможешь понять того, что чувствовали мы, Энди, - повторил Том слова Билла. Упрямо сжав губы, Энди молчал. Билл опустил глаза, уже не чувствуя почти ничего, кроме грусти. Сил бояться, предполагать, надеяться, не осталось. Он продолжал держать Тома за руку и хотел, чтобы их просто оставили в покое. Этот момент выбрала Лиз, чтобы прочистить горло и осторожно поинтересоваться. - Братья? Сводные? Том и Билл одновременно повернулись, только теперь вспоминая о друзьях. Энди тоже встрепенулся; присутствие посторонних, способных разделить его точку зрения, дало ему новый запал. - А ты всмотрись внимательнее в их наглые рожи и ответь на свой вопрос сама. Лиз послушно посмотрела, и оба Леманна – или точнее Каулитцы – знали, что теперь ни щетина Тома, ни макияж Билла не смогут сбить никого с толку. - Ну, они немного похожи… - Немного? – возмутился Андреас. - Да ты, девочка, вероятно, слепая. - Энди, не надо, - негромко попросил Том в последней попытке как-то спасти репутацию. Друзья не должны были все это слышать, все это знать. И пережить сейчас еще и их реакцию они едва ли способны. - Что, Том, хочешь скрыть свой позор от друзей? Нет уж, раньше надо было думать, когда Билла в загс тащил, - разумеется, Андреас не собирался проявлять к ним и толику жалости. Не заслужили. Он повернулся к Лиз. – Эти двое – близнецы, однояйцевые, похожи, как две капли воды. И как сами признались, уже много лет ебут друг друга. Том и Билл видели только, как Лиз прикрыла ладошкой в шоке приоткрытый рот и медленно опустилась на подлокотник последнего свободного кресла, избегая смотреть на других своих друзей. Ну, вот и здесь все кончено. - И как ты теперь планируешь поступить? – почти безразлично спросил Билл. – Отправишься в прессу? - А почему бы и нет? С какой стати мне вас покрывать? Вы не представляете, что началось после вашей «смерти». И не смей перебивать меня, Том, - Энди бросил беглый взгляд на старшего из близнецов. - Я не позволю вам остаться в счастливом неведении, эгоистичные вы ублюдки. Резко встав, он снова принялся мерять шагами комнату. Том и Билл действительно не хотели этого знать; с момента побега из Германии они сознательно избегали всех упоминаний собственной фамилии в прессе. Никаких форумов, интервью и видео-обращений. К счастью, здесь, в штатах, это было не сложно устроить: популярность Tokio Hotel проникла не так глубоко, они так и не доехали сюда с туром. - Не буду говорить о себе, хотя это было охренеть как дерьмово потерять сразу обоих лучших друзей, да к тому же выяснить, что ты ничерта о них не знал, раз прошляпил мысли о самоубийстве. А теперь оказывается, что и не только это… - Энди снова перекосило, только теперь Каулитцы видели помимо отвращения еще и боль. Очевидно, их сексуальную связь Андреас видел не только мерзостью, но и личным предательством. Его лучшие друзья с самого детства ему лгали, претворяясь не теми, кто они есть. Делая вид, что они лучше, когда между ними всегда жило это. Глубоко вздохнув, Андреас продолжил: - Шеффер и Листинг. Еще помните таких? Из-за вас они потеряли не только работу и все шансы чего-либо добиться в шоу-бизнесе, но оба потом еще год посещали специалистов, потому что они были там. Они видели пожар, последовавший после взрыва, и даже пытались за вами вернуться. За друзьями, блядь. А Йост? Журналисты его просто растерзали - столько обвинений, и не только в прессе. На него завели дело! Йост два года отбыл в колонии, и до сих пор на условном. К карьере в шоубизнесе он тоже никогда не вернется, но это уже так, мелкие уточнения. Кстати об этом, у вас ведь были тысячи, если не миллионы, фанаток. Юных, помешанных на вас девчонок-подростков. Вы хоть примерно представляете, сколькие из них последовали вашему примеру и вскрыли себе вены, попрыгали с крыш и наглотались таблеток? Они потеряли кумиров, а еще выяснили для себя, что самоубийство может быть выходом. Ну а ваша мама? - Андреас остановился посмотреть им в глаза. - Какого было вашей маме, а? Энди так хотел задеть, так сильно хотел сделать больно, чтобы поквитаться, отомстить, отыграться за ту боль, что пережил сам и многие другие по их вине. Это казалось честным и справедливым. И расписывая последствия в самых натуральных красках, он с успехом достигал цели. Оба Каулитца выглядели так, будто сами уже готовы встать и выйти в ближайшее окно. Билл снова плакал, и держать за руку Тома ощущалось невыносимо. Он ненавидел себя, ненавидел то, что они сделали, что они чувствовали. Ему так хотелось вернуться к началу, в детство, и чтобы их с Томом разделили, еще когда они только родились. Чтобы не случилось ничего – чтобы вся жизнь была совершенно другой. Но только что они теперь могли сделать? Ошибка на ошибке, последствие на последствии, прошлое дышит в спину. Что они теперь могли исправить?