uptown fun

Он выглядел идеально: зализанные волосы были спрятаны под цветастой банданой, а поверх была надета фетровая шляпа с мелкими полями, на запястье болтались настоящие Rolex, шея затекала от веса золотой цепи, белая майка превосходно оттеняла светло розовый пиджак, а остроносые туфли были начищены до блеска. — Чувак, я в шоке. Ты выглядишь шикарно! — воскликнул Зейн. — Мой отец оценил бы это. Ты прямо на стиле, как он говорит. — Я красив, молод, элегантен, и да, я — гангстер. Гарри. Гарри Стайлс. — сказал Гарри собственному отражению в зеркале, прихорашиваясь и поправляя рукава. — Давай просто сделаем вид, что ты не произносил этого. — закатил глаза Зейн. — Уточним план. Стайлс поднял большие пальцы вверх, широко улыбаясь. – Ты едешь к, скажем, Элвису, который живет на Манхеттене, точный адрес записан у тебя в телефоне. Так? — Так, — согласно кивнул Гарри. — Там ты говоришь ему, что ты — правая рука мистера Малика, который просит вернуть, скажем, долг. Так? — Так. — Ты забираешь этот, скажем, ящик и везёшь его прямо сюда. Так? — Так, а потом я передаю его твоему отцу, и всё в ажуре. — закончил довольный Гарри, любуясь отражением в зеркале. — Не перебивай меня!.. Ты вечно все портишь. — обиженно проворчал Малик. — Прости, мой чёрный брат, я уже весь в выполнении задания. Увидимся позже, ладно? — Пошёл к чёрту, Стайлс. Гарри подмигнул Зейну и выскочил из комнаты, направляясь к гаражам, где он запрыгнул в идеальный чёрный кабриолет, принесший ему удачу. — Малышка, мы покорим их, — Гарри погладил пальцами панели и включил музыку, прибавляя звук погромче. Он смотрелся так хорошо в этой машине, что у него самого кружилась голова. Это было настоящее чудо. Стайлс завёл машину, и мотор заревел как в тот самый раз. Это была самая настоящая музыка для его ушей, сводившая с ума. Дорога по Квинсу была сплошным удовольствием. Гарри ехал в ворованном кабриолете по улицам, где он провел все свое детство. То и дело ему встречались знакомые, каждому из которых парень коротко махал рукой и скептически окидывал взглядом, граничащим с презрением. Он производил впечатление на каждого: богато одетый молодой человек на дорогой машине. Словно пришелец из другого мира. Дорога же в Манхеттене была совершенно другой и по ощущениям Гарри, и по окружавшим его машинам и пешеходам. Дорогие магазины сверкали начищенными витринами, в которых отражались богатые пешеходы в дизайнерской одежде и спортивные машины, выглядевшие как на обложке дорогих спортивных журналов. Всё было иначе, но Гарри вписывался в эту картину. И ему это нравилось. Он не мог оторвать взгляда от окружавших его людей. Однако внутри него всё же было опасение, что его могут арестовать в любой момент. В тот момент, когда он в очередной раз остановился на светофоре, его взгляд упал на девушку, что стояла на тротуаре. В ее сумке сидела крошечная собачка, а в руке тлела тонкая сигарета, от которой пахло ментолом за километр. Она громко говорила по телефону. Гарри усмехнулся. — Парень, тебе не нужна такая, как она, — Гарри услышал мужской голос и обернулся. На соседней полосе дороги стояла крошечная Ferrari, стекло окна с правой стороны которой было опущено. С водительского места широко улыбался парень лет двадцати пяти с голубыми глазами и мелкой сеткой морщинок под ними. Его русые волосы были уложены почти также, как делал это Гарри ежедневно. Гарри сделал как можно более отстраненное лицо и отвернулся, ожидая зеленого сигнала светофора. — Отличная тачка, кстати. И, чёрт возьми, ты выглядишь как настоящий гангстер из Стейтен-Айленда. Я почти боюсь тебя. — парень практически лёг на пассажирское сидение, опираясь только на пристёгнутый ремень безопасности. — Я — Луи. Гарри едва заметно улыбнулся, но виду не подал. Он был на задании, и какой-то богатенький мальчишка не мог испортить его планы. — Ладно, я буду звать тебя Маркус, или как у вас, гангстеров, это принято... Стайлс не дослушал окончания этого предложения, вдавливая педаль газа до упора и уносясь от симпатичного парня далеко вперед. Ему почти понравился этот нахал, но задание было намного важнее. Парень лишь однажды посмотрел в зеркало заднего вида, чтобы увидеть, как водитель спортивной машины ухмыляется ему в след. Через пару минут он домчался до места назначения и с гордо поднятой головой выпрыгнул из кабриолета (он никогда не научится просто открывать дверь). Мистер Икс, Майлс Джонсон, как оказалось, жил в огромном небоскребе в самом сердце сердца Нью-Йорка, в пентхаусе на последнем жилом этаже. Сердце Гарри невольно вздрогнуло, когда он зашёл в зеркальный лифт, стоивший больше всей его собственности в Квинсе. Парень отражался во всех зеркальных стенах, подсвечивавшихся неоновыми лампами и сенсорным экраном, приветствовавшим вошедшего и предлагавшим выбрать нужный этаж. Когда Гарри ввел нужные цифры, экран высветил надпись: «56 этаж — Резиденция Мистера Джонсона». Двери плавно закрылись, а лифт начал набирать сумасшедшую скорость, от которой закружилась голова, и перехватило дыхание. Буквально через несколько секунд лифт остановился раньше положенного этажа, и двери так же плавно раскрылись до того, как Гарри успел понять, что это был не его этаж. В лифт вошёл молодой парень, тот самый, что так откровенно приставал к Гарри на светофоре. Лицо парня расплылось в улыбке, едва он заметил парня. — Не ожидал тебя здесь встретить, мой молчаливый друг. — он снял солнцезащитные очки и подмигнул Стайлсу, из последних сил пытавшегося игнорировать вошедшего. — Маркус, мне кажется, что ты глухонемой. Слышишь меня? Ты живешь здесь? Почему я раньше тебя не встречал? Я хочу тебя. Возьми меня прямо в этом шикарном лифте. Несчастные охранники сдохнут от зависти, когда будут смотреть видео с камер наблюдения. Гарри не смог сдержать смешка, который предательски вырвался из него. Он закрыл глаза и услышал, как Луи тоже начал смеяться. — Так-то лучше. Что насчёт твоего имени? Стайлс наконец развернулся к парню лицом и, едва сдерживая приступ смеха, раскрыл рот, чтобы представиться, как лифт остановился и механический голос оповестил: «56 этаж — Резиденция Мистера Джонсона». Луи засмеялся звонким смехом, когда Гарри передернулся и резко вышел из лифта. — Ещё увидимся, парень из пентхауса! — крикнул Луи вслед, когда двери практически закрылись. С одной стороны, Гарри мог свободно выдохнуть, а с другой — получить сердечный приступ от волнения, стоя перед огромной дверью в шикарный пентхаус. Он набрался смелости и нажал на кнопку домофона, который смотрел на него маленькой черной линзой камеры. — Кто здесь? — раздраженный голос отдался эхом по всему мраморному холлу. — Эм.. я пришёл от мистера Малика. — Гарри, мальчик мой, заходи! Надо было сразу сказать. — голос заметно смягчился, и бронированная дверь отщёлкнулась. — Иди сюда, я в гостиной прямо по коридору. *** Мистер Джонсон оказался премилым человеком. Он угостил Гарри обедом, заказанным прямо из шикарного ресторана этажом выше, рассказал много смешных анекдотов и просто был интересным человеком. — Гарри, можно быть добряком до глубины души и, при этом, хорошим гангстером. Мой кузен рассказал мне о твоей проблеме. И, знаешь, это совсем не проблема. — сказал Майлс на прощение. — Просто будь самим собой и веселись. В этом весь секрет успеха. Веселись, пока можешь. Мужчина передал ему коробку в праздничной обёртке и сказал, что та самая посылка — рождественский подарок, который Джонсон не успел подарить Малику. Гарри взял коробку, поблагодарил за всё и вышел из пентхауса, оставляя мистера Джонсона одного в огромной квартире. Парень был бесконечно рад, что встреча прошла так легко и весело. Он мигом спустился вниз к парковке и бодрой походкой направился к своей машине. Какого было его удивление и возмущение, когда он увидел, что тот самый Луи стоял, облокотившись об кабриолет, и улыбался Гарри издалека. Его взгляд бродил по коробке в руках Гарри, по его одежде и по его лицу. — Это уже не совпадение, Маркус. — засмеялся парень, а его глаза снова опутала сеть из мелких морщинок. — Я просто обязан узнать твое имя, это вопрос чести. — Гарри, я — Гарри. — Стайлс улыбнулся и протянул руку Луи для пожатия. — Отлично, Гарри. А теперь скажи кто же ты: небожитель из пентхауса на пятьдесят шестом этаже? Рождественский эльф, очень плохо выполняющий свою работу по доставке подарков? А, может, гангстер, укравший кабриолет ради выгоды? Кто ты, Гарри? Луи, несмотря на чрезвычайную серьезность в глазах, сохранял открытую улыбку. Он словно сканировал парня напротив. — Я просто Гарри, — пожал плечами тот, обходя машину и закидывая коробку на пассажирское сидение. — В таком случае, я требую ещё одной встречи, просто Гарри. Я должен раскусить тебя. — Луи практически лёг на дверцу пассажирской стороны, пока Гарри пристёгивал ремень безопасности, сидя на водительском. — Послезавтра на Кони-Айленде у колеса обозрения в восемь? — спросил Гарри, не смотря на Луи. — Увидимся там, просто Гарри. — Луи ухмыльнулся и, развернувшись на пятках, направился к своему автомобилю, стоявшему ровно напротив. *** — Нет, ты не пойдёшь на свидание с сосунком, и да, я имею полное право запрещать тебе делать это. — Зейн затушил сигарету об асфальт и поправил рукава рубашки. За весь день он даже не посмотрел на Гарри после рассказа того о симпатичном Луи из лифта. — И какое же полное право? — возмутился парень. — Ты мне не мама, Зи. Я могу делать всё, что захочу, и встречаться с кем захочу. — Ты ведешь себя как маленький. — Это ты ведешь себя как маленький. — Стайлс, ты не можешь вот так просто взять и пойти к богатенькому мальчику. Что о тебе подумают парни? Что о тебе подумает мой отец? — Меня и так все презирают, — буркнул Гарри. Он точно решил, что пойдет на встречу назло Зейну и его приказам. Малик продолжил гневную тираду о том, почему манхэттенцев стоит избегать и как внешний вид Гарри спровоцировал лишний интерес со стороны сосунка. Но Стайлс не слышал ни слова — он был слишком зол и возмущен, чтобы оценивать речи Зейна по достоинству. Встреча с Луи могла бы стать его билетом в жизнь, если бы не угнанный кабриолет и не пропасть между их мироощущениями. А ведь парень был действительно красив и привлекателен. Гарри только и мог думать о сетке морщинок, окружавших небесно-голубые глаза, когда парень искренне улыбался. Встреча на Кони-Айленде, как на нейтральной территории между Манхеттеном и Квинсом, могла бы стать судьбоносной. И Гарри ни секунды не сомневался, что игра стоила свеч. Придя домой после нудного разговора с Маликом младшим, Стайлс оглядел свою скромную крошечную комнату, большая часть которой была завалена дорогущей одеждой. Ему всегда хотелось вырваться, стать чем-то большим, чем неуклюжий подросток на побегушках у отца Зейна. Парень включил музыку на полную мощность и начал собираться на встречу. (И он ни разу не подумал, что это было свидание, что вы). Предыдущим утром Гарри был одет, как настоящий гангстер, что, безусловно, нравилось ему, но казалось не подходящим для сегодняшних событий. Ему хотелось не ударить в грязь лицом, но и не хотелось выглядеть так, будто он долго готовился (а он долго готовился). В конечном счёте, он решил надеть свои самые узкие джинсы, разодранные на коленях, стоившие около трёх долларов в Бруклинском секонд-хенде, и рубашку Saint Laurent, что была подарена родителями Зейну, но не подошла тому по размеру, и он добродушно отдал ее лучшему другу. На ногах как обычно были поношенные Chuck Tailors. Выпрямлять волосы у него не было ни сил, ни желания, так что он повязал их очередным шарфом, как делал это всегда. Было очень глупо ехать через весь город на угнанной машине, так что Гарри сел в автобус, совершенно не вписываясь в его атмосферу. На улице было еще очень светло, и он мог видеть, как за окнами уныло прогуливались пешеходы, провожая воскресный вечер и надеясь на отмену понедельника. На месте он был практически в восемь, так ему не пришлось оправдывать свое опоздание. Луи, как оказалось, тоже прибыл вовремя. Он стоял, быстро строча сообщения в последней моделе iPhone, и покачиваясь в такт игравшей музыки. Кони-Айленд был сплошным аттракционом, так что туристы и просто местные жители сновали тут и там, убивая время, деньги и здоровье, поедая бесчисленные сладости в киосках. Луи со всем своим внешним видом никак не вписывался в общую атмосферу. Он был одет в шорты-бермуды, подвёрнутые выше колена и открывавшие бесчисленные татуировки на ногах. Его плотный торс скрывался за невероятно тонким кашемировым свитером, облегавшим каждый изгиб. На ногах были новенькие кеды, всё же протёртые и немного испачканные. Это был тот самый прикид, который Зейн называл «вы-не-имеете-права-арестовывать-меня-мой-папа-адвокат», который носили все Манхэттенские сосунки. Гарри потёр ладонями друг об друга, чтобы убедиться, что они не потеют, и подошел к парню. Он простоял так пару мгновений, а затем, наконец, решил громко прокашляться. — Гарри! Я думал, что ты уже не придёшь. — Луи засиял улыбкой, убирая телефон. Он окинул парня взглядом. — Отлично выглядишь. Хипстер. — Эй! — Гарри легко толкнул того в плечо и скорчил злое лицо. Его взгляд совершенно случайно скользнул по вырезу свитера, отмечая идеально выточенные ключицы. — Ладно, просто Гарри, поведай мне, кто же ты? — сказал Луи проигнорировав выпад. Он вытянул руку в сторону безлюдной набережной, приглашая Гарри на прогулку. Тот кивнул головой и неловко улыбнулся, стараясь не запнуться обо что-нибудь. — Мне восемнадцать, и я, вроде как, заканчиваю старшую школу. А еще моя фамилия говорит, что я стильный, — начал Гарри. Он был в сомнении, что нужно было сказать парню, что вообще говорили в таких ситуациях. — Неплохое начало. Я Луи Томлинсон, изучаю литературу в Гарварде, но сейчас на каникулах в скучном Нью-Йорке, потому что все мои друзья в Майами и, в целом, я тут схожу с ума. У близняшек скоро день рождения, а я даже не представляю, что подарить им обеим, Лотти говорит, что я ужасный старший брат, а... — Луи болтал так быстро и несвязно, что Гарри мог бы подумать, что тот немного нервничал. Но почему кто-то такой красивый будет волноваться рядом с просто Гарри? — Ты заговариваешься, Луи Томлинсон, — мягко остановил его Стайлс. — А ты засматриваешься, стильный Гарри, — Луи подмигнул ему и взял пальцами за его локоть, отводя в сторону, чтобы пропустить вперед велосипедистов. Когда те проехали вперед, рука парня продолжила мягко держаться за локоть, а тот и не собирался убирать ее оттуда. Они продолжили гулять по набережной, которая заметно опустела — туристы спешили вернуться в отели, потому что ночной Бруклин был не менее опасен, чем Куинс, а местные жители расходились по домам, чтобы провести воскресный вечер перед телевизором. Залив был спокоен как никогда, даже несмотря на усилившийся ветер. Солнце медленно скрывалось за небоскрёбами Стейтен-Айленда. Гарри слушал быстрые и высокие рассказы Луи, а тот, в свою очередь, упивался медленными и ленивыми словами, изредка срывавшимися с губ Гарри. Это выглядело как идеальное свидание, но это не было свиданием. И Гарри не забывал напоминать себе об этом. Он лишь пару раз действительно засматривался на чертовски привлекательного парня, который словно намеренно то резко поднимал руки вверх, оголяя полоску загорелой кожи над шортами, то оттягивал ворот свитера, чтобы провести рукой по ключицам. Лишь однажды он попался. (Хотя сам Луи видел каждый его нервный вздох и томный взгляд, что льстило ему). — Боже, детка, это же так просто, — Луи закатил глаза и развернул Гарри за локоть лицом к себе. — Смотри и повторяй за мной. Ты раскрываешь свои огромные, но не лишенные собственного очарования, ноздри и вдыхаешь воздух. Вот так. Луи глубоко вдохнул, прикрывая свои небесно-голубые глаза. Гарри с еще большим недоумением посмотрел на него. — Что? — спросил он, все еще не пришедший в себя после мыслей об идеальных ключицах. — Ты снова забыл как дышать, а я научил тебя. — на лице у Луи расползлась самая ехидная улыбка, которую Гарри возненавидел бы всем сердцем, если бы не успел влюбиться (нет, конечно, нет) в нее же часом ранее. — Ты переходишь все границы, Томлинсон! — наигранно обижено и возмущенно воскликнул Гарри. — Я вызываю тебя на дуэль! — Ты думаешь, что у тебя есть шансы? — Томмо закинул голову назад и засмеялся злобным смехом (а Гарри ни в коем случае не скользнул взглядом вниз по подтянутой загорелой коже шеи, нет). — Перед тобой стоит великий и непобедимый Луинатор. Гарри в очередной раз (сто сорок пятый с половиной за один вечер — однажды он не успел завершить жест, путаясь в собственных ногах) закатил глаза и пихнул Луи локтем в бок. — Давай же, Хипстер-мэн, покажи на что ты способен! Томлинсон выкинул вперед кулаки и замахал ими перед лицом Стайлса. Парень громко фыркнул и почти засмеялся. — То гангстер, то хипстер, ты уже определись. — Гангстахип! Порази меня! Гарри поджал губы, пытаясь не засмеяться. Он лукаво посмотрел на Луи, все еще танцевавшего танец ниндзя перед его носом. Внезапно он сорвался с места и набросился на Луи, щекоча его рёбра и живот, совершенно не наслаждаясь ощущением вероятно тонкой кожи под кашемировым свитером. — Это нечестный приём! Га-га-арри, прекрати, боже, хватит! Не-е-ет! — Томмо залился истерическим смехом, изворачиваясь и крича нечленораздельные ругательства. — Я подам на тебя в суд, эй! Хватит! Я сдаюсь! — Будешь еще мне дерзить? Будешь? — Гарри продолжал наступать, светя самой маниакальной улыбкой. — Да! — отчаянно закричал Луи, вырываясь и отбегая на несколько шагов назад, чуть не врезаясь спиной в фонарный столб. Гарри ехидно улыбнулся и стянул с волос шарф, удерживавший не уложенные кудри. Он раскрутил его над головой словно лассо и начал медленно приближаться к покрасневшему Луи. — Ты хочешь связать меня, мистер Грей? — Томлинсон сверкнул глазами, а Гарри почти нервно сглотнул. — Я привяжу тебя к этому столбу и... — сладко протянул Гарри, медленно подходя к Луи, который не предпринимал никаких попыток бегства. Стайлс мягко накинул шёлковый шарф от Louis Vuitton за чёртову кучу баксов, подаренный Зейном на прошлое Рождество, на запястья парня напротив и повёл его к столбу. Он завязал крепкие узлы на тонких руках и шершавом столбе. Глаза Луи потемнели, а в их глубине замелькали дикие огоньки. Тяжелое дыхание еще сильнее замедлилось, а из приоткрытых губ не срывалось не звука. На лбу собрались капельки пота, уложенная чёлка местами упала почти на глаза, и щёки покраснели так, словно он только что пробежал марафон. Гарри невольно подумал, что именно так выглядит Луи после секса. — Я привяжу тебя здесь и... — Гарри намеренно растягивал слова словно подтаявшую нугу, шепча их прямо на ухо замершему Томмо. Он толкнул его бедрами к столбу и положил руки на бока. — Ты забыл как дышать? Я могу научить тебя, детка, это же так просто... Но, сначала, я... Защекочу тебя до смерти! Пальцы Гарри заскользили по ткани, и Луи вновь начал извиваться и громко кричать. Это явно было не тем, что он ожидал, но с этим уже ничего нельзя было сделать. Он сдался и опустил руки, но не прекратил извиваться, истерически смеясь. — Будешь еще называть меня хипстером? — Нет! — закричал Луи, пытаясь развязать руки. Гарри резко отскочил на пару шагов, чтобы Луи не смог дотянуться до него. Они оба тяжело дышали. Стайлс присел на землю, широко расставляя ноги. — Ты — монстр, тебе говорили об этом? — простонал невозможно высоким голосом Томмо. — Да, говорили пару раз, — пожал плечами Гарри. — Я буду говорить тебе это ежедневно, хипстер. — Только учти, что у меня еще очень много шарфов. И пальцы, ну, очень длинные. Луи рассмеялся, а затем, осознав двусмысленность фразы, подмигнул немного смущенному Гарри. — Я подарю тебе специальные наручники, детка. Вокруг было уже довольно темно, а из парка слышалась громко игравшая Drunk in Love. Фонарь был единственным источником света на ближайшие сто метров. С залива лениво дул тёплый летний ветер, что растрёпывал кудри Гарри. Стайлс закатил глаза (профессионализм был в буквальном смысле налицо) и сдержал счастливую улыбку, думая, что это было бы замечательным стечением обстоятельств, если бы Луи и Гарри каждый день смеялись до коликов в животе и рвали шёлковые шарфы, что стоят целое состояние.