Собственный выбор

- Парень, ты в порядке? Не ушибся? Эй, тебе так больно, что ты плачешь? Кто-то, скорее всего обладатель голоса, осторожно поднял Стаута на ноги. - Парень, не пугай меня. Может отвезти тебя в больницу? Омега отрицательно покачал головой, стараясь успокоиться и взять себя в руки. - Пойдем, я все-таки отвезу тебя в больницу, вдруг что-то серьезное. – Незнакомец был явно озадачен поведением Натана, который украдкой тер глаза и щеки рукавом куртки. Стауту потребовалось некоторое время, чтобы собраться и более или менее внятно ответить. - Со мной все в порядке, правда, не нужно никуда ехать. - Точно? – с сомнением в голосе спросил случайный прохожий, - Почему же плакал, если не больно? «Еще как больно» про себя подумал Натаниэль, а вслух, стараясь избежать дрожащих ноток в голосе, сказал: - Испугался, вот и разревелся, не обращайте внимания. Извините, мне стоило смотреть по сторонам. Я случайно Вас не ушиб? - Нет, конечно! – незнакомый альфа с интересом разглядывал Натаниэля, отчего тому стало неуютно, захотелось быстрее уйти. – Это ты извини, я тоже не смотрел и спешил, чуть не зашиб человека. Неудобно-то как. – Не переставая внимательно смотреть, он запустил в волнистые светлые волосы руку и улыбнулся смущенно. Натан лишь кивнул и, наспех попрощавшись, быстро побрел в сторону предполагаемой остановки. Столкновение привело брюнета в чувство, теперь он мог оценивать случившуюся ситуацию более трезво, но привести мысли в порядок ему не дали. Знакомый незнакомец зачем-то окликнул его, и Натан решил, что обронил что-то. Пока он проверял содержимое карманов на предмет потери, окликнувший его парень уже догнал Стаута и стоял рядом, улыбаясь непонятно чему. Натаниэль с вопросом взглянул на незнакомца. - Я тут подумал, - парень потер нос, - если ты спешишь, я бы мог тебя подвезти. Стаут удивленно моргнул раз-другой. Либо этот человек так беспокоится за сшибленного с ног потерпевшего, либо он что-то задумал. В голове омеги сразу пронеслись мысли о маньяках, похищающих жертв и убивающих их в темных переулках. Неизвестный альфа на маньяка внешне похож не был, но кто их знает. - Не стоит, спасибо. Здесь рядом остановка. – Сказал Натан и нервно посматривал на прохожих. Парень, опустив уголки рта, расстроенно кивнул головой, но потом широко открыл глаза и уставился на Натана. - Черт, совсем не подумал! Не бойся, я не маньяк! – он активно завертел головой в подтверждение своих слов. – Просто беспокоюсь, не сильно ли задел тебя. Извини, предложение было не уместно. Давай я провожу тебя до остановки? Будем идти по дороге, где много людей, хорошо? Идем. – Не дожидаясь согласия, незнакомец зашагал вперед. Натаниэлю оставалось идти вслед за ним хотя бы потому, что он понятия не имел, где находится остановка. Альфа бодро говорил о всякой ерунде, в то время как Натаниэль молча шел немного позади и раздумывал о мотивах его сопровождающего. Вдруг идущий впереди парень резко затормозил, и Стауту в последнюю секунду удалось остановиться, чтобы в него не врезаться. - Меня, кстати, зовут Юджин, а тебя? – внимательный взгляд золотистых глаз заставил омегу на мгновение растеряться, из-за чего тот на автомате выпалил свое имя в ответ. Юджин удовлетворенно кивнул с банальным «очень приятно» и снова зашагал вперед. Юджин задавал ничего незначащие вопросы Натаниэлю, на что последний отвечал коротко и односложно. Натан понимал, что со стороны это выглядит невежливо, но рассудительно считал, что лучше не терять бдительность и быть начеку. Его собеседник то ли не замечал сухих ответов Стаута, то ли делал вид, что не замечает. Наконец в поле зрения оказалась искомая остановка, и Натан разрешил себе немного расслабиться. Чем ближе была остановка, тем медленнее шел альфа. На короткое время он даже замолчал, но потом обогнал Натаниэля, преградив ему тем самым путь, немного помялся прежде чем спросить: - Послушай, не мог бы ты дать мне свой номер телефона, - и тихо добавил, - пожалуйста. - Зачем? – смущенный вид мнущегося парня сбивал с толку. Юджин вскинул на омегу просящий, но прямой взгляд. - Конечно, пообщаться. Ты мне, вроде как, понравился. Но не подумай, что я специально с тобой столкнулся и свалил с ног! Я, правда, не заметил, и очень рад, что не нанес тебе вреда, но потом ты меня заинтересовал, и поэтому я решил последовать за тобой. Извини, что напугал. Тебе, наверное, показалось, что я маньяк, преследующий преступные цели, но спешу заверить – это не про меня. Честное слово, я нормальный и вполне адекватный, просто временами говорю много и быстро, как, например, сейчас. Это все от волнения, вот. Когда поток слов закончился, Натаниэлю захотелось улыбнуться – настолько забавно сейчас выглядел альфа под два метра ростом, нервно переступающий с ноги на ногу. Но нельзя давать внешнему виду сбить себя с толку. - Извините, я не даю свой номер незнакомым людям. Юджин выглядел действительно расстроенным. - Но мы ведь теперь знакомые, разве нет? Ты знаешь мое имя, я – твое, если ты, конечно, сказал настоящее, - и словно испугавшись сказанного, он поспешно добавил, - я ни в чем тебя не упрекаю, ты не думай! Даже если ты представился вымышленным именем, все в порядке. Действительно, нельзя доверять первым встречным, никогда не знаешь, что у них на уме и … кажется, я говорю что-то не то. – При этих словах на лице альфы было ясно написано, что он думает о своих умственных способностях. Ни намека на комплименты. - Давай представим, что я не говорил всей той чуши минуту назад, ладно? Мне просто хочется продолжить общение с тобой. Если тебе что-то не понравится, ты можешь не отвечать мне или закинуть мой номер в черный список. – Секундное молчание. - Ну, так что? Натаниэль уже открыл рот, чтобы отказать во второй раз, но при взгляде на просящие глаза и закушенную губу парня напротив у него язык не повернулся сказать «нет». Да и в любой момент он может поступить так, как посоветовал Юджин. *** Алан просидел в ресторане еще долгое время, раз за разом прокручивая в голове сцену, главным героем которой он недавно оказался. Он не понимал, почему Натаниэль повел себя подобным образом, все ведь было нормально! Хотя стоит признаться, не совсем нормально, а точнее совсем не нормально. Видимо своим поступком Алан очень сильно разозлил кого-то сверху, раз простой обед обернулся катастрофой. И надо было его ночной ошибке появиться именно в это время и именно в этом месте - что за невезение! И ладно бы Стаут отреагировал адекватно, соответствующе ситуации, так нет же – и тут отличился. Можно было ожидать чего угодно: криков, слез, злобного шипения, даже физической расправы. В реальности ему с необычайной холодностью дали понять, что он не особо важен своему омеге, который и бровью не повел, узнав о « не измене», как охарактеризовал поступок альфы Натан. К тому же, Стаут зачем-то приплел к их разборкам официантов. Какому нормальному омеге захочется, чтоб его альфа засматривался на других парней?! Что это за упреки и претензии такие? Более того, Алану больше делать нечего, как рассматривать каких-то там официантов?! Сегодня его обвинили в высокомерном отношении к людям. Пристыдили, как какого-то несмышленого щенка. Почему он должен обращать внимание на людей, которые ему абсолютно не интересны, на которых ему совершенно плевать. Лишняя трата времени. И дело не в том, что он считает себя лучше, чем все эти официанты-продавцы-прохожие, а в том, что … что … короче, не в этом дело. Разве есть его вина, что он более успешный, обеспеченный и востребованный? Разозлив самого себя подобными мыслями, Алан резко вскочил со стула. Он раздраженно попросил счет. Оплатив обед, Тарди стрелой направился к машине. Настроение было на нуле подобно стрелке спидометра. Как жаль, что его невозможно поднять так же быстро. Дома Алан продолжал изводить себя, подпитывая свое раздражение. За вечер он успел нагрубить родителям по телефону, накричать на Саймона из-за какой-то мелочи, попытаться приготовить ужин, его же и спалить, разбить кружку. День определенно не оправдал возложенных на него надежд. Всю следующую неделю общение между Аланом и Натаниэлем свелось к минимуму. Нет, Натаниэль не стал разыгрывать оскорбленную честь и демонстративно бросать трубку или не отвечать на звонки, да и отвечать, в принципе, было не на что. За все время Тарди позвонил ему лишь однажды, и то спросил какую-то мелочь о ходе дел в ресторане и на этом замолчал. Прошедшая неделя тянулась для Натана подобно черепашке, с привязанным грузом и хромающей на одну лапу. Поступок альфы ожидаемо болезненно отразился на эмоциональном и общем фоне Стаута. Внутри царил раздрай, в голове постоянно крутились неприятные мысли, по ночам мучала бессонница. Обида сменялась непониманием, которое влекло за собой сомнения. Впервые в жизни при внимательном рассматривании себя в зеркале омега расстроился. Он нервно кусал губу и вздыхал. Может, стоит сесть на диету, начать ухаживать за волосами и кожей, руководствуясь модными журналами, телевизионными программами и советами известных стилистов или даже сходить в салон. Возможно, будь он чуточку красивее, худее, ухоженнее … Нет, никакого «возможно». Вся эта красота стоит приличных денег, которые он не имеет право тратить. Помимо трат за съемную квартиру и бытовые нужды Натаниэль должен скопить достаточно средств к тому времени, когда Джошуа окончит старшую школу, чтобы родители не беспокоились о том, где достать деньги на учебу второго сына. Работая скромным учителем и имея маленький магазинчик кондитерских изделий, можно иметь стабильный доход, но его не хватит для оплаты в престижном, а значит дорогом университете. А то, что университет должен быть престижным, Натаниэль не сомневался - это откроет перед его маленьким братишкой дверь в мир больших возможностей и лучшей жизни. На свой счет Стаут не был столь амбициозен. Ему будет достаточно, если он сможет обеспечить себе и родителям нормальную жизнь. Эти раздумья помогали парню прийти в себя, задвинуть мысли о собственном несовершенстве на задний план. Ему повезло попасть на практику в ресторан семьи Алана – его университет престижным не был, просто он единственный, где обучают поваров. Вдвойне ему повезло, когда администрация ресторана решила начислять практиканту жалование в качестве исключения за то, что превосходно показал себя. Это было крайне своевременно, ведь Натан лишился места подработки, а выжить на одну стипендию было бы весьма затруднительно. Плюс на работе сотрудников кормили, получалось экономить на еде. Сейчас работа на кухне стала своего рода отдушиной. Натаниэль очень любил то, чем занимался. Готовка всегда его успокаивала, и сейчас такой своеобразный метод психотерапии помогал справляться с напряжением. Но, если на работе удавалось частично забыться, приходя домой, цунами эмоций накрывал Стаута с головой. При всем показном спокойствии сердце Натана не переставало радостно стучать быстрее при взгляде на Алана, при их целомудренных поцелуях и объятиях, при ощущении теплой крепкой руки в своей собственной. Улыбка не сходила с лица при их разговорах, при прокручивании в голове воспоминаний об их совместном времяпрепровождении. Стаут с нетерпением ждал каждой новой встречи. Может быть, он быстро простил Тарди его прошлые поступки и слова, но ему так хотелось поверить в сказку, что он позволил себе раскрыться. Тогда, при последней их встрече, Натан сказал, что не считает Алана предателем или изменщиком. Это было правдой - они не давали друг другу никаких клятв, но от осознания этого легче не становилось. Он думал, что между ними теперь не только связь, но и искренняя взаимная симпатия, граничащая с влюбленностью. Чувство собственничества тоже имело место быть, хотя раньше Натаниэль такого за собой не замечал. Но, как оказалось, чувства были лишь со стороны Натана. А Алану омега хорошо, если не противен. Да и с чего Натаниэль решил, что может понравиться такому, как Алан? Тому моделей подавай. Даже тот наглый парень – настоящий красавчик, даром, что характер, судя по короткому знакомству, не самый лучший. Потом Стаут снова бросал взгляд на первую попавшуюся зеркальную поверхность - а чего он, собственно, ожидал? Истинный Алана должен был быть похож на самого альфу: красивый, статный, гордый, интересный, пусть даже заносчивый, а не кто-то настолько … обычный. Но так вышло, что обычный Натан был Парой Тарди, и Тарди признал его, так почему же теперь, даже совершив проступок, даже попавшись на попытке обмана, Алан не может просто поговорить, просто объясниться? Неужели ему настолько все равно, неужели только Натаниэль так сильно скучает, злясь на себя за это, но продолжая тосковать? Водоворот всех этих «может быть» и «неужели» острыми кошачьими коготками скребли в душе Стаута и служили причиной бессонницы. *** Если неделя Натаниэля представлялась черепашкой с одной хромой лапой, то воображаемая черепаха Алана делала это на все четыре. Утро понедельника принесло с собой переосмысление слов, сказанных омегой накануне. Не выспавшийся Алан уже по-другому воспринимал всю ситуацию. Но по-другому не синоним слову «правильно». Мужчина свою ошибку признавал и оправдываться не пытался, но реакция парня до сих пор вызывала недоумение и злость. Такое равнодушие! Алан решил дать Натану время остыть. И соскучиться. По крайней мере, Тарди на это надеялся. А он пока самоустранится. Именно так он и поступит. При составлении плана Алан не учел одно небольшое обстоятельство – ему самому катастрофически не хватало своего омеги. Было невозможно различить, только свою ли тоску он ощущает, поэтому оставалось только предполагать. Он постоянно держал телефон рядом и нервно поглядывал на него чуть ли не каждую минуту. Любой звонок заставлял незамедлительно доставать сотовый, чтобы потом разочаровать не тем именем. Один раз альфа дал слабину, не выдержав, позвонил Натану, чтобы просто услышать ставший уже родным голос. Повод для звонка придумывался экстренно в процессе, поэтому вышел какой-то невразумительный, но цель оправдывала средства. Алан был рассеян и раздражителен. В школе при его появлении в помещении становилось подозрительно пусто – присутствующие неожиданно вспоминали о важных делах, которые нужно сделать «вот прямо сейчас». Настроение альфы выдерживал только относительно привыкший к подобным перепадам руководства Саймон. Он спокойно выполнял свою работу, не пытаясь влезть в душу Алана, за что, помимо профессиональных навыков, очень ценился. Приближался последний день приема работ для весенней выставки, но испуганные студенты не решались лично обращаться к Алану, обогащая напряженную атмосферу. - Алан, необходимо окончательно утвердить имена студентов для представления их работ на выставке.- Бета показался в дверях кабинета. Алан будто и не расслышал сказанную ему информацию. - Скажи, Саймон, если человеку все равно на то, что по идее должно его расстроить, что это значит? Помощник удивленно посмотрел на Тарди. - Возможно, происшествие было не столь значимым, как ожидалось. Алан нахмурился сильнее. - Или этот человек просто притворялся, что ему все равно. Не забудь про работы для выставки. Саймон развернулся и вышел из комнаты. Если бы он понял, что его слова о работе в очередной раз пропустили мимо ушей, Роджерс был бы явно не доволен. Но этот факт заботил Алана сейчас меньше всего. В его голове эхом звучали слова о притворстве. Он настоящий идиот! Разве можно ожидать от Натана истерик или чего-то подобного? Натан повел себя именно так, как и должен был. Его омега не отличается взбалмошным или безрассудным характером, и Алану следует знать это лучше других. А он купился и напрасно мучил Тани и себя всю прошлую неделю. Захотелось побольней стукнуться головой о собственный стол. Но это может подождать, сейчас нужно немедленно позвонить Стауту и поговорить. Нет, это не телефонный разговор. Посмотрев на часы, мужчина убедился, что рабочее время Натана еще не началось, а значит он дома. Бросив Саймону на ходу, что у него появились дела и его не беспокоить, Алан со спринтерской скоростью выбежал из здания. По пути он придумывал слова, заготавливал речь, но вскоре плюнул на это бесполезное сейчас дело – на месте найдет, что сказать. Но задуманное совершить не удалось – Стаута дома не было. Тогда нужно ехать в ресторан. Подъезжая к ресторану, Алан заметил у входа в ресторан свою пропажу. Это радовало. Нервировало другое – это еще что за блондинистый переросток, околачивающийся рядом с его омегой?