Собственный выбор

- Нужно решить, какие холсты заказывать – льняные или хлопковые. Лично я предлагаю приобрести оба варианта. – Голос помощника звучал монотонно и размеренно. - Угу. – Алан рассеянно смотрел поверх плеча Роджерса на стену, мыслями находясь сейчас где угодно, но только не на своем рабочем месте. - Несколько фирм прислали нам свои образцы. Я отобрал две, с одной из них мы уже сотрудничали раньше. В папке перед тобой результаты ознакомления с их товаром. Но лучше взгляни сам, чтобы быть уверенным. - Угу. - Оба производителя предлагают холсты с мелкозернистой структурой, только у одних они с универсальной грунтовкой, у других – отдельно для масла, отдельно для акрила. Как ты считаешь? И тут Алана прокололся, в очередной раз ответив «Угу». Саймон с укоризной взглянул на своего шефа. В последнее время тот вел себя странно, был рассеян и не собран. Подобное поведение альфе было несвойственно. Все сотрудники понимали, что изменения связаны с личной жизнью Тарди. Внерабочие дела шефа Саймона не касались, но сейчас они отражались на качестве работы Алана, и это не могло не беспокоить практичного помощника. - Алан, что с тобой происходит в последнее время? Ты вообще слушал, о чем я говорил последние минут десять? - Угу. - Алан! Собственное имя, произнесенное повышенным тоном, заставило Тарди вынырнуть из своих мыслей и обратить внимание на своего собеседника. - А? Ты что-то сказал? Извини, я задумался и, кажется, прослушал. Повтори, пожалуйста. Саймон вздохнул в ответ на слова мужчины и встал на ноги. - Я не знаю, что у тебя происходит, и не собираюсь лезть не в свое дело, но, будь добр, разберись уже со своими проблемами. И не надо на меня так смотреть, у тебя на лице написано, как ты озадачен. Просто соберись, сейчас не самое удачное время хандрить. Если я могу чем-то помочь, обращайся. – Тарди отрицательно помотал головой. – А если нет, то послушайся хотя бы моего совета – поезжай домой и отдохни, с поставщиками я сам как-нибудь разберусь. Если возникнут вопросы, я позвоню тебе. Оставшись в комнате один, Алан вернулся к мыслям о Натане. Стоило на недельку оставить того без присмотра, как откуда-то появился этот Юджин! Воспоминания о последнем заставили Алана недовольно поморщиться. Имя-то какое дурацкое, да и обладатель не лучше. Шкафоподобное, дылдообразное недоразумение. Наверняка и умом не блещет! Когда Алан заметил Натаниэля у входа рядом с Этим, он, недолго думая, вышел из машины и направился в сторону разговаривающих. Блондин - перекормыш светился словно рождественская елка на главной площади, а улыбался так, что еще чуть-чуть и, того гляди, щеки треснут. Тани стоял к Тарди частично спиной, и его лицо пока было трудно разглядеть, но Алан был уверен, что брюнету не в радость общаться с непонятными личностями. Заметная с более близкого расстояния легкая улыбка, тронувшая губы Натаниэля, служила поводом для разочарования, но, возможно, это банальная вежливость. Когда Алан попал в поле зрения Стаута, улыбка сошла с лица омеги. Остановился Тарди возле Тани с невозмутимым видом, как будто он стоял тут все время. - Привет. Почему ты пришел так рано? – Алан вел себя, как ни в чем не бывало, демонстративно игнорируя стоявшего рядом Юджина, который с нескрываемым интересом разглядывал новоприбывшее лицо. - Здравствуй, Алан. Шеф-повар попросил приехать пораньше. - Ясно… -Здравствуйте, а вы тоже тут работаете? Я Юджин Харпер, - перебив Алана, вмешался в разговор блондин, протягивая руку. Алан не спешил отвечать рукопожатием. Надменно оглядев Юджина с головы до ног и обратно, он медленно протянул руку: - Алан Тарди. Прошу прощения, я вас не заметил. – От сказанного так и веяло арктическим холодом. При этом слова Алана звучали настолько неправдоподобно, что Натан едва сдержался, чтобы откровенно не рассмеяться. – Я здесь не работаю, но этот ресторан принадлежит моей семье. Если не учитывать, что Юджина в принципе трудно не заметить, так как даже немаленький Алан на его фоне выглядел низковато и худовато - что несказанно раздражало Тарди, то тот факт, что Алан стоял прямо напротив нового знакомого, автоматически опровергал правдивость слов мужчины. Юджин же будто не замечал негативного к себе отношения. - Круто. Я слышал, что это отличное место. Обязательно приду сюда с друзьями. Тем более, оказывается, тут работает Натаниэль. Ситуация выходила щекотливая. Натан мысленно прикрыл глаза рукой и ждал, пока Алан уйдет по своим делам, чтобы извиниться за его поведение перед Харпером. Алан незаметно расправил плечи и грудь и ждал, пока этот Юджин поймет, что ему тут не рады. Юджин ждал непонятно чего, но продолжал стоять на месте, с любопытством, без стеснения разглядывая Тарди. Первым не выдержал всей этой комедии Натаниэль. - Мне пора на работу. Рад был встрече, Юджин. Извини, если задержал. Намечающуюся победоносную улыбку Алана стерли последовавшие слова Юджина. - Я тоже был очень рад увидеть тебя снова, Нат. Давай еще раз как-нибудь встретимся, может сходим куда-нибудь, хорошо? Я позвоню. Всего доброго, мистер Тарди. – Привычка у этого парня что ли, не дослушав ответ, уходить. Странный он. Только потом до Натаниэля дошел смысл слов, сказанных Юджином. Опасливо взглянув на Алана, Натаниэль поспешил уйти, чтобы избежать дальнейших расспросов, поудивляться он еще успеет. Алан тоже стоял в состоянии легкого шока. Какой-то малоприятный тип посмел при нем позвать его омегу на свидание?! Мужчина уже сделал шаг в сторону удаляющегося Юджина, мысленно прокручивая в голове план дальнейших действий, но краем глаза заметив, что более значимая фигура тоже сбегает с «поля боя», решил сменить тактику – сначала нужно разобраться со своей дражайшей Парой – и кинулся вслед за Стаутом. - Кто это был, Натаниэль? Натан немного сбавил скорость, но не остановился. - Юджин. Он вроде представился, но, наверное, ты не заметил. Алан не стал обращать внимание на иронию в словах брюнета, сейчас его волновало совсем другое. - И откуда ты знаешь этого парня? - Он помог найти мне остановку несколько дней назад, - спокойно ответил омега. Алан подавился воздухом. Несколько дней назад?! А Этот уже знает телефон Натана, когда он, Алан, узнал его номер спустя несколько месяцев знакомства. И это, учитывая, что они Истинные. - Как часто он тебе названивает, интересно? Откуда вообще у него твой номер? И что он тут потерял? Натаниэль безразлично пожал плечами. - Он спросил - я продиктовал. Но мы не общаемся. Я сам удивился, когда он сказал, что позвонит. - А что он делал здесь? Может он тебя выслеживал, а теперь преследует? Думаю, стоит обратиться в полицию – какой-то он подозрительный и … - Так хватит, - Натаниэль остановился и повернулся лицом к Алану, - Юджин - вполне обычный парень, и оказался он тут случайно. Если тебя это так волнует, спешу успокоить – никуда я с ним идти не собираюсь. А теперь, если нет больше вопросов, - заметив, что Тарди снова собирается что-то сказать, Натан поспешил его опередить, - а их быть не должно, то мне пора работать, Алан. Позже поговорим. - С этими словами Натаниэль направился в раздевалку, чтобы переодеться в форму. После этого случая в их с Тани отношениях наступил регресс. Когда Алан звонил или писал, Стаут как и раньше всегда отвечал, но из их разговоров пропало былое тепло, общение стало натянутым, и это чувствовали оба. От встреч омега тоже редко отказывался, но теперь он старался избегать лишних прикосновений: никаких больше приветственных поцелуев, на прогулках руки Натан всегда держал в карманах куртки, про объятья и говорить не стоит. Подобное положение вещей совершенно не устраивало альфу, но он не хотел давить на Натана, боялся совершить очередную ошибку, которая еще больше отдалит их друг от друга. Всегда, в первую очередь, нужно быть честным с самим собой. Алан понимал, что регресс в их отношениях наступил до его знакомства с Харпером. Причиной стала его ошибка и последующая за ней глупость, наравне с гордыней. Он напортачил, когда переспал с незнакомым парнем, и снова напортачил, когда не смог усмирить свое уязвленное самолюбие, помешавшее правильно, а главное вовремя оценить поведение Натаниэля. Ему захотелось ревности, и он ее получил. Только ревновал он сам. Каждый раз, когда у Натана звонил телефон, альфа тут же косился на экран, чтобы подглядеть имя звонившего. Бывало, Тарди сам начинал говорить о Юджине, упорно называя блондина Этим, сам раздражался и сам требовал закрыть тему. Из-за возникших проблем связь между Натаном и Аланом словно заблокировалась. Возможно, нестабильность объяснялась тем, что связь не успела окрепнуть, или Алан и Натан подсознательно сами отгородились друг от друга, не сумев довериться до конца, или обида и непонимание в данный момент были настолько сильными, что все остальное на их фоне притупилось, но, в конце концов, итог был один – они почти не ощущали эмоций своей Пары. Словно связь Истинных устала сводить этих двоих и махнула рукой, оставив разбираться самим. Алан, уже привыкший чувствовать Натаниэля как самого себя, был растерян. Будто у него разом снизились слух, обоняние и тактильная чувствительность. Было ощущение, словно внутри чего-то не хватает, словно образовалась какая-то пустота. Тарди напоминал зверя, которого с детства приучили к дому, а потом неожиданно выпустили на волю – раньше было тепло, сытно, уютно, сейчас – холодно, темно, одиноко и очень тоскливо. Как и прирученный зверь, Алан хотел обратно. Всем известная истина « Что имеем, не храним, потерявши – плачем» продемонстрировала Тарди реальность своего существования. Он сам от себя не ожидал, что будет так скучать. То, что раньше казалось ему лишь «маленькими шажками, незначительными достижениями» в отношениях с Тани, сейчас воспринималось как несбыточная мечта. Натаниэль полностью закрылся от альфы. Они вроде разговаривают, видятся, даже гуляют вдвоем, но это все совсем не то. Рядом, но бесконечно далеко друг от друга, как бы банально это не звучало. Натаниэль чувствовал себя не лучше. Если переживания Алана было легко считать с лица обладателя, то омега демонстрировать свои не привык и не хотел. Поэтому со стороны он мог казаться безразличным. Не стоит верить всему, что видишь. Если Алан – зверь, выброшенный на произвол судьбы, то Натан был тем, кого посадили в клетку, кто жил в неволе, потом ему дали ощутить свободу и снова поймали. Алан показал ему, как это - когда тебе есть, кого ждать, о ком думать с улыбкой, кому радоваться. Сейчас же было лишь смятение. На работе Натаниэль держался, позволяя отпустить себя только наедине с собой. Лишь однажды он раскололся, когда Дарвин, пришедший в гости, после долгого и проницательного взгляда на улыбающегося друга аккуратно взял Стаута за руку и тихо произнес одно слово: «Расскажи». В тот вечер Фрэндли лишь внимательно слушал, не перебивая и не комментируя рассказ Натана, а когда тот закончил, обнял друга и попросил прощения. Ему не нужно было уточнять, за что он просит прощение, Натаниэль и сам понял. Однако Стаут считал, что Дару не за что извиняться – несмотря ни на что, брюнет ни о чем не жалел. С приходом весны город оживал. Дни стали теплее и солнечнее. Даже люди улыбались прохожим чаще. На эту весну Алан возлагал большие надежды, строил планы, отказываться от которых не собирался, наоборот, стал прилагать больше усилий для их исполнения. Весна – пора романтики, и Тарди хотел сделать эту весну, первую их с Тани, незабываемой. Пусть сейчас у них не все гладко, но то, что Натаниэль не отвернулся от Алана, как мог бы это сделать, вселяло надежду во влюбленное сердце. «Влюбленное сердце влюбленного альфы» часто повторял в своих мыслях Алан. Это признание пришло к нему внезапно и легко. Осознав, Тарди почувствовал себя неожиданно умиротворенным, как будто нашлось искомое согласие с самим собой, подарившее вдохновение и силы для дальнейших действий. Даже настроение мужчины улучшилось – у него еще есть шанс. Раньше Натаниэль ждал выходных с нетерпением, теперь он с нетерпением ждал, когда они закончатся. Вне работы отвлекаться было труднее - невеселые мысли с завидным усердием пытались заполонить собой и занять максимальную площадь в голове омеги, и им это с успехом удавалось. А ведь приближалось время окончания практики, скоро Стауту необходимо будет вернуться на учебу, чтобы получить свой диплом. В ресторане ему уже предлагают место штатного работника – сначала как помощник, потом ответственный за холодные закуски, немного позже – в качестве ротиссье* – неплохая перспектива. И если раньше Натан без раздумий согласился, то сейчас он не мог ответить окончательно. Причиной служили их непонятные отношения с сыном владельца ресторана. С Аланом никогда не было просто, но сейчас невозможно понять, что между ними происходит. Они общаются на уровне знакомых, пытаются делать вид, что все нормально, только зачем? Натан не знал ответа, как и то, почему вообще до сих пор соглашается на встречи с Аланом, прекрасно при этом ощущая неудобство между ними. Натаниэль чувствовал себя вымотанным. В эти выходные он отказался увидеться с альфой – понимал, что может эмоционально не выдержать, поэтому, сославшись на усталость, он извинился и положил трубку. До обеда Стаут выполнил всю запланированную работу по дому и теперь не знал чем себя занять. Промаявшись так еще пару часов, брюнет решил прогуляться в одиночестве, освежить голову – сидеть дома сейчас было невыносимо. Выбранный парк находился далеко от дома, зато был малолюдным и тихим. Здесь можно просидеть одному на скамейке очень долго, и тебя никто не побеспокоит, а нарушающие тишину звуки природы и освежающий легкий ветерок уничтожают на корню угнетающую обстановку. Идеально. Натаниэль не знал точно, сколько просидел так, до тех пор, пока его не потревожили. Сквозь прикрытые веки он почувствовал, что чья-то тень загораживает солнечный свет. Открыв глаза, омега с удивлением узнал в нарушителе спокойствия Юджина. Этот парень умеет появляться неожиданно, или он действительно следит за Стаутом. Последняя мысль вызвала неприятный холодок, но Натан решил не спешить вешать обвинительные ярлыки на знакомого, да и что с него можно, собственно, взять? Харпер как всегда улыбался широкой улыбкой. - При-и-вет, а я издалека смотрел – ты, не ты, решил подойти ближе, чтоб проверить, и, оказывается, ты! - Здравствуй, Юджин. Что ты здесь делаешь? – лучше спросить на всякий случай. - Эм, работаю…вот, - только сейчас Натан заметил в руках парня огромный фотоаппарат, а за спинной внушительных размеров рюкзак. - Ты фотограф? – на утвердительный кивок Стаут искренне улыбнулся, - здорово, наверное, очень интересная работа. - Ну не то чтобы очень, хотя зависит с какой стороны посмотреть, да и вкусы у всех разные, кто-то вот не воспринимает всерьез, но мне правда очень нравится, - смущенный Юджин снова говорил невпопад, вызывая безобидные смешки со стороны Натана, - в общем, я с тобой согласен. Это очень интересно, - закончил он свою сумбурную речь. – Ну вот, снова выставил себя дураком, теперь ты надо мной смеешься, - прозвучало расстроенно. - Нет, прости, я вовсе не считаю тебя дураком. Не думай, что я над тобой насмехаюсь, это не так. А над чем работаешь? Глаза у альфы загорелись при этом вопросе. - Хочешь посмотреть сделанные фотографии? – присаживаясь рядом, Юджин протянул камеру омеге. – Заказчик захотел фотографии просыпающейся от зимнего сна природы. Его главное условие – отсутствие людей. Я знал про это место, поэтому решил, зачем ехать куда-то далеко, если под носом есть такое сокровище. Натаниэль внимательно рассматривал фотографии на экране. Они были изумительно красивыми и завораживающими. На фото были запечатлены места, мимо которых проходил и сам Стаут, но Харпер выбрал такой невероятный ракурс, при котором вид был просто потрясающим. Натан поделился своим мнением, заставив собеседника смутиться снова. Оказалось, что блондину осталось сделать буквально несколько кадров, после чего он закончит. На предложение вместе поискать новые места Натан ответил согласием, забыв про инстинкт самосохранения – ему было очень интересно увидеть процесс съемки. Работа у фотографа была не из легких в прямом и переносном смысле. Сумка Харпера весила чуть ли не тонну по меркам омеги, а правильной установкой аппаратуры можно сломать мозг. При этом ради удачного кадра Юджин принимал невообразимые позы и мог лечь на грязную землю или залезть на высокое дерево. Натаниэль старался не отвлекать того от работы, но на всякий случай стоял рядом, чтобы при необходимости подстраховать. К счастью, такой необходимости не возникло, и грязный, но жутко довольный Юджин предложил Стауту перекусить. Только теперь Натан почувствовал, насколько он голоден. При выходе из парка брюнет обернулся, чтобы еще раз полюбоваться видом. В этот момент он услышал щелчок затвора. Обернувшись, Натан с удивлением заметил, что объектив камеры смотрит прямо на него. - Зачем ты сейчас меня фотографировал, тебе же нужны кадры без людей? - А этот кадр не для заказчика. – Загадочно улыбнулся блондин и, как ни в чем не бывало, направился вперед. Натаниэлю оставалось последовать за ним, озадаченно почесывая макушку. В кафе они вместе рассматривали полученные фотографии, делясь своим мнением. За время ожидания заказа Харпер неожиданно признался в том, что много раз набирал номер Стаута, но в последний момент сбрасывал, при этом его лицо и уши так забавно краснели, что Натаниэль пару раз прыснул со смеху, постаравшись сделать это незаметно. Этот парень немного странный, но забавный и неожиданно стеснительный в некоторых моментах. Юджин вызвался проводить Натана до дома, но омега отказался, мотивируя тем, что ему неудобно тратить чужое время. На попытки доказать обратное Стаут только покачал головой. Юджин решил не давить на Натаниэля, опасаясь, что тот снова примет его за маньяка и испугается. На этом распрощавшись, каждый отправился в свою сторону. На пороге собственной квартиры Натаниэля ждала очередная за сегодняшний день неожиданность в виде сидевшего там угрюмого Алана. Видимо, сегодня день сюрпризов, о котором Натана забыли предупредить.