Часть 10
21 августа 2011 г., 01:33
Анника вопила, скользя по длинной гладкой плите, со скоростью выпущенной стрелы. Мир перевернулся, сердце ухнуло в пятки. Упав на что-то, на ощупь напоминавшее солому, она уткнулась лбом в твёрдую спину Андерса.
— Где мы? — слова пронеслись эхом и она испуганно огляделась, несколько раз моргнула, но с закрытыми или открытыми глазами было одинаково темно. От этого становилось страшнее.
— В ловушке, — встревоженно отозвался Андерс из темноты и сотворил светлячок на ладони. — Здесь что-то рассеивает магию.
Огонёк не охватывал пространство целиком, но оглядеться удалось. Первым делом внимание привлек скелет, лежащий у стены. Анника отшатнулась, но затем пригляделась. Кости потемнели от времени и покрылись пылью, одежда превратилась в лохмотья. Перекошенный страшный череп смотрел пустыми глазницами на вновь прибывших, а его нижняя челюсть отвисла и болталась на паутине. В одной руке скелет сжимал факел, другая была раздроблена в предплечье. Видимо, бедолага попал сюда таким же путём. Но почему не выбрался?
Андерс поднялся и, подойдя к скелету, забрал из костлявой руки факел. Как раз вовремя, потому что его светлячок затухал.
Анника вздрогнула и ощутила холодок. Думала, от страха, но поняла, что это лёгкий сквозняк. Она посмотрела вверх, но сквозило не оттуда. Чёрный гладкий колодец, в который они свалились, располагался под небольшим углом, и его начало терялось высоко в потёмках, за захлопнувшимся люком. Обратно не забраться.
— Задница Андрасте! — выругался Андерс, изучая колодец.
— Мы здесь умрём? — Анника в ужасе поискала глазами лестницу или хоть что-то, что помогло бы забраться наверх, но кроме скелета ничего не увидела.
— Нет. Кто-то насыпал на дно соломы, чтобы не больно было падать, — рассуждал Андерс, блуждая с факелом вдоль стен. — А значит, приходил сюда не раз.
— Может, позвать на помощь? — Анника наблюдала за ним, топчась на месте. — В сопротивлении знают об этой ловушке?
— Мы слишком далеко от лагеря. И я сказал, что мы уходим в город. Так что искать нас не станут. Но тут должен быть выход. Нужно осмотреться.
Анника всмотрелась в темноту, откуда веяло сквозняком. Показалось, что там коридор. Стоило проверить, ведёт ли он к выходу или в тупик. Видимо, Андерс как раз подумал о том же. Он стоял там и смотрел, как в этом месте пламя факела слегка колышется. Затем приглашающе махнул Аннике и быстро зашагал в узкий тоннель.
Коридор оказался длинным и никак не кончался. На стенах в скачущих отблесах факела поблескивали цветные кристаллы. Под ногами хрустели мелкие камешки, осыпавшиеся со стен. Шаг за шагом, вцепившись в руку Андерса, Анника ощущала, как ускоряется его пульс. Это случалось каждый раз, стоило лишь оказаться в узком темном проходе. Он точно боялся пещер, хотя старательно делал вид, что это не так. Анника боялась другого.
— Здесь есть пауки? — она услышала, как дрогнул собственный голос.
— Если нас завалит, будет уже неважно, — почти шепотом произнёс Андерс, нервно озираясь по сторонам.
Жуткое место. Анника вздрогнула, Андерс, словно поддавшись этому импульсу, немного замедлился. Дальше тоннель сужался и уже не получалось нестись сломя голову. Даже идти бок о бок не выходило. Если он сузится слишком сильно, это будет концом. Вот уж вляпались, так вляпались. И чего проклятому коту не сиделось на месте? Да и демон с ним, с котом, чего ей не сиделось на месте? Повезло, что она провалилась не одна. Только не в таких условиях она мечтала оказаться с Андерсом наедине.
— А вдруг сюда свалится ребенок? За Уной никто не следит, у её тёти четверо своих оболтусов, — забеспокоилась Анника. — Девочка никому не нужна. Может, потому что с ней что-то не так. В Тени я увидела, что у неё нет рта. Это просто сон или связано с тем, что она молчит?
— Возможно, — Андерс обернулся и бросил на неё короткий взгляд. — Похоже на печать молчания.
Анника задумалась. Магия снов впервые показала ей не демонов, а что-то любопытное. Стоило разобраться с этой печатью молчания.
— Она ведь совсем маленькая. Зачем кому-то делать такое?
— Наверное, затем, чтобы она не выдала тайну, — предположил Андерс и на мгновение задержался у гладкой каменной стены. — В таких делах обычно замешан кто-то из близких.
Аннике такое на ум не приходило. Она считала семью надёжной опорой, ведь на кого ещё в жизни положиться, как не на родных? Но Андерс разбирался в магии и людях гораздо лучше неё. Он мог оказаться прав и это пугало. Что за кошмарная семья, где ребёнка лишают дара речи?
Андерс постепенно продвигался по коридору то замедляясь, то ускоряясь, и не отпускал руку Анники, чтоб не потеряться. Тоннель не менялся, а продолжал спускаться и теперь казался бесконечным. Хорошо, что разговор о девочке немного отвлекал его. Рука теплела, поэтому Анника продолжала говорить о ребёнке. К тому же она хотела во всём разобраться.
— Но её родители маги, как они не заметили? — она одёрнула его руку и Андерс остановился.
— Может, это они сделали? — пожал плечами он. — Чужая семья — потёмки.
Андерс продолжил идти. Анника всё думала, что бедной малышке не повезло родиться в той странной семейке, и не сомневалась, что должна ей помочь. Правда, не знала как. Единственное, что приходило на ум, это забрать ребёнка себе.
За пару минут, пока они молчали, рука Андерса снова стала холодной и влажной. В тишине послышались шорохи, и по спине пробежал мороз. Казалось, кто-то крадётся сзади. Шорохи подгоняли, заставляли быстрее переставлять ноги. Становилось холодно, руки замёрзли, пальцы почти перестали сгибаться. Анника подышала на них, чтобы согреть, но вдруг заметила иней на костяшках.
— Что это? — она даже остановилась, с ужасом поглядела на несгибающиеся пальцы.
Целитель лишь коротко обернулся и продолжил идти.
— Твоя магия, — спокойно произнёс он, будто ничего страшного не случилось. — Леденящий ужас, как он есть.
— Это от страха? Но я не собиралась отморозить себе руки! — Анника боялась согнуть пальцы, но она их чувствовала и они не болели.
— Сама себе ты не навредишь, уж поверь. Ну может быть самую малость, — он подмигнул, положил на землю факел, и взял её ладони в свои.
Анника забыла, как дышать. Его касания всегда действовали волнующе. Сердце заколотилось, как бешеное, руки быстро отогрелись. Андерс, улыбнулся, удостоверился, что всё в порядке и отпустил её. Подобрав факел, он двинулся дальше. Уклон тоннеля стал круче, и через несколько шагов целитель снова остановился.
— Только не это, — нахмурился он и обернулся. — Если мы в том самом тоннеле, который я видел на твоей на карте, то идём прямо к Глубинным тропам. Если есть другой выход, то искать его надо именно там.
— Ты уверен? — Анника ощутила холодок, бегущий по спине. Она слышала много страшных историй про Глубинные тропы. Идти в это логово кошмаров совершенно не хотелось, даже с магом, в силы которого она верила.
Глубинные тропы некогда связывали подземные гномьи города. Теперь города разорены, а тропы населяют ужасные человекоподобные чудовища — порождения тьмы, справиться с которыми по силам, пожалуй, лишь Серым Стражам. Кроме того, там полно пауков и других тварей, вроде глубинных охотников. Они ядовиты, незаметны и маскируются под камень. Но самое страшное — они подкрадываются неслышно и нападают стаями.
— Уверен. Выйти можно только через Глубинные тропы. Каждый раз даю себе слово, что больше туда ни ногой. И снова оказываюсь в них. — Андерс остановился, привалился спиной к стене, провел ладонью по лицу и вздохнул, явно стараясь овладеть эмоциями.
— Не волнуйся. Всё будет хорошо, — Анника попыталась успокоить его и даже взяла за руку, но он одёрнул её. — Давай просто поищем выход?
— Глубинные тропы бывают завалены! — буркнул он, опустив голову. — Мы можем бродить тут неделями, чтобы обойти завал или найти другой путь.
Тут водится демон знает что, а его пугают завалы? Бродить здесь неделями, конечно, не хотелось. Если за это время их не растерзают хищники, то они всё равно умрут от голода или жажды. Перспективка так себе. Но нельзя стоять на месте и ничего не делать.
— Андерс! Посмотри на меня! — Анника положила руки ему на плечи и дождалась, пока он переведёт на неё взгляд. Столько отчаяния в его глазах она ещё не видела. Лицо его покрылось испариной, он тяжело дышал. — Ты сказал, что уже проходил здесь и ничем тебя не завалило. Попробуй что-нибудь вспомнить.
— Не именно здесь, — он покосился в темноту тоннеля. — Думаешь, Глубинные тропы проходят только под Киркволлом? Кстати, у нас ведь есть твоя карта! — оживился он. — Это меняет дело.
Анника отдала ему карту и Андерс неохотно зашагал вперёд. Дальше, когда черный тоннель снова расширился и стало легче дышать, он почти бежал. Там, куда не попадал свет факела, стояла непроглядная тьма, и мысли о том, что могло в ней скрываться, пугали. Жуткие тени от неровных стен, ползущие следом по потолку узкого тоннеля, всякий раз заставляли Аннику вздрагивать и замирать. Звуки полностью пропадали, стоило притормозить. Лишь нарастающий стук готового выскочить сердца, казалось, выдаст их монстру, притаившемуся за углом.
Наконец, они выбрались в небольшое помещение. Никаких пещерных красот, повсюду лишь ровно отёсанный камень. Да и кому нужны красоты в потёмках? Над небольшой приоткрытой дверью, прямо в скале было вырублено угловатое гномье лицо, скорее даже маска. Из проема потянуло сквозняком и они остановились отдышаться. Андерс выглядел напряжённо и обеспокоено. Анника никак не могла отдышаться.
— Это очень, очень плохо, — он огляделся, взял её за руку, шагнул в дверной проем и остановился.
Повсюду с обратной стороны рваными клочьями свисала паутина и подрагивала на сквозняке. Анника понимала, что если стая пауков захочет поживиться свежатинкой, вдвоем им не отбиться.
— Мы ведь справимся? — она вздрогнула, глядя на паутину. Ещё помнила последнюю встречу с пауком.
— Если постараемся, чтобы нас не заметили, — Андерс крепче сжал её руку и медленно двинулся вниз по длинной широкой лестнице.
Оказаться на легендарных Глубинных тропах, которыми восхищались и пугали друг друга искатели сокровищ, было удивительно. Но слишком страшно. Главное выбраться живыми.
Внезапно, на мгновение послышалось щелканье, и Андерс, замер прислушиваясь. Анника даже старалась не дышать, когда он сделал знак замереть. Потом снова все затихло, кроме мыслей, которые казались ужасно громкими в этой мертвецкой тишине.
— Темно и тихо, — буркнул Андерс, презрительно оглядывая местность. — Камни, сплошные камни. Они давят!
Наконец, они спустились на самую нижнюю ступень. Внизу паутины не было, и слава Создателю, ни один живой паук по пути не выскочил, по крайней мере, пока. Попадались только высохшие скрюченные трупы, которые при касании рассыпались в пыль. Кто-то их здесь перебил, причём довольно давно.
— Сколько раз ты бывал на Глубинных тропах? — Анника обогнула очередной труп паука и огляделась. В пятне света факела виднелись причудливые узоры на стенах. Красиво. Она подошла, чтобы прикоснуться к древности.
— Сбился со счета, — хмыкнул Андерс и, подойдя, увёл Аннику от стены. — Лучше не трогай. Мало ли.
— Вот как? Ты же их ненавидишь.
— Ага. Потому и ненавижу, — он быстро зашагал вперёд.
— Ну, если ты выжил, значит, мне с тобой бояться нечего, — Анника обернулась и поглядела на лестницу. Сотня ступенек уже затерялась в темноте.
— Если на нас не обрушится потолок и не нападет орда порождений тьмы, то нечего.
— Я поняла, что ты боишься обвалов, — усмехнулась Анника. Она заметила, что он стал гораздо спокойней, с тех пор, как они вышли из узкого коридора.
— Мне... неприятны замкнутые пространства, — помешкав и нахмурившись, уточнил Андерс.
Так вот почему с ним такое творилось в тоннелях. В огромных залах глубинных троп он чувствовал себя нормально, но стоило зайти в узкий темный тоннель, у него начинало выскакивать сердце. Поэтому и лечебницу он себе устроил в самом открытом месте Клоаки.
Аннику же пугало другое: темнота, тишина и чудовища, рыскающие неподалеку. И её самолюбие тешило то, что ни одна она здесь боится. Уж если сильному магу страшно на Глубинных тропах, то она может простить себе немного страха.
Постепенно начинало светлеть. Запахло серой. Странно. Золотистый свет дымящихся лавовых ручьев, озарял ровные стены широкого коридора. Ручьи текли по специальным желобам. Становилось жарко. В воздухе лёгким туманом клубился пепел.
Анника могла без факела разглядеть изображения суровых гномьих предков на колоннах вдоль стен. Хотя многие гравюры откололись и осыпались, краски поблекли и покрылись копотью, они всё равно впечатляли. Открыв рот, она позабыла о страхе и разглядывала барельефы, и витиеватые гномьи руны, представляя, как эти улицы когда-то были наполнены обитателями и всюду кипела жизнь. Но зевать было некогда и Андерс упрямо оттаскивал её от колонн.
Впереди показался бассейн вязкой булькающей лавы. Его окружал частокол из полуразрушенных колонн и груды камней, когда-то обвалившихся со стен, покрытых густым слоем чёрного пепла. Из лавы вырывались и громко лопались пузыри, и дымящиеся огненные гейзеры со взрывом вырастали высотой до потолка, рассыпая вокруг опасные обжигающие искры.
Находиться рядом было невозможно. В таком жарком месте, наверное, даже монстры не водились. Впрочем, Анника припомнила одно место, где в подобной жаре монстры очень даже водились.
Когда ей было десять, отец взял её на травлю крыс в подвал соседской старухи. Там, в жаре и темноте, копошились десятки серых грызунов с длинными голыми хвостами. Они пищали и выпрыгивали из углов. Анника испугалась и подвал вдруг полыхнул ярким пламенем. Сгорели там не только крысы, но и все старье бабульки, накопленное за жизнь. Отец понял, что произошло, но соврал старухе, будто крысы прогрызли пробку в бочке с маслом и случайно отскочившая от свечи искра, зажгла его. Старуха не поверила и настучала церкви о случившемся. Храмовники увели маму. Она подставила себя. Бедная мама! Хоть все произошло случайно, Анника, никогда не могла простить себя за это. И не сможет.
***
Андерсу было плевать на древние красоты. Он не смотрел по сторонам, а прислушивался. За свою жизнь он налюбовался гномьими творениями до кошмарных снов. В этом огромном зале, окруженном гигантскими каменными статуями гномов, он ощущал себя ничтожной букашкой. И поэтому ненавидел это мрачное, давящее замкнутое пространство. Он посмотрел наверх. Повсюду нависали тонны земли и камня. Хоть они и были высоко, всё же давили своей незримой мощью и от этого сердце начинало колотиться. Замкнутые пространства напоминали карцер в башне Круга, а тот, в свою очередь, склеп. Могила — вот что, возможно, пугало его. Страх оказаться похороненным заживо. Но после недолгой службы в Амарантайне, страх немного уменьшился. И всё же хотелось поскорее найти выход и не столкнуться с порождениями тьмы. — Не думала, что на глубинных тропах будет красиво, — девчонка прилипла к очередному барельефу, проведя ладонью по пыльному камню. — Но я слышала, тут водятся монстры. — Да, — Андерс не собирался врать. Если им не суждено выбраться отсюда, пусть знает. — В таких местах люди и гномы гибли отрядами. Так что не расслабляйся. Нужно быть начеку. Спутница напряглась и на её симпатичном лице отразился испуг. Но Андерс умирать не собирался. В жизни ему удавалось выбраться из многих передряг, а эта — не самая страшная. Призрачный тусклый свет, исходивший от бурлящих лавовых потоков, освещал растрескавшуюся плитку на полу, местами истёртую в пыль. Крошка предательски похрустывала под ногами и этот звук мог привлечь внимание глубинных охотников. Поэтому идти приходилось чуть ли не на цыпочках. Следующий зал был частично завален камнями. Из-под обломков торчали старые пожелтевшие кости. — Смотри! — отвлекла его от раздумий Анника. — Какие огромные статуи! Она опередила его на несколько шагов и стояла возле ступеней, указывая на ряд гигантских каменных фигур. Угловатые изваяния высотой с дуб растянулись вдоль коридора до самой вершины лестницы. — Это големы, — Андерс узнал их. Казалось, они спят и дышат во сне, но если гигантов ненароком разбудить, они поднимут свои огромные каменные веки, и расплющат незваных гостей одним плевком. — Они не опасны пока спят. Анника закрыла рот обеими руками и дождалась Андерса. Когда они вместе поднимались по ступенькам, ему казалось, будто големы дышат во сне. К счастью, лестница закончилась быстро, но за следующей дверью поджидало нечто, куда более опасное, чем големы. Андерс прислушался и пригляделся. Вдали виднелся перекресток, едва подсвеченный тусклым огненным ореолом ручьев лавы. На стенах мелькали тени. Сквозняк доносил запах гниющего мяса. — Стой! — Андерс преградил девчонке путь и она в ужасе прижалась к нему. — Дальше нельзя. — Почему? — заволновалась Анника. — Монстры? — Нам нужен обходной путь, — Андерс задумался. Он припоминал, что гномы были любителями потайных ходов, но сам никогда не пытался их искать. Обычно их открывали рычаги. Он ощупал стену, выложенную побитой временем плиткой с гномьими знаками. Понимать бы ещё, что к чему. — Он может быть на карте? — Анника напомнила, что отдала ему листок. Андерс совершенно о нём позабыл. Обрадовался и выхватил бумагу из кармана. Эта карта была древней, как сами тоннели, но никаких потайных ходов она не скрывала. Он вернул девчонке бесполезную бумагу. Вдруг послышался треск ломающихся костей и тени на перекрестке заметно оживились. Мелькнул сгорбленный силуэт, потом ещё несколько, и гул разнесся по тоннелю. — Задница Андрасте! Надо что-то делать, — пробормотал Андерс, не отрывая взгляда от порождений тьмы. Он смутно припоминал, как его старый друг Огрен постоянно находил нажимные плиты и рычаги. И начал шарить руками по стене. — Ты ищешь потайные ходы? — сообразила Анника, повторяя за ним. Андерс кивнул. Тени увеличивались, гул становился громче. Из-за угла показался гарлок, за ним второй. Убийство пары-тройки порождений не представляло проблем, но он чувствовал сотни этих тварей. Вдруг, одна из плиток под руками Анники заскрежетала и едва заметно подалась. Андерс, подоспев, толкнул плитку изо всех сил и она провалилась. Толстый камень рядом отъехал в сторону, приглашая их в тёмный узкий коридор. Порождения оживились и навострили уши. Андерс втолкнул девчонку внутрь и влетев следом, поспешил запереть проход. На этот раз обошлось. Он облегченно вздохнул. — Что там было? — Анника смотрела на него широко открытыми глазами. — Порождения тьмы? Андерс кивнул и осмотрелся. Коридор предназначался для гномов, а не людей, и ему пришлось пригнуться, чтобы не подпирать головой потолок. Он взял спутницу за мягкую прохладную ладонь и повёл прочь. — А здесь они тоже есть? — Девушка дрожала, он чувствовал как быстро бьётся её сердце. — Нет. Здесь точно нет. — Андерсу хотелось обнять её, согреть и утешить. Но это вело на опасный путь, которого он старался избежать. — Откуда ты знаешь? Андерс молчал. Задумался, как слышит их, чувствует нутром, когда они близко, и как ему противно. Каждый раз, проходя по Глубинным тропам, он касался разумом этих тварей и отвращение пробирало до мозга костей. Он знал, где они прячутся. Они тоже чувствовали его и знали, где бродит он. Когда придет время, мерзкие рожи этих тварей станут последним, что он увидит. Такова судьба Серого Стража. Но что, если этого избежать? Ведь он умел убегать от всего и всегда. Что случится тогда? Он превратится в вурдалака? Вурдалак, ослеплённый желанием мести — хуже не придумаешь. Лучше найти другой способ умереть, ведь всегда есть другой способ. Но только не в этот раз. Пока ещё многое предстоит. В первую очередь, нужно позаботиться об Аннике, ведь он ей обещал. И потом, нужно исполнить долг перед сопротивлением. А после будет видно. Буквально за несколько шагов коридор вывел их на покрытую пылью площадь. Вокруг возвышались пустые, полуразрушенные здания и гигантские статуи гномов. Было трудно поверить, что это место когда-то наполняла городская жизнь. Повсюду торчали кристаллы, волшебным образом подсвечивая площадь. Некоторые из них превосходили человеческий рост. К ним тянулись странные голубоватые корни. Жилы лириума, догадался Андерс.***
Анника чувствовала себя измотанной, словно они бродили здесь целые сутки. Ей давно хотелось присесть хоть на минутку. Проходя через заброшенный тихий город, покрытый толстым слоем пыли, она постоянно осматривалась в поисках места для привала. Но Андерсу все не нравилось. То слишком открытые места, то слишком разрушенные помещения. Да ей и самой здесь было неприятно — пахло лириумом. Под ногами вдруг захрустели кости и со всех сторон донеслись шорохи. Аннике казалось, будто камни движутся. — Глубинные охотники! — вдруг напрягся Андерс и огляделся по сторонам, выставив перед собой посох. — Задница Андрасте! Их полно. — Бежим! — на этот раз Анника сама ухватилась за руку Андерса и они бросились наутёк. Бежали через мосты, дома, разбитые фонари и тёмные улицы, огибали статуи и колонны из кристаллов. Забежав вверх по лестнице одного из домов, они спрятались за дверью, захлопнув её изнутри. Снаружи копошились глубинные охотники, но здесь, похоже было безопасно. — Проклятые Глубинные тропы, — Андерс привалился к стене спиной и осел на пол, тяжело дыша, хватая ртом воздух. Анника и сама была на грани срыва. Глубинные охотники едва не добрались до них. Её трясло и, вероятно, это было заметно, потому что Андерс притянул её к себе, обнял и утешающе погладил по спине. Стало спокойнее, захотелось просто посидеть вот так в его объятиях, но расслабляться было рано и для отдыха это место явно не подходило. В воздухе пахло сыростью и слышался плеск воды. Поэтому Андерс быстро поднялся, зажёг факел и осмотрелся. Анника поднялась следом, и они двинулись дальше. Стены коридора блестели от влаги. Следующий оказался подтопленным. Пришлось снять сапоги и по колено в холодной воде идти по скользкому дну. Но зато удалось набрать воды и напиться. В следующем коридоре, огибая ряды колонн, тусклым светом горели лириумные жилы, раскинувшие корни по стенам. Они источали ненавистный запах. Анника немного успокоилась потому, что Андерс не выпускал её руки, и бормотал заклинания, позволяющие определить, стоит ли кого опасаться в очередном заброшенном тоннеле. И даже попытался научить её парочке трюков с поиском. Но в один момент он снова насторожился и замолчал. — Стой, — наконец, скомандовал он, когда они оказались в очередном огромном коридоре с длинными рядами колонн вдоль стен. От них местами исходило тусклое свечение, а местами их покрывал чёрная слизь. — Что опять? — Анника вгляделась во тьму, прислушалась. Вокруг было пусто и мертвенно тихо, словно в склепе. Но лицо Андерса становилось все более обеспокоенным. Это пугало. — Посмотри туда, — он указал на едва видимый вдали перекрёсток. — Это единственный путь отсюда. Анике показалось, что на перекрёстке мелькнула тень, как в первый, раз. Сердце ушло в пятки. Запах гнилого мяса и дыхание смерти, вот что она вдруг ощутила, а также холодный озноб, медленно ползущий вверх по позвоночнику. — Порождения, — догадалась она. — Много? — Достаточно. Не бойся. Мы справимся, — уверенно шепнул он, хотя в его глазах читалось беспокойство. — Будем сражаться. — С ума сошёл? — Анника похолодела. Рисковать не хотелось. Рискуя — больше шансов погибнуть. А ведь в жизни столько всего ещё не сделано! Нужно предупредить сестру и расколдовать Уну. — Есть другие предложения? — Андерс подобрал небольшой камень, подбросил и поймал. — Будем выманивать их по одному и убивать. — Постой! Поищем потайные ходы? Переждём и они уйдут? Я не умею убивать! — Есть проблема. Эти стены покрыты скверной, а она заразна. Поэтому не вздумай трогать, — он с размаху швырнул камень в сторону перекрестка. Камень звонко ударился о кусок плитки, и отскочил. Несколько теней сразу прошмыгнуло мимо. — Они не люди. И не звери. Это монстры, гарлоки. Не жалей их. Анника не могла пошевелиться от ужаса, сковавшего её. Ей уже приходилось убивать демона, но он был один. А этих гарлоков здесь, как крыс в подвале. Андерс набрал ещё камней и потянул её за широкую колонну. Из укрытия он снова швырнул камень в сторону тварей. Анника впервые увидела монстров. Почему-то они были в доспехах и секирами. Когда двое достаточно приблизились, Андерс сотворил лед, превратив их в ледяные статуи. Выскользнув из-за колонны, он лёгким движением разбил фигуры и мелкая ледяная крошка звонко рассыпалась по полу. — На два меньше, — обрадовался он, вернувшись за колонну, и многозначительно посмотрел на Аннику. — Понимаешь, что нужно делать? Она вздохнула и кивнула. Если продолжать так и дальше, то им легко удастся избавится от монстров. Если монстров там, конечно, десяток, а не сотня. Пока что грохот разбившегося льда привлек четверых. Они подбирались, принюхивались, шипели и клокотали, пиная ногами останки своих собратьев. Наверно, пытались сообразить, что же тут произошло. Анника только сейчас смогла разглядеть их уродливые морды, обтянутые сморщенной гнилой кожей, и почти человеческие черепа со шрамами и страшными, лишенными век, белёсыми глазами. В этот момент она осознала, что больше не боится демонов. Эти твари выглядели куда страшнее. Андерс снова вышел из укрытия, сотворил яркую молнию и порождения повалились на пол, трясущиеся и искрящиеся. Коридор наполнился запахом озона и паленой кожи. Ещё шестеро не заставили себя ждать. Андерс прочертил в воздухе руну. Буркнул заклинание и в его ладони задымилась багровая воронка. Резко впечатав её в ближайшего гарлока, Андерс толкнул его на остальных. Гарлок дико завопил и падая, задёргался в конвульсиях. Влетев за колонну, целитель вжал Аннику в угол. Раздался хлопок, треск и влажное хлюпанье, повторившееся трижды. По коридору, заляпав все черным, рассыпались куски гнилой плоти. — Они лопнули? — Анника не представляла, что бывает такая магия. И жалела, что не владеет подобными навыками. Сейчас они бы здорово помогли. — Вроде того. Но не все, — Андерс, тяжело дыша, вынул из сумки флакончик лириума, открыл и выпил. — И теперь они знают, что здесь произошло. Пора выйти из угла, чтобы нас в нём не прижали. Выбравшись из-за колонны, он отвел Аннику подальше от места, где все было забрызгано чёрной кровью порождений. Сняв с пояса небольшой кинжал, протянул ей. — Это на случай, если я не выживу. Целься в шею или открытые места. Избегай когтей и зубов, они заразны. Их кровь тоже опасна для тебя. Поэтому держись подальше. Если сможешь убежать, лучше беги. Анника не могла произнести ни слова от ужаса, но схватила кинжал, прицепила чехол к поясу и постаралась взять себя в руки. Бежать и бросить его? Он точно чокнутый, как он один с ними справится? Твари растерзают его на части, а её догонят и съедят на десерт. — Ты обещал, что мы не умрём, — найдя силы, выдавила она. — Значит, так и будет, — подмигнул Андерс. Она приготовилась защищаться, но Андерс затолкал её в укрытие за другой колонной, велел не высовываться, а сам вышел и выставил перед собой посох. Руны на посохе ярко засветились. Твари, громыхая доспехами, кинулась на Андерса. Их было больше дюжины, точно Анника не разобрала. Андерс не собирался их подпускать. Он прочертил посохом полукруг перед собой. Незримая волна всколыхнула воздух и ударила по несущейся толпе. Чудовища повалились друг на друга. Андерс не давал им подняться, добивал клинком и огненными сгустками. Вспышки ярко освещали искорёженные морды. Опалённые монстры пытались сопротивляться, но визжали и дохли. Анника хотела выскочить на подмогу. Но Андерс неплохо справлялся сам, он словно предугадывал действия порождений. Как ему это удавалось, она не понимала, но знала, что у его магии тоже есть предел, и вскоре наступит момент, когда он пропустит удар или не сможет сотворить заклинание. Она не стала ждать. Собравшись с духом, выбралась из укрытия. Два гарлока сразу ринулись к ней. Пламя сорвалось с её пальцев, опаляя уродливые черепа. Монстры полыхнули и взвыли. Очередная тварь приготовилась атаковать. Анника выставила перед собой руки. Но вдруг вместо жара ощутила поток холода. Лёд слетел с её пальцев и остановил уродливое создание. Она толкнула статую, та упала и разлетелась на мелкие кусочки. Андерс обернулся на звук, одновременно пригнувшись. Над его головой сверкнул клинок. — Я же велел тебе не высовываться, — рявкнул он, одновременно рассекая брюхо очередному монстру, подобравшемуся почти вплотную к ней. Оставшиеся твари ринулись в атаку. Андерс сотворил сверкающую руну и швырнул навстречу монстрам. Магия расплескалась легкой зеленоватой дымкой, и гарлоки замерли. — Я же не маленькая, чтобы слушаться, — её магия иссякла и Анника почувствовала, что до боли в костяшках сжимает рукоять кинжала, который ещё можно пустить в ход. Это не люди, а чудовища, ужасные монстры, их нужно убивать, говорила она себе. Попала точно в шею. Очередная тварь повалилась замертво. Ещё один монстр получил в челюсть металлическим навершием посоха. Черная густая жижа брызнула из его пасти. Похоже, это был последний. Анника не могла поверить, что все прекратилось. Она оглядывала поле битвы, усеянное трупами чудовищ в море черной крови. В воздухе стояла вонь гнили и горелого мяса. — Уходим, скорее, — Андерс ухватил её за руку и потянул прочь. Он был взвинчен и никак не мог отдышаться, но через несколько шагов, покачнувшись, оперся о плечо Анники. Она заметила, что он держался за бок. Между его пальцев было красное. Анника пришла в ужас. Поддерживая его, усадила у колонны. Андерс порывисто дышал, прикрыв глаза. Что же он не вылечил себя? Она расстегнула куртку и оторопела. В его боку торчал черный обломок меча. Только этого не хватало! — Что там? — Андерс глотал воздух и словно боялся посмотреть на рану. Кровь расползалась по рубашке темным пятном. Анника вспомнила, как однажды в порту подстрелили её отца и что делала знахарка, извлекая стрелу из его ноги. Она пощупала в поисках выходной раны, но не нашла. Лезвие оказалось без зазубрин. Хвала Создателю, вытащить будет легче. — Осколок. Нужно вытащить его, чтобы ты мог исцелиться. — Нужно, — подтвердил он. Казалось, Андерс уже мало что соображал, его голова постоянно падала на грудь. Он попытался вынуть осколок сам, но ему было больно даже притронуться. Анника оторвала кусок нижней юбки и, замотав, как следует, острый край обломка, обхватила его обеими руками и рванула. Она действовала интуитивно, сама не понимая, откуда у неё взялось столько хладнокровия. Она ещё не забыла, как быстро умер боцман у неё на руках. Но это Андерс! Если он умрёт, она себе этого не простит. Зажав кровоточащую рану, она обратилась к магии. Но магии не было. Всё ушло на чудовищ. Осознание этого привело её в ужас. Липкая тёплая жидкость тёмно-красного цвета вовсю сочилась между пальцев, постепенно унося за собой жизнь дорогого человека. — Только не умирай! — умоляла она. — Не бросай меня одну, слышишь? Ответа не последовало. Андерс отключился. Свободной рукой она коснулась его шеи, с трудом нащупав слабый пульс. Да что же это! Ну давай, магия, где ты, когда так нужна? На миг Анника отчаялась, мужество и холодный расчет быстро покидали её, убегали будто испуганный пёс, поджав хвост. Руки задрожали при виде, как лицо Андерса бледнело. — Лучше бы я была на твоем месте, ты бы точно знал, что нужно делать! Его рука ослабла и соскользнула с поясной сумки. Аннику вдруг осенило: лириум! Ну конечно! Впрочем, он мог потратить весь запас и что тогда? Не задумываясь, она полезла в его сумку, но никак не могла найти нужный флакон. Вынула несколько писем, карту, свёрток с вяленым мясом, связку ключей и несколько флаконов всяких снадобий и, наконец, нашла. Хвала Создателю! Сколько же всякой ерунды он с собой носит! Вот всегда так: нужная вещь оказывается на самом дне. Не задумываясь о его вкусе и запахе, она опрокинула в рот содержимое флакона, сморщилась и проглотила, сопротивляясь подкатившей тошноте и тут же обратилась ко вновь обретенным силам. Её магия вырвалась, словно гейзер, вихрем пронеслась по телу мужчины, охватила ранение, и сконцентрировавшись в нем, наполнила его жизненной силой. Яркое голубое свечение, на миг развеяло темноту и теперь постепенно угасало. Кровотечение прекратилось и рана медленно затянулась. Анника снова пощупала пульс, на этот раз сердце Андерса билось нормально. Она выдохнула и обняла его. — Ну давай же, Андерс! — прошептала она, погладив его по щекам. — Очнись! Её мутило от выпитого лириума, гнилостного запаха этого места и пережитого кошмара. Через несколько секунд, показавшихся ей бесконечными, Андерс пошевелился и наконец открыл глаза. — Хвала Создателю! — она безвольно повисла на нём и всхлипнула. Больше не могла держаться. Хотя опасность миновала, сопротивляться нахлынувшим чувствам не получалось. — Всё хорошо. Я жив, — Андерс погладил её по плечу и прижал к себе. — Ты справилась.***
Андерс знал, какое пугающее впечатление производят эти монстры в первый раз. Но вовсе не они испугали его спутницу. Она сражалась смело и теперь пахла кровью: их кровью, его кровью. И он понимал, что второго такого боя им не пережить. — Нам повезло. Их было немного и ты отлично справилась, — Андерс не чувствовал других порождений. По крайней мере здесь. Он заставил Аннику посмотреть на него, вытер влагу с её щёк, и немного размазал кровь. — Ты чумазая. — Ты тоже, — улыбнулась она. Оторвавшись от него, поднялась и протянула ему руку. — Но не беда, здесь полно воды. Андерс чувствовал себя хорошо, но руку помощи принял из вежливости. Анника помогла ему быстро собрать разбросанные вещи. После они двинулись к перекрестку. — С тобой такое раньше случалось? — она шмыгнула носом и утёрла его рукавом. — В смысле, ранения. — Бывало и похуже, — Андерс наблюдал за девчонкой. Она выглядела забавной и милой. Не побоялась помочь ему, рисковала, спасла ему жизнь. — Но со мной всегда были друзья. Мы прикрывали друг другу спины. Он с тоской подумал о прежней жизни, друзьях, которых оставил далеко, за морем. Прошло несколько лет, никто не знал куда он отправился, никто его не искал. Живя иной жизнью, наполненной новым смыслом, Андерс постепенно начал забывать лица тех, кем когда-то дорожил. К тому же, он больше не был собой. Очередной подтопленный тоннель пришёлся кстати. Чтобы смыть кровь и привести себя в порядок, насколько это возможно, пришлось ненадолго задержаться. С рубашкой Андерс расстался, она пропиталась кровью и дыра от клинка разорвала её едва ли не пополам. Так и напялил куртку на голое тело. Силы были на исходе, и проходя дальше по глубинным тропам, Андерс оглядывался в поиске подходящего места для отдыха. Прислушивался, нет ли опасности, вместе с Анникой пытался найти незапертый дом. Получилось не сразу, пришлось поблуждать по пустым мрачным закоулкам, но такой дом нашёлся. Он оказался небольшим. Андерс зажёг магический огонь в камине и как следует запер дверь. Разрисованная рунами комната наполнилась теплом и светом. Когда-то она служила складом или магазином. Вдоль стен возвышались полуразрушенные стеллажи с остатками разбитой посуды и истлевшей одежды. Внизу стояла широкая лавка и пустые сундуки. Возможно, искатели сокровищ, или даже прежние хозяева карты наведывались сюда. И судя по всему, вполне успешно. Пока Анника изучала руны на стенах, Андерс устало повалился на лавку и положив руки за голову, прикрыл глаза. Каменная поверхность была твёрдой, но сейчас ему плевать хотелось на незначительное неудобство. Он мог бы заснуть даже стоя и наверное заснул. Но каждый раз его разум погружался в кошмар, и видения о порождениях тьмы, всюду рыскающих на Глубинных тропах. Мерзостное ощущение их присутствия, как укол ядовитого паука, растекалось по жилам и вызывало неприятные видения мрачных мест, где они копошатся, как черви. Хорошо, что он зачаровал посох, и твари не обнаружат его присутствия, не явятся следом. Эта мысль немного успокаивала и кое-как передохнуть все же удалось. Плюс немного магии и силы восстанавливались, затекшие мышцы переставали ныть. Хорошо быть магом. И как другие люди живли без этого? Андерс усмехнулся собственной мысли, но вскоре тишину нарушил мягкий голос Анники. — Прости, что втянула тебя в это. Ты был прав, когда хотел, чтобы я уехала. — Ты ни при чём, — Андерс открыл глаза и посмотрел на неё. Девушка стояла возле камина, смотрела на огонь и расплетала косу, перекинув её через плечо. — Дело во мне. Я ведь говорил, что опасен, помнишь? — Опасен? — усмехнулась она. — Ты здорово сражался, но чуть не умер у меня на руках. Так кто из нас в опасности? — Анника, ты не понимаешь, — Андерс поднялся с лавки и подошёл к ней. Он не знал, как доходчиво объяснить про монстра внутри себя. Словам она не верила, но если не объяснить, не поймёт, и не будет готова к защите. — Из-за меня уже гибли люди. Андерс положил руки ей на плечи и развернул к себе. Анника будто отказывалась принимать его слова. Сердито смотрела большими серыми глазами. Ему нравились эти глаза, в которых читалась преданность и невинность. Нравилось, как её длинные русые волосы пахли летней луговой травой; нравилось любопытство, смелость и лёгкая наивность. Андерс не хотел испортить ей жизнь и не мог допустить, чтобы это сделал кто-то другой. Если правильно обучить её, она сможет постоять за себя. — Это кошмарное место. И мы не в безопасности. В следующий раз кто-то из нас может погибнуть. Или умрём оба. А я ведь даже ни разу.... — она запнулась и покраснела, отводя взгляд, — ты помогал мне всё это время, ты заботишься о людях, вот ты какой, а не опасный! Андерс не знал, что на это ответить. Бывает, молчаливая пауза кажется слишком долгой, как затянувшаяся серенада мартовского кота. Нужных слов не приходило на ум. Что ей сказать? Что забота о других хоть как-то помогала загладить вину? Но ей ответа не требовалось. Она подняла на него глаза, встала на носочки, взяла за шею, притянула к себе и поцеловала. Поцелуй вышел робким и неуверенным, но Андерс не хотел её отталкивать. Она пробуждала в нём самое светлое, то, что давно пылилось в забытом уголке души. И этот свет, разгораясь всё ярче, наполнял его жизнь новым смыслом. Таким, ради которого хотелось просыпаться по утрам и радоваться новому дню. Ради которого стоило идти на крайние меры, чтобы сразиться с собственным монстром. Андерс ощутил, как прохладные пальцы Анники пробрались под куртку, порхнули за спину, неуверенно скользнули за пояс брюк и там остановились. Кожа под ними нагрелась, голова закружилась, а сердце понеслось вскачь. На миг он разорвал поцелуй, чтобы снять куртку, швырнуть её на лавку, а потом телом ощутить тепло девушки. Её мягкие губы касались шеи, а тёплые ладони уже уверенней порхали по его спине, словно горячие мотыльки. Он чувствовал, как на кончиках её пальцев заплясали искорки — такая магия рождалась от возбуждения и раззадоривала обоих. Андерс рванул завязки на платье, стянул рукава с худых тонких плеч, и тяжёлая ткань скользнула на пол. Анника охнула, порозовела, напряглась и взглянула на него, как испуганная галла на натянутую тетиву. Её зрачки расширились, кожа покрылась мурашками. Она рванулась к платью, но Андерс остановил её порыв, поймав за плечи. — Ты ни разу не была с мужчиной, — он склонил голову, изучая её изгибы, любуясь плавными линиями. — Я была, — она раскраснелась, быстро схватила его за ремень и притянула к себе для поцелуя. — Я не это хотела сказать. Она лгала и стеснялась, когда он рассматривал её. Андерс подозревал с самого начала и ещё не решил, как отнестись к её лжи. Ведь она предлагала себя, хотя и делала это лишь потому, что считала возможность последним шансом. И всё же близость её тела будоражила, и Андерс не сдерживался. Он целовал тонкие выпирающие ключицы и слышал глубокое и частое дыхание. Ему тоже было хорошо. Он осторожно прокрадывался пальцами к тени между её бедер и, наблюдая за её реакцией, всё больше убеждался — она удивлялась его действиям и не знала, что делать дальше самой. Она ахнула, вздрогнула и сама оттолкнула его руку. Он ждал этого. — Именно это ты хотела сказать, — пробормотал он ей на ухо и отпустил. — Теперь понимаешь? Не бойся, что не успеешь. Побереги себя для того, кого полюбишь. — Но я, — она запнулась, подбирая слова. — Прости. Я хочу этого с тобой. Андерс покачал головой. Он мог её научить. Мог открыть для неё этот мир, не будь обстоятельства против. Он вздохнул, схватил и напялил куртку. Ему хотелось остыть и проветриться, пока не натворил непоправимого. У него ведь нет будущего, а ей не нужен мужчина, который вместо того, чтобы защищать и беречь хрупкий цветок, однажды превратится в монстра и растопчет его. — Ты не хочешь, потому что любишь Мариан? — её голос дрогнул, она подобрала и натянула платье. Андерс увидился вопросу. Но не хотел обсуждать Мариан. Особенно сейчас. — Отдыхай. Здесь безопасно, — предупредил он вместо ответа и вышел из гномьего дома. В его памяти навсегда останется тот день, когда он не смог сопротивляться зову Корифея. Это древнее порождение тьмы они с Мариан нашли заточенным в башне на Виммаркской пустоши. Все Серые Стражи тоже шли на зов и не могли противиться из-за скверны в крови. Мариан оказалась в состоянии надавать духу Справедливости по шее, когда он высвободился и напал на своих. Правда, синяки потом болели не у духа, а жаль, это могло научить его не бросаться на людей, как паршивая собака. Рано или поздно дух снова овладеет им. Анника не сможет ему противостоять. У неё не хватит сил, а он не сможет с этим жить. Уже и так слишком много смертей на его совести. Так что, девушке точно не место рядом с ним.
