Кровавый понедельник

- Ааах! – протянул я, вдыхая полной грудью запах квартиры, в которой жил вместе с Анжеем. – Как же приятно оказаться здесь вновь! Здесь всегда пахло цветами. Не какими-нибудь освежителями воздуха, а настоящими полевыми цветами, которые мой любимый каждую неделю покупает на рынке. В сочетании со свежим прохладным воздухом запах становился насыщенным и, казалось, неземным. Прошла уже целая неделя и меня, наконец, выписали из больницы. Как же я был рад променять больничную палату на теперь казавшуюся такой родной квартиру Анжея!.. - Это была самая ужасная неделя в моей жизни, - пробормотал я, снимая кроссовки. – Ненавижу больницы. Первое, что вяжется с ними – одиночество. - Почему? – тихо спросил Анжей. Мне казалось, он совершенно изменился с того момента, как я получил сотрясение мозга. Тихий, аккуратный, заботливый до невозможности. Мне, конечно, это безумно нравилось, просто было достаточно необычно видеть его в таком клише. - Сразу представляется поздний вечер. Лежишь один в палате с выключенным светом, дверь чуть приоткрыта, из щелей сочится свет, и из коридора доносятся чьи-то быстрые шаги… И ты плачешь, едва слышно всхлипывая, чувствуя, как одиночество расползается по твоему телу, обволакивая кости… - проговорил я, отдаваясь неприятным воспоминаниям детства. Повисло молчание. - Впрочем, это позади, - добавил я, проходя в комнату. Первое, что бросилось в глаза – это та самая кровать, что мы купили неделю с лишним назад. Она была поистине королевских размеров; только сейчас я заметил это. Тогда, в магазине, она казалась куда меньше. - Ваау, - протянул я восхищённо. – Потрясающе. Анжей подошёл ко мне и обнял за талию. - Я постирал простыни и наволочки, пока тебя не было, - сказал он. - Молодец, а… ты знаешь, мы ведь так и не испробовали её, верно? – улыбнулся я, поворачиваясь к нему лицом. - Может, не стоит пока что? – возразил Анжей, хмуря брови. – Первый день после выписки только… - Я не верю своим ушам, - честно сказал я. – Ты тут неделю без меня один был! - Я совсем не думал о сексе, поверь, - произнёс Анжей. – Я за тебя волновался. - Верю. Но самое время подумать, - хитро улыбнулся я, разворачивая любимого к кровати. - Эм… Лёгким движением руки я бросил его на кровать; секунду спустя я уже был сверху и горячо целовал его в губы. Футболка Анжея полетела в сторону. Превосходное тело возлюбленного было горячим, прикосновения к его коже отдавались приятными ожогами на моих руках. Я хотел его всего и сразу. Поцелуи шли всё ниже и ниже; когда я добрался до пресса, набухшая головка члена Анжея уже высовывалась из джинсов, требуя к себе внимания. Я не мог терпеть больше и взял её в рот, вспоминая её солоноватый вкус, подзабытый за последнюю неделю. Под протяжный стон, вырвавшийся из уст Анжея, я освободил его соскучившуюся по ласке плоть от штанов и теперь усиленно работал руками, вызывая всё более громкие стоны. Член любимого отвердел за считанные секунды. Более того, он напрягся до предела, что, наверное, никогда прежде так рано не происходило. Я водил по стволу рукой, одновременно обсасывая яички, как вдруг струя горячей, обжигающей спермы вырвалась из члена Анжея и, высоко поднявшись в воздух, с плеском ударилась о моё лицо. Я в недоумении поднял голову и посмотрел на любимого. - Что это было?! – смеясь, воскликнул я. Анжей, чуть не задохнувшийся от потрясающего оргазма, прошептал: - Это… неделя… без тебя… Секунду спустя он засмеялся вместе со мной, убирая с моих щёк своё семя, и сказал: - Это ещё не всё… Ты же не думаешь, что я так быстро сдамся? - Конечно, нет, - улыбнулся я и потянулся к нему с поцелуем. И весь оставшийся день мы не могли оторваться от новой кровати и друг от друга.