Выбор

Яркий свет начинал слепить и я подошла к окну, чтобы закрыть шторы. Как оказалось позже, уснула я с книгой, выбранной мною для истории на ночь. «Джейн Эйр» осталась лежать у кровати удивленно разинув страницы рядом с полотенцем, которое я небрежно бросила вчера. Солнце только начинало свой долгий путь от горизонта, слышалось щебетание птичек в расположенном недалеко лесу. Погода была просто замечательной и я не отказалась бы сейчас от прогулки. Бросив взгляд на приоткрытую дверцу шкафа, я не удержалась от соблазна. Содержимое моего рюкзака было аккуратно сложено на полочке, а рядом висели с десяток темных чехлов для одежды. Что там находилось, я проверять не стала, мне было достаточно моего короткого комбинезона и майки. С обувью все оказалось сложнее. Раскрыв чуть ли не каждую коробку, я наконец нашла кроссовки. Надев их, я с удивлением осознала, что досье у этой ведьмы на меня более чем подробное... И замерла у зеркала. Неужели это я вчера согласилась на такую авантюру и сейчас стою здесь, за сотни километров от своего дома, преспокойно на это реагирую, не предпринимая попыток сбежать? Минуту простояв без движения, я поспешила накинуть кофту на плечи и зашагала к двери. Тихо спустившись по лестнице и на всякий случай оглядываясь по сторонам, я, к счастью, никого не обнаружила. Подошла к роялю, зачем-то заглянула внутрь и провела пальцами по клавишам. Когда-то и я играла на нем, спокойно разбираясь в витиеватых партитурах... Пока не бросила занятия. – Остина ищешь? – мягкий баритон Келлана прервал мои раздумия. Он стоял у лестницы и протирал объектив камеры. – Нет! – вырвалось у меня. – То есть... – Да ладно. Если что, он может быть в гараже, если уже не уехал. И куда только можно ехать в такую рань? Развернувшись, парень уже собрался уходить, но вдруг резко остановился и сделал пару кадров. – Эй, прекрати! Но коварно улыбающийся Келлан и не подумал прекращать, а только поднялся по ступеням и сделал еще несколько фотографий. Я оглянулась в поисках, чем бы запустить в этого фотографа, но ничего не обнаружила (рояль-то я не брошу), а он уже скрылся на втором этаже, откуда едва доносился его смех. Ну ладно, найду тебя еще, подумала я. Сам ведь показал, где искать. Откуда ни возьмись наползли тучи и начался дождь, хотя ничего не предвещало беды. Идти к гаражу было всего ничего, но за этот десяток метров я вымокла до нитки. Волосы мокрыми прядями липли к щекам, холодная теперь одежда – к телу... На кого же я была похожа, представ перед Остином в таком виде? Уже с порога я услышала тихое урчание мотора. Он сидел за рулем темно-красного спорткара, в марках я не разбиралась. При виде меня на его губах заиграла легкая улыбка. Подробно изучив с головы до ног взглядом, он скрестил руки на груди и откинулся на спинку сидения, мол, давай, рассказывай, зачем пожаловала. – Прекрасно выглядишь, – в голосе его слышались нотки веселья. Я подняла глаза, но прожигать взглядом, к сожалению, уже не было кого – он упал на второе сидение с хохотом, который заполнил все помещение. Но я шла сюда не за этим и такой наглости не стерпела. На глаза попалось ведро с водой (очень кстати), губку я из него достала, а вот остальное мне понадобилось... Не задумываясь о дальнейших последствиях, я выплеснула всю жидкость на подлеца. Смех затих, Остин открыл глаза. Я состроила максимально невинную мордашку, хотя, сомневаюсь, что это теперь поможет. Вампир медленно сел, убирая с лица влажные пряди, а после – вышел из машины и куда-то уверенно направился. Я даже не рискнула оборачиваться ему вслед, так и оставшись наблюдать за стекающей с кожаных сидений водой. За спиной послышались тихие шаги. В следующее мгновение холодная струя ударила мне в спину, прижав к капоту. – Ах ты... – Кто? – криво улыбнулся он. Я не договорила, несколько мгновений смотрела ему в глаза в надежде увидеть хоть слабый намек на раскаяние, но, увы, бесполезно. Молча я вышла на улицу, перебирая в голове причины, что вообще заставили меня прийти туда. Дождь поливал деревья, цветы, газон у дома... и меня. Но в отличие от растений, мне это на пользу не шло. За мной осталась заметная мокрая цепочка следов на паркете, продолжившаяся на лестнице вплоть до двери комнаты. Первым делом, войдя внутрь, я скинула мокрую одежду, оставив ее на стуле. Открыв все дверцы и ящички безразмерного шкафа, я обнаружила нечто, напоминавшее пижаму, правда, откровенно пикантного вида. Надев ее, я поскорее спряталась под одеялом, содрогаясь от холода и в надежде, что сегодня меня никто не потревожит, потянулась за забытой книгой и краем глаза заметила, что окно-то оказалось открытым! Зло сопя, завернувшись в одеяло, пошла закрывать (и какой только упырь его открыл?). К этому времени к ливню прибавился ветер и капли воды пролетали мимо чуть ли не горизонтально. Ни за что туда не выйду! Плотно закрыв окно и сняв ленту со второй шторы, я вернулась в постель, по пути включив свет. Так, посмотрим, на чем я остановилась? Шум дождя уже стих, а я лежала в обнимку с книжкой. Последних несколько часов прошли, как во сне, за это время закончилась последняя страница, а на улице наступили сумерки. Как странно... Светильники по обе стороны окна были включены, разливая мягкое свечение на стены. Но я их не включала. Я вернула книгу на полку и подошла к окну, отведя рукой штору. Темно. Только полная луна освещала дворик, а теперь и комнату. Отчаявшись завязать ленты в бант на шторах, как было до меня, я просто затянула узел. Не так элегантно, конечно, но тоже неплохо! Для ужина было наверняка поздно, но мой желудок не интересовался расписанием и, вопреки своим принципам, я вышла в коридор. К счастью, там никого больше не было и дорога к лестнице была хорошо освещена. К залу я добралась довольно быстро, где тоже не пришлось идти на ощупь. В ветвистом канделябре потрескивали свечи, освещая мужскую фигуру с бокалом темной жидкости. Гордо прошествовав к стулу, я села напротив и принялась нагло на него пялиться, игнорируя любые правила приличия и выражая все свое негодование. Через секунду мне ответили взаимностью и мой гнев сменился страхом. Синие глаза необычно ярко выделялись в полумраке комнаты, фигура улыбнулась, посверкивая белоснежными зубами. Блондин бесшумно исчез и спустя несколько мгновений появился в дверном проеме, уверенно направляясь ко мне и держа в руке второй бокал. – Я не буду пить эту мерзость! – запротестовала я. – А ты пробовала? – впервые за вечер (или ночь?) подал он голос. – Ты совсем с ума сошел, что ли? – Так разве ты можешь это утверждать, даже не зная вкуса? – ухмыльнулся он. – Я – могу. – И все же, – фигура плеснула в бокал вязкую жидкость и придвинула ко мне. – Составь мне компанию. Парень сел на свое прежнее место и улыбнулся, пристально смотря мне в глаза. Вздохнув, я поднесла бокал к губам и сделала маленький глоток. Отказать этим глазам я просто не могла, будто очутилась под гипнозом. По телу прошла дрожь. Соленый привкус... Кровь. Он все-таки дал мне кровь. Оправдывая мои худшие ожидания. Этот упырь налил мне крови! Которую я выпила! Мне стало жарко, почувствовалась слабость в теле. Последнее, что осталось в памяти, обеспокоенный взгляд синеглазого, а дальше – темнота. Я открыла глаза и сразу же наткнулась взглядом на бежевую ткань балдахина. Попробовала сесть, но внезапная резкая боль в желудке остановила на полпути и я рухнула на подушки. Надо же, какие необычные ощущения... Наверное, во всех углах этого здания был слышен мой крик. Мне показалось, или кто-то чуть не вышиб мою дверь? Неужели за мной явился ангел смерти, чтоб прекратить мои страдания? Тогда чего он так спешит? А, нет, ошиблась, это демон жизни, явившийся продлить мои мучения. Тогда все понятно. Я тяжело вздохнула. – Что тебе нужно? – сквозь зубы выдавила я, стараясь не смотреть в его сторону. – Тише, давай без резких движений, – его рука легла на мое плечо. Нет, ну вы поглядите, какой умник нашелся! Споил мне свою дрянь, после которой мой желудок ушел в затяжной отпуск, а теперь не двигайся? Я бы тебе сейчас шею свернула, упырь. – Вскоре вернется Ванесса и мы избавим тебя от этих мучений. Звучит как-то... Неоднозначно. Решили меня на ингредиенты пустить? А ведьма за специями смылась и глазом девственного дракона? – Стесняюсь спросить, каким образом? – Я не уверен, но, похоже, твой организм не переваривает кровь. Ох, серьезно? А остальные нормальные люди, естественно, обязательно выпивают на сон грядущий стаканчик гемоглобинного коктейля. Я попыталась испепелить его взглядом, но очередной приступ боли явно убьет меня раньше. – Все будет хорошо, – прошептал он мне на ухо, поглаживая плечо, но я почти не слышала, в своих мыслях сворачивая ему шею. Боль понемногу утихала и я начала чувствовать, как меня все-таки раздражают чужие руки на моем теле. Но только я открыла рот, чтоб возмутиться, как дом содрогнулся от сопрано. – Остин! Какое счастье, она меня спасет. Молитвы услышаны! Строгость в ее голосе не была поддельной. Я злорадствовала. Сейчас кому-то оторвут голову. Остин подскочил от неожиданности на кровати и я зашипела от боли. – Эш, прости, я... Я схожу за Ванессой. О, сколько трагизма было в его голосе! Да, ты тоже пострадай. Ведь именно из-за тебя я сейчас лежу на кровати и не могу встать и сломать тебе что-нибудь. Раньше меня так люди не бесили. Хм, это нечто новое. Дверь снова чуть не вылетела. Нет, ну что это такое? Я, конечно, понимаю, что дом ее, но живу-то в этой комнате я. Остин застыл на полпути, а потом попятился, наткнулся спиной на балдахин и понял, что бежать-то некуда. – Остин Джеймс Келли! – произнесла она, четко выделяя каждое слово. О, даже так? Чувствую, будет интересно. – Что ты уже здесь натворил? Я повернула было голову, чтоб лучше видеть сцену убиения моего мучителя, но желудок дал о себе знать. – Эшли? – ведьма подбежала ко мне и прикоснулась к руке, я застонала. – Что с ней? Что ты с ней сделал? – Ну... Она выпила немного крови. – Ты в своем уме?! Обычные люди не пьют такое! Какая кровь?! – Вторая положительная... – ответил он на риторический вопрос. – Нет, ты совсем ненормальный. Как ты додумался только до этого? Собственный опыт ничему не научил? Принеси сюда мой несессер. Живо! Через пару минут Остин уже стоял рядом с золотистым чемоданчиком в руках. Я откровенно не понимала, что они будут делать, но ужасно захотелось... Меня мучает один вопрос: когда я перестану терять сознание? Шевелиться я не рискнула, припоминая предыдущие попытки. – И почему ты постоянно создаешь проблемы? – надрывно шептал женский голос. – Я же не знал, что так будет, – виновато ответил мужской. – С тобой ведь всегда все в порядке. – О, чудно! Нашел с кем сравнивать! Ты знаешь сколько мне лет? А мы даже еще не знаем, кем ее обратят. Ох, любишь ты ввязываться в неприятности... – Не так уж часто это и случается. – Зато как масштабно! Несколько десятилетий назад тебя вовремя остановил Тадеуш, иначе ты бы уничтожил все население Морени. Удивляюсь, как тебя еще пускают в Румынию на границе. – Но ведь ты меня спасла. – До сих пор жалею, – вздохнула девушка. Дальше последовало молчание. Ну и ладно, у меня и так есть теперь о чем размышлять. Значит, Остин не такой уж новичок здесь, и они с Ванессой достаточно долго знакомы. Я бы даже сказала, очень долго. И поэтому... В дверь постучали, прервав ход моих мыслей и, не дожидаясь ответа, вошли. – Ванесса, ну наконец-то! Я подумал было уже, что ты снова смылась в Румынию к... – Заткнись! – грубо прервала она парня. – Эй, потише, я всего лишь зашел пожелать тебе спокойной ночи, хотя... Скорее уж доброго утра! – засмеялся Келлан. – А чего вы все здесь? Поверь, Келлан, меня тоже интересует, почему они устроили эту конференцию именно здесь. Я со стоном повернулась набок, безумно обрадовавшись тому факту, что прежней боли и след простыл, и открыла глаза. К моему глубочайшему разочарованию, первым, кого я увидела, оказался Остин. Грея в душе последнюю надежду, что это еще сон, я вернулась в прежнее положение и скрылась под одеялом. – А, понятно, – донесся до меня приглушенный голос Келлана, – нашли новую игрушку и уже ставите на ней опыты? После этих слов послышался звук захлопнувшейся двери, а Ванесса закричала вслед: – Вернись сейчас же, Кэл! Что ты себе позволяешь? Ты мне еще объяснишь, где шлялся всю ночь! Она перевела дух, села на кровать и стянула с меня одеяло. – Ну, как ты себя чувствуешь? – Эм, – я покосилась на Остина, склонившегося над нами. Ведьма обернулась: – Ты еще здесь? Разыщи мне Келлана и проследи, чтоб он не уходил далеко, у меня к нему пара вопросов. Вампир бросил на меня взгляд, но покорно покинул комнату. – Если честно, он меня выводит, – вполголоса пожаловалась я, на что Ванесса почему-то рассмеялась. – Я спрашивала о твоем здоровье. – Но именно из-за него оно и страдает. – Не переживай, мы его воспитаем, – улыбнулась она. Пока слабо верится, что он вообще поддается воспитанию. – Встать сможешь? Я попробовала сесть, но даже на это мне не хватило пока сил, посмотрела полными отчаянья (как мне показалось) глазами на Ванессу и она все-таки решила оставить меня одну. – Ладно-ладно, лежи. Зайду к тебе перед завтраком. Она похлопала меня по плечу и ушла, оставив в компании себя и своих мыслей, то есть в одиночестве. Я вздохнула и натянула одеяло под самое горло. Чем же себя занять? За окном на востоке розовело небо, легкий ветер покачивал ветви редких дубов. Какие-то птицы (а птицы ли? Учитывая последние события, уже во всем начинаешь сомневаться) время от времени пролетают мимо. Наверное, после вчерашнего дождя там не очень тепло, но все так заманчиво выглядит, так тянет. Недолго думая, я собралась с силами и еще раз попробовала сесть. Тело сопротивлялось и не поддавалось контролю, но после нескольких неудачных попыток я уже стояла... сидела на полу пополам с постельным бельем. К шкафу я доползла на коленях. Платье, платье, платье... Снова платье. Несовершенное же у них досье на меня оказалось. Неожиданно вспомнив о своем рюкзачке, я рванулась к нему, надеясь на что-нибудь адекватное внутри. И как же я была счастлива, выудив оттуда джинсы! На нижней полочке шкафа аккуратно сложены в коробку мои балетки, а итальянская майка рядом с кофтой лежит на пуфе около стола. Сжимая обувь в руках, я осторожно осматривалась по сторонам, стараясь идти бесшумно, но меня никто не поджидал на случай, если вздумаю сбежать, что чрезмерно порадовало. Наверное, они думают, что в таком виде я не смогу куда-то пойти? Ха-ха! Как же они ошибаются. Держась за стену, я со стоном приближалась к лестнице, чтоб им в аду гореть с их кровью! Перегнулась через перила с целью рассмотреть местность на наличие потенциальных врагов – пусто. Ни звука вокруг, кроме тихого скрипа деревянных ступеней лестницы подо мной. Я выбралась на улицу, закрыла за собой дверь и только когда убедилась в своем одиночестве, нырнула наконец в балетки. Мой взгляд упал на неприметную тропинку меж деревьев, куда я и направилась. «Сбегать» из дома было сложновато: земля плыла под ногами, меня мутило, во рту все еще чувствовались нотки крови, вспоминая о которой, у меня кружилась голова. Я шла от дерева к дереву, стараясь находиться в сознании и не упасть лицом в грязь. Типичное пищевое отравление. Внутри бушевало желание уйти, куда глаза глядят, чтоб не вернуться, чтоб никто не нашел, но... Какой в этом смысл? Любопытство раздирает меня: а что будет дальше? Бежать я не хотела, это точно, а вот освежиться не мешало бы. В таком апатичном состоянии я забрела достаточно далеко, и уже вряд ли найду дорогу обратно без помощи. Солнце встало и теперь пускало свои теплые лучи сквозь ветки, роса поблескивала, словно россыпь драгоценных камешков. В кустах что-то зашевелилось и в следующую секунду оттуда выбежала обычная рыжая белка. Она семенила короткими лапками в сторону огромной ели, неся в зубах орешек, ловко взобралась на дерево и приступила к своей скромной трапезе. Интересно, насколько здесь разнообразна живность? Ограничивается ли она рыжими белочками, или есть кто побольше? Я зашагала дальше, чувствуя, что силы возвращаются к этому бренному телу. Вскоре наткнувшись на небольшую полянку, решила подарить себе короткий отдых и устроила привал под первым же удобным деревом, не особо заморачиваясь по поводу одежды. И растянувшись на траве, в который раз поняла, насколько приятно не зависеть ни от кого. Сейчас у меня имелось неограниченное количество свободного времени и хотелось поразмышлять о случившемся со мной в последнее время, разложить по полочкам, так сказать.