Неоновая охота

      Вечер пятницы — лучшее время для начала охоты.       Водитель нетерпеливо сжимает руль, обтянутый дорогой кожей, предвкушая события предстоящей ночи. Неоновые огни вывесок дешёвых забегаловок и магазинов психоделическим вихрем проносятся за окном автомобиля, придавая улицам оттенок картин Энди Уорхола. Юноши, за которыми мужчина едет в грязный зашарпанный клуб, потерянный в лабиринтах кварталов Нью-Йорка, уже подготовлены бесчисленным количеством наркотиков и транквилизаторов, а кровь их давно заменил алкоголь.       Охота началась.       Стивен Роджерс — сын одного из известных нью-йоркских предпринимателей, прожигающий деньги отца всеми возможными способами. Наркотики — опробован каждый вид, алкоголь — различает с закрытыми глазами по одной капле, секс — где угодно, с кем угодно и когда угодно. Безнравственный, властолюбивый и жестокий — Роджерс сочетает в себе все качества, за которые человек ни за что на свете не попадет в Рай. А он туда и не стремится. Многообещающий преемник отцовского дела, изумительно сведущий в экономических делах, идеальный супруг и заботливый сын — мужчина умеет выставить себя в выгодном свете. Но вся эта жизнь — прикрытие, иллюзия нормального существования. Американский психопат нового поколения. Джеффри Дамер и Деннис Нильсен в одном флаконе. Называйте, как хотите. Резкий, корыстный, расчётливый. Когда отец поставил условие — либо Стивен женится, либо никогда больше не получит и цента из кармана Роджерса-старшего, — он решил воспользоваться помощью подруги детства. А что? Все в плюсе: Маргарет получила причастность к одной из влиятельных семей Нью-Йорка, а Стивен снискал благоволение отца и неограниченный доступ к семейному банку. Более того, в лице супруги он заполучил соратника и помощника — вряд ли родителям стоит знать, какие нестандартные наклонности имеет милашка Маргарет.       Но Роджерс-младший предпочитает действовать в одиночку. Накачивать податливых мальчиков наркотиками, или находить в каком-нибудь захудалом баре уже готового юношу, согласного прыгнуть в белый BMW, услышав имя его обладателя. Стивен любит парней и не скрывает этого. Молодые люди всех национальностей и рас, кофейные шатены или солнечные блондины, кареглазые или же с хвойной зеленью во взгляде — Роджерс любит всех и каждого. Одну ночь, правда, если не несколько часов. Хотя, какая разница какого цвета кожа мальчика, когда он, кашляя кровью, хрипло стонет, прося о пощаде, или рвано выплевывает оскорбления, потеряв веру во спасение. Стивен любит эти моменты, когда в глазах, повидавших так мало за только-только набравшую обороты жизнь, гаснет последний огонёк, а руки, отчаянно пытавшиеся оттолкнуть массивное тело, безвольно опускаются. Он не всегда лишает жизни свою добычу, но самые яркие и сильные ощущения захлёстывают его именно в тот момент, когда под стальными пальцами глухо щёлкает тонкая шея, или мальчик, совершенно ничего не подозревая, делает губительный глоток из бокала, в котором Стивен всего несколько минут назад растворил пару грамм стрихнина. Роджерс любит вершить судьбы людей, но никогда и никому не доверит свою.       В машине ещё не выветрился тонкий аромат духов Маргарет, так что мужчине приходится прибавить мощности ионизатору. Будет неловко, если очередная жертва почувствует женский парфюм в салоне автомобиля. Взгляд Стивена падает на пассажирское сиденье, где лежит тонкая папка, оставленная супругой. Мельком пробежавшись по десяткам строчек, Роджерс с лёгкой руки отправляет документы за спину, из-за чего бумаги с тихим шорохом рассыпаются в задней части салона. Маргарет часто оставляет свои вещи в машине мужа, будто намекая, что, несмотря на все забавы мужчины, он принадлежит ей. Как бы не так. Поэтому сейчас десятки листов беспорядочно разбросаны сзади. Никто не имеет права властвовать над Роджерсом.       Белый BMW бесшумно, точно хищник в засаде, пробирается в каменных лесах, сокращая расстояние до жертвы. Мужчина раздражённо щурится, когда в салон автомобиля в очередной раз резким лучом врывается свет фар от встречной фуры. Из-за мелкого дождя, то и дело с самого утра разрывавшего тучи острыми каплями, лобовое стекло покрыто моросью, и когда красный свет светофора разливается по улице, мужчине кажется, что машина его забрызгана кровью.       Стивен пропустил охоту в прошлую пятницу и теперь намерен наверстать упущенное. Может быть, сегодня в кожаную обивку салона вопьются пальцы двух пар тонких рук, а сладковато-тошнотворный запах алкоголя, пота и дешёвого парфюма, которым мальчики предпочитают пользоваться все, как один, будет ещё долго бороться с очистителем воздуха. Сегодня Роджерс готов дать себе полную свободу, и ни одно малейшее недоразумение не отвлечёт его от долгожданной, сладкой и тягучей, как патока, охоты.       Глухая вибрация рваным дыханием разносится по салону, но Стивен, мельком взглянув на дисплей, игнорирует звонок. Маргарет. Она знает, что муж сегодня не вернется домой, но желание показать свою власть берёт верх. Кажется, разговор, состоявшийся утром, не произвёл на неё должного впечатления. Возможно, пара синяков, которые непременно проявятся завтра, будут более весомыми аргументами. Никто не имеет права держать Роджерса на коротком поводке.       Очередной перекресток, улица пуста, время близится к двум. Ядовито-розовая вывеска дешёвого бара зазывает в Эдем, неоновое яблоко отвратительным пятном нависает над входной дверью. Машина замедляет ход, и звук мелких камушков, попадающих под шины, чертовски похож на хруст костей. Пара секунд — и облезлая металлическая дверь отворяется, наполняя звуком-криком вымерший квартал. Пьяная пара — девчонка-проститутка и мужчина чуть постарше, вероятнее всего её сутенёр — вываливаются на улицу, сотрясая воздух влажным смехом. Неловко запахнув кислотно-розовую драную полушубку, девушка прислоняется к стене, сгибается пополам через пару секунд, с мерзким звуком очищая желудок. Её бойфренд-работодатель, разъяренно крича, поднимает девчонку за волосы, резко ударяет по щеке, а затем грубо целует. Вот они, современные Адам и Ева, изгнанные из Рая.       Охотник коротко хмыкает, наблюдая за библейской картиной, после чего проворачивает ключ, и снежный BMW, двинувшись с места, вновь несётся по пустым улицам. Роджерс знает, куда и зачем держит путь. Точнее, за кем. Во время последних трёх охот, которые по странному стечению обстоятельств проходили в одном и том же баре, Стивен заметил юношу, магическим образом выделявшегося из общей массы пластмассовых, точно штампованные куклы, мальчиков.       Отстранённый парень с холодными блёклыми глазами, будто потерявшими весь цвет, каждую пятницу закидывается парой таблеток кислоты, а через полчаса выпивает стакан дешевого виски, дабы усилить пришедший кайф. Бесцветная кожа в свете неоновой подсветки стойки приобретает мутноватое свечение, движения становятся более мягкими, взгляд — призывнее. Он будто выходит из анабиоза, впитывает жизнь, точно цветок, получивший каплю желанной влаги. Юноша не танцует, как все остальные мальчики, стоит им пустить в нежное нутро жгучую смесь, а бесцельно сидит в углу, наблюдая за быстрым течением жизни. Никто и никогда не составляет ему компанию, будто мальчик ядовит, и нахождение рядом с ним чревато смертью. Только во время последней охоты, когда Стивен выходил из бара с очередной опоённой жертвой — парнишка из Испании, которому уже никогда не исполнится двадцать, — взгляд его привлекли двое парней, пьяно целовавшихся на улице. Мальчик с аспидно-черными волосами рьяно прижимал партнёра к стене, чьи плохо управляемые хмельным мозгом руки бесцельно разгуливали по пленившему его телу. И только короткий взгляд, брошенный на выходящих охотника и жертву, разъяснил, кто оказался в оковах алкоголя и парня-ворона. Бесцветные серые глаза, вспыхнув лунным серебром, вмиг высосали все краски из неоновой жёлто-оранжевой вывески, наполнившись смесью горячей пошлости и развязности. Беглый, но столь провокационный взор раскалённым клеймом отпечатался в памяти мужчины. В ту ночь, оставляя бездыханного испанского мальчика на заднем дворе особняка компаньона отца, Стивен ясно видел перед собой юношу с бесцветными глазами, умевшего за пару секунд поглощать все краски и наполнять взгляд неописуемой смесью эмоций. Парень-факел, приманка, лёгкая добыча, сама пожелавшая попасть в силки охотника.       Сегодня Роджерс едет за ним.       Он знает, что привычно обнаружит юношу под кислотой в баре, из которого странным образом пропадают молодые люди. Сегодня это место покинет ещё одна заблудшая душа. Мерзкая морось поволокой окутывает машину, и мужчина раздражённо включает дворники. Мутно-голубое свечение вывески ночного кафе слепяще бьёт слева, превращая пустые капли, облепившие стекла машины, в россыпь аквамаринов. Жёлтый свет фар выхватывает из темноты сгорбленную фигуру, одиноко сидящую на бордюре. Стивену сначала кажется, будто силуэт стирается вместе с каплями, ловко сгоняемыми дворниками, но лёгкое движение незнакомца рушит иллюзию. Стивен мог бы проехать мимо брошенного на обочине, но приглядевшись получше, он замечает, это совсем молодой парень, отчего-то босой. Звериное чутьё обостряется, и Роджерс чувствует в фигуре лёгкую жертву, тормозит неподалёку, освещая юношу холодным светом фар. Мальчик замечает, что за ним наблюдают из машины, и медленно поднимает голову. Мутный взгляд безразлично изучает номер, скользит по капоту, касается водителя. Аквамариновый свет забегаловки отражается в бесцветных глазах, и у Стивена не остается сомнений, кто раньше назначенного часа попал на мушку. Всё тот же мутный взгляд продолжает, не мигая, вглядываться в лобовое стекло — и мужчина мягко улыбается, опускает голову, чувствуя сладкий прилив энергии. Кажется, жертва сама нашла своего охотника. Небрежно толкнув дверь, Роджерс подставляет лицо промозглым каплям, выходит из машины, направляется к юноше, освещённому фарами.       — Эй, — низко окликает Стивен, надеясь, что парень слышит его сквозь наркотическую пелену, — тебе нужна помощь?       Новоявленная добыча медленно поднимает голову и вяло взирает на мужчину. Он похож на мотылька, не понимающего, какую разрушительную силу несёт в себе огонь, так приветливо возникший перед ним и манящий сладким теплом. Стивен замечает, что юноша, прижав к себе левую руку, автоматическим движением поглаживает багровое пятно чуть ниже плеча.       — Если надо, могу отвезти тебя в больницу, — заискивающе продолжает мужчина, не мигая глядя на жертву.       Парень безмолвно открывает рот, а затем, закашлявшись, сплёвывает кровь и хрипло общается к пауку, медленно плетущему сеть вокруг него:       — Не стоит играть.       Неживой тон парня резко бьёт Роджерса по слуху, проносясь эхом и окутывая разум.       Охотничье чутьё обостряется, а в голове держится только одна мысль: как лучше добыть жертву, не испортив её ловушками и капканами?       — Джеймс, — наркотическая пелена вместе с притупленным от боли чувством сохранения заставляет парня довериться незнакомцу, обрекая себя на… Стивен ещё не знает, что именно хочет от таинственного мальчика, но чувствует, что на этот раз история закончится по-новому.       Парень, стиснув зубы от боли, поднимается и медленно движется к машине, будто не чувствует никакой опасности, исходящей от незнакомца. Дёргает здоровой рукой дверь, садится в салон.       Добыча в ловушке.       Стивен, стряхнув с плеч холодную морось, спешит занять своё место.       — Я знаю, что ты давно наблюдаешь за мной, — безучастно произносит Джеймс, как только мужчина захлопывает водительскую дверь.       Слова, словно нанизанные на нитку хрустальные бусины, звенят в ночной тишине, и Стивен чувствует, что жертва на самом деле не так проста, как все предыдущие мальчики с пластмассово-гладкой кожей. Его не интересует, почему юноша с бесцветными глазами оказался на обочине избитым, он только благодарен тому человеку, облегчившему ему работу. Иногда стоит охотиться и на раненых животных.       — Знаешь ты далеко не всё, — ровно произносит Роджерс, выкручивая руль, дабы развернуться и отправить автомобиль в обратную дорогу. — И не стоит садиться в машину к первым встречным, разве мама тебе не говорила?       Парень откидывается на спинку сиденья, из-за чего мелкие дождевые капли летят на заднее сиденье, и обнажает зубы в безумной улыбке. Дьявольское пламя пляшет в ритуальном танце в его пустых глазах.       — Не стоит подбирать первых встречных на улице, — сквозь недобрый оскал выдает Джеймс. — Мало ли, кем они могут быть на самом деле.       Неоновая вывеска Эдема проносится за окном, и этот алый свет похож на размазанную по стене кровь.       Сегодня это видение превратится в явь.       Грань между охотником и жертвой стерлась, оставив после себя лишь неоновый ядовитый свет.