Пертурбация

      Мона Крауц аккуратно целовала каждый сантиметр бледной шеи Люцианы Моргенштерн, внимательно изучая такую беззащитную эрогенную зону. Оставляя собственнические и хищнические засосы, она аккуратно массировала грудь любимой сквозь блузку и лифчик.       Люциана гладила Мону по щекам и целовала в ушко, покусывая мочку. Мона довольно рыкнула, начав действовать активнее, и ладонью провела от груди до юбки, чтобы пощупать, какая её любовница горячая. Трусики предательски увлажнялись. Крауц властно провела языком от ключичной ямки до уха Люцианы, мол, моя добыча. Моя. И только моя.       Моргенштерн постанывала, часто дыша, и сильнее вжималась в постель, откинув голову. Она словно агнец на жертвенном одре.       Убедившись, что ласки дают свой эффект, Мона переключилась на восхитительно мягкую и упругую грудь. Она расстегнула блузку любовницы, припустила ткань кружевного лифчика и начала ласкать соски пальцами, наблюдая, как возбуждается партнёрша. Влажные прикосновения языка распаляли как не что-либо иное.       Розоватые соски требовали внимания и твердели. Люциана обожала, когда Мона ласкала её грудь. Лёгкие и уверенные движения, покусывания, поглаживания, горячий язык, сильные пальцы — всё это сумасшедший коктейль, чей результат не опьянение, но — яркий, взрывной оргазм.       Наконец избавив партнёршу от одежды, Мона начала гладить податливое худое тело, до которого прикасаться должна лишь Крауц. Ну или Люцианочка, когда остаётся одна в ванной…       Мона усмехнулась такой мысли, посасывая и подёргивая соски, и Люциана обнимала её за шею, рвано вздыхая и сотрясая воздух чувственными стонами.       — М-Мона…       — Да, принцесса?       — Я… Я люблю тебя.       Это просто контрольный в голову.       Поражённая на повал Мона зарычала и стащила трусики, влажные от вагинальной смазки, после чего прижалась ртом к половым губам и начала посасывать дивный цветок своей любимой. Языком касаясь клитора, она ловко и умело ласкала его, отчего Люциана сводила ноги и бёдрами сжимала голову Моны.       — А-ах-х… М-Мона…       Слушая стоны удовольствия, женщина ласкала половые губы языком, одной рукой прижав к себе Люциану за бедро, а другой — сминая одну из её дивных грудей.       — Моя малышка… — прошептала Мона, оставляя на лобке влажную дорожку языком.       Дальше в ход пошли пальцы. Проникнув ими в партнёршу, Крауц вновь начала целовать грудь и шею возлюбленной, стараясь насадить её как можно глубже и сильнее. Люциана раздвигала дрожащие ноги от предоргазменного пламени.       Трахая любовницу пальцами, Мона ухмылялась, видя это прекрасное раскрасневшееся личико, приукрашенное неконтролируемым удовольствием и мимикой той, что желала отдаться со всеми потрохами.       — Я… Я сейчас к-кончу… — шептала Люциана, совсем растворяясь в Моне и начиная дрожать всем телом.       Когда пламя оргазма обожгло её и электричеством прошлось по организму, она громко застонала, жадно прижимая к себе любимую.       — Ты… просто… королева, Мо.       — Королева? О нет, зачем ей быть, если я уже твой БОГ.       Я тоже люблю тебя, Лю.       Сильнее, чем всё, что было до тебя.