Пророчество

В комнате отеля было темно, но девушка, сидевшая у окна в широком мягком кресле и задумчиво смотревшая в окно, казалось, не замечала этого. На улице моросил легкий дождь, и тротуары внизу казались ей усыпанными разноцветными шляпками грибов. Красные, желтые, синие, черные, с рисунками и без, усеянные цветами, узорами и геометрическими фигурами. Они находились в непрестанном движении, словно огромное семейство трудолюбивых ежей переносило их на своих колючих спинках. Баффи улыбнулась детским фантазиям, и вновь помрачнела, вспомнив причину своего приезда в Англию. В Лондон. В дверь постучали, и Баффи встала, чтобы открыть давно уже задерживающимся гостям. На пороге стояла Уиллоу. Одна. Истребительница посторонилась, пропуская Белую Ведьму в комнату, и та молча вошла. Указав ей на второе кресло, Баффи закрыла дверь и вновь вернулась к окну. - Мы нашли его, - нарушила тишину Уиллоу, когда Истребительница села. Баффи кивнула. Уиллоу не поняла, было это одобрением или безразличием, но продолжила: - В Лос-Анжелесе его уже нет. Нам пришлось задействовать всю нашу сеть осведомителей, чтобы напасть на его след. Судя по всему, после трагедии в позапрошлом году в "Вольфрам и Харт", он исколесил всю страну вдоль и поперек. Он побывал в Чикаго, в Сан-Франциско, в Фениксе и в Вашингтоне. Везде он оставался не дольше недели. В Миннеаполисе и Бостоне Ангел жил по нескольку месяцев. Потом он вернулся в Калифорнию, но не в Лос-Анжелес, а в Сакраменто. Правда, там он пробыл совсем недолго и вновь... - Уилл, - пeребила ее Баффи, - зачем ты мне все это рассказываешь? - Я думала, что тебе будет интересно знать, что с ним происходило последние два года. - Ты ошиблась, - сухо бросила Истребительница. - Вы его нашли, это - главное. Девушки замолчали. Уиллоу украдкой рассматривала подругу, удивляясь, как она не замечала раньше, насколько Баффи похудела и осунулась. Опущенные плечи и чуть сгорбившаяся спина без слов говорили о том, что Баффи далека от радостного нетерпения при встрече со своей старой любовью. В полумраке лицо девушки было плохо видно, но ведьмочка не удивилась бы, увидев слезы в уголках глаз подруги. - Баффи, - неуверенно начала она, перегнувшись через подлокотники их кресел, - неужели тебе настолько неприятно, что Ангел будет отцом твоего ребенка? Я думала, что ты все еще его любишь. Во-всяком случае, мне так показалось, когда мы останавливались в "Гиперионе" сразу после... Она осеклась, когда ощутила, как сильно вздрагивают плечи девушки. - Ох! - выдохнула о Уиллоу, подскочив и обняв подругу. - Ну что ты, Баффи, не плачь. Пожалуйста. Истребительница зарыдала в голос, больше не скрывая своего отчаяния, и ведьма окончательно растерялась. Она пересадила плачущую девушку на кровать и сама уселась рядом, обнимая ее и гладя по голове. Баффи что-то говорила, но слова были настолько искажены рыданиями, что Уиллоу ничего не могла разобрать. Ей оставалось лишь быть рядом и постараться успокоить и каким-то образом утешить подругу. Прошло по меньшей мере полчаса, прежде чем поток слез стал стихать, и Уиллоу смогла расслышать, что шептала Баффи: - Почему? Ну, почему? Господи! Почему это не может быть он? Страшное подозрение зародилось и ведьмы. Неужели? Спустя столько лет? Или, все-таки, она ошибается в своих догадках и Баффи имеет в виду кого-то другого? - Кто, Баффи? - тихо спросила она. - О ком ты говоришь? Затихающие всхлипы прекратились, и Баффи, шмыгая носом, пробубнила: - Никто, Уилл. Это не имеет значения. - Почему, Баффи? - не унималась дотошная ведьма. - Кто знает, может мы не правы, а тот, о ком ты говоришь как раз и есть тот самый? - Уилл, пожалуйста, не спрашивай, - умоляюще прошептала Баффи. - Я сейчас в таком состоянии, что вполне могу и сказать, только вот тебе это не понравится. Никому это не понравится. К тому же, это просто невозможно. - Почему невозможно? - Потому что он мертв, - ответила Истребительница. - Он мертв, и его не вернешь. Как бы я этого ни хотела. По ее тону было ясно, что девушка считает разговор законченным, но у ведьмы были свои планы. Сегодня она наконец-то услышит ответы на все вопросы, которые мучили ее на протяжении последних четырех лет. Она выпустила Истребительницу из объятий и посмотрела ей в глаза: - Баффи, скажи мне честно, ты говоришь о Спайке? - Догадалась? - горько, сквозь пелену слез, усмехнулась Истребительница, не отводя взгляда. Уиллоу не нашла, что ей ответить, а Баффи гордо выпрямилась, отстраняясь от нее: - Да. Я говорю о Спайке. О вампире, которого вы все достаточно ненавидели для того, чтобы плясать от радости у края его могилы спустя всего несколько минут после его смерти. - Ты несправедлива. - возразила Уиллоу. - Тогда все просто радовались, что остались живы. Мы даже не сообразили, что его не было с нами, когда... - А он был мертв! - с отчаянной злобой выкрикнула Баффи прямо ей в лицо. Ведьма не поддалась желанию тоже закричать в ответ, лишь мягко прошептала: - Мы потеряли в тот день не только его. Вспомни, сколько девочек навсегда осталось в кратере. Я благодарна Спайку за то, что он сделал, Баффи. Если бы не он, мы не сидели бы здесь с тобой. Я помню... - Я тоже помню, - так же тихо ответила ей Истребительница, вся злость которой казалось выплеснулась вместе с криком. Уиллоу мягко улыбнулась ей и поднялась: - Я заварю чай с травами, у меня есть с собой немного, на один чайник хватит. Тебе нужно успокоиться, Баффи. И может быть тебе станет легче, если ты расскажешь мне о вас со Спайком, нельзя так долго носить все в себе. - Не знаю, Уилл. - покачала та головой. - Времена, когда мы могли доверить друг другу все, что угодно, прошли. - Возможно еще не поздно вернуть их. С этими словами Уиллоу скрылась в ванной, прихватив с собой пустой чайник. Баффи шмыгнула следом, едва ведьма вышла и стала копаться в своей сумке, извлекая из нее всевозможные пакетики и отмеряя на миниатюрных весах необходимые для отвара количества засушенных трав. Истребительница провозилась довольно таки долго, приводя себя в порядок. Уиллоу успела заварить успокоительный напиток и дать ему остыть до нужной температуры, прежде чем Баффи присоединилась к ней. Девушки уселись по-турецки на кровати друг напротив друга: - Вот, возьми. - ведьмочка протянула подруге большую чашку. - Пей маленькими глотками и не торопись. Баффи благодарно приняла отвар, но не стала его пить. Ее взгляд словно пытался проникнуть сквозь матовую поверхность густого темно-зеленого варева, а ладони плотно сжимали пузатую кружку. - Прости меня, Уилл. - неожиданно сказала она. - Я не должна была вываливать на тебя все это. - Мне так не кажется, - покачала головой девушка напротив нее. - Может быть именно сейчас тебе просто необходимо с кем-нибудь поговорить. - Может быть... И вновь в комнате повисла непроницаемая тишина. Она видела тяжелой завесой между девушками, неосязаемым напоминанием, насколько они отдалились друг от друга за последние годы. Трудно было поверить, что когда-то между ними не было секретов и недосказанности. Сейчас же разговор не клеился, и Уиллоу уже была готова отступиться, когда Баффи вновь заговорила: - Ты знаешь, а ведь я хотела все тебе рассказать еще тогда, четыре года назад, когда у нас со Спайком все только начиналось. Это было неожиданно и любопытно. - Почему ты этого не сделала? - Мне нужен был твой совет, и... Помнишь, у нас был разговор о том, что мы всегда выбираем? Иногда выбор хорош, иногда не очень... Уиллоу хотела было сказать, что подобных разговоров в их компании за десять лет накопилось масса, но передумала, вместо этого спросив: - Что остановило тебя? - Эми. - Эми??? - вскричала Уиллоу, - Но как? Она ведь практически с тобой не общалась и... Баффи сдержанно улыбнулась: - В ту ночь ты расколдовала ее, и она вышла из ванной комнаты как раз в тот момент... - ...когда ты хотела поговорить со мной о чем-то серьезном. - потерянно закончила за нее ведьмочка, с необычайной ясностью вспоминая события давно ушедшего вечера. - Да. Меня тянуло к Спайку. Он привлекал меня не только внешне, но и... - девушка замялась, не зная, как объяснить свои чувства собеседнице, - ...Что-то в нем было такое, из-за чего я просто теряла голову. Ночь накануне была нашей первой, а утром. Утром я запаниковала. Я испугалась, что вы узнаете о том, что я переспала с вампиром. Еще одним вампиром. И даже без души. Спайк испортил все еще больше. Ты знаешь, он всегда сначала говорил, а потом думал. Мы жутко поссорились. Впрочем, в этом-то как раз не было ничего необычного. - И ты хотела рассказать мне о... - Честно? - перебила ее Баффи, впервые за все время улыбаясь прежней улыбкой. - Да, я хотела все тебе рассказать. Мне не нужен был совет, мне нужно было увидеть твою реакцию, как самой непредвзятой из нас. - Но потом? Позже? Ты так и не пришла ко мне. - Нет, Уилл. Потом я уже решила, что не имею права быть с ним, также как ты не имела права использовать свою магию. - Я говорила только о себе, - виновато опустила голову ведьма. - И может быть это и к лучшему, - не слушая ее продолжала Баффи. - Если бы тогда я не проявила твердость, если бы, наплевав на здравый смысл, я начала серьезные отношения с бездушным вампиром, Спайк не получил бы в итоге душу, не стал бы мне по настоящему близок, не... Девушка замолчала, захлебнувшись воздухом, словно ее горло сдавил спазм, лишая возможности говорить. Она отпила немного из кружки, которую все еще баюкала в ладонях, но запал ее красноречия пропал. - Ты любила его? - осторожно спросила Уиллоу. Она не особенно верила в то, что Баффи ответит ей, но та удивила ее: - Я все еще люблю его, Уилл.