Пророчество

Баффи потянулась и открыла глаза. С улицы сквозь плотные жалюзи в комнату пробивался яркий свет, день обещал быть солнечным. Она повернула голову и не обнаружила своего мужа рядом. Странно. Встав с кровати и натянув мягкий махровый халат прямо на голое тело, она вышла из комнаты. Едва она ступила за порог, как на нее со всех сторон обрушились громкие звуки. Семейство просыпалось. Заправляла процессом подъема Эмили, как самая старшая и ответственная из детей. - Утро, мам! - четырнадцатилетняя девушка пробежала мимо нее, стуча по дороге в двери детских комнат. - Кайл, вставай! Пара шагов до следующей: - Джей! Ты опоздаешь в школу! Оставив старшую дочь заниматься подъемом близнецов, Баффи заглянула в детскую малышки Лоры. Постелька была в совершеннейшем беспорядке, как, впрочем, и всегда по утрам, но ребенка нигде не было видно. Улыбнувшись, Баффи вышла и спустилась вниз. На кухне она обнаружила Спайка, который задумчиво смотрел в экран небольшого ноутбука, лежавшего перед ним на столе. Рядом с ее мужем отважно сражалась с утренней овсянкой Лора. По ее лицу было видно, что каша ей не нравится, но она с присущим ей упрямством, хотя и морщась после каждой ложки, ела нелюбимое блюдо. Спайк поднял глаза на Баффи и улыбнулся жене. - Доброе утро, малыш. Кофе? - Да, пожалуй, - сонно ответила она, стараясь подавить зевок. Вампир ухмыльнулся и встал, чтобы налить ей свежесваренный горячий напиток. Баффи никогда не была ранней пташкой. Когда это было необходимо, она могла подняться очень рано и даже более-менее функционировать, но с радостью отдавалась малейшей возможности поспать подольше. Он помнил, каких усилий ей стоило придерживаться ненормальных часов бодрствования, когда все дети были еще совсем малышами. От постоянного недосыпа она ужасно выглядела, под ее глазами залегли круги, но, невзирая на все его попытки разделить с ней бремя родительских забот, она держалась. И держала его, прекрасно понимая, что для него, существа ночи, это было еще тяжелее. Когда родилась Лора, ему пришлось на время прекратить писать книги. Издательство было очень недовольно, но он ничего не мог с собой поделать. Он буквально сходил с ума, когда день и ночь перепутались настолько, что зачастую, проснувшись после кратковременной дремоты, он не мог определить время суток. А ведь оставались еще Эмили, Кайл и Джойс, которым тоже было необходимо внимание со стороны родителей. Это были трудные времена, но они справились. С помощью их упрямых характеров, и с помощью Эмили. Этот ребенок был послан им Небесами, он был в этом уверен. Ей было восемь лет, когда, пройдя ужасные бюрократические дебри, они удочерили ее. Это произошло спустя четыре месяца с той ночи, когда Баффи буквально вырвала ее из клыков голодных вампиров. Она была настолько маленькой и изможденной, что поначалу Спайку и Баффи показалось, что она ровесница близнецов. Но спустя короткое время, которое потребовалось "Агентству Ангела", чтобы разыскать следы ее родителей и все доступные документы по ним, оказалось, что она старше, чем выглядит. Поначалу Эмили очень отличалась от их собственных детей. Она часто грустила и развеселить ее было просто невозможно. Не по годам серьезная, она казалась Кайлу и Джойс далекой от их маленького мирка, и, хотя они всегда приглашали ее в свои игры, между детьми не было искренности и понимания. Чаще всего ее можно было застать в библиотеке, куда близнецов и на веревке было не затащить. Казалось, эта комната была ее личным убежищем, потому что, если она была расстроена или что-то сильно волновало ее, она всегда убегала именно туда. И, конечно же, книги. Она оказалась самым настоящим книжным червем, и Баффи и Спайк всячески поощряли это ее качество. Единственным местом, куда ей не разрешали приносить книги, была кухня. Жизнь на улице с пеленок сказалась на ее манерах, и ее новым родителям пришлось приложить много усилий, чтобы привить ей аккуратность и отучить ругаться как портовый грузчик. И все же Эмили была нежной девочкой, пусть и огрубевшей за время скитаний и обзаведшейся прочным панцирем из показного равнодушия, за которым пряталась она настоящая. Задачей ее новых родителей было вытащить ее из вымышленной хитиновой оболочки, помочь раскрыться, справиться с ее страхами и скованностью. Первый год ее жизни в семье Праттов оказался тяжелым для всех. Казалось, в доме идет бесконечное сражение, победу в котором могли одержать только ласка, искренность и внимание. Баффи и Спайк запаслись терпением. К этому времени Дон переехала в Нью-Йорк, где поступила в Технический Университет. Уиллоу была назначена Советом ректором одной из школ для Истребительниц, и жила в ста милях к югу от Джойвэлли, в небольшом домике на территории школы. Эмили пошло на пользу, что дом перестал напоминать студенческое общежитие и стал больше походить на дом многодетной, слегка эксцентричной, молодой пары. С тех пор прошло пять лет. За это время близнецы научились понимать ее, а она больше не чуралась их игр. Больше того, Спайк и Баффи подозревали, что наиболее изощренные проказы из послужного списка их ребятни было продуманы именно Эмили. Но это, конечно, были всего лишь подозрения. Малышка Лора с самого рождения буквально не слезала с ее рук, а позже, когда чуток подросла, хвостиком бегала за ней. Куда Эмили, туда и Лора. Кроме того, после долгих месяцев бесплодных попыток Баффи, наконец, удалось отучить ее одеваться исключительно в черно-белую одежду, и теперь Эмили больше походила на ожившую радугу. Что интересно, эту моду подхватили и близнецы, заставляя Спайка иногда болезненно морщиться и заявлять, что у него от обилия красок скоро зрение испортится. Конечно же ему никто не верил. Вампир с испорченным зрением? Смешно! Спайк между тем поставил перед Баффи чашку с кофе и тарелку с дымящимися тостами и снова сел, получив в ответ благодарный поцелуй в щеку. Лора как раз расправилась со своей кашей, и Баффи, с серьезным видом проинспектировав пустую тарелку, отпустила ее играть с книжками-раскрасками. Едва Лора расположилась в гостиной перед журнальным столиком, на кухню ворвалась смеющаяся и пихающаяся ватага детей постарше под предводительством Эмили. - А что у нас сегодня на завтрак? - с порога выкрикнул Кайл. - На завтрак у нас будет урок хороших манер, мистер, - шутливо, но строго нахмурилась Баффи. - Может поздороваешься с родителями? - Упс, - сделал вид, что ему стыдно мальчишка. - Утро, мам! Утро, пап! Так что у нас на завтрак? - Доброе утро, мам, пап, - просияла Джойс, плюхаясь на стул рядом с Баффи, и пригласила брата, похлопав ладошкой по стулу рядом. Тот не заставил себя ждать. На постоянное место рядом с отцом села Эмили, от которой приветствий никто не ждал, так как она встала раньше всех и уже успела со всеми поперездороваться. - На завтрак у нас теплые булочки, - оповестил семью Спайк, вставая из-за стола, открывая духовку и сметая горячий хлеб с противня в глубокую плетеную корзинку. Едва корзинка была водружена на стол, все потянулись к булочкам и, не обращая внимания на то, что ими легко можно было обжечься, потянули к себе на тарелки самые приглянувшиеся. Эмили тоже встала, чтобы помочь отцу, и достала из холодильника молоко, соки, сыр и ветчину. Требование клубничного джема от Кайла было встречено отрепетированной фразой: - Подними свое седалище и возьми из шкафа сам. Показав ей язык, когда она отвернулась, мальчик достал любимый джем и, вернувшись за стол, принялся за сооружение гигантского сэндвича. На все это мельтешение Баффи взирала спокойно, за годы успев привыкнуть к шумным завтракам. Спайк, удостоверившись, что все заняты едой, достал из микроволновой печи заранее разогретую кружку с кровью из черного матового стекла. Дети совершенно спокойно относились к его диете, но он все равно предпочитал не выставлять напоказ тот факт, что ему нужна кровь, чтобы продолжать существование. Сейчас, глядя на старшую дочь, он не мог не вспоминать как четыре года назад одна ночь навсегда изменила их отношение друг к другу. Это случилось вечером, под самое Рождество. Младшие ребятишки, наигравшись на улице в снежки, замерзли, промокли и рано ушли спать. Баффи занималась с малышкой Лорой, а Спайк чистил оружие в гостиной. Поглощенный работой, он не заметил, как, уже с месяц странно присматривающаяся к нему Эмили, тихо подошла к нему со спины. Позже он узнает, что она приложила к его шее большой серебряный крест, которым разжилась, расковыряв с помощью обыкновенной канцелярской скрепки навесной замок на их с Баффи сундуке с оружием. Тогда же все, что он мог сделать, это закричать от пронзившей его тело сильной боли. Он вскочил со стула, не заметив, что от неожиданного нападения потерял над собой контроль и скользнул в облик демона. Все его мысли ограничивались лишь одним желанием - убрать источник невыносимой, уже почти забытой, но все еще знакомой, боли. Эмили, которую обуревали сомнения, все же не ожидала такой сильной реакции на простое распятие и испуганно застыла, все еще сжимая в руках крест. Боль немного улеглась, оставив от себя лишь запах паленого, и Спайк, обернувшись, увидел перед собой побелевшего от страха ребенка. Ее бескровные губы шевельнулись и она закричала: - Спайк! Ты... Ты - вампир!!! - Эмили, - попытался он успокоить ее, не замечая, что его лицо все еще искажено чертами его второй ипостаси, - я все тебе объясню. - Нет! Он сделал шаг по направлению к девочке, и та отступила, выставив перед собой распятие - свою единственную защиту от монстра, в которого превратился ее приемный отец. - Не приближайся ко мне!!! Ты - чудовище! Не смей ко мне приближаться! Спайк отступил. Ему ничего не стоило выбить из ее рук это ненадежное оружие, но он не хотел пугать ее еще больше. Их голоса слились, один - беспомощный и растерянный, второй, исполненный ужаса. - Баффи! - Мама! Послышались торопливые шаги, и к ним спустилась Баффи, прижимая к себе спящую Лору: - Что здесь происходит? Эмили, почему ты кричала? Все внимание Истребительницы было на девочке, которая с расширенными от ужаса глазами указывала на Спайка: - Осторожно, мама! Не подходи к нему! Он - монстр! Баффи медленно повернулась к своему мужу, который, казалось, был испуган не меньше маленькой девочки. - Спайк, твое лицо, - спокойно сказала Истребительница. - Ты ее пугаешь. Спохватившись, Спайк ощупал пальцами свое лицо, и, заметно смутившись, позволил своим чертам измениться, вновь превратившись в привлекательного мужчину. Однако это не помогло, потому что Эмили отпрыгнула теперь уже от Баффи, увидев, что тот факт, что Спайк является вампиром, не произвел на ее приемную мать никакого впечатления. - Ты знаешь? Ты знаешь, что он монстр, но все равно позволяешь ему жить в этом доме? - Эмили, успокойся. Давай мы все сядем... Баффи старалась говорить как можно спокойнее, но это лишь подстегнуло страх девочки. - Боже мой! Боже мой! - расплакалась она, не опуская, однако распятие. - Да вы все монстры! Вы и ваши дети! Все! - Послушай меня... - вновь попыталась достучаться до нее Баффи. - Нет! Я не желаю слушать вашу ложь! Я не останусь в этом доме! Вы не заставите меня! С этими словами Эмили развернулась, и, как была, в джинсах и тонком свитере, выбежала из дома. В панике Баффи повернулась к Спайку: - Я должна ее вернуть! Возьми у меня малышку! Вампир, который уже немного оправился от первоначального шока, покачал головой и направился к распахнутым настежь дверям, по дороге срывая свой плащ с вешалки и надевая его. - Нет, Баффи. Успокойся. Ты ее не найдешь в такой темноте. По крайней мере, вовремя. - Куда ты, Спайк? Ты только напугаешь ее еще больше. - Не волнуйся. Я лишь прослежу, чтобы с ней ничего не случилось, а утром ты сможешь с ней поговорить. Я постараюсь не попасться ей на глаза. - Спайк... - Баффи, давай не будем терять времени на ненужный спор. Ты еще не оправилась от родов, и каждый вампир в этом городе будет только счастлив с тобой встретиться. Тебе что, жить надоело? - Нет, - тихо прошептала она. - Ты прав. Он мягко ей улыбнулся и вышел в ночь, но она заметила тревогу в его глазах. - Будь осторожен. Баффи прижала к себе Лору и села в кресло у окна, приготовившись ждать.