Секрет кабинета биологии

В этой комнате слишком душно, а я дышу слишком громко для этой давящей тишины. Что-то происходит, но я не пойму, что именно. И это мне не дает покоя. Я что-то упускаю, что-то очень важное… Она хочет меня остановить! Они… Да, именно они. Этот неожиданно спевшийся дуэт из хитрых уродов. Нет. Это Стюарт хитрая, Валуа же умный и безжалостный. Против Марии я уже вела игру, с ней все просто. Но что из себя представляет блондин? Он не мелкая девка, которая скрывает маленькие секретики, записывая их в дневник. Я… я что-то упускаю! Оторвав мертвый взгляд от точки на стене, я поднимаюсь с постели и иду к окну, чтобы впустить в помещение свежий воздух. Все-таки здесь очень душно. Звуки ночного города тут же доносятся до моих ушей, и я как можно сильнее выглядываю из окна, насыщая легкие кислородом. Черт, мне нужно поспать. Я не сплю уже третью ночь подряд, все мысли мешают. Я проматываю в голове вновь и вновь разговор Марии и Франциска, обрабатывая каждое сказанное ими слово. Они затеяли против меня игру, и я не могу отчего-то предугадать их шаги. «Ты глупая маленькая мышка. Останови эту игру, в которой никогда не победишь, иначе будет поздно. К». Отправив сообщение Марии, я лажусь обратно в постель, но глаза закрыть даже не пытаюсь. Я не могу играть с Марией. Это должен быть Франциск. Если идти против Стюарт, подключится и он. Если играть лишь с ним, Мэри будет под ударом, но знать этого не будет. Нет! Много, слишком много мыслей! Чудовищный план, Грей! Думай, сучка, думай. Это то, что у тебя получалось всегда лучше всего. Они работают вместе, не по отдельности, и это все усложняет. Поодиночке их уничтожить намного легче. Они следят за мной?! Оглядывая комнату, я судорожно ищу тени двух человек, но их нет. Но они близко, я знаю… Уничтожить? Поодиночке? Франциск открывает свое сердце, и это не выгодно мне. Он должен остаться в своей скорлупке. Он умен, он хорош, достойный игрок. Но я лучше!!! Они узнают, каков мой гнев. Они узнают… Все. Все узнают Кару Грей.

***

Ухмыляясь своему отражению, девушка окрасила с помощью помады свои губки в ярко-алый цвет, уже наверняка зная, что сегодня этот оттенок никак не побледнеет и не размажется. Ведь она ничего и никому не обещала. Лишь свидание. Лишь одна встреча. Лишь легкий флирт и непринужденная беседа. Ох, как ей это не знакомо, и это невероятно интригует. Интересно, сколько продержится Франциск? Минуту? Две? Пять? Закрывая оголенные плечи черной курткой-косухой, которая идеально сочеталась с красным платьем, которое она выбрала для этого вечера, Мария вышла из дома. Кафе, в котором они договорились встретиться, находилось в пяти кварталах, поэтому девушка решила пройтись пешком, тем более что погода была просто отличная. И почему она такая дура? Вновь дает шанс этому блондинистому практиканту, и зачем? Грей права. Ужасное чувство осознавать, что она права. Он не сможет измениться ради нее, чтоб не говорил. Он может этого хотеть, но не сможет. Такова его природа, с этим ничего нельзя поделать. Правда, разве не это привлекло ее к нему? Был бы он обычным, скучным и невероятно милым романтиком, она бы в жизни на него не посмотрела. Ее заворожила именно эта хищность. Войдя в кафе, Мэри сразу заметила своего практиканта. Он сидел за столиком возле окна и стучал длинными пальцами по деревянной поверхности стола, отстукивая какой-то только ему известный ритм. - Ты решил придать еще больше ванильности этой ситуации, купив мне в кое веки цветы? – приподняв бровь, брюнетка уставилась на букет бардовых роз, который лежал на столике. - Не язви. Я пытаюсь быть милым, - блондин закатил глаза, а затем отдал букет официантке, чтобы та поставила цветы в воду. Они молчали. Долго молчали. Казалось, что, кроме секса, им и поговорить не о чем, и это ужасно напрягало. Мэри хотела рассказать ему о сообщении от Кары, которое ей пришло ночью, хотела спросить у него, когда же он все-таки планирует завершить практику, хотела узнать его мнение о том, не против ли он будет, если она поступит в его университет. Но она молчала, прожигая его взглядом. - На тебе много одежды, - достаточно спокойно произносит мистер Валуа, делая глоток красного вина из своего бокала. – Это напрягает. Сними что-нибудь. Девушка смотрит на него, ища какой-то подвох в его глазах, но он спокоен, как удав. Вам же хуже от этого, дорогой мой практикант. - У нас сегодня банальное свидание в кафе, подходящее для сопливой мелодрамы. Не хочу портить его жалкой порнухой, - Мария обвела края своего бокала маленьким пальчиком, проведя при этом языком по верхней губе, будто невзначай смачивая ее слюной. – Как у тебя дела? – делая вид, что реально заинтересована его ответом, спросила брюнетка, чуть подавшись вперед. - Вы меня испытываете, мисс Стюарт, - ехидная улыбка сверкнула на его губах, и блондин слегка прищурил голубые глаза, так же подаваясь вперед. -Вы так догадливы, Мистер Валуа, - взяв в руки телефон, Мария быстро написала текст, а затем отправила его Франциску. Через секунду его телефон завибрировал, и он с подозрением перевел на него свой взгляд. «Я без белья, сладкий». - Я подбирал эти розы по цвету, в который хотел бы сегодня окрасить твой зад, - прошипел Франциск, а девушка даже испустила легкий смешок, услышав его угрозу, которая звучала слишком соблазнительно. – Попробуешь меня отговорить? - А есть смысл? Я думала, ты всегда получаешь то, что хочешь. - Сколько потребовалось времени, чтобы ты это осознала? Действительно, сколько? Сколько ссор и криков? Сколько слез и унижений? Сколько ей потребовалось, чтобы понять, каков он на самом деле? Чудовище, в которого она втюрилась как полоумная. - Слишком много, по-моему. Но я-то это осознала, а вот ты все еще не понял, что я такая же. Я всегда получаю то, что хочу. А сейчас я хочу только одного. Чтобы ты проклинал меня, дроча в одиночестве, фантазируя меня без белья. Франциск сглотнул, гневно раздувая ноздри. Черт, она единственная девушка, которой он позволяет себя так вести с ним, и это напрягает. Она вертит им, как только ей заблагорассудится, а он позволяет, каждый раз предвкушая, что из этого выйдет. Эти отношения, если можно так это назвать, его невероятно интригуют. И он не может их прекратить, не хочет. Наверное, потому что боится, что такого драйва, такого азарта больше не испытает, если все разрушит сейчас. - Дотронься до себя. Сейчас же, - приказывает он, а обе брови брюнетки тут же поднимаются вверх, почти скрываясь за линией роста волос. - Я думала, мы прошли тот этап, когда ты мне приказывал, что делать, - тон Марии серьезный, и она чуть повышает голос, сжимая руки в кулаки. – Я вернулась, потому что ты сказал, что я достойна большего, чем быть просто шлюхой. Ты обещал, что не будет никаких правил, ничего из того, что смогло бы меня вновь унизить. Я думала, ты не врал, - бросив осуждающий взгляд в сторону Франциска, Мария начала подниматься со своего места, но рука парня накрыла ее ладонь, заставляя остановиться. - Я знаю, извини, - опустив глаза, Франциск делает большой глоток красного вина, - я просто не умею по-другому. Я хочу попытаться, ладно? Но я не могу полностью отказаться от того, что делает меня мной. Ты ведь сама этого не хочешь. Тебе станет скучно, я знаю тебя. Я знаю нас. Мы не созданы для этих ванильных походов по кафе, для разговоров о погоде и собаках. Ты и я. Мы не должны притворяться кем-то, кем не являемся. Его кристально чистые глаза были устремлены на Марию, и она даже слегка вздрогнула от того, насколько искренне Франциск сейчас говорил эти слова. Казалось, что впервые она увидела его без маски. Пусть на минуту, но он был настоящий. И он был прекрасен. Все-таки встав со своего места, Мэри задвинула свой стул, а затем взяла за руку своего кавалера и повела его в сторону туалета. Дождавшись, пока оттуда выйдут две измалеванные куклы, которые около получаса фоткались в зеркале, девушка завела туда Франциска, а затем закрыла на щеколду дверь, после чего развернулась к Валуа и тут же притянула его к себе за затылок для поцелуя. Его язык напористо протолкнулся в ее рот, отчего она тут же застонала, ведь даже представить себе не могла, как давно желала ощутить вновь этот сладко-горький вкус его припухлых губ. Он был ненасытным, засасывая ее искусанные губы все вновь и вновь. Франциск, прижав Мэри к двери, поднял ее руки над ее головой и закрепил их в замок, отчего девушке пришлось выгнуться к нему навстречу, жалобно требуя у него все нового и нового поцелуя. Чуть отстранившись, он ухмыляется, а затем нежно, едва касаясь, проводит языком по ее нижней губе, после чего прикусывает ее и слегка оттягивает, смотря в закатанные от удовольствия глаза брюнетки. Франциск вновь соприкасается с ее губами. Сначала легонько, потом делает поцелуй все глубже и глубже, проводя кончиком языка по ее небу, смешивая их слюну. - Отшлепай меня, - шепчет Мария, как только вновь находит в себе силы говорить. – Отшлепай, прошу. Запястья девушки вновь свободны, и она обвивает руками шею Франциска, но уже через мгновение оказывается повернутой лицом к двери. Красная разгоряченная щека впечатывается в холодную поверхность дерева, и Мария сильно закусывает губы, когда Франциск заставляет ее нагнуться, а затем проводит рукой по ее позвоночнику, любуясь предоставленным видом. - Ты, правда, хочешь этого? - Мы не должны притворяться теми, кем не являемся. Улыбнувшись словам девушки, Франциск разворачивает ее к себе лицом и вновь целует ее губы, чувствуя легкий металлический привкус крови, сочащейся из ранки на ее нижней губе. Подведя Марию к раковине, над которой висело большое зеркало, Франциск развернул ее к себе спиной и заставил посмотреть в отражение. - Наблюдение всегда так возбуждает, Мэри, - томно прошептал Франциск ей на ушко, от чего она закатила слегка глаза. – Одно дело чувствовать, другое смотреть. И то, и то потрясающе. Но, соединяя это, получается невероятный коктейль. Собрав длинные волосы девушки в кулак, Валуа заставил ее прогнуться, подставляя ему зад. Большая ладонь накрыла упругие ягодицы, прикрытые лишь тонкой тканью платья, а затем мужчина задрал юбку, наблюдая, как кожа девушки тут же покрылась мурашками. Наклонившись, Франциск оставил небольшой засос на одной из ягодиц, а затем нанес первый шлепок, пронзая тишину помещения звонким звуком. Мария чуть вскрикнула от неожиданности, но потом прикусила губу, кивнув, чтобы он продолжал. А Франциску и не нужно было ее разрешение. Не поглаживая красное место от прошлого удара, он нанес еще один и еще, заворожено наблюдая за трясущимися ягодицами девушки, которые постепенно переходили от белого цвета к красному. - Продолжай, пожалуйста, Франциск, - проскулила Мэри, смотря на себя в зеркало. Это было слишком возбуждающее зрелище. Погладив ушибленное место, Валуа шлепнул ладонью по заднице брюнетки еще раз пять, после чего опустился на колени и, томно вздохнув, коснулся языком колечка плотно сжатых мышц. От неожиданности Мария выругалась и чуть не потеряла равновесие, цепляясь ногтями за край раковины, когда язык Франциска практически проникал вее анус. Вылизывая очаровательную попку Марии, Франциск потянулся пальцами к ее клитору и стал быстро теребить набухший бугорок, подводя девушку к неминуемому оргазму. Она стонала и смотрела, не в силах отвести глаза. Она ни на секунду не отвернулась, поэтому видела свое красное лицо, когда она бурно кончила, проклиная все на свете. Поднявшись на ноги, Франциск ехидно улыбнулся и указательным и большим пальцами вытер уголки рта, наблюдая за Стюарт, которая по-прежнему, держась за края раковины, смотрела в зеркало, тяжело дыша. Что-то в их отношениях изменилось, и это даже отчего-то нравилось Франциску. Это было что-то иное, он впервые смотрел на Марию не как на шлюху, а как на девушку, которой хочется говорить комплименты. Но при этом он испытывал все время непреодолимое желание нагнуть ее и жестко трахнуть. И она сама испытывает его. А он не может сопротивляться позывам следить за ее языком, когда она, сидя на его уроке, облизывает свой карандаш, похабно закатывая глаза. Франциск хотел ее, ужасно хотел. И если внешне он не показывал этого, то внутри каждый раз при виде Стюарт у него закипала кровь в венах. Когда урок у восьмого класса подошел к концу, и Валуа, наконец, смог присесть на свой стул, он вновь открыл свой дневник по практике, желая поработать, но на рабочем столе его ноутбука было уведомление о новой заметке, о которой блондин даже ничего не помнил. И это было не удивительно, так как данную запись оставил вовсе не он, а одна рыжая крыса, пролезающая во все норки без должного на то разрешения. «Трибуны. Семь часов. И не опаздывай, милый. К». Кара Грей, эта мелкая дрянь, которая так неожиданно ворвалась в жизнь Франциска, порядком его бесила. Он знал несколько таких же личностей, как она, но еще ни одна не приносила ему столько проблем. Чтобы он не делал, чтобы не решил, она всегда об этом узнает. Валуа никогда не был подопытным кроликом и становиться им никак не собирался. Но по всем действиям Грей было видно, что ей на его желания плевать. У нее какая-то своя коллекция, свой мир, который она хочет пополнить им в качестве нового экземпляра. С того самого дня, когда он только увидел ее, он понял, что она не просто незаметная мышка, она кто-то вроде серого кардинала, тайная и всемогущая власть, которую никто не выбирал. Она дает думать Марии, что та здесь королева, но на самом же деле свой зад с трона Грей никогда не убирала и убирать не собирается. Она держит в крепком кулаке каждого в этой школе, так же крепко, как его яйца тогда в кабинете. Кара собирает самые потайные секреты каждого, получая от их хранения какой-то садистский кайф. Но дело в том, что тайны есть у каждого, и у этой сучки есть слабое место, ударив по которому, можно сбить с нее корону. Благополучно отшив Стюарт, сказав, что у него много работы, Франциск остался в школе допоздна, а затем, без десяти минут семь покинул свой кабинет и отправился на футбольный стадион, где и назначила встречу Кара. Подумать только, идет на поводу у какой-то малолетки! Грей расположилась на шестом ряду, удобно лежа на пластмассовых сидениях в ожидании практиканта. Она смотрела на постепенно темнеющее небо, которое окашивалось в сиреневый цвет, и, казалось, даже не моргала. Какая-то ненормальная улыбка застыла на сухих искусанных губах, от которой бегали мурашки по коже. Девушка походила на одержимую, но сама она, конечно, себе в этом не признается. - Тик-так, тик-так. Вы ходите слишком медленно и чересчур громко, мистер Валуа. Вы еще внизу, но я уже слышу ваши тяжелые ботинки, каблуками от которых вы стучите по моему мозгу! – с каждым словом она повышала голос и последнее слово прокричала так громко, что Франциск даже остановился на пару секунд, устремив взгляд на рыжую девушку, которая в одиночестве лежала на трибунах. – Надеюсь, моя милая шлюшка не знает о нашем небольшом свидании, - Грей истерически засмеялась и приподнялась чуть-чуть на локтях, чтобы посмотреть на мужчину, который все не сдвигался со своего места. – Стюарт может мне завидовать, твои яйца принадлежат мне. - Ты безумна, - раздраженно прыснул Валуа, поднимаясь медленно наверх, приближаясь к девушке. - Вы меня боитесь, мистер Валуа. Поэтому вы и пришли. Сыкатно, когда какая-то девка может разрушить все то, что ты строил долгое время, ведь так, Франциск? - Как ты узнала? – игнорируя вопрос Кары, спросил злобно мужчина, находясь всего на два ряда ниже ее. – О ней знают только несколько человек, нигде нет никаких сведений о том, что произошло. Как ты, мелкая дрянь, смогла узнать о ней?! - О ней? – Грей свела широкие брови на переносице и села, расставив широко ноги. – Ах, ты про малышку Кристину! Я тебя умоляю, это было слишком просто. Но я получала истинное удовольствие, читая то, что может тебя держать на поводке. Зажав губы, Франциск быстро преодолел последние два ряда и схватил Кару за рыжую копну волос, заставляя ее вскрикнуть и поднять на него красные от недосыпа глаза с расширенными зрачками. Блондин смотрел на нее, прожигая гневным взглядом, понимая, что она не в себе. По глазам и синякам под ними можно было понять, что не спала она уже долгое время, кожа была бледная, как у трупа, а тонкая полоска губ, растянутая в странной гримасе, которая даже пугала Валуа, полностью подтверждала версию Франциска об ее сумасшествии. - Ты ничего не скажешь Мэри, сука. - Переживаешь за чувства этой шлюхи? Или же боишься все-таки поджарить свою задницу? Ох, Франциск, мы из одного теста. Нам плевать на других, мы печемся лишь о себе. И именно поэтому ты теперь моя марионетка, сладкий. А попробуешь оборвать веревки – будешь лишь куском дряхлой материи, который я поспешу уничтожить, - воспользовавшись замешательством блондина, Грей отдернула свои волосы и вырвалась из его плена, перепрыгивая через ряды, спускаясь вниз. – Твой секрет будет закрыт в моем хранилище, - она постучала указательным пальцем по своему лбу, - пока ты будешь моим. Не глупите, господин практикант. И да, завтра я не приду на ваш урок, думаю, лучше я посплю. Впервые за столько дней я почувствовала такую потребность в отдыхе.

***

Он находился под каблуком. Впервые в жизни кто-то так сильно связал ему руки, что он даже не мог ничего сделать самостоятельно. После их разговора прошел ровно день, а Грей еще никак не проявляла свою власть, и это весьма напрягало. Как эта дрянь сможет им манипулировать? Что может происходить в ее воспаленном мозге? - Хей, ты в порядке? – маленькая холодная ручка легла на колено блондина, и он вздрогнул от неожиданности. Кара полностью заняла его мысли. - Нормально, - нехотя отозвался Франциск, и рука Стюарт тут же вернулась на свое место. Черт. – Я просто немного устал, ладно? Мария, развернувшись к блондину лицом, улыбнулась ему сочувствующей улыбкой. Она провела пальчиками по его небритой щеке и чуть почесала, словно коту, его подбородок. - Может, массаж? - Может, минет? – подмигнув девушке, Франциск улыбнулся, но уже в следующую же минуту получил щипок за сосок. – И сколько еще ты будешь играть из себя недотрогу? - Я и так сделала исключение на нашем свидании, чтобы хоть как-то раскрасить вечер. - Проваливай тогда, я устал. Засмеявшись обидчивости Франциска, Мария чмокнула его в щеку, а затем ушла из его дома, прекрасно понимая, что лучше оставить ее практиканта наедине. Вернувшись домой, брюнетка закрылась в своей комнате и взяла в руки телефон, написав сообщение своему практиканту. «{От Марии 20:21} Я дома. Подумала, что обычно девушки так пишут своим парням». «{От Франциска 20:36} Я не твой парень». «{От Марии 20:37} Верно, вы мой преподаватель». Отбросив гаджет в сторону, девушка поднялась с постели и направилась к окну, отчего-то чувствуя, что там увидит. И, наверное, у нее был какой-то нюх на Грей, потому что рыжая как раз, свесив ноги, смотрела в ее окно. Она выглядела подозрительно довольной, хотя до этого уже несколько дней Мэри удавалось видеть ее не в самом лучшем свете. Она выглядела еще хуже, чем обычно. Сейчас же она была посвежее. Но от этой ехидной улыбки все равно веяло каким-то сковывающим холодом, поэтому Стюарт немедленно задернула шторы и вернулась на постель, заметив, что ее телефон мигает. «{От Франциска 20:38} Я ваш трахарь, мисс Стюарт». Мария фыркнула и сняла с себя верхнюю часть одежды, освобождая себя из оков лифчика. «{От Франциска 20:41} Я рад, что ты нормально добралась». «{От Марии 20:50} Я хочу зажимы для сосков. Я видела их в одном из твоих ящиков». «{От Франциска 20:54} Хочешь, чтобы я принес их тебе?» Мария ехидно улыбается, осознавая всю комичность ситуации, а затем снимает нижнюю часть своей одежды, оставаясь на постели в одних кружевных черных трусиках. «{От Марии 21:02} Зачем мне ты? Отправь курьером. Мне нужны лишь зажимы». «{От Марии 21:02} И пришли черные, чтобы они сочетались с моими трусиками – единственной одеждой на мне». «{От Марии 21:03} Целиком ты мне не нужен. А вот от твоих пальчиков я бы сейчас не отказалась». «{От Франциска 21:05} Хочешь, чтобы я ввел их в тебя?» «{От Марии 21:05} Только об этом и думаю». «{От Франциска 21:07} Что насчет языка? Если я обведу им твои соски?» «{От Марии 21:08} Ммм». «{От Франциска 21:08} Это слишком сексуальный звук, мисс Стюарт, и он мне очень нравится. Думаю, если заткнуть вас кляпом, я буду слышать его чаще». «{От Марии 21:10} Ммм». «{От Марии 21:10} Можно я обведу языком твой пресс?» «{От Марии 21:13} Хочу сосать». «{От Марии 21:13} Твой член». «{От Марии 21:13} Он очень вкусный». «{От Марии 21:13} Только его бы и сосала всю жизнь». Обычная переписка с дразнилками начала выходить из-под контроля, и Мария это прекрасно осознавала, но все продолжала озвучивать Валуа все то, что крутилось у нее в голове сейчас, второй рукой массируя свою грудь. «{От Франциска 21:20} Куда же подевалась моя недотрога?» «{От Марии 21:21} Это все, что ты скажешь после того, что я тут расхвалила твой член всеми возможными словами?» «{От Франциска 21:25} Ты не первая, кто делает ему комплименты». «{От Франциска 21:46} Как же хочется увидеть тебя потную, на четвереньках, молящую меня не останавливаться». «{От Марии 21:58} Твой член всегда находит нужные точки внутри меня. Он прекрасен». «{От Франциска 22:03} Ты ему тоже нравишься, малышка». «{От Франциска 22:05} Жестко?». «{От Марии 22:06} О чем ты?» «{От Франциска 22:07} Ты знаешь». «{От Марии 22:07} Жестко». «{От Марии 22:09} Люблю, когда ты дерешь меня, как шкуру. Я сбиваюсь в эти моменты со счета оргазмов». «{От Франциска 22:12} Ты такая откровенная, когда меня нет рядом». «{От Марии 22:20} Хочу кончить. Уже почти». «{От Марии 22:23} Можно?» Остановив движение руки в трусах, Мария замерла, изогнувшись на постели, ожидая ответа Франциска, но он молчал, будто сейчас специально мучил ее. «{От Франциска 22:34} ПРЕКРАТИ!» «{От Марии 22:34} Как скажете, мистер Валуа». «{От Марии 22:36} Так, как насчет зажимов?» Доведя себя все-таки до оргазма, Мария лицом уткнулась в подушку и начала восстанавливать свое дыхание. Для девушки, которая раньше трахалась по десять раз в день, эта неделя воздержания просто невозможно сложная. «{От Франциска 23:14} Хочу трахнуть тебя». Последнее сообщение вызвало на бледном лице улыбку, и Мария, напечатав быстрый ответ, накрыла свое нагое тело одеялом, туша свет. «{От Марии 23:16} Хочу, чтобы ты трахнул меня». Закрыв глаза, брюнетка с улыбкой на лице попыталась уснуть, но недавно испытанный оргазм слишком ее взбодрил, поэтому, перевернувшись на спину, она уставилась в потолок, а затем посмотрела на плотную штору, которой она завесила окно, чтобы скрыть свою комнату от пронзительного взгляда зеленых глаз. Грей не трогала ее, как ни странно, поэтому у Марии завелось подозрение, что сучка что-то планирует. У Марии было много секретов, разных точек, на которые можно давить, но Стюарт точно знала, что выберет Кара. Если она и пойдет против нее, то будет она давить на секрет, связанный с Валуа. А Мария никогда не простит себе, если из-за ее вражды с Грей пострадает Франциск. Неожиданно ее телефон завибрировал, и Мария потянулась за ним, а когда прочла сообщение, пришедшее секундой ранее, она моментально выпучила глаза и поднялась с постели. «{От Франциска 23:53} Открой дверь». Натянув быстро футболку, которая валялась на полу, Стюарт на цыпочках вышла из комнаты и направилась к входной двери, молясь, чтобы ее родители неожиданно не захотели выйти из спальни. - Какого черта?! – шепотом злобно поинтересовалась брюнетка у Франциска, который стоял на пороге ее квартиры. Вместо ответа блондин сделал шаг вперед и впился в губы девушки страстным поцелуем. Он ехал через весь город ради нее. Чтобы ощутить вкус этих губ, чтобы услышать вновь аромат ее кожи, чтобы вновь сделать ее своей. Быстрыми шагами они добрались до комнаты Марии, не разрывая поцелуя. Но не успел Франциск и услышать, как закрылась за ними дверь, как он развернул брюнетку к себе спиной и нагнул ее, заставляя головой прилечь на кровать. - Вытяни руки вперед, - сексуально прохрипел блондин, доставая из кармана веревку из натуральных волокон. Когда девушка повиновалась, он обошел ее и, схватив ее запястья, стал связывать их веревкой. Закончив с узлами и убедившись, что они не слишком тугие, блондин привязал концы к деревянной ножке кровати. Затем он под внимательно изучающий взгляд шоколадных глаз достал из кармана два зажима для сосков и чуть облизал их, наблюдая, как Мария при этом зрелище начала переступать с ноги на ногу. - Решил тебя порадовать, малышка. Задрав футболку Марии, Франциск присел на корточки, чтобы было удобнее цеплять зажимы. Потянув пальцами один сосок, он закрепил на нем зажим и зафиксировал минимально туго, понимая, что нельзя так сразу резко начинать. Затем он проделал то же самое со вторым, отчего Мария громко застонала, и Франциску пришлось пару раз шлепнуть ее, чтобы она замолчала. Сняв ремень, он разок ударим им по порозовевшим ягодицам девушки, а затем, приспустив штаны вместе с боксерами, раскатал презерватив по длине члена, после чего резко вошел в девушку сразу полностью, не церемонясь. Он трахал ее жестко, так, как любит. Так, как любит она. Любят они. Сжав челюсти, он старался не издавать звуков, но это было слишком сложно, находясь внутри той, кого желал так давно и мучительно. С силой сжав ее ягодицы, он вторгался вновь и вновь в ее тело, совершенно не слыша телефон, который разрывался от вибраций. На секунду притормозив, он все же достал гаджет из кармана и увидел там несколько сообщений от Кары Грей. «Нужно встретиться. К». «Сейчас же, милый! К». «В твоем кабинете через двадцать минут или бедняжке придется узнать, что ты еще хуже, чем она думает. К». Проигнорировав сообщения от девки, Валуа вновь вошел в Стюарт. Она даже ничего не поняла. Казалось, что она из-за переполняющих эмоций вообще потеряла связь с реальностью. Да и Франциск чувствовал то же самое. Но вот только неожиданно зазвонивший телефон Марии, который находился на постели, оповещая всех о звонке от Кары Грей, заставил блондина вернуться в реальный мир. Покинув тело девушки, Франциск снял с себя презерватив и стал быстро натягивать на себя одежду, попутно печатая Грей, что сейчас будет на месте. Нет, Мария не должна этого узнать, иначе он ее потеряет. И на этот раз навсегда. - Что происходит? – возмущенно спросила Стюарт, как только начала осознавать происходящее. - Неожиданные дела. Увидимся в школе, - развязав узлы на ее запястьях, Франциск шлепнул в последний раз девушку по заднице, а затем поспешил уйти из дома Стюарт, понимая, что времени ему дано не так уж и много. Приближаясь к зданию школы, Франциск ненавидел самого себя. Он шел на поводу у какой-то малолетней шлюхи и все никак не мог перекусить поводок. Он искал. Долго и упорно выискивал информацию о Каре Грей, но, казалось, что у этой машины сплетен нет слабых мест. Был там какой-то паренек, но Валуа наверняка знал, что он бесполезен. И пока он не найдет ту самую ее слабость, он не станет свободным. Пробравшись мимо охранника, который спал на рабочем месте, блондин поднялся на второй этаж и зашел в свой кабинет, в котором была кромешная тьма, и Валуа никак не мог разглядеть девушку, но она была там, он слишком отчетливо слышал ее бешеное дыхание. - Что, мать твою, тебе нужно? – Франциск прикрыл за собой дверь и стал вглядываться в темноту в поисках Грей. Ответа не последовало, только леденящий кровь в жилах смех, который разразился на весь кабинет. Но вскоре Кара все же соизволила выйти из тени, сверкая хищной улыбкой. Она решительно подошла к мужчине и глубоко заглянула в его глаза, а затем как-то слишком откровенно прижалась носом к его кадыку, с упоением что-то мурлыча. - Сейчас я вас трахну, мистер Валуа, - хриплым от возбуждения голосом произнесла девушка, пролезая холодной рукой в брюки Франциска, и сжала его член в руке, из-за чего блондин поморщился. – Тише, малышка, сейчас ты почувствуешь, как это приятно, - он никак не реагировал на слова Грей, хоть и прекрасно осознавал, что она в точности повторяла его реплики, которые он произносил в их первую ночь с Мэри, и от этого становилось не по себе. Как у этой суки может быть столько пар глаз?! Кара быстро справилась с ремнем и брюками Франциска, затем приспустила и боксеры, высвобождая его эрекцию, которая радовала ее глаза. Слишком давно она не видела мужские гениталии. Поэтому, ехидно улыбаясь безучастности Валуа, Грей начала ему надрачивать, наблюдая за его безразличным лицом. - Ну же, Франциск! Девочка хочет, чтобы ты ее трахнул! – истерически завопила рыжая, убрав ладонь с его члена. Взяв мужчину за руку, она повела его к учительскому столу, а затем села на него, раздвинув ноги. – Хочу здесь, чтобы эта запись относилась и ко мне тоже, - сломанным ногтем на указательном пальце она провела по надписи, которую тут оставила Стюарт. – Мария горячая штучка, я знаю. Но поверь, всему, что она знает, ее научила я. Представь только, сколько кайфа ты получишь от секса со мной. Ну! Тик-так, тик-так, мать твою, Кара Грей теряет терпение! Ухватив блондина за ягодицы, Грей притянула его к себе, и тогда Франциск очнулся. Он достал из кармана презерватив и, раскатав его по члену, насадил на него свою ученицу. Кара застонала и обхватила его затылок руками, привыкая к давно забытым ощущениям, а затем начала сама подниматься и опускаться на стояке Валуа, теперь понимая, отчего столько шума вокруг этого блондина. Франциск же делал все механически. Он получал удовольствие, с этим не поспоришь, но никак этого не показывал, отрешенно смотря в одну точку на стене. - Тебе это с рук не сойдет, тварь, - злобно прошептал мужчина, начиная яростнее трахать Грей. – Ты самая мерзкая из всех людей, кого я знаю. Из тебя вытекает гниль. - Ох, мистер Валуа, это самое сексуальное, что я слышала когда-то в жизни. А теперь заткнись и дай мне кончить. Спустя еще несколько точков Кара и, правда, кончила, и она безумно засмеялась, когда отдернула свою юбку, а затем, стянув с Франциска презерватив, стала быстро проводить рукой по его члену, пока он не извергся ей в кулак, что потешило ее самолюбие. Наблюдая за разозленным Франциском, она облизала свои пальцы, перепачканные в его сперме, а затем покинула кабинет, вновь засмеявшись, как ненормальная. POV Мария. Он не пришел в школу утром этого дня и следующего тоже. Я оставила около сотни сообщений ему, и ни на одно не получила ответа. Он сбежал так внезапно той ночью, что я и не знаю, что думать. Он часто мог просто уйти, сославшись на то, как я его достала, но не во время же секса! На третий день, когда он вновь не явился, я начала терять терпение, но моя явная злость теперь переросла в беспокойство и страх. Что могло такого произойти? Может, он в беде? Именно с этими вопросами в голове я стояла на пороге его дома, звоня уже не в первый раз, но никто не открывал. Соседи ничего путного не ответили. Видимо, он здесь не самый милый жилец. У меня оставался только один выход, правда, я никак не хотела прибегать к ее помощи, так как я все еще не уверена, строит ли она против меня козни или же успокоилась. - Какого черта? – увидев меня на пороге своей квартиры, с нескрываемым презрением произнесла Грей. - Нужно поговорить, Грей. - Дай-ка угадаю. Вновь наш практикант? Устарело. Не интересно, - небрежно прыснув, Кара поспешила закрыть входную дверь, но ей не позволила это сделать моя нога. - Ты же ведь все знаешь. Просто скажи, где он. - Сбежал от тебя, сумасшедшей суки. Убери ногу! - Кто еще из нас безумен! Ты ответишь мне на вопрос, где он! – я толкнула дверь и зашла в квартиру, прижав рыжую девушку за горло к стене. –Я не боюсь тебя, дрянь. - Возможно. А вот мистер Валуа, напротив, - Кара даже не пыталась вырваться из моей хватки. Она даже получала какое-то необъяснимое удовольствие, будучи прижатой к стене мной. – Это сыкло вернется, дай ему немного времени, - Кара переменилась в лице и сделала бровки домиком, сжав губы трубочкой в умилении. – Господи, какая же ты милая. Такая наивная и тупая, что так охотно бы и убила тебя, чтобы такое умалишенное создание не мучилось в этом жестоком мире похоти и лжи. Ты можешь сейчас все отрицать. Пфф, пожалуйста, мне-то, собственно, плевать! Но твое же любопытство сожрет твою несчастную душеньку, если ты не спросишь своего блондинчика, кто такая Кристина Вейн. Уверена, наш практикант делает все, чтобы эта неженка ни в чем не нуждалась. Отпустив Грей, я еще несколько минут простояла, пялясь на нее с недоумением. Что это вообще значит? Кто такая эта Кристина? Телефон завибрировал в заднем кармане джинсов, и я поспешила его достать. «Нужно встретиться. Кафе «Regency» через пятнадцать минут. Ф». - Я же говорила, что рано или поздно объявится, - потирая шею, ехидно произнесла Кара, даже не заглядывая в мой телефон. Ничего не ответив подруге, я пошла навстречу с Франциском, будучи и злой, и обрадованной одновременно. Как этот мерзавец мог просто так исчезнуть? Ох, я очень зла на него, ведь он совершенно не меняется, хотя пообещал попытаться. Я увидела его еще с улицы. Он сидел, развалившись на стуле, и смотрел в окно, как постепенно сгущаются тучи, заслоняя собой все небо. Он выглядел уставшим и сосредоточенным, будто ему предстояло сделать какое-то важное дело, и меня это очень напрягло. Пытаясь сложить два и два, я приходила только к одному исходу этой встречи, которой я никак не хотела. Он сбегает, прервав наш секс, пропадает, а потом приглашает меня в кафе, а сам сидит там и на что-то настраивается. Не может этого сейчас произойти… Только не сейчас, когда я только поверила ему. Зайдя в кафе, я подошла к столику, за которым он сидел, и, ухватившись за спинку стула, посмотрела на него, борясь со своими эмоциями, которые до сих пор были весьма противоречивы. - Сядь, - холодно отрезал Франциск и опустил глаза на свои пальцы. Я села и буквально сразу почувствовала невыносимый запах перегара, от чего я поморщилась и поспешила вновь подскочить на ноги. - Да ты пьян? Серьезно? Со мной уже встретиться нельзя без градуса?! - Твою мать, я сказал, сядь! – тяжелым кулаком он стукнул по столу, и я автоматически прикусила язык, медленно возвращаясь на свое место. Разжав ладони, он тяжело вздохнул и прикрыл глаза. Что-то с ним происходило. За столько времени, что я его знаю, он ни разу не был таким. Да, возможно, иногда я подозревала, что за маской безразличия скрывается вполне нормальный человек, умеющий чувствовать, но никогда еще он не был так уязвим. Тому мог быть виной алкоголь, который только самых сильных из нас не прогибает под себя, но что-то мне подсказывало, что он тут не причем. - Где ты был? – я первая решила прервать эту гробовую тишину, но Франциск, судя по хмурым бровям и напряженным челюстям, был этим не доволен. - Какая к черту разница! Есть вещи сейчас поважнее. Нам нужно кое о чем поговорить. Если честно, я до сих пор не верю, что собираюсь обсуждать это с тобой, - отчего-то его выделенное последнее слово меня даже задело. Будто я не достойна услышать такую важную информацию. – Твоя так называемая подруга, эта Кара Грей, совершенно спятившая особа. - Это не новость, - я закатила глаза и чуть расслабилась, поняв, что ничего страшного в этом разговоре про Грей нет. - Ты не поняла. Она с приветом, это давно было понятно. Но сейчас она стала одержимой. Она считает, что мы готовим план по ее уничтожению. Мэри, я действительно думаю, что ей нужно лечь на лечение. - Ты позвал меня, чтобы поговорить о психическом здоровье этой дряни? Я недоумевала. С чего он вообще завел тему про нее? Кажется, раньше он ее даже не замечал, что теперь? Да, я видела состояние Кары, и Франциск лишь подтвердил мои догадки. Нужно было догадаться, что рано или поздно она сойдет с ума в своих чертогах разума. Обычный человек не способен хранить столько информации и при этом оставаться одинок. Грей давно превратилась в чудовищную машину из сотни тысяч шестеренок в виде различных тайн и секретов. - Накрутив себя, она в своей голове сделала меня своим врагом, поэтому она решила меня шантажировать. - Шантаж? И что же она против тебя нашла? Какие-то мелкие секреты вроде групповушек с Чаком? – я ехидно улыбнулась, но внутри все так и кипело, потому что я ждала, что же он ответит. Насколько он мне доверяет? Расскажет ли о Кристине, о которой говорила Грей? - Вроде того, - Франциск улыбнулся и потянулся к моей ладони, которую я тут же отдернула. - Кара Грей та еще сумасшедшая сука, Франциск. Но она никогда не говорит непроверенную информацию. Так что сначала я дам тебе шанс рассказать, кто такая Кристина Вэйн. Учти, я все равно узнаю. Лицо Валуа тут же окаменело. Он откинулся на спинку стула и закинул голову назад, зарываясь длинными пальцами в кудряшки. - Ох, мисс Стюарт. Вам мало того, что я отдал вам всего себя. Вы хотите пролезть мне под кожу, - он слегка засмеялся, а затем с тяжелым вздохом вернулся в нормальное положение и посмотрел мне в глаза. – Кристина – это часть моего не очень радужного прошлого. И это уже давно не имеет смысла. - А что же тогда имеет смысл? - Мое настоящее, мисс Стюарт, которым пока являетесь вы. Легкая тень улыбки проскользнула на его лице, и я даже задержала дыхание, чуть приподняв брови. Я и не ожидала таких слов от Франциска… Но нельзя забывать, что мне нужно. - Перестань пудрить мне мозг, Франциск! – резко переменившись в лице, повысила я голос. – Если хочешь и продолжать трахать меня в настоящем, то расскажи мне все. - Ты, правда, хочешь услышать всю правду? – я кивнула, проглотив ком в горле. – Что ж, тогда устраивайтесь поудобнее, история обещает быть душещипательной, - на его губах заиграла ехидная усмешка, и я уже тогда осознала, что этот разговор будет непростым для меня. Пододвинув стул ближе к столику, Франциск заказал мне кофе, в себе пиво, дождался заказа, сделал глоток и только после удовлетворительного вздоха решил все-таки начать. Я не знала, что будет в этой истории, но можно догадаться, что что-то весьма неприятное, ведь Каре удавалось шантажировать этим Франциска. Хотя, по-моему, я знаю все его гнилые стороны. Меня уже ничем не удивить. - Мисс Кристина Пенни Вэйн появилась в моей жизни чисто случайным образом, но сыграла в ней не последнюю роль. Это произошло еще в школе, когда я был в десятом классе, именно в этот период у меня формировалось разделение отношений между мужчиной и женщиной. Я искал более подходящие для себя, пытаясь найти такие, которые бы смогли полностью удовлетворить меня во всех аспектах. - Доминант и шлюхи? – прервав Франциска на полуслове, я заулыбалась, но от ледяного взгляда блондина вмиг вновь стала серьезной. - Ты права, но лучше не перебивай. Тогда я встречался с одной девушкой, и мы были связаны моногамными отношениями, что не приносило мне того удовольствия, которое должно. Тогда я всерьез увлекся отношениями, в которых девушка стоит на низшей ступени, а мужчина на высшей. Мне это показалось вполне интересно, ведь я примерно всегда именно так и думал. И когда я достаточно изучил этот тип отношений, то мне оставалось только попробовать. Милашка Вэйн, учившаяся в восьмом классе,отчего-то стала предметом моих опытов. Тогда я впервые убедился, что грубость привлекает девушек. Ей нравился мой жесткий характер, мои приказы и намеки. Но как только дело доходило до секса, она зажималась. - Ты же не?.. – я даже не могла выговорить это слово, хоть мне и до сих пор казалось, что оно буквально выколото у меня на лбу. - Я изнасиловал ее. Жестко. И несколько раз, даже когда она уже была без сознания, - он произнес это слишком спокойно, слишком открыто. И от этого его слова еще четче отпечатались у меня в памяти. «Жестко. И несколько раз». В голове тут же пронесись картины, которые я никогда не смогу стереть из памяти. То помещение, в котором я думала, что умру. Эти животные, для которых я была резиновой куклой для удовлетворения их потребностей. Я до сих пор слышу их чудовищные голоса, помню их мерзкие грязные пальцы, обхватывающие мою шею… - Конечно, все это в тайне не осталось, но мои родители уладили все довольно быстро и без лишнего шума. Кристина сейчас живет в Вашингтоне и ни в чем не нуждается. Мы выплачиваем ей каждый год пятьдесят тысяч долларов, этого ей хватает, чтобы прекрасно жить. Она счастлива, а моя репутация чиста. Судебное дело было уничтожено. Именно поэтому я говорю, что это более не имеет смысла. - Не имеет смысла? – пытаясь заглушить гул в ушах, произнесла я. –Ты изнасиловал девушку, и это не имеет смысла?! Господи! Чем ты лучше тогда тех уродов, которые сделали то же со мной?! - Не смей меня сравнивать с ними. Это разные вещи! - В чем? В том, что вы считали девушек за вещи? Как ты вообще можешь так спокойно об этом говорить! – у меня начиналась истерика, и я не знала, как вновь вернуть себе самообладание. – Деньгами никогда не сотрешь то, что ты сделал с этой девушкой. Тебе ведь даже сейчас, спустя столько времени, плевать. - Я никогда об этом не забывал, понятно? Я не горжусь этим поступком, поэтому о нем и знают всего несколько человек. Теперь и ты. Ты понимаешь хоть одной извилиной своего мозга, насколько я тебе доверяю?! Я замолчала, не зная, что и сказать на это. Он был, конечно, прав. Наверное, я что-то все-таки для него значу, раз он решил мне довериться. Но тот факт, что он сделал… Никто из нас не святой, безусловно. Наверное, стоит принять этот факт и попытаться переосмыслить его, но пока это весьма сложно. Но, я думаю, я смогу с этим справиться. Не хочу его терять опять. - Значит, - спустя некоторое время я вновь решила возобновить диалог, попытаться перевести его в более знакомое для нас обоих русло, - ты убедился в своей теории тогда, как я понимаю? Получается, твоей первой шлюхой была именно Кристина? - Да. Была первой, но не последней, - Франциск подмигнул мне и заметно расслабился, тоже осознавая, что разговор стал намного проще. Я не ушла. Думаю, он этого не ожидал и теперь был весьма обрадован. – Когда я познакомился со своими нынешними друзьями, мы стали часто снимать общих шлюх, но все равно я больше любил быть единственным обладателем. Ох, пришлось постараться, чтобы прикрепить к себе Лекси, она была всеобщей любимицей, - на моем лице отразилась гримаса отвращения, когда Франциск произнес это имя, и я уже совсем не хотела слушать дальше, но блондина будто прорвало на откровения. Сказывался алкоголь. – Помню, как днями придумывал план. Ты, кстати, подвернулась очень кстати. Мы увидели тебя в парке, когда ты была на пробежке. Я выбрал тебя, потому что ты выглядела весьма просто и к тому же откровенно. Я сразу увидел в тебе задатки шлюхи и понял, что ты будешь моей через день или два. Я знавал пару дамочек вроде тебя, - я продолжала слушать, но, казалось, что голос Франциска отзывался сейчас где-то глубоко внутри меня своеобразным током, растекающимся по сосудам по всему моему телу. – Соблазнить тебя – получить Лекси. Сделка была просто идеальной. Все шло, как нужно. Я изменил место практики и попал к вам в школу, точно зная с самого начала, что там будешь ты. И я оказался прав, ты текла по мне уже через пару минут, - он пронзительно засмеялся и отпил немного из бокала пива. – Для тебя даже не пришлось придумывать ничего нового. Ты создана для подчинения, и меня это сразу обрадовало. Такая удача. Я всегда видел шлюх за километр. Пара заученных фразочек, сцены ревности к твоему недоделанному парню, все по схеме. Но твой характер, который ты начала проявлять! Боже, я ненавидел тебя, когда ты заставляла меня поступать так, как я не планировал! Он продолжал и продолжал говорить, упиваясь воспоминаниями, а я слушала. Правда, слушала. Каждое слово, каждый звук. Я сидела, всматриваясь в его губы, чтобы не упустить ни единого словечка. По крайней мере, я так думала на тот момент. Сейчас же я понимаю, что я вовсе не помню всех подробностей его захватывающего плана по моему соблазнению. Когда Франциск распинался, я повторяла лишь про себя одно слово: «Идиотка». И именно ею я и являлась. Целиком и полностью. Каждая частица моего существа была пропитана ложью и самообманом. В глазах расплывались все предметы. Боже, как я хотела его ударить, чтобы он упал замертво и больше никогда не смог влить мне в уши свою изумительную ложь! Но я слушала. Да, я, наверное, слушала. И видела сквозь пелену слез его эту фирменную ухмылку, которая теперь не вызывала во мне бывалого трепета. Он больше не казался идеальным. Совершенно. Он даже не был мне противен, просто… Его кудри из золота превратились в обычные реденькие блондинистые кудряшки, а глаза цвета ясного неба побледнели и больше не были такими манящими. Я не тону в этом взгляде. Это больше не бездонные океаны. Это лишь красивые стекляшки. Я буквально слышала треск оправы розовых очков и теперь видела все яснее, чем обычно. Реальность оказалась омерзительной. Когда его губы перестали двигаться, я поняла, что история окончена. Обведя его взглядом сверху вниз, я поняла, насколько он мне противен. - Было приятно с вами познакомиться, - с небывалой легкостью я улыбнулась едва заметной разочарованной улыбкой. Я запомню этот взгляд на долгое время. Когда его зрачки увеличились, и на лице читался легкий ужас. Наверное, тогда он еще до конца не осознавал, что я ухожу не просто из кафе, а из его жизни. Зато я вполне отчетливо понимала, что сейчас была поставлена точка. Возможно, именно поэтому он не остановил меня, когда я поднялась с места. Может быть, поэтому не окликнул меня, когда я покидала кафе. Я больше не пыталась проникнуть в голову мистера Валуа, ведь я только выбралась из этого мрачного лабиринта. Гром сотрясал ночное небо, когда я вышла с гордо поднятой головой на улицу, тут же попадая под проливной дождь. Подняв голову, я ощутила, как холодные капли стекают по моему лицу, и от этого мне было так хорошо… Наверное, это первое настоящее чувство за последние месяцы. - Это правильное решение, - услышала я тихий женский голос сквозь шум дождя и перевела взгляд на девушку, что стояла в черной толстовке с капюшоном, прислонившись к стене и куря свежескрученный косяк. Чуть выглянув из-под капюшона, Грей продемонстрировал мне свой знаменитый оскал и выдохнула мне в лицо серое облако дыма. Это был последний человек, которого я хотела сейчас видеть. - Единственное, о чем ты можешь жалеть, так это о сексе. Трахаться Валуа умеет шикарно, ничего не скажешь, - сделав еще одну затяжку, Кара посмотрела на меня, подмигнув, а уже в следующую секунду я с силой ударила ее по лицу, из-за чего она затылком ударилась об стену и приземлилась на корточки, схватившись за ушибленное место. - Потаскуха, - прошипела я, чувствуя, как силы, которые мне помогали держать себя под контролем, исчерпали себя. – Ты лживая грязная дрянь, Грей. Ты столько всего успела натворить за жалкие пару месяцев, что Сатана кланяется тебе в ноги. В твоих глазах не осталось ничего человечного, и ты, мразь, убедила и меня, что я такая же. Но нет. Слышишь, нет! Мне больно и страшно, я чувствую это и не могу бороться. Я настоящая, а ты чертова сука, плюющая на всех, будто ты сам Господь Бог! Но это не так, - прикрыв глаза, я через силу выдавила улыбку, понимая, сколько времени была слепа и не видела очевидного. – Черт, как я хочу тебя сейчас избить и оставить твое жалкое дряблое тельце где-нибудь в подворотне, чтобы тебя хорошенько отымели бомжи. Но я не стану этого делать, Грей. Не потому, что мне тебя жаль. Поверь, это совсем не так! Ты последний человек, кого бы я пожалела. Просто я слишком устала. Из меня выкачали все жизненные силы, и я полностью опустошена. Я бы предпочла сейчас сдохнуть, но нет, я не доставлю тебе такой радости, - она улыбалась после всех тех слов, что я ей наговорила, и из-за этого мне хотелось ее убить все сильнее, но нет. Я лишь улыбнулась и, подойдя к ней, поцеловала ее в холодную щеку, после чего растерла след от помады большим пальцем. – Счастливо сдохнуть в одиночестве, Кара Грей. Обещаю, я плюну тебе в гроб. Она ничего не сказала, лишь вновь закурила и улыбнулась моим словам, а я, развернувшись, пошла вдоль по улице под ужасающиеся взгляды прохожих под зонтами. Мне предстояла очередная новая жизнь, к которой я была как никогда готова. Я ненавидела испытывать боль, но при этом страстно каждый раз желала ее. Наверное, поэтому в свое время я связалась с Грей, потом с Франциском. Я ни чем не лучше их, но так этого я оставлять не собираюсь. Я стану другой, я изменюсь, моя же теперешняя боль послужит для меня стимулом. Я ненавижу себя и клянусь, я сделаю все, чтобы это исправить. Зайдя в дом, я прошла в свою комнату, будучи насквозь промокшей и продрогшей. Слезящимися глазами я осматривала данное помещение и, не выдержав всего этого, стала переворачивать мебель, желая избавиться от всего, что только могло мне напоминать о моей боли. Я перевернула стол, разорвала постельное белье и разбила все статуэтки и фоторамки. Затем со слезами на глазах я разорвала все постеры, что висели на моей стене. Взяв из тумбочки ножницы, я стала отковыривать и разрывать ими свои обои, оголяя стены, и получала от этого истинное удовольствие. Мне нужно это! В коробке под кроватью я взяла баллончик с красной краской и начала закрашивать лица людей на оставшихся плакатах на стенах, затем поднялась на полуразрушенную кровать и на стене стала выводить большими буквами «I ACCEPT THE PAIN. FUCK OFF». - Господи, ты спятила! – заглянув в мою комнату, прокричала мама, ухватившись за сердце. – Что произошло?! - Второе дыхание, - воодушевленно произнесла я и, откинув пустой баллончик с краской, встала на колени перед своим творением. – Это не конец, а лишь второе дыхание.