Sweating Bullets

      Ночь полностью вступила в свои права. Дэйв мирно спал, укрывшись одеялом, а рядом в своей маленькой комнатке сидел Джеймс, словно берег его сон. Он читал его тетрадь, вдумываясь в каждую строчку и одновременно изумляясь. День 1. Я нашел себе убежище. Старая брошенная фабрика. На ней есть целая комната. Даже с печкой. Я отомщу. И сначала это будет убийца. Ларс Ульрих его имя…       Хэтфилд почувствовал, что его как будто тянет куда-то. И вдруг из тетради ему в глаза ударил свет, его руки стали медленно растворяться в этом свете. Неведомая сила склонила его совсем низко над тетрадью, и он полностью растворился в золотом сиянии.       Джеймс оказался на темной улице: с одной стороны стояло нечто, похожее на старый завод, с другой маленький магазин. Парень видел редких прохожих, которые ежились от холодного, пронизывающего ветра, но сам не чувствовал его. Он обернулся к заброшенному зданию и уверенно зашагал внутрь.       Дэйв сидел в маленькой комнатке около печки и писал что-то в тетрадке. Рядом стояла обыкновенная буржуйка, зеленая стена около неё уже давно закоптилась и стала черной. Кроме этой печки в комнатке был ещё деревянный стол, за которым сидел Мастейн, настольная лампа, около печки раковина с некоторыми средствами гигиены, которые Дэйв мог себе позволить, в другом углу лежал матрас, а на нем нечто похожее на одеяло, у другой стены вешалка, а на ней старая куртка. Дэйв закончил писать и обернулся к Джеймсу. Хэтфилд хотел было что-то сказать, но Мастейн просто прошел сквозь него, взял куртку и вышел прочь. Парень понял, что рыжий его просто не видит.       Блондин попал в прошлое. Джеймс устремился за другом. Дэйв быстро шел, почти бежал к перекрестку. Он перебежал дорогу и скользнул в маленький магазин. Джеймс вошел следом за ним, пройдя прямо сквозь закрытую дверь. Обстановка была достаточно обветшалая: краска на стенах и потолке облупилась краска, витрины были ободраны. Продавец уже бегал около прилавка, доставая Дэйву продукты, которые он попросил. Мастейн взял пару банок пива, картошку и несколько помидоров, быстро расплатился и вышел. На улице шел снег. На электронном табло, висящем на одном из зданий, Джеймс увидел число и месяц. 13 декабря. В настоящем уже ноябрь. То есть прошел почти год с этого момента. Хэтфилд снова устремился следом за Дэйвом. Тот поднялся к себе в коморку, разделся, достал немного ржавую, но чистую кастрюлю, набрал воды и поставил варить картошку. Порезал помидоры, открыл банку пива и глотнул. Мастейн поморщился: вкус был хреновый. Картошка наконец сварилась. Дэйв достал чистую белую тарелку, переложил свой скромный ужин туда, сел за стол и стал есть.       Джеймс решил оставить рыжего, и отправился осматривать город. Конечно, он знал его вдоль и поперек, но с такого ракурса никогда не смотрел. Спускаясь по лестнице, Хэтфилд вдруг подумал: «А что если я являюсь здесь привидением и ничего не вешу…» В этот момент он вышел на улицу. Парень вдохнул холодный воздух и оттолкнулся ногами от земли как можно сильнее. Налетевший ветер подхватил его невесомое тело и понес по городу. Джеймсу не было холодно. Он с удивлением и неподдельным удовольствием рассматривал с высоты каждый дом. Всё готово к Рождеству. Счастливые люди бродили по улицам заснеженного города, рестораны ломились от посетителей. Люди, осыпанные снегом, забегали в очередную кофейню, дабы согреться горячим кофе под звуки блюза, джаза. А недалеко от кафе и ресторанов стоял Санта Клаус с колокольчиком, желая всем «веселого рождества». Люди спешили купить подарки, навестить родственников, обнять родных людей, город не спит, гул людей не умолкает. Из всех городских радиоприемников разносятся рождественские песни, создавая праздничное настроение. Повсюду огни рождества, даже воздух пропитан волшебством. А где-то у кого-то уже накрыт стол, зажжен камин, собралась вся семья, одетая в красные теплые свитера с рисунком оленя. Иногда Джеймс опускался пониже, заглядывал в окна, но через несколько минут ветер снова поднимал его и уносил дальше.       И вот Хэтфилд увидел самый знакомый дом во всем городе. Он опустился на землю и вошел внутрь. За столом он увидел себя же, и было так странно смотреть на это. Джеймс из прошлого сидел за столом и пил виски. И Хэтфилд знал, почему тот пил. Тогда казалось, жизнь его рухнула, раскрошилась как стекло, мамы больше не было. Парень не стал долго смотреть на медленно гаснущего себя, вышел из квартиры и поднялся на крышу. Он сидел и смотрел на ночной предновогодний город и невольно восхищался им. Но стоило обратить взгляд в другую сторону, и среди огней чернело мрачное пятно. В этом пятне ныне жил Дэйв. Джеймсу на секунду стало даже страшно, он поднялся и прыгнул. Снова поднявшись в небо, он поспешил в эту темноту. И вот город оставался уже позади, как вдруг тьма стала просто не выносимой, Хэтфилд захлебывался ей, руки его потихоньку растворялись в ней. Он старался не дышать, но сил уже не оставалось. Джеймс глубоко вдохнул, грудь пронзила резкая, острая боль, и парень камнем полетел вниз, исчезая в кромешной тьме.       Хэтфилд очнулся, сидя на стуле. В дневнике красовалась всё та же запись, только страницы стали немного более потрепанными. Дэйв продолжал сладко спать, завернувшись в одеяло. Джеймс улыбнулся, закрыл тетрадку, спрятал её в ящик стола и тоже отправился в постель.