Доведенный до грани

Джону удалось без особых проблем простоять в течение первых шести часов или около того. Хотя он шатался, на самом деле потерял опору только дважды, что, учитывая его больное колено, было, по его мнению, довольно неплохо. Впрочем, каждый раз, когда охранникам требовалось убедиться, что он все еще не спит, те били его палкой, но большую часть времени он оставался в относительном покое. Но спустя шесть часов стояния на одном месте его тело кричало от боли, и он чувствовал, что готов свалиться от усталости. Его колено, похоже, согласилось с телом, подвернулось под ним, и он рухнул вниз. Джон попытался оттолкнуться от земли, прежде чем на него налетят охранники, но его тело было слишком истощено и отказалось сотрудничать. Охранники были рядом с ним через мгновение, и Шеппард почувствовал сильный удар ботинком в живот. Он попытался свернуться калачиком, но еще один удар палкой по пояснице заставил его разогнуться. - Вставай немедленно! - потребовал охранник. Джон попробовал еще раз, но у него ничего не получилось. Он напряг тело в ожидании следующих ударов. На этот раз нога попала ему в руку, из которой был вырезан передатчик, и Шеппард прикусил губу, чтобы сдержать крик боли. Двое охранников потянули его за плечи, но он был не в состоянии стоять самостоятельно и повис в их руках мертвым грузом. И для пленника, и для охранников было очевидно, что в течение следующих четырех часов он не сможет стоять сам: истощение и раны брали свое. Охранники недолго посовещались, чтобы выработать план действий. Они решили развязать ему руки и затем надеть на них кандалы, прикрепленные к цепи, которая свисала с потолка. Они отрегулировали цепь таким образом, чтобы его руки были вытянуты над головой, а ноги едва касались земли. - Так ты будешь на ногах, и тебе не придется беспокоиться о падении, - злобно усмехнулся один из охранников, после чего добавил: - Хотя, конечно, это может плохо отразиться на твоих плечах. Шеппард слишком устал, чтобы придумать саркастический комментарий к этому замечанию, поскольку его плечи начали гореть от боли, удерживая тело вертикально. Чтобы отвлечься от страданий, вызванных его бедственным положением, и не думать о том, что произошло между ним, его отцом и братом Дэйвом, он решил вспомнить различные успешные миссии со своей командой. Такие, как, например, на M7G-677, где жили дети. Они не только вернулись оттуда живыми и невредимыми, но и остановили порочный круг самоубийств, имевших место на этой планете. Плюс, Шеппард никогда не мог забыть, насколько забавно было видеть, как МакКей там обращался с детьми. Это был прекрасный пример того, как не стоит вести себя с ними. Хотя Джон должен был признать, что некоторые из детей, в конце концов, поладили с колючим ученым и, хотя Родни никогда бы в этом не признался, Шеппард был уверен, что он их тоже полюбил. Потом еще был случай, когда МакКей получил сверхспособности благодаря устройству, предназначенному помочь Древним вознестись. Джон улыбнулся, подумав о том, что было бы, сумей тот их сохранить. И даже прекрасно зная, что Вейр ему откажет, сам он тоже попросил у нее разрешения испытать это устройство. Он считал, что попытка того стоит, хотя, как и следовало ожидать, она кинула на него взгляд, говорящий: "Ты это действительно серьезно?" или: "Ты что, идиот?", прежде чем быстро сказать нет. Шеппард постарался не думать о том, что бы он сделал, если бы те сверхспособности были у него прямо сейчас; его приводило в бешенство собственное бессилие. Понимая, что эти мысли ему не помогут, он решил вспомнить, как впервые увидел Ронона и Родни во время спарринга. Шеппард с трудом сдержал смех, вспоминая Родни в белом халате для каратэ с желтым поясом вокруг талии и привязанной к груди черной подушкой. Для Джона было приятным сюрпризом, когда Ронон и Родни стали не только членами команды, но и друзьями. Честно говоря, он не был уверен, что это когда-либо произойдет, и все же это случилось. Шеппард чуть не засмеялся, вспомнив о том, насколько изменился Ронон в умении ладить с людьми по сравнению с тем, каким он был, когда они встретились в первый раз. Сатедианин прошел путь от человека, захватившего их с Тейлой в плен, до одного из самых близких его друзей, и даже отправился с Джоном на Землю на похороны его отца. Шеппард чувствовал себя немного лучше, когда думал о том, что Ронон, Родни и Тейла - не считая остальных людей на Атлантиде - делают все возможное, чтобы найти его и спасти. Он только надеялся, что сумеет продержаться, пока они не придут. *** Последний предрассветный час всегда самый темный, а в случае Шеппарда, самый тяжелый. Его плечи онемели, удерживая вес тела, но стоило ему хоть немного шевельнуть ими, как они начинали гореть мучительным огнем. Кроме того, казалось, что его глаза налиты свинцом и постоянно закрываются по собственной воле. Как бы Джон ни пытался бодрствовать, время от времени он начинал отключаться, и это заставляло охранников каждые несколько минут делать что-то, чтобы удерживать его бодрствующим: при этом их самым любимым развлечением было плескать ледяную воду ему в лицо. Хотя в комнате было гораздо теплее, чем в его камере, Шеппард начал сильно дрожать, ведь его рубашка насквозь пропиталась водой. Тем не менее, даже это не особо помогало ему бороться со сном. Его мир сжался до небольшой точки, включающей только холод, боль, усталость и страдание. Он даже не помнил, почему испытывает эту пытку. Каждый раз, когда он пытался все вспомнить, это был какой-то... вопрос; и он знал, что не должен на него отвечать. Наконец, после того, как, казалось, прошла вечность, дверь в комнату открылась, и вошел Джордж. Перед глазами у Джона все плыло, и он едва мог сфокусировать на нем на взгляд, но сумел понять почти все из того, что тот говорил. - ...выдержал ночь, Шеппард. Поздравляю! Наслаждайся своим отдыхом, пока он у тебя есть, потому что очень скоро мы проведем вместе больше времени. Джону понадобились все его силы, чтобы понять, о чем говорит Джордж, так что он не заметил, как охранники освободили его руки от наручников, и рухнул почти без сознания на твердый пол. Это пробудило боль в его многочисленных ранах, число которых за ночь существенно возросло, поскольку его стражи изо всех сил постарались не давать ему покоя. Когда охранники тащили его из комнаты, он даже не пытался идти. Шеппарда швырнули в его клетку, и он заснул еще до того, как за ним закрылась дверь. *** Джон внезапно проснулся и резко сел, забыв, что его тело в данный момент нуждается в отдыхе. Но он, по крайней мере, получил несколько часов сна и чувствовал себя чуточку лучше, так что решил подвести итоги своего физического состояния. Его одежда с предыдущей ночи была слегка влажной, и Шеппард продолжал дрожать от холода. Хотя, полагал он, это было не настолько плохо, как могло быть. Клетка немного нагрелась, то ли от дневного тепла, то ли оттого, что Брикьен включил обогрев, чтобы убедиться, что заключенный не умрет от гипотермии. Левая рука Шеппарда горела огнем, и он видел, что "повязка" полностью пропиталась засохшей кровью. Все его тело казалось воспаленным, из-за боли в сломанных ребрах ему приходилось часто и неглубоко дышать. Колено распухло, и Джон задумался, что с ним будет, если он попробует на него ступить. Его левый глаз полностью заплыл, а когда он прикоснулся рукой к голове, в своих спутанных волосах нащупал засохшую кровь, и у него возникло чувство, что по его черепу стучат молотками. Однако он напомнил себе, что все могло быть намного хуже. Он чувствовал себя готовым придумать план и попытаться сбежать. Джон осмотрел комнату в поисках того, что мог бы использовать, и заметил небольшую миску с водой, оставленную ему охранниками. Он нетерпеливо пополз к ней, как можно аккуратнее волоча за собой правую ногу. Хотя вчера ему несколько раз давали воду, ее каждый раз было очень мало, недостаточно, чтобы напиться. Он аккуратно поднес миску к губам и медленно выпил все ее содержимое. Это немного смягчило его пересохшее горло, но так и не позволило утолить непреодолимую жажду. Выпив все до дна, Джон осмотрел деревянную миску на предмет ее возможного использования помимо миски как таковой. Она была изготовлена из твердой прочной древесины, и Шеппард полагал, что если ударить достаточно сильно, ею вполне можно сбить кого-то с ног. Он решил, что должен действовать, пока не слишком ослабел от ран и голода, чтобы двигаться и идти, не говоря уже о том, чтобы драться. Это сработало, когда он с Тоддом сбежал от Колы. При этом он старался не думать, что его первая попытка побега не удалась. Джон устроился напротив задней стены камеры с миской, казалось, свободно лежащей в его правой руке. Он решил, что должен отдохнуть и собраться с силами, и когда охранники за ним вернутся, сделать свой ход. Прошло почти два часа, и Шеппард, наконец, услышал звук приближающихся шагов. Когда они остановились перед его камерой, он изо всех сил старался сохранять вид измученного и избитого заключенного и лежать неподвижно. Он посмотрел на них, пытаясь продемонстрировать всю испытываемую им боль и слабость. Как только один из охранников открыл дверь, Джордж приказал Шеппарду встать. Тот принялся медленно подниматься, используя стену для равновесия и поддержки в попытке создать у охранников ложное чувство безопасности. После этого Джон начал медленно, осторожно хромать к охранникам, делая вид, что просто забыл про миску в своей руке. Шеппард видел, что это работает, поскольку охранники вели себя не так бдительно, как раньше. Их оружие висело по бокам, вместо того, чтобы быть направленным ему в голову. Очевидно, они решили, что перенесенных им пыток было достаточно, чтобы его сломить. "Еще рано", подумал Джон, медленно хромая через дверь клетки. Как только один охранник отвернулся, чтобы закрыть дверь, Шеппард сделал вид, что споткнулся, приблизился к другому, а затем... набросился на него, правой рукой с силой ударив миской в голову и одновременно выдернув оружие из его ослабевшей руки. Он быстро повернулся и выстрелил в Джорджа, но его правое колено подогнулось, лишив равновесия, и вместо того, чтобы, как он планировал, попасть в сердце, пуля задела левую руку его врага. Джон прицелился, чтобы выстрелить снова, но его отвлек охранник, который закрыл дверь и кинулся в нападение. Он был слишком близко к Шеппарду, чтобы в него можно было стрелять, так что, вместо этого Джон ударил охранника оружием в челюсть, отбросив его снова к решеткам клетки. Но прежде чем ему удалось повернуться и снова напасть на Джорджа, он почувствовал зверский удар по спине и рухнул на землю. Перевернувшись, он уставился на Джорджа, стоящего над ним с тяжелым оружием, сжатым в руке. "Ну, по крайней мере..." с гримасой подумал подполковник, глядя, как нога Джорджа стремительно приближается к его голове, "...я доказал им, что все еще не сломлен".