Доведенный до грани

На следующий день Дэвид получил новости от Дженнифер. - Лихорадка Джона прошла! Он спокойно отдыхает, и я думаю, что кризис миновал, и он собирается идти на поправку! Облегчение, которое испытал Дэвид, умалялось страхом, что Джону может снова стать хуже, но члены его команды, казалось, не переживали по этому поводу. - Он борется за выздоровление! А когда подполковник Джон Шеппард за что-то борется, он не сдается, пока не победит. Он очень упрямый, поэтому, раз он борется, чтобы выздороветь, то так и будет, - объяснили члены команды. Дэвид пожалел, что не может разделить их оптимизм, но их слова и умиротворение, которое он видел на лице Джона, придали ему сил. Несколько дней спустя он снова сидел в лазарете один рядом с Джоном, работая на своем ноутбуке. - Дэйв?.. Дэвид тут же отреагировал на тихий звук, исходящий от постели его брата. - Джон! Ты очнулся. Позволь мне дать тебе чего-нибудь попить. Я знаю, что Дженнифер захочет тут же быть здесь, чтобы поговорить с тобой. Говоря все это, он быстро поднес Джону чашку воды и вставил соломинку в рот брата, после чего нажал на кнопку вызова медсестры, чтобы сообщить Келлер, что Джон пришел в себя. Брат смотрел на него с вопросами в глазах; глазах, которые, наконец, были ясные и могли полностью сосредоточиться. Сделав несколько глотков, Джон отвернул голову от соломинки и откашлялся. - Я думал, что ты был просто галлюцинацией или сном, навеянным моей лихорадкой. - Фраза заставила Джона закашляться из-за его непрекращающейся простуды, так что Дэвид дал ему еще немного воды. - Нет, я нахожусь здесь, на Атлантиде, во плоти, - ответил он с широкой улыбкой, после чего отступил от Джона, поскольку прибывшая доктор Келлер начала обследовать пациента. Дэвид, наконец, смог принять то, что Келлер сказала несколько дней назад: подполковник Джон Шеппард пошел на поправку. *** Несколько часов спустя Джон постепенно проснулся и, не открывая глаз, прислушался к звукам в комнате. Он знал, что пока Келлер его осматривала, снова заснул, и теперь жалел, что у него не было достаточно времени, чтобы поговорить с Дэйвом. Джон все еще с трудом верил, что Дэйв был здесь, на Атлантиде, и это не была галлюцинация. Джон попробовал вернуться к своим воспоминаниям о том, что произошло с тех пор, как его спасли от Брикьена, и понял, что почти все они были, как в тумане... совершенно расплывчатые. Большая часть времени была заполнена болью и бесконечными кошмарами. Самые страшные события и воспоминания его жизни перемешались, чтобы стать чем-то поистине ужасающим. Худшее включало его отца и брата. Они напоминали ему о том, как он их подвел, и теперь не заслуживает, чтобы жить. Джон верил им... пока в одном из снов брат неожиданно перестал его обвинять и вместо этого сказал, что он должен продолжать бороться за жизнь. Это настолько отличалось от его обычных кошмаров, что он внезапно проснулся. Но и после этого, к его полному и чрезвычайному удивлению, голос не исчез. Он открыл глаза и увидел своего брата, сидящего возле его кровати. Это был не Дэвид из его кошмаров, в безупречной одежде, источающий гнев. Нет, у этого Дэвида одежда была в беспорядке, а волосы торчали в разные стороны, напоминая прическу самого Джона. Более того, вместо гнева и горечи, от него исходило беспокойство, и, к полному замешательству Джона, это беспокойство было направлено на него. Дэйв говорил ему, как сильно он хочет, чтобы Джон жил. Джон не мог ему поверить. Его старший брат хотел, чтобы он жил! Когда брат посмотрел на него и понял, что он проснулся, Джон нерешительно задал вопрос, который горел у него в уме; он попытался понять, что говорил этот Дэйв по сравнению с тем, что ему кричали все остальные Дэйвы. - ...Ты... не хочешь... чтобы... я умер?.. Ответ Дэйва был мгновенный и решительный: - НЕТ! НИ ЗА ЧТО! Джон почувствовал, как его снова охватывает покой, пока думал о словах Дэйва, что и он, и их отец хотели, чтобы Джон был жив. Папа даже простил его. И почти сразу после того, как они закончили говорить, Джон погрузился в свой первый спокойный сон, с тех пор, как его захватил Брикьен. Но по мере того, как он постепенно все больше узнавал о своем окружении, он еще долго думал, что, должно быть, это была просто галлюцинация. Брат никак не мог оказаться на Атлантиде. Тем не менее, проснувшись, он с удивлением вслушивался в печать на ноутбуке. Это была не беспорядочная и быстрая печать Родни, а гораздо спокойная и последовательная печать. Заинтересовавшись, кто бы это мог быть, он открыл глаза и увидел Дэйва во плоти. Он был потрясен, что это все-таки не галлюцинация, но когда окликнул Дэйва, тот быстро ответил, отметая все мысли Джона, что он снова не в себе. К сожалению, Келлер хотела его осмотреть, так что у Джона в тот момент не было шанса поговорить с Дэйвом, и он заснул, прежде чем она закончила. Теперь же Джон больше не спал и узнал звуки, мягко доносившиеся откуда-то неподалеку. - Он снова проснулся? - Нет, с тех пор как Вы ушли, он спокойно спит. Джон открыл глаза и увидел Дэйва и Келлер, беседующих в ногах его кровати. Келлер первой заметила, что он уже не спит и шагнула вперед, тут же спросив в исключительно докторской манере: - Как Вы себя чувствуете? Прислушавшись к своему состоянию, он ответил: - Не очень плохо, хотя я предполагаю, что Вы держите меня на некоторых довольно сильных обезболивающих. - Конечно, - ответила она, продолжая в то же время обследовать его жизненно важные органы, - но Вы действительно прогрессируете! - Закончив, она взглянула на Дэйва и Джона и сказала: - Уверена, у вас обоих есть много, о чем поговорить, так что я оставлю вас вдвоем. Но Джон, Вам действительно нужно отдыхать, так что я рассчитываю на Вас и надеюсь, что этот разговор не затянется слишком надолго. - Они оба кивнули, и она посмотрела на Джона, словно пытаясь выяснить правдивость его ответа. Вздохнув, она перевела взгляд на Дэйва. - Надеюсь, Вы позаботитесь, чтобы он не переусердствовал. - Эй! - запротестовал Джон, в то время как Дэйв рассмеялся и сказал: - Я постараюсь, хотя это может быть трудно. - Как всегда, - рассмеялась она в ответ. Когда она вышла из комнаты, Джон с трудом подавил желание высунуть ей вслед язык, зная, что это будет слишком по-детски. Отвлекая свое внимание от нее, Джон посмотрел на Дэйва и слегка улыбнулся. - Так, как ты попал в мой город? - Ну... - и Джон с Дэйвом принялись беседовать, как они делали, когда были моложе, и когда самой сложной проблемой, с которой они сталкивались, было содержать свои комнаты в чистоте... *** Это был первый день, когда Джону разрешили посидеть подольше, хотя доктор Келлер все время напоминала ему, что он должен вести себя спокойно и тихо, поскольку его простуда еще не полностью прошла. Ронон, Тейла, Родни и даже Дженнифер были в комнате вместе с Джоном и Дэвидом, празднуя его выздоровление. Они шутили об огромном эго Родни, когда тот внезапно заявил: - На самом деле, мое эго не раздуто; фактически, я считаю, что мое эго, скорее, занижено. Все пораженно уставились на Родни, ожидая, что он даст понять, что пошутил; к сожалению, они ждали напрасно. Джон окинул Родни недоверчивым взглядом. - Ты это серьезно? Ты думаешь, что твое эго не такое большое, как должно быть? - Конечно. Тейла и Ронон обменялись удивленными взглядами при мысли, что самый эгоцентричный человек, которого они знали, на самом деле считает, что должен быть еще более эгоцентричным. Дэвид мысленно удивлялся, как Джон подружился с таким человеком, и это напомнило ему о вопросе, который он хотел задать Ронону. - Эй, Ронон, я так и не узнал, что же произошло, когда Вы встретились с Джоном. - Он оглушил меня и связал, вот, что произошло! - сказал Джон, пытаясь выглядеть строгим и оскорбленным, несмотря на улыбку, скрывающуюся в глазах. - Кстати, это было не в последний раз, - добавил он и сказал, поворачиваясь к Ронону: - Интересно, что не так с тобой и твоим станнером?!! Ронон рассмеялся. - Ну, похоже, это всегда происходит в нужное время. А помнишь, как однажды ты сам стрелял в меня, и это был не станнер. - В меня ты тоже стрелял! - вмешался Родни, глядя на Джона. - Ну, зато я до сих пор не взорвал ни одной солнечной системы, - протянул Джон, с усмешкой взглянув на МакКея. - Эй, это было только один раз! Боясь, что это надолго, Тейла сказала: - Теперь мы можем рассказать Дэвиду эту историю? И так, с помощью остальной части команды, Ронон рассказал, как был беглецом и при первой встрече захватил Тейлу и Джона. Он поделился, как в конце концов доктор Карсон Беккет удалил из его спины маячок, и они забрали его на Атлантиду. - Я не собирался здесь надолго задерживаться, даже после того, как увидел разрушенную Сатеду, но Шеппард убедил меня остаться. Джон пожал плечами и слегка прокашлялся. - Я хотел держать твою пушку на нашей стороне; это слишком хорошее оружие, чтобы упустить его с Атлантиды, а я знал, что ты не позволишь мне им завладеть, так что, у меня был только один выбор... Тейла, как всегда дипломатичная, улыбнулась и добавила: - Кроме того, вместе мы сильнее... как "Фантастическая четверка". Джон хохотал, пока не начал кашлять. Когда он, наконец, отдышался, то сказал: - МакКей показал тебе фильмы, не так ли? - Да, но он сказал, что я должна помнить: Бэтмэн и Робин - лучшая команда супергероев. - МакКей! Ты ведь знаешь, что это не так! - со смехом заявил Джон, вспомнив их спор, прежде чем они отправились на миссию. - Это так! Хотя я согласен, что как команда мы больше похожи на Фантастическую четверку, а поскольку мы - великая команда, они поднялись с моей первоначальной оценки. В ответ на изумленный взгляд Дэвида Джон постарался объяснить всю предысторию, и вскоре уже все смеялись и рассказывали Дэвиду еще больше историй об их жизни в галактике Пегас.