Луна

Тонкс лежала в кровати, опираясь на подушку и пытаясь читать. Она переоделась в свои любимые спальные вещи – уютную майку и низкие красные штаны. Плоская подушка за её спиной смягчала прикосновение к металлическим прутьям кровати. Сегодня волосы у неё были темно-красного цвета. Чуть раньше, спасаясь от скуки, она сидела и красила ногти. На самом деле, это было глупым маггловским занятием, но это было развлечение получше, чем попытка заставить себя убрать беспорядок в комнате. Книга, которую она держала, была одной из двух томов об оборотнях. Она взяла её сегодня рано утром в Магической библиотеке – когда пошла за вещами для Ремуса. Она поспешно наложила чары на обложки, чтобы скрыть смысл содержания – ей не хотелось, чтобы её новоиспеченный интерес был разоблачен так легко. Тонкс была не вполне уверена в том, что заставило её взять эти книги. Возможно, это был просто результат событий предыдущеё ночи, или нормальное желание изучить тему, в которой она чувствовала себя невежественной. Так или иначе, если быть честной, приходилось признать, что оборотни её раньше не интересовали. Но что-то изменилось. Ремус вдруг стал для неё очень реальным, и ей словно понадобилось узнать его получше. Эти мысли заставили проявить интерес к тому, какова его жизнь на самом деле, что он перенес, каким может быть его будущее. Ознакомившись с книгой поближе, Тонкс поняла, что она не даст ей особо полезной информации о Ремусе и его жизни. Это был просто сборник историй и однобоких отсчетов о ликантропии. Страницы были снабжены жуткими фотографиями: полусъеденные трупы, вырытые из своих могил, мертвые дети с отгрызенными конечностями и разорванными горлами, гордый охотник на оборотней с головой своего трофея, нанизанной на копье. «Чушь собачья. Ремус так же способен убить и съесть ребенка, как Дамблдор». С каждой минутой она чувствовала се большее раздражение, и способность сосредоточиться полностью исчезла. К тому же, предмет изучения, Ремус Люпин, куда-то исчез. Она слегка забеспокоилась, когда он не появился за обедом – казалось невозможным, что Ремус может все ещё отдыхать после целого дня в постели. Грюм тоже высказывал явное недоверие. Он принялся расспрашивать её о поведении Люпина в течение дня, и добавил, что, в свете случившегося, на мужчину свалилось слишком много. Тонкс уверила Грюма, что Ремус в полном порядке, и что он в своей комнате – то есть, тогда она думала, что ответила на вопрос. Позже, её любопытство взяло вверх, и, перед тем, как приготовиться ко сну, она пошла проверить, где он. Тонкс тихо постучала в его дверь, и, когда ответа не последовало, украдкой заглянула в комнату. В качестве оправдания столь наглому вторжению в его частную жизнь, она уже придумала беспокойство за его здоровье. Но в комнате его не было. «Должно быть, он ушел из дома днем, пока я спала». Тонкс не могла понять, что такого срочного могло случиться, что заставило нарушить прямое распоряжение Грозного Глаза. Он явно напросился на определенный выговор. «Это совсем не твое дело», напомнила она себе. «У него своя жизнь. Это могло оказаться чем угодно...» К тому же, она хотела предупредить его о подозрениях Грюма. «Как он мог вот так вот сделать такое, после того, что Венс сказала утром? Он просто провоцирует их, и сам делает себя непредсказуемым с виду...» Тонкс посмотрела на часы уже раз сто. Уже почти полвторого. «Где же он?» Она откинулась назад и на несколько минут прикрыла глаза. Все, произошедшее за последнюю неделю, начало сказываться на ней. Тот-Кого-Нельзя-Называть почти завладел пророчеством. Множество ребят из Хогвартса, включая Гарри Поттера, были спасены в Отделе Тайн. Сириус был убит. Она сама – ранена. Затем, напарник по последней миссии, получив, на первый взгляд, смертельную рану, остался в живых. Произошло слишком много всего, и она очень устала. Не смотря на усталость, Тонкс решила ждать возвращения Люпина. Он, несомненно, трансгрессирует прямо к себе в комнату, и она, конечно, это услышит. Если не заснет. Она помотала головой, чтобы прогнать сонливость. Возвратив внимание к книге, она пролистнула ещё несколько страниц, пока её взгляд упал на жуткую фотографию. Фотографию одинокого оборотня, трансформировавшегося на темной опушке леса. Его сгорбленное тело склонилось над выпотрошенной жертвой – её останки напоминали молодую женщину, - а из его рта и с его когтей струилась кровь. Желтые глаза, в которых застыла жажда большей охоты, взглянули на неё со страницы холодно и твердо. Тонкс закрыла книгу, заложив страницу указательным пальцем. По её телу пробежала конвульсивная дрожь, когда он попыталась связать фотографию этой ТВАРИ с Ремусом Люпином. Это невозможно. Он такой добрый, такой внимательный. Такой ЧЕЛОВЕЧНЫЙ. Поэтому она не могла представить, как, не смотря на все обстоятельства, он мог когда-либо становиться настолько безобразным существом. Она глубоко задумалась, но через две или три минуты услышала: Ремус вернулся и сейчас ходил по комнате. Она вскочила с кровати и вылетела в коридор. Она помедлила секунду возле его двери – её сердце сильно билось. Затем постучала, повернула ручку в виде змеиной головы и вошла – все это одним быстрым движением. Она быстро и тихо закрыла за собой дверь, прежде чем повернуться к ней спиной. Ремус стоял посреди комнаты, спиной к двери. Он уже снял пальто и освобождал последнюю руку из свитера. Единственным признаком того, что он понял, что больше не один, была секундная пауза в его движениях. Он бросил свитер в открытый сундук и высвободил подол рубашки из брюк. Заговорив, он продолжал стоять к ней спиной. -Чем могу быть полезен, Тонкс? – Он начал медленно расстегивать рубашку. -Ничем. Я... -Ничем? -Где ты был? – выпалила она. -Теперь твоя очередь следить за мной? -СЛЕДИТЬ за тобой? Нет, но... -Тогда за чем ты здесь? -Я просто... ну, я хотела тебе кое-что сказать. -Да? – он начал расстегивать манжеты на запястьях. -Грюм хотел знать, почему тебя не было за обедом. Он задавал множество вопросов о тебе. -Понимаю. Ремус, наконец, повернулся к ней лицом. Даже вопреки её желанию, её взгляд опустился на его грудь, на тот самый шрам, который хорошо позволяла рассмотреть его расстегнутая рубашка. Она смотрела на него чуть дольше, чем следовало, прежде чем снова взглянуть Ремусу в глаза. На его лице играла странная и смутная улыбка. -Грозный Глаз всегда задает множество вопросов, - тихо сказал он. -Это было другое. Он казался... ну... подозрительным. Спрашивал, как, по-моему, ты себя чувствовал, что ты сегодня делал, о твоем поведении. -И что ты ему ответила? Люпин подошел на несколько шагов ближе, не переставая ни на секунду смотреть ей в глаза. Тонкс начинала чувствовать себя странно. В его взгляде, в том, как он приближался к ней, было что-то гипнотическое. В этой комнате было слишком тепло. -Я ответила ему, что ты в порядке. Что ты отдыхаешь в своей комнате. -Ты солгала ради меня? Он подошел ближе. Пурпурный шрам был так близко, что она могла дотянуться и дотронуться до него. -Н-нет. -Нет? Каким-то образом, почти незаметно, он снова придвинулся ближе. От него пахло свежим воздухом и джином. -Я сама не знала, что это ложь. Не в тот момент, по крайней мере. Тонкс вдруг поняла, что Ремус больше не смотрит ей в глаза. Его взгляд медленно опустился на её губы, пока она говорила, затем на очертания её груди под обтягивающей майкой и, наконец, на несколько дюймов обнаженной кожи между майкой и низкими брюками. -Нет – не думаю, что ангел стал бы лгать. – Хотя его голос был твердым, глаза странно блестели. «Он пьян». – Извини? -Что ты читаешь? – спросил он, и странная улыбка вновь появилась на его лице. -Что? -Должно быть, что-то захватывающее, если ты даже не можешь отложить. – Ремус указал на забытую книгу в её руке. «Черт». Тонкс так торопилась встретиться с ним, что взяла книгу с собой, не подумав. «Какая же я идиотка!». Последнее, чего она хотела – это чтобы он узнал о содержании. -Это просто... выдумка, - небрежно сказала она, отодвигая руку с книгой как можно дальше. -Дай взглянуть. -Нет... пожалуйста, Ремус. Правда... это ничего... -О, не стесняйся. – Он был совсем близко. Она чувствовала его теплое дыхание на своей шее и на плече, когда он наклонился и взял её за запястье руки, держащей книгу. – Я не кусаюсь, - прошептал он. Тонкс взглянула в его глаза. Его лицо было в нескольких дюймах от её собственного. Она чувствовала себя странно, но не могла отвернуться. Он был так близко. «Почему он ведет себя так? Будто он... будто мы...» Ремус медленно поднял её руку и уже собирался взять книгу, когда Тонкс пришла в себя. Она вырвала руку как раз вовремя. Но, освобождаясь, она выронила книгу, и та упала на пол, к их ногам. Она приземлилась на корешок, открывшись на той же фотографии, на которую Тонкс смотрела в своей комнате. Оборотень на снимке поднял голову, отрываясь от жертвы, и зарычал. Люпин наклонился и поднял книгу, смотря в желтые глаза, свирепо глядящие со страницы. Прошло несколько секунд, прежде чем он успокоился. Он пролистнул несколько страниц и снова посмотрел на Тонкс. -Интересная выдумка, – его «мечтательные» манеры исчезли. -Ремус, это не то, о чем ты думаешь. Я просто... хотела... -Удовлетворить свое нездоровое любопытство? Изучить монстра? Изучить природу зла? - он вопросительно поднял брови. -Нет, все не так. Я хотела понять... – его голос казался неуверенным даже ей самой. - Эта книга просто мусор. -О, нет, не мусор, - возразил он, протягивая ей том. -Что ты имеешь в виду? - она взяла книгу неожиданно дрожащей рукой. -Тебе надо идти, – его голос стал холодным. -Но... -Спокойной ночи, Тонкс, – он повернулся к ней спиной и подошел к сундуку. Итак, её прогоняли. Она покорно вышла и, оцепенев внутренне, прошла по коридору к своей комнате. «Вряд ли я могла сделать хуже, даже если бы попыталась» *** Долгое время Тонкс лежала без сна, глядя в темноту, укутавшись в одеяло. От чрезмерных эмоций ей всегда становилось холодно. Проблема была в том, что она не знала, чем именно эти эмоции вызваны. Хотя ей в основном было удобно с мужчинами, они начинали сильно нервировать её, когда пытались стать ближе. Это был рефлекс. Но это не объясняло то, почему сейчас она чувствовала себя грустной, заинтригованной и взволнованной – и все это разом. Она никогда не думала о себе как особенно хорошенькой девушке – никто ей этого и не говорил. «Кроме папы» подумала Тонкс с грустной улыбкой. В основном, её называли «необычной». До неё в её семье не было метаморфмагов. Даже когда она встретила ещё одного, ей было уже двадцать лет. Иногда она чувствовала себя не такой, как все. Уродом. Она начала бороться сама с собой. Начала думать, куда можно направить её способности. Изучение способов изменения собственной внешности подарило ей чувство уверенности, избавляло от скуки. Со временем, её самооценка заметно повысилась. Она хорошо училась в школе и с легкостью стала мракоборцем – а значит, ценностью Министерства. Она очень гордилась этим. Жизнь была хороша. Но не смотря на это, внутри она продолжала чувствовать себя так же. Неудачницей. Поэтому, думала она, мне так удобно в Ордене. Там собрались люди, объединенные общей целью. Одни из них–привыкли рисковать и жертвовать. Другие – оставили свои семьи и свои занятия, чтобы бороться против Темного Лорда. Это были люди, которым было все равно, нормальная она или нет. Люди, такие как Грозный Глаз и Ремус. «Ремус». Она снова и снова продолжала проигрывать в мыслях их странную беседу. Она пыталась найти объяснение его странному поведению, но не могла. «Он назвал меня ангелом». Самому очевидному объяснению было трудно поверить. Ремус снимал одежду и медленно, нарочито расстегивал рубашку прямо при ней. Такое раскрепощенное поведение было для него нехарактерно, хотя было видно, что он выпил. Тонкс ощутила незнакомое чувство волнения, вспомнив то, как он буквально впитывал взглядом каждую черту её лица и тела. «Как будто я нравилась ему». Он стоял так близко. Его глаза, его тело, его слова. Все это произошло так быстро... и она была слегка смущена... Но здесь, в своей комнате, одна, в темноте, она призналась сама себе: «Я хотела, чтобы он поцеловал меня». А все испортила дурацкая книга. «Теперь он думает, что ты такая же, как все. Что ты ему не доверяешь – что думаешь, он чудовище. Но это не правда. И я найду способ доказать ему это. ... Он назвал меня ангелом...»