Королевские танцы

      Король был вне себя от возмущения. Он с нескрываемым раздражением смотрел на незваную гостью, которая, казалось бы, даже не чувствует какого-либо дискомфорта. Девушка слегка взмахнула рукой, и музыканты тот час же перестали играть. Сделав шаг вперёд, она слегка склонила голову и заговорила:       — Прощу прощения за столь поздний визит, так уж сложились обстоятельства. Позвольте представиться — Матильда Бергезе, герцогиня Урбинская.       Едва девушка успела закончить фразу, как Гремонд вихрем пронёсся мимо неё, обдавая холодным ветром. Такой реакции не ожидал никто. Музыканты, которые до этого момента стояли смирно, как солдаты, переглянулись, а Жан, стоявший возле стола, покраснел и недоуменно хлопал глазами, глядя на гостей.       — Прошу простить несдержанность короля, сегодня на него было совершено покушение, и он ещё не успел в полной мере прийти в себя, — сказал Жан, взяв себя в руки. — Я проведу вас в ваши покои.       Девушка согласно кивнула.       — Только сделайте так, чтоб мои музыканты были недалеко от меня.       — Непременно, мадам.       Тем временем монарх отправился в покои Джалиля, и, как только он переступил их порог, представшая перед королём картина заставила его замереть на месте: вокруг перса суетились врачи, все они общались на повышенных тонах. Пропитанные кровью тряпки лежали горой на столе.       Гремонд рывком подошёл к доктору и ухватил того за локоть.       — Что с ним?! — нервно спросил монарх, прожигая врача взглядом.       Мужчина растерянно посмотрел в глаза монарха.       — Стрела, которая попала в юношу, была отравлена. Мы делаем всё, что в наших силах, но… — врач выдержал паузу, а затем продолжил, — нет гарантии, что он выживет.       — Спаси его!!! — вскрикнул Гремонд, с силой толкнув собеседника. Голос его стал дрожать, а глаза наполнились слезами.       — Если он умрёт, то вы вернётесь туда, откуда приехали!       Чуть ли не выбежав из покоев, в пустом коридоре король дал волю своим эмоциям. В последнее время монарх стал переживать за приближённых к нему людей как за родных. Конечно же, он пытался это скрыть, так как за глаза в его сторону и без того высказывались нелестные слова, короля даже прозвали сумасшедшим. Отчасти это соответствовало действительности. Сознание короля пошатнул в тот момент, когда он увидел изуродованное тело брата, единственного родного человека, который у него остался. Убийца так и не был найден. После пережитого потрясения, вся его жизнь перевернулась.       Почти всю ночь Гремонд стоял на коленях перед окном и молился:

«Pater noster, qui es in caelis; sanctificetur nomen tuum; adveniat regnum tuum…»

      Дрожащим голосом начал он, крепко сжимая в руке розарий.

«Fiat voluntas tua, sicut in caelo et in terra. Panem nostrum quotidianum da nobis hodie.»

      Последние слова были сказаны сквозь слёзы, которые полились из тёмных глаз монарха.       «Боже! Если это плата за власть, то я не хочу этой власти!!!» — вскрикнул монарх, отбрасывая в сторону розарий.       «Забери её у меня, только не заставляй больше страдать!!!»       Эти крики слышали, многие, но никто не решался зайти в покои короля, думая, что наверняка в них бросят чем-то тяжёлым. Срывы короля были привычным делом, поэтому многие перестали обращать на них внимания.       Успокоить короля смогла только бутылка вина, после которой монарх уснул прямо на полу.       Утром, когда только встало солнце, а двор ещё и не думал просыпаться, Матильда поднялась с кровати и первым делом подошла к огромному зеркалу, которое стояло в самом углу комнаты. Девушка принялась расчёсывать гребнем свои рыжеватые волосы, доходившие ей до пояса. Ни для кого был не секрет, что герцогиня очень любила себя и могла подолгу стоять перед зеркалом, всматриваясь в своё отражение. А сегодня получилось привести себя в порядок быстрее обычного, ведь ей так не терпелось увидеть короля.       Выйдя за дверь, она встретила Рафаэля, который всюду сопровождал её и был доверенным лицом герцогини. Склонив голову перед девушкой, он негромко сказал:       — Ваша светлость, король ждёт вас в саду.       После этих слов сердце Матильды стало биться в бешеном темпе, как у трусливого зайца.       — Я думала, что… — резко замолчав, девушка улыбнулась, – а, впрочем, не важно. Проведи меня к нему, и пойдём за музыкантами, пусть будут готовы к моему приходу.       Молодой человек, поклонившись, поспешил выполнить приказ своей госпожи.       Уже через несколько минут Матильда шла по огромному саду, приподнимая подол синего платья. Сейчас она прокручивала в голове слова, которые скажет королю.       «Только бы не наговорить глупостей!» — думала девушка, глядя себе под ноги, и так погрузилась в свои мысли, что совсем не заметила человека, который был прямо перед ней. Мужчина, почувствовав столкновение, обернулся. Матильда подняла голову и замерла на месте. Перед ней стоял сам король Франции: длинные, чёрные, немного вьющиеся волосы, едва касавшиеся плеч, истинно королевская осанка, что подчёркивала всё благородство монарха, а зелёные, выразительные, немного уставшие глаза были подобны изумруду.       Теперь сердце герцогини билось где-то в районе горла, дыхание стало частым, да и мысли все куда-то исчезли. Немую паузу прервал Гремонд.       — Я ждал вас, сударыня, — немного улыбнувшись, сказал король, и, осторожно взяв руку своей собеседницы, прикоснулся к ней губами.       Герцогиня стояла затаив дыхание. Такие чувства она испытывала впервые, поэтому даже не знала, как с этим справиться, дабы не показаться королю истеричной.       — Мне хотелось бы попросить у вас прощение за вчерашние. На меня было совершено покушение, — Гремонд сделал небольшую паузу, а затем с улыбкой продолжил, — между прочим, не только вы пострадали от моего поведения.       — Мне от этого легче не стало, — перебила его герцогиня, накрыв своей рукой руку короля.       — Впрочем, я всё понимаю и не обижаюсь на вас. Сейчас мне бы хотелось поговорить с вами о насущных проблемах.       После услышанных слов, лицо монарха стало серьёзным. Он понимал, что сейчас разговор будет не из приятных.       — Я так понимаю, вас попросил приехать Жан? — прищурившись, король посмотрел на девушку. — Мне интересно, что он ещё делает за моей спиной? — Гремонд неспеша пошел вдоль ещё не распустившихся кустов. Матильда тоже не стала медлить, двинувшись вслед за ним.       — Не сердитесь, Ваше Величество, он правильно сделал, что написал мне. Я могу помочь вам финансово, да и… — девушка немного приблизилась и прошептала, — да и армию смогу собрать, если нужно будет.       Гремонд перевёл взгляд на девушку и удивлённо посмотрел в её серые глаза.       — Да, да, я знаю больше, чем вы думаете, но я уверяю вас, что эта информация не пойдёт дальше. Год назад я была в похожем положении, тогда у меня были большие долги, которые я отдала благодаря Ватикану, и с тех пор я в тесной дружбе с верховным понтификом.       — Насколько тесной? — сам того не ожидая, спросил мужчина.       — А настолько, насколько вы были тесны с Лораном, — герцогиня улыбнулась, и, опустив глаза, стала поправлять перстни, надетые поверх синих перчаток.       Девушка знала много тайн, которые так старательно скрывал король, и всё благодаря своему верному слуге и другу Рафаэлю. Выполняя одно из поручений своей госпожи, парень по случайности попал, а, точнее, не смог выбраться из горящего поместья, отчего половина его лица была обожжена.       Придя в свои покои, Матильда сразу же уселась за письменный стол и принялась писать письмо своей близкой подруге, с которой вот уже четыре года поддерживала отношения.       «Дорогая Каталина!       Я послушалась твоего совета и отправилась во Францию. Знаешь, Гремонд ещё красивее, чем на портретах! Правда, наша встреча была не такая, как я её себе представляла. Когда я впервые увиделась с Гремондом, он даже не посмотрел на меня, и просто ушёл. Но сегодня король пригласил меня в сад, и я почувствовала всё то, о чём ты мне говорила: сердце бешено стучало, мысли путались, а глаза не могли ни на что больше смотреть, кроме него. Теперь я тебя понимаю!»

Матильда Бергезе

      Написав это, молодая герцогиня сложила письмо в конверт, и, открыв дверь, позвала Рафаэля.       — Отправь это письмо в Иерусалим Каталине, только пусть никто об этом не знает.       — Всё будет исполнено в лучшем виде, госпожа!       Матильда улыбнулась, скрываясь за дверью своей спальни.