Восстание
27 февраля 2016 г., 01:47
5 апреля, Франция.
Каждый первый четверг месяца горожане имели возможность лично пожаловаться королю или что-то у него попросить. В этот особенный день каждый надеялся на помощь монарха и где-то в глубине души хотел как-либо понравиться монарху, чтоб тот оставил его подле себя. В большой зале для приёма гостей за большим письменным столом сидел Гремонд, а рядом с ним, как обычно, был Жан. В руках король нервно крутил перо, всматриваясь в бумаги, которые лежали перед ним. Это были разного рода жалобы, просьбы и доносы, которые невозможно было разобрать за один день. — Я не хочу никого принимать сегодня, это ужасное чувство меня преследует с ночи, — внезапно прервав тишину, сказал Гремонд. — Меня оно еще никогда не подводило. С этими словами он перевел взгляд на своего наставника, ожидая одобрительного жеста, но его не последовало, мужчина смотрел на короля осуждающе. Покачав головой, он ответил: — Нет, Ваше Величество, мы не в том положении, чтоб отказывать людям. Это самая малость того, что вы можете для них сделать. — Я не могу… — хотел было продолжить монарх, но оборвал свой ответ. — Вы должны думать не только о себе! — повысив тон, возразил наставник, рывком поворачивая короля к себе. — В ваших руках наши жизни, и только от вас зависит, будем ли мы жить счастливо или умрём голодной смертью! Сейчас в глазах Жана было нечто такое, от чего в груди короля всё сжалось, и он почувствовал себя вновь маленьким мальчиком, которого отчитывают за проступок. Он медленно отвернулся к столу и, уткнувшись носом в бумаги, начал их внимательно читать. Через несколько минут Гремонд вскрикнул, не отрывая взгляда от листка: — Боже мой! Они просят меня о невозможных вещах! Не успел Жан взять из рук короля лист, как ним вошел Мигель и оповестил о прибытии крестьян. Монарх согласно кивнул. Уже через несколько мгновений зал заполнился людьми, которые по очереди рассказывали о своих проблемах. Гремонд внимательно слушал каждого и старался не пропускать мимо ушей ни единой просьбы людей, так нуждавшихся в нём. Почти у всех глаза были подобны погасшим свечам, и казалось, что эти люди больше ни во что не верили. В большинстве случаев королю приходилось отказывать людям, отчего они начинали кричать и бросать разные проклятия в его сторону. Это было довольно неприятно, но ничего поделать он не мог, так как казна была пуста, да и не было известно, когда она пополнится. Когда же последний человек вышел из зала, Гремонд прижал руку ко лбу и смотрел в одну точку, обдумывая поступившую информацию. Мысли настолько были хаотичными, что Гремонд не мог сконцентрироваться вообще ни на чем. Ближе к полуночи, когда дворец погрузился в сон, собралась группа людей возле одного из тайных ходов. — Все явились? — негромко спросил один из мужчин в чёрном капюшоне, скрывавшем его лицо. — Как вы и велели, в северной части дворца Арман, Леон и Родриго ожидают приказа. — Хорошо. Габриэль, ты поджигаешь покои короля, а я занимаюсь его приближенными и Жаном, который наверняка захочет помочь, — с этими словами мужчина снял капюшон и перед всеми предстал Лоран. Он, немного прищурившись, посмотрел на присутствовавших и еле заметно улыбнулся. — Сегодня придёт конец правлению сумасшедшего короля. Лоран незаметно подошел к двери Жана. Прислушавшись, он понял, что мужчина там не один, а со своим сыном. Они что-то бурно обсуждали, но это мало заботило Лорана, он осторожно закрыл дверь на ключ, сломав его в замочной скважине. Доносился слабый запах гари — скорее всего это горели шторы в одном из залов дворца. Вскоре послышались испуганные голоса дам, которые повыбегали из своих комнат посмотреть, что же произошло. Герцогиня проснулась из-за криков, которые было слышно на улице. Она нехотя поднялась с кровати, и, подойдя к окну, увидела, что одна часть дворца горит, а столпившиеся во дворе люди с ужасом наблюдали за этим. Девушка не стала долго ждать. Схватив лёгкий халатик и обув туфли, она бросилась к книжному шкафу, скрывавшим тайный ход, который вел на улицу. Она быстрым шагом спускалась по ступеням вниз, в тускло освященный коридор. Матильда старалась как можно быстрее покинуть его, как вдруг услышала чей-то приглушенный крик, который эхом раздавался по коридору. Матильда прислушалась и поняла, что находится прямо напротив покоев Жана — она узнала его голос. Как ни странно, но девушка без особых усилий нашла ручку тайной двери и, дёрнув её, вошла в покои. — Жан, Мигель! Идите сюда! — крикнула герцогиня. Мужчины не заставили себя долго ждать. Жан схватил со стола подсвечник с тремя свечами и отправился за Матильдой и сыном. — Нам нужно вывести короля, если он всё ещё у себя в покоях! — обеспокоено проговорил Жан, направляясь в сторону комнаты монарха. Уже через несколько минут они дошли до нужного места. Де Шельмон старший рывком открыл дверь, и картина, которую он увидел, повергла его в шок: часть комнаты была охвачена огнём, медленно расползавшимся дальше. Король стоял у окна, и с неподдельным ужасом наблюдал за пламенем, уничтожавшим всё на своём пути. Ухватив за руку Гремонда, Жан и те, кто был с ним, наконец выбрались на улицу к остальным жителям королевского дворца. Несколько минут король смотрел на горящую часть своего дворца, после чего, закрыв лицо руками, отвернулся и сел на колени, пытаясь хоть как-то себя успокоить, понимая, что это практически невозможно. Монарху страшно было осознавать, что среди его людей были предатели, которые так цинично уничтожили дворец и хотели убить и его самого. — Боже мой! Госпожа! Мы всюду вас искали, уже думали, что вас и в живых нет! — неожиданно к Матильде подбежал испуганный Рафаэль и пятеро её музыкантов. Девушка обняла своего друга, крепко прижавшись к нему. На данный момент она не думала ни о правилах, ни о манерах, вообще ни о чем. Она чувствовала облегчение от того, что её близкие друзья живы и не ранены. Казалось, что большего ей и не нужно.***
Утро.
Как только стало светать, Гремонд вместе с Жаном отправились оценивать ущерб, который был нанесён дворцу этой ночью. Многое пострадало в пожаре, и даже по коридору было невозможно пройти за-за остатков сгоревшей мебели. Монарх без эмоций смотрел на всё это, понимая, что на восстановление понадобится очень много денег, а у него их не было. Тяжело вздохнув, король отправился в ту часть дворца, которую не тронуло пламя. Он приказал привести к нему Лорана. Лоран почти уже дошёл до кабинета, в котором находился король, как кто-то окликнул его. Юноша повернулся и увидел Родриго. Тот факт, что этот мерзкий тип всё ещё был жив, очень неприятно удивил его. — Лоран, мы всё сделали так, как ты приказал, а теперь давай обещанное, — мужчина протянул шершавую руку. Мортель, усмехнувшись, посмотрел в глаза своего собеседника. В мгновение он ока вытащил из рукава кинжал и перерезал горло несчастному. Родриго ухватился обеими руками за рану, тщетно пытаясь остановить хлынувшую кровь. Через мгновение он уже лежал на полу. Лоран же вытер кинжал белым платком и убрал его. Он зашел в кабинет короля, поклонился и, не дожидаясь, пока монарх заговорит, начал первым: — Ваше величество, только что возле дверей мною был пойман человек, который и поднял восстание крестьян. Гремонд несколько раз переменился в лице и поднялся из-за стола. — Кто это был?! — нервно спросил монарх. — Некий Бертран, один из заговорщиков,больше мне ничего узнать не удалось, — спокойным голосом отвечал Лоран, глядя в глаза королю. — Значит, это был мой народ, — тихо пробормотал король, отводя взгляд в сторону. — Неужели я настолько плохой правитель? Все присутствовавшие опустили головы. Король, не говоря ни слова, вышел из кабинета, направляясь в покои Матильды, которая так же пыталась прийти в себя после «весёлой» ночи. Герцогиня сидела перед зеркалом, расчёсывая недлинные волосы, как вдруг дверь резко открылась, отчего девушка аж подпрыгнула. В покои вошёл Гремонд. Матильда только через несколько минут поняла, что гребень запутался в волосах и вытащить его она не может. Тут уж девушка не сдержалась и начала смеяться. — Что смешного, герцогиня? — раздраженно спросил монарх, глядя на девушку. Всё так же смеясь, она убрала руки от волос и показала весь свой казус. Гремонд, глядя на это, впервые за несколько лет засмеялся, и этот смех, казалось, идёт из самой души короля. — Боже! Матильда, как вы умудрились это сделать? Монарх сел рядом с герцогиней, и стал освобождать волосы, при этом рассматривая её нежные плечи. После получасового боя, король всё же добился своего, он осторожно вытащил гребень и провел по её голове рукой. — Держите вашего «врага», — с улыбкой король отдал ей расчёску. Матильда радостно взвизгнула. — Спасибо вам большое, сир! Что бы я без вас делала? — Ходили бы с гребнем в волосах, почти ничего необычного, — Гремонд всё так же улыбался девушке, которая с каждым мгновением нравилась ему всё больше. — Я знаю, как вам помочь, — неожиданно начала герцогиня, взяв за руки короля. — За деньги можете не беспокоиться, я дам вам в долг столько, сколько потребуется для отстройки вашего дома. А отдадите тогда, когда отдадут долг вам. — Матильда хитро улыбнулась, выдержав паузу. — Ведь Англия задолжала вам такую сумму, которой хватит не только, но восстановление дворца, но и на удовлетворение потребностей народа. Король даже подумать не мог, что эта девушка окажет настолько весомую помощь и поддержку. Он даже немного растерялся. — Признаться, я вообще не ждал ни от кого помощи. Я очень признателен вам, и если… Герцогиня перебила его, не дав договорить. — Благодарности потом, сперва нужно всё сделать, — с этими словами девушка подошла к столу и, достав из ящика какой-то документ, протянула его королю.
