Королевские танцы

      Четверо человек молча стояли над погребальной ямой. Все они пристально наблюдали за похоронной процессией и никто не смел отвернуться. Среди присутствующих был и Лоран, задумчиво смотрящий в сторону гроба. Сезар не так уж и долго служил ему, но определенная привязанность к нему успела появиться.       Мортель хотел во что бы то ни стало найти убийц. Нет, ему не хотелось отомстить за смерть слуги, это было дело принципа.       — Сегодня осуществим задуманное, — негромко прошептал Лоран стоящему рядом мужчине. — Королева не выполнила то, что от неё требовалось. Да, и ещё: если хоть что-то узнаете об убийстве Сезара — немедленно сообщите мне.       Мужчина молча кивнул.

***

      Сильное сердцебиение заставило девушку проснуться. Матильда села на кровати, тяжело дыша и прижимая руку ко лбу. Прежде такого состояния с ней не случалось, что и насторожило королеву. Осторожно спустившись с кровати, она взяла стоявший на столике стакан с водой и выпила её залпом. Лучше не становилось. Тогда она распахнула окно, давая свежему воздуху наполнить комнату. С каждым вдохом становилось спокойнее.       До начала утренней мессы оставалось чуть меньше получаса.       Королева Франции величественным шагом направлялась в сторону церкви, а идущий по правую руку Рафаэль внимательно смотрел по сторонам, дабы предотвратить ненужные встречи.       Всю мессу Матильда не сводила взгляд с Патриса. Сегодня как никогда ей хотелось прикоснуться к его рукам, почувствовать родной запах, прижаться к его груди. В одно мгновение её мысли были прерваны болью в сердце, заставившей её согнуться пополам. Вокруг все засуетились, священник прервал молитву, обеспокоенно глядя на Матильду. Подойти он не смел и сделать ничего не мог. Как бы королева не отпиралась, но ей всё же пришлось покинуть церковь и вернуться в свои покои.

***

      Несмотря на все неудобства и всё такую же ноющую, но уже не столь сильную боль, Матильда быстрыми шагами помчалась по тайному ходу. Остановившись возле кельи отца Патриса и отдышавшись, девушка приоткрыла дверь. Обычно сидевший спиной ко входу священник всегда оборачивался, но в этот раз он не пошевельнулся. Подойдя ближе к мужчине, Матильда положила руку ему на спину, от чего он завалился на стол. Отшатнувшись назад, королева заметила торчащую из уха спицу, а на столе рядом с Патрисом лежала его отрубленная кисть, залитая кровью. Всё происходящие казалось нереальным. Как во сне, девушка стояла напротив трупа, рассматривая кровавые узоры на столе. Поверить в произошедшее было невозможно. Человек, прославившийся по всей Франции своей святой жизнью и праведными делами, был цинично убит прямо в своей келье.       Будучи совсем юной, Матильда часто бывала на мессах отца Патриса, всегда занимая место в первом ряду. Его проповеди многих возвращали к жизни: отчаявшиеся девушки с разбитым сердцем вновь начинали верить в прекрасное, безутешные бедняги, потерявшие своих близких, обретали смысл жизни — он никого не оставлял наедине со своим горем.       Серьёзных проблем у Матильды никогда не было, но она исправно ходила на проповеди.       — Отец Патрис, — обратилась к нему невысокого роста девочка, — ваши проповеди всегда вдохновляют меня. Я очень рада, что именно вы прибыли к нам вместо отца Алессандро.       Священник тепло улыбнулся, проводя рукой по светлым волосам Матильды.       — Мне очень приятно, что ты никогда не пропускаешь службы.       Человек, заменивший родного отца королеве, теперь беспомощно лежал перед ней.       Девушка медленно стала отходить назад к выходу, пока не столкнулась с Рафаэлем. Парень осторожно приобнял королеву и вывел за пределы злосчастной комнаты. К большому удивлению Рафаэля, Матильда не проявляла никаких эмоций.       Осознание случившегося пришло глубокой ночью. Мелкая дрожь пробила хрупкое тело, бледные губы всё сильнее сжимались, не давая крику вырваться наружу. Сквозь пелену слёз Матильда увидела кувшин с вином, стоявший на столике. Вцепившись в него тонкими пальцами, она выпила содержимое залпом. Только теперь Матильда поняла своего мужа, потерявшего своих родных, осознала его боль, отчего стало стыдно и противно за своё тогдашнее отношение к нему. Вино помогло лишь ненадолго забыть о недавних событиях. Ближе к утру, когда количество выпитого взяло своё, Матильда уснула.

***

      Прошло чуть меньше месяца.       Королева всё так же сидела, заперевшись в своих покоях, лишь редкими ночами выходя в сад. Служанки, приносящие ей еду, говорили, что её Величество находится не в самом лучшим виде. Злые языки поговаривали, что она и вовсе сошла с ума и разучилась говорить.       Гремонд нервно перебирал пальцами бусины розария.       — Месяц. Почти месяц я не видел Матильду, — подняв потухший взгляд на Жана, вдохнул мужчина.       Де Шельмон потрепал монарха за плечо.       — Возможно, вам стоит поговорить с ней?       — Она не открывает, я уже пробовал поговорить с ней через дверь, — голос короля дрожал.       — Сделайте это ещё раз, вы ничего не потеряете в конечном итоге.       Гремонд молча кивнул.       Потом он долго стоял под покоями своей жены, не решаясь постучать, а уж тем более заговорить. Что-то невидимое, тяжелое мешало ему вымолвить хоть бы слово. Ещё немного помешкав, король всё же через силу постучал в дверь. Девушка, сидевшая в углу комнаты, повернулась на звук.       — Моя дорогая Матильда, я практически каждый день прихожу и говорю с тобой, но ты не отвечаешь, — стараясь не выдать волнения, проговорил Гремонд. — Стоит ли говорить, что без тебя во дворце больше нет танцев и веселья? Без тебя мне очень сложно принимать решения, — он присел на пол, не выпуская из рук розарий. — Моя милая, я не осуждаю тебя, хотя, признаться, мне было неприятно наблюдать за всем этим. Если бы я хоть чем-то мог помочь тебе, унять твою боль, то неприменимо бы сделал это.       В ответ было молчание, и лишь тихим эхом отдавались слова монарха. Потеряв всякую надежду услышать голос жены, Гремонд поднялся на ноги.       — Я люблю тебя.

***

      Утреннюю тишину нарушил церковный колокол, призывающий к мессе.       Матильда нехотя приоткрыла глаза. Ночные признания мужа заставили королеву задуматься и переосмыслить всю свою жизнь. Поднявшись с кровати, она неспешно подошла к зеркалу и ужаснулась: вместо некогда прекрасной, цветущей девушки стояла худая, осунувшаяся женщина лет сорока. Спутанные волосы, чёрные круги под глазами и бледный цвет лица пугали ещё больше. Матильда не желала больше видеть в зеркале это чудовище.       Бережно расчесав волосы, припудрив лицо и надев своё любимое фиолетовое платье с камнями и лентами, королева, щелкнув замком, вышла в коридор.       Величественно проходя мимо удивленных придворных, девушка всматривалась в каждого, будто пыталась найти виновника всех её бед.       Самым первым, кто подошел к ней, был Рафаэль.       — Я очень рад видеть вас, ваше Величество, — он бережно взял её руку и коснулся губами.       — Спасибо, что не оставил.       Несколько стоявших поодаль от них дам зло смотрели на девушку и были совсем не рады её появлению.       — Я провожу вас к королю.       — Благодарю, Рафаэль, — королева улыбнулась, взяв мужчину под руку.       По приказу того же Рафаэля музыканты королевы шли сзади, играя её любимую музыку.       Сердце Матильды впервые за последнее время радовалось.       — Матильда! — вскрикнул король, быстрым шагом направляясь на встречу к жене. — Моя милая Матильда! Как же я соскучился! — крепко прижимая к себе жену, улыбнулся монарх. — Ты даже не представляешь, как я рад снова обнимать тебя!       — Вместе со мной ты пережил это и моей благодарности нет предела, мой король! — девушка склонилась перед мужем.       — Всё уже позади, моя хорошая! — Гремонд бережно взял её за лицо и поцеловал.       От беседы их отвлёк подошедший Жан.       — Я понимаю, что сейчас не время для подобных новостей, но это ждать не может, — не дождавшись ответа короля, Жан продолжил, — наши люди заметили приближающиеся к городу войска персов. Если мы ничего не сделаем, то скорее всего нам не дадут даже выйти за пределы ворот.       Гремонд и Матильда безмолвно стояли, глядя друг на друга.