Точка соприкосновения

You've been running for so long, still breathing, Hoping soon to find a song worth singing. Every chapter of this note they're reading, But you're slowly losing hope on bleeding. © Black Veil Brides –Devil’s Choir

Мик изменился за четыре года. Волосы, раньше короткие, теперь прикрывали уши, и небрежная челка падала ему на глаза. Лицо его похудело, проявились скулы, и глаза казались больше. Мик Вуд, лайнмен "Шелбивилльских Тигров", второй любимец восторженных школьниц (после Кори, конечно). Мик Вуд, мой лучший друг. Меньше всего я ожидала встретить его в Чикаго и даже не думала, как сильно обрадуюсь ему. Будто на время я снова вернулась в свои семнадцать, и мы по-прежнему были школьниками, у которых все было ещё впереди. - Что ты делаешь в Чикаго? - Мика вовсе не смущало присутствие Трейси. Представившись ей, он плюхнулся на стул и отпил свой кофе. Американо, как он всегда любил. Американо без сахара и сливок. - Ты же в Эл-Эй уехала? Рожа Дэна по телеку каждый день, меня тошнит от него уже! Впрочем, он всегда был целеустремленным. А он сам, кстати, где? Тупая игла вонзилась мне в сердце от упоминания о Деннисе. Я поджала губы, стараясь не разреветься, покачала головой. - Его здесь нет. - Кажется, я что-то пропустил, - пробормотал Мик и, протянув руку, накрыл ею мою ладонь. - Прости, мелкая. Ты же мне как сестра... Реально. Прости. Вы больше не вместе? Я покачала головой отрицательно. - Ладно, не будем, - Вуд только незнакомым людям казался рубахой-парнем, не способным чувствовать людей. Я тоже так думала о нем, пока не поняла, каким чутким и мягким на самом деле он был. Так ломаются стереотипы о школьниках, созданные шаблонными комедиями и ужастиками с картонными персонажами. Так ломаются первые впечатления. Да и вторые тоже. – Кстати, как тебя зовут, малышка? – Он повернулся к Трейси, подмигнул ей. – Я представился, ты знаешь моё имя, а я твое – нет. Это нечестно. Я видела, как Трейси, за последнее время пережившая так много, дернулась от простого вопроса, и мне захотелось обнять девушку. Как никто другой, я знала, что такое жить в постоянном страхе, что твоя тайна будет раскрыта. Как никто другой, я знала, что значит видеть в каждом человеке того, кто будет осуждать тебя, узнав маленький секрет, на котором держится твоя жизнь. Но Трейси было тяжелее, чем мне. Мой отец ударил меня всего пару раз, и только в ночь, когда увез меня от Дэна. Он был двуликим Янусом, но в мире существовали люди, которым было много, много хуже, чем мне. - Трейси, - негромко отозвалась моя спутница. Она явно чувствовала себя не в своей тарелке и, возможно, жалела, что попросилась остаться со мной. Трейси даже не подняла глаза на Вуда, и он, почувствовав её смущение, больше не докапывался до неё. Мик болтал и болтал, и постепенно, я расслабилась. Он рассказывал о своей учебе в Чикагском Университете на факультете бизнеса – я не могла представить его бизнесменом. Он рассказывал, как едва не женился, но вовремя одумался. И Мик, как бы между прочим, упомянул, что недавно открыл собственный бар где-то в центре Чикаго, решив попробовать себя в индустрии развлечений. Я не была уверена, упомянул он о баре специально, или ему просто пришлось к слову. Я была благодарна ему за веселую болтовню, избавляющую меня от необходимости рассказывать о собственной жизни. Я знала, что Мик никогда не задаст привычного другим вопроса «Ну, а теперь расскажи о себе, что у тебя нового?». Не спросит, почему я ушла от Дэна. Не будет расспрашивать о вещах, мне неприятных. Он чувствовал меня очень хорошо, порой даже слишком. И, несмотря на несколько лет разлуки, эта связь не исчезла. Конечно, она была слабее моей связи с Деннисом, – опять Дэн, снова Дэн, он призраком маячил за моей спиной, не давая вздохнуть! – но она была. Как и у любых настоящих друзей, отношения которых выдерживают любые испытания расстоянием, временем и молчанием. - Мы все скучали по тебе, малышка Вэл, - Мик улыбнулся, глядя на меня из-под светлой челки. - Особенно Кэт. Еще бы, ты ведь была ее верной слушательницей! Я закатила глаза. При воспоминании о подруге - наверное, уже бывшей подруге, ведь я была настоящей задницей и не писала ей несколько лет! - я почувствовала, как тихо оттаивает моё сердце. Как я возвращаюсь в то время, когда была просто Валерией, Валери, и у меня были друзья. Были друзья, кроме Дэна и его группы. Была моя жизнь, не переплетенная так тесно с его жизнью. Последнее время мне казалось, что даже воздух без него застревал в моих легких. Сидя рядом с Миком, человеком из моей прошлой жизни, я будто училась дышать заново, и каждый глоток давался мне тяжко, но он же и был моим освобождением. Трейси успела сходить за новой чашкой кофе, и теперь прихлебывала карамельный латте, стараясь держать глаза широко раскрытыми. Она проехала часть своего пути с Запада на Восток в состоянии, близком к истерике, и только часа за три до Чикаго смогла успокоиться, убедив себя, что поступила правильно. Я не знала, что было правильным в её ситуации, но избегала советов - у меня самой рыльце было в пуху, а сердце в шрамах, кому и что я могла, бога ради, посоветовать? Если, конечно, вы не хотите совета, который разрушит вашу жизнь до основания и заставит вас жалеть о сделанном... - Вэл, алло! - Мик пощелкал пальцами перед моим лицом, возвращая в реальность. - Я уже пять минут спрашиваю, как долго ты планируешь задержаться в Чикаго? Это был вопрос без ответа. Как и большинство вопросов, которыми я и сама задавалась, думая о своем будущем. Я никогда не думала, что решусь уехать, и теперь моя дорога больше походила на долгий путь, пункт назначения которого был мне неизвестен. Я, определенно, планировала ехать дальше, на север. Как можно дальше от Дэна, как можно дальше от своей главной в жизни ошибки. Как можно дальше от Эл-Эй, огромного города без души и сердца. - Не знаю, - я пожала плечами. - У меня нет плана. Мик, чуть прищурившись, рассматривал меня некоторое время, впервые заставив меня поежиться от неуютного молчания. Возможно, где-то в глубине души он не одобрял моих действий. Возможно, если бы он мог, он заставил бы меня взять обратный билет, вернуться в город на Голливудских холмах и упасть в объятия Дэна. О, я хорошо знала, что сделал бы мой брат... Какая-то часть моей души – очень большая часть – хотела вернуться. Я не могла себе этого позволить. Я не могла позволить себе исчезнуть. И, когда Мик раскрыл рот, я уже придумала, как далеко пошлю его. Так далеко, что Аляска показалась бы ему соседней деревенькой. - Я думаю, вы обе могли бы задержаться здесь, - вовсе не этих слов я ожидала от Вуда, и мне стоило многих усилий удержать челюсть от встречи со столешницей. - Так уж получилось... - Мик пожевал нижнюю губу. - Так уж сложились звезды, что у меня есть для вас работа. Я не знала, кто послал мне в свое время Мика Вуда, Бог или Дьявол, но, определенно, он знал, что делает. В школе Мик вытащил меня из дерьмовой ситуации с Эшли, школьной королевой, и был рядом, когда я попыталась в первый раз вышвырнуть Денниса из своей жизни. И у него была удивительная способность появляться посреди руин моей жизни, как долбанная Фея-Крестная. После окончания Чикагского университета мой школьный приятель не вернулся в Шелбивилль. Он вообще не вернулся в Кентукки, предпочтя ему Иллинойс и самый гангстерский город Америки. И бар. - Уж лучше работать самому на себя, чем на моего папашу, - сморщился мой друг, барабаня пальцами по рулю, пока вез меня и Трейси к своему бару. - Я планирую в ближайшее время расширяться и устраивать концерты разных команд, и уже присмотрел помещение, которое можно выкупить и объединить с нашим. Черт, Вэл, - он расплылся в улыбке, - тебя мне сам бог послал! Он снял эту фразу у меня с языка, и я рассмеялась - едва ли не впервые после своего побега. - Ты столько лет тащила группу Дэна, уж бар-то сможешь вытянуть! А потом, если все еще будешь хотеть ехать в Мэн, я сам куплю тебе билет, детка. Даже если Мик просто пытался вытащить сам себя из жопы, в которую самолично залез, я не могла отказать ему. Мне хотелось остаться, и не только из-за чувства вины перед старым другом. Я надеялась, что шум другого большого города вымоет из моего сердца боль. Я надеялась, что смогу начать жизнь заново, а потеряться среди улиц Чикаго было проще, чем в небольшом северном городке, где каждый чужак становился темой для обсуждения на несколько лет. Я надеялась, что смогу найти себя, не перестраиваясь вновь с жизни в большом городе на жизнь в американской провинции. И я отгоняла от себя дурные надежды, что мой брат найдет меня. Трейси молчала всю дорогу, и я не тормошила её. Для неё и так было слишком много впечатлений, и я хорошо её понимала. Лишь когда мы подъезжали к бару, она прошептала: - Он и правда даст нам работу? - Думаю, да. - Хорошо, - она откинулась на спинку сидения и на секунду прикрыла глаза. Я догадывалась, что мыслями она была вовсе не в Чикаго, и позволяла себе просто плыть по течению, не думая, что будет дальше. Все её силы ушли на побег, и теперь настал период затишья. Она думала о своем будущем, так же, как думала о нем и я. Я догадывалась, потому что чувствовала то же самое. Я думала, где сейчас Дэн. Я знала, что он ищет меня, кидаясь от одного общего друга к другому, как раненый зверь. Как человек, у которого отняли половину души. Я ощущала его панику, и она вновь и вновь хватала меня за горло. Я задыхалась от боли, и сейчас, в машине Мика, она с новой силой нахлынула на меня. Нич-то. Ник-то. Никто без тебя, Дэн. Твоя тень, твоя слабость, твоя любовь. Твоя муза и твое вдохновение. Я отдавала тебе себя, и теперь я пустая. Я - ничто. Я - никто. Я - молчание. И я вновь думала, что должна стать кем-то, и эти мысли отравляли меня похлеще, чем отравила бы гадюка, укусившая за коленку. - Приехали, - Мик распахнул передо мной дверцу, помог выбраться, хотя я справилась бы сама. Тепло его пальцев напомнило мне о Дэне, и я прикусила щеку изнутри. Солоноватый вкус крови вернул мне реальность. - Пошли, посмотрите новое место работы. В помещении бара, освещаемом только уличным светом, никого не было, и я поняла - дела у моего друга шли так себе. И, окинув бар взглядом ещё раз, я поняла, почему. Вуд, закончивший Чикагский университет и натасканный бизнесменом-отцом, мог сколько угодно понимать в прибыли и выгодных контрактах, в спросе и предложении, но он не чувствовал потребностей публики. Не держал руку на пульсе в индустрии развлечений. Его детище, которым он так гордился, могло в лучшем случае стать прибежищем некоторых «белых воротничков» из соседних не слишком приличных офисов. Простой, безликий дизайн, напоминавший скучный бар маленького городка где-нибудь в Алабаме или Огайо, не цеплял взгляд. Фоном играли Nickelback, любовь к которым характеризовала положительно разве что подростков, которым вход в бары был заказан. В их случае она хотя бы говорила о пробивающемся музыкальном вкусе, но для привлечения более взрослой публики не годилась. Последние пару лет мы с The Legacy достаточно колесили по благословенной (будь она проклята) Америке, чтобы я научилась отличать хороший бар от посредственного, а также от конкретно отвратительного. И я понимала, что дела у Мика будут идти из рук вон плохо, если он не отыщет кусок золота в куче навоза. - Крис! - Окликнул Вуд бармена, и тот обернулся. - Я тебе привел ученицу, - он кивнул в сторону Трейси. - И нового арт-директора бара. Вэл, это Крис, наш бармен. Единственный и неповторимый. - Работающий без выходных за идею и небольшой кэш, - молодой человек за отполированной стойкой сверкнул широкой приветливой улыбкой. - Хэй! - Я - Вэл, а это - Трейси, - я протянула ему руку через барную стойку, и Крис пожал её, крепко, но осторожно. Звякнули браслеты, охватывающие его запястье. Рукопожатие его мне понравилось. Я поняла, что мы могли бы сработаться. Если я решусь на предложение Мика спасти его задницу от банкротства. И если это у меня получится… - Как видишь, у нас тут не очень-то людно. Краем глаза я увидела, что Мик повел Трейси куда-то вглубь бара, отодвинул ей стул. Вуд хорошо знал меня, и ему не было необходимости проводить мне собеседования, но с новой знакомой, видимо, поговорить он считал нужным. - Я заметила. Крис вновь расплылся в улыбке. - Налить чего-нибудь? За счет шефа, - он подмигнул мне, и я не смогла не рассмеяться ему в ответ. Что-то подкупающее было в его улыбках и в его карих глазах, чуть прикрытых прямыми темными ресницами, и в его нечитаемом взгляде, и в нем самом. Я научилась чувствовать людей так же хорошо, как скрывать свои родственные связи с Дэном от посторонних, и Крис мне понравился. Как нравился любой человек, не пытающийся быть кем-то еще, кроме себя. В лживом Лос-Анджелесе я ценила искренность больше всего, и так же редко встречала её. - Яблочного сока, если есть. Прохладная жидкость заполнила стакан почти наполовину. Крис, чуть приподняв уголки тонких, четко очерченных губ, взял с полки мартини и плеснул в сок. - Импровизирую, - он протянул стакан мне. - Показалось, тебе нужно. Хороший бармен всегда знает, что нужно посетителю. Даже если посетитель об этом и вовсе не в курсе. В последний раз я пила алкоголь на какой-то вечеринке, устроенной лейблом, а потом занималась с Дэном любовью в туалете ресторана, сбежав от продюсеров. Я ненавидела себя за эти воспоминания, и я хотела отвлечься от них. Пусть даже это предполагало принятие выпивки мейд бай Крис. Руки Криса были порисованы индейской символикой, и я невольно скользнула взглядом по черно-белым татуировкам на смуглой коже. За пару лет мой брат забил себе почти все предплечья и спину, и я любила касаться их кончиками пальцев, а потом зацеловывать невидимые следы собственных прикосновений. Я могла нарисовать карту его татуировок, водя карандашом по бумаге с закрытыми глазами. Или губами по его телу, пробуя всполохи чужого воображения на вкус. Черт. Я отхлебнула мартини, молясь, чтобы он привел меня в чувство. Из-за яблочного привкуса создавалось обманчивое впечатление, будто алкоголя в напитке почти нет, но я видела, как прозрачная жидкость, настоянная на травах, заполнила стакан почти до краев, мешаясь с соком. И знала, что мартини там было больше, чем могло показаться. - Надо было взять с тебя деньги, - задумчиво протянул Крис. Его голос, хрипловатый и негромкий, ничуть не напоминал низкий и звучный голос Дэна. Даже если бы я закрыла глаза, я не могла бы представить, что моего побега не было. - Хоть что-то бы заработали... Похоже, с кассой у них было совсем плохо. Я оглянулась. Мик сидел достаточно далеко, чтобы не слышать нас. - И сколько у вас бывает посетителей за вечер? - По пятницам иногда десяток набирается, а так... - Он пожал плечами, обтянутыми футболкой с лицом Джима Моррисона. Кофейное пятно на белой поверхности футболки показывало, что её владелец не слишком беспокоится о чужом первом впечатлении. - Человека три-четыре заглянет за вечер. В основном из тех, кто рядом работает. Я не могла отделаться от ощущения, что он изучает меня. И я уставилась в ответ на него, нагло разглядывая длинное, смуглое лицо, крупноватый нос и долгую ямку над верхней губой. Кэт назвала бы его сексуальным. Почему бы мне было не вспомнить и о бывшей подруге, раз уж Мик объявился? Может быть, Вуд знает, где она сейчас? Мне не хватало Кэт. И именно сейчас я осознала, насколько мне её не хватало. Крис не был похож на Дэна, и в груди тоскливо сжалось от мысли: этот день я могла провести иначе. Хватит, Валерия. Давно никто не называл тебя полным именем, детка, правда? Хватит. Прекрати. Ты не вернешься. Ты выбрала свой путь, и рана затянется, время ей в этом поможет. Ты справишься со всем, как уже не раз делала. Ты сможешь. Ты станешь… Кем-то. - Раз уж мы будем работать вместе, - я поставила стакан на стойку, - могу я кое о чем попросить тебя? - Все, что угодно, если это не исключается уголовным законом, - Крис вновь сверкнул улыбкой. - Называй меня Валерией. - Заметано, Валерия, - он вновь пожал мне руку, и на этот раз его прикосновение было почти нежным. Меня так давно никто не звал моим именем, что оно казалось чужим.