Перекраивая прошлое

Эрен выскочил на улицу под лучи склоняющегося к закату солнца и перевел дыхание, после чего рассмеялся сам себе. Прохожие оборачивались на него, но его это ничуть не волновало. Он отправился вдоль по тротуару, торжественно улыбаясь. Всё отчаяние и страх, одолевавшие его с утра, ушли куда-то на задворки памяти, а на первый план вышли сказанные Армином слова: «Может, попытаешь счастье ещё раз?». Сейчас они казались уже не такими глупыми. Попыток и времени у него было не так много, но слишком уж манила перспектива заграбастать себе этого хмурого и язвительного парня. Сделав выводы из прошлых, мягко сказать, безуспешных опытов, Эрен решил действовать с точностью до наоборот. Он не мог не заметить, что Леви смотрел на него совершенно другими глазами, изменения, произошедшие с парнем, явно шли на руку. Больше не было того угловатого подростка, который не мог даже собственные мысли сформулировать и тем более сложить их в относительно связную речь. Сообщение с датой первой примерки пришло спустя неделю. Эрен улыбнулся сам себе и спрятал телефон в карман. Перспектива маячившей на горизонте новой встречи грела вольными мыслями, которые, словно сдерживаемые плотиной долгое время, наконец-то прорвались, заполнив собой всё сознание. Два дня Эрен не переставал думать о произошедших событиях, перебирать в памяти сказанные слова, анализировать поведение Аккермана и делать выводы о всех его движениях, прикосновениях и взглядах. Может это и можно было принять за фантазию влюблённого человека, подпитанную гормонами и весной, но сейчас в его сердце появилась полная уверенность в возможности удачного исхода. Едва подошло к концу последнее занятие, его тут же сдуло из аудитории. Он не то что спешил на встречу, он не мог ждать и одной лишней минуты. Выскочив на улицу, Эрен сразу осознал опрометчивость своего поступка, а именно выбранной одежды. Как бы ему не хотелось произвести хорошее впечатление, да и солнечное утро этому благоволило, но надевать вместо куртки тонкую ветровку всё же не стоило. Резко изменившаяся после обеда погода встретила его мелко моросящим дождём и порывистым ветром, который мгновенно пробирался под одежду, заставляя тело покрываться множественными мурашками. Джагер поднял воротник повыше и, не раздумывая, бегом направился в сторону остановки. Однако сомнительное тепло салона не подарило ему долгожданного облегчения, а промокшая одежда лишь сильнее сковывала тело, облепляя его своими холодными сырыми объятиями. Это состояние ещё усугубилось во время второй пробежки, от станции метро до ателье, а усилившийся дождь этому только поспособствовал. Заветных дверей Эрен достиг промокшим до нитки и продрогшим до костей. Мелодичные колокольчики сообщили хозяину о прибытии гостя, и Леви, отставив от себя чашку чая, вышел встретить его. Картина, представшая его глазам, удивила и одновременно разозлила молодого мужчину. Стоящий на пороге парень был мокрым, словно на него только что вылили несколько вёдер воды. Его посиневшие губы подрагивали, и как бы он не силился что-то сказать, у него ничего не выходило, все слова сливались со стуком зубов. По дрожащим плечам можно было понять, что его бьёт озноб. — Ну и вид у тебя, Джагер, — цыкнул на него Леви, — какому идиоту придёт в голову бродить в такую непогоду? Мог перенести встречу и всё. — Н-не мог, — еле выдавил из себя Эрен, продолжая стучать зубами. — Иди за мной, быстро, — Аккерман кивнул головой и отправился вглубь ателье. Миновав рабочее место портного, они подошли к двери, и, открыв её, мужчина пропустил парня вперёд. Небольшая комната отдыха была тёплой и уютной. Мягкие диванчики, чайный столик с вазами печенья и конфет, пара тумб и шкаф были всем её содержимым. — Снимай одежду, — раздалось за спиной так, что Эрен вздрогнул от неожиданности. — А? — единственное, что он смог ответить. — Бэ, — не замедлил огрызнуться Леви, — снимай мокрые вещи, ещё не хватало, чтобы ты простыл. Хотя это будет хорошим уроком твоей глупости. — После этих слов он повернулся и вышел. Чертыхаясь себе под нос, Аккерман пересёк зал и, подойдя к двери, закрыл её на замок, не забыв перевернуть табличку, говорившую посетителям о работе ателье. После чего он направился в подсобку и нашел в шкафу тёплый махровый халат и пару полотенец. Дверь комнаты отдыха тихо скрипнула, открываясь. Эрен вздрогнул и поднялся с дивана, на который присел и уже успел пригреться. Леви оглядел его с головы до ног — красивое подтянутое тело, до этого скрытое под одеждой не могло оставить равнодушным — и прежде, чем Эрен это заметил, протянул ему принесённые вещи. — Вытрись и оденься, я положу твою одежду в сушилку и вернусь, — забрав с дивана мокрую стопку, он вновь скрылся за порогом. Стоило двери за ним закрыться, Эрен принялся усердно растирать голову и тело полотенцем. И после того как он надел теплый мягкий халат, озноб наконец немного отступил, хотя зубы продолжали постукивать. Прошлёпав босыми ногами по линолеуму, он подошел к одной из тумб и включил стоящий на ней чайник, посчитав, что хозяин заведения не разозлится на него за такую вольность. И на момент возвращения портного он уже сидел за столиком, обхватив чашку ладонями, и потягивал чай. — Соображаешь, — похвалил Аккерман и подошёл к тумбе, наливая ещё чашку себе. После чего сел напротив и принялся за свой чай. — Ты должен перестать считать меня идиотом, — Эрен протянул руку и взял в вазочке крекер, — мне двадцать два, глупо полагать, что за эти годы я не изменился. И моё решение не переносить встречу, даже ценой собственного здоровья, было осознанно. Я хотел видеть тебя, — он улыбнулся пришедшими в нормальный цвет губами и положил печенье в рот. Аккерман выслушал его, непрерывно глядя ему в глаза, внимательно, изучающе, будто анализировал, пытался найти в них лукавство или какую-то игру, но не видел. — Я надеялся, — начал он после небольшого раздумья, — что эти… — он замешкался, — чувства выветрились из твоей головы за прошедшие годы. — Мужчина отвёл взгляд и обхватил чашку ладонями, пытаясь переключить своё внимание с Эрена на чай. — Ты не принял меня всерьёз, я понимаю, — Эрен заговорил тихо, не глядя на собеседника. — Юный пацан, ничего не понимающий ни в отношениях, ни в чувствах. Я, наверное, поступил бы так же. Но сейчас, спустя столько лет, я, наконец, понял одну вещь — в тот самый момент, когда ты сказал мне, не сметь думать о тебе, я осознал, что ты ни разу не отказал мне. Леви резко поднял голову, непонимающе уставившись в смотрящие на него глаза. — Посылал, рекомендовал выбросить неправильные мысли из головы и держаться от тебя подальше, но ни разу не сказал, что не сможешь разделить моих чувств. А значит, возможность отношений ты не отрицаешь, — Аккерман приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но не успел. — Не говори ничего, — Эрен накрыл своими ладонями ладони Леви, которые сжимали бока чашки, — просто подумай об этом. Леви сидел неподвижно, не отвечая и не пытаясь освободить руки. Мысли сбивались, не давая понять точность собственных желаний, которые он так упорно игнорировал столько лет, что это уже вошло в привычку. Из раздумий его вывел всё тот же тихий голос, а его ладони освободились из тёплого плена. — Может, уже начнём примерку? Всё же это первоначальный повод моего здесь нахождения, — Эрен отодвинул от себя пустую чашку и встал с дивана. Аккерман поднялся со своего стула и вышел за дверь, призывая Эрена следовать за ним. Они остановились у рабочего места портного, после чего Леви подошел к небольшой ширме, сдвигая её. За ней находились несколько манекенов, два были пусты, на третьем и четвёртом были одеты платья причудливого кроя, будто для карнавала. На пятом же Джагер приметил свой костюм, тёмно-серый словно небо в грозу, с мелкой вертикальной полоской, которую было едва видно. Детали ещё не были сшиты между собой, а держались за счёт вручную набранных петель и портновских булавок. Но даже по этому виду можно было сказать, что результат будет отличным. Эрен, не дожидаясь указаний, скинул с себя халат, уложив его на рабочий стол, и подошёл к манекену, снимая с него пиджак. Брюки лежали рядом на небольшом стульчике, их он и поспешил надеть. Плотная ткань приятно прикоснулась к коже, молния застегнулась, пуговица мягко вошла в петлю, брюки идеально сели на бёдра и для полной гармонии не хватало лишь отглаженных стрелок. Когда он протянул руку к пиджаку, Леви остановил его, говоря о наличии булавок и достаточно символичном скреплении деталей. Пиджак портной подал сам, внимательно следя, чтоб ни один элемент изделия не сдвинулся с места под натиском неаккуратных движений своего будущего носителя. Приняв помощь стоящего за спиной мужчины, Эрен развернулся к нему лицом, намеренно медленно застёгивая пуговицы, скрывая под тканью обнажённое тело. Аккерман внимательно следил за каждым движением длинных пальцев, мягко заставляющих тёмные матовые пуговицы проникать в петли. — Не выйдет, Джагер, — Леви поднял полный решимости взгляд на парня. — Да ну, — растянул губы в улыбке Эрен, — и именно потому, что у меня ничего не выйдет, у тебя зрачки расширялись с каждым моим движением. Сдаётся мне, что ты лжёшь, Аккерман, и не мне, а себе. — И не успел Леви открыть рот, чтобы возразить, как Эрен повернулся к нему спиной. — Мне что-то колет между лопаток, посмотри, пожалуйста. Следующие полчаса прошли в сравнительном молчании. Леви просил повернуться, поднять руку или стоять неподвижно, в то время как сам ходил вокруг, придирчиво осматривая детали, добавляя или убирая булавки. Эрен покорно выполнял указания, не переставая при этом сверлить портного взглядом и пытаясь насладиться каждым моментом близости с ним. Но манипуляции Аккермана с изделием закончились, как волшебство в полночь, и ему было приказано снимать будущий костюм. — Положи всё мне на стол, а я схожу за твоими вещами, — и не успел Эрен даже повернуться, чтобы ответить, как дверь в подсобку закрылась, глухо хлопнув. А через минуту вновь открылась, являя портного со стопкой одежды в руках. Пока Эрен нехотя натягивал вещи, Аккерман успел сходить в комнату отдыха и принести обувь и сумку. — Это ты так ненавязчиво прогоняешь меня, — задал свой вопрос Эрен, натянув джемпер. — Вроде того, — согласились в ответ. — Может, сходим в кафе? — не сдавался Эрен, хмурясь от отрицательных кивков головы в ответ. — Кино? Театр? Футбол? — продолжал упорствовать парень. — Тебе пора, — оборвал все его надежды Аккерман. — Если ты думаешь, что я просто так сдамся, — ответил Эрен, направляясь к двери и перекидывая через плечо сумку, — то ты ошибаешься. — И, уже стоя на пороге, добавил, обернувшись, — дай мне шанс. После чего исчез за дверью под тихий звон колокольчиков.