Frenemy

Тонкая стрелка с монотонным «тик-так» монотонно двигалась по кругу, постепенно смещая длинную, которая в свою очередь смещала маленькую, едва показывающую на второй час ночи. Джерри сидел на своей кровати, обняв подушку, и гипнотизировал круглые часы на тумбочке. Не смотря на свою «монотонность», мышонку казалось, что они идут убийственно медленно. А сколько времени нужно Маслзу, чтобы заснуть? Кузен явно был недоволен тем, что ему так и не удалось поймать кота, потому что к тому времени, когда он схватил за шиворот смеющегося Джерри, Том присоединился к компании и вместе они закончили строить снеговика. Ну, а после, все промокшие в снегу потихоньку разошлись по домам. И вот сейчас Джерри сидел и ждал того момента, когда можно будет незаметно спуститься вниз. От одной только мысли, что они с Томом близки к тому, чтобы быть вместе, в желудке что-то делало кувырок, так и зависая в невесомости. Даже немного лихорадило. Мышонок сделал глубокий вдох-выдох и уткнулся носом в подушку, оставляя бедные часы в покое. Ладно, может, он слишком уж обнадеживается насчет Тома. В конце концов, животные позывы и искренние чувства – вещи разные. Тогда надо тем более спуститься вниз и все разъяснить. А вот здесь уже становилось немного страшно. Хоть Том и сказал, что не может его ненавидеть, это еще не означает, что он проникся взаимностью. Зато теперь он, хотя бы, знает о его чувствах. И это не могло не радовать… И не могло не пугать. А ведь если мышонок сейчас струсит и попытается взять свои слова назад, пропасть между ними никогда не сможет исчезнуть. И их маленькому мирку придет конец. Смяв подушку, Джерри пихнул ее к изголовью кровати и на цыпочках пробрался к двери. Сил ждать уже не было. Осторожно приоткрыв дверь, он высунул голову и осмотрелся в темном коридоре. Тишину в доме нарушали только большие напольные часы в гостиной на первом этаже. Их громовое тиканье шло в оглушительный резонанс с сердцебиением мышонка. Заметив, что под дверями соседней комнаты нет просвета, Джерри тихо пошел к лестнице. - И куда это ты собрался? Спокойный и в то же время предупреждающий голос чуть не вызвал инфаркт. Схватившись за сердце, мышонок обернулся в сторону кузена, который стоял, облокотившись плечом о стену. В тени угла его можно было легко не заметить. Вспыхнул яркий свет фонарика, и Джерри прикрыл глаза ладонью. - Я-а-а…, - протянул он и ляпнул первое, что пришло на ум, - На кухню попить. - Я с тобой тогда, - сказал Маслз и последовал за родственником, освещая ему ступеньки на лестнице. Тот немного поежился, но протестовать не стал, хоть и возникло ощущение, будто поход за водой больше походил на выгул арестанта. И вообще, как долго его кузен там стоял и ждал с фонариком? Том, как обычно, расположился на диване. Свесившийся вниз хвост раскачивался в такт напольным часам. Так было проще думать, уставившись в потолок. А подумать Тому стоило. Что же это такое, что всегда удерживало их с Джерри вместе? И когда это среди их частых ссор и редких перемирий мышонок успел к нему так прикипеть? Даже лучше, как он сам не осознал своей тяги к нему ранее? Логически нормального ответа дать невозможно. Да и не особо Том был силен в логике, всегда действуя интуитивно и по инерции. Подняв забинтованную кисть вверх, он посмотрел на нее. Когда они вернулись домой, и Маслзу позвонили с работы, кот не успел глазом моргнуть, как Джерри оказался рядом с ним на диване с чемоданчиком аптечки. Мол, нужно перевязать возможное растяжение. Обычное проявление заботы, несмотря на свирепые взгляды, которые бросал на них Маслз, время от времени проходя мимо и с кем-то споря по телефону. И, возможно, Джерри даже не имел в виду ничего такого, однако, то как он аккуратно брал его руку и накладывал эластичный бинт, какое у него было сосредоточенное лицо… Том никогда не обращал внимания, сколько усилий вкладывал мышонок, когда что-то делал для него, принимая за типичную педантичность. А затем он смотрел, как маленькие пальчики осторожно закрепляют бинт. Взгляд скользнул к изгибу локтя, а затем выше на узкие плечи, тонкую шею, выглядывающую из-за ворота бежевого свитера, пушистую челку, скрывающую опущенные глаза. Одно округлое ушко забавно шевельнулось, когда Джерри проверил, надежно ли затянут бинт и не слишком ли туго. Неужели, Том всегда гонялся за этим созданием, порой ненавидя до такой степени, что желал убить? В юные годы он искренне не переносил присутствие Джерри. Конечно, большую роль сыграли и окружающие, вечно говоря, какой Джерри умный, какой добрый, какой милый, какой заботливый. И какой же нехороший на его фоне кот, который все время пытается ему насолить. Но разве докажешь очарованным окружающим, что именно этот грызун нередко сам – САМ – начинал их перепалки, доводя его до белого каления. И тот же самый «грызун» сейчас сидел рядом с ним, добровольно и без желания что-нибудь учудить. «Я давно люблю тебя» «Я хочу тебя» Ладно, чудить он может. Вспомнив опрометчивый момент, Том перевернулся на живот и накрыл голову подушкой. А как он накинулся на своего соседа, когда тот весьма недвусмысленно его поцеловал. Такого он от себя не ожидал. Да чего уж там, такую сторону Джерри он точно не ожидал увидеть. Это обескураживало, сбивало с толку. И неимоверно заводило самым неправильным образом. Да, они бывают врагами. Да, они бывают друзьями. Но желать Джерри… Того, кто всегда был вне досягаемости, кто выбешивал своим напускным очарованием и позитивом. Своей положительностью. Как вообще можно было прижать его к стене, оглаживая руками податливое тело, чувствовать маленькие пальцы в своих волосах, да еще и засунув язык ему в рот?! О, черт. Том повернулся на бок, чувствуя, как от воспоминаний начинает возбуждаться, и отшвырнул подушку в темноту. А ведь это все начал этот мелкий грызун! Это его язык проник первым, это он прижался всем телом, сказав о любви. И какого черта, он с таким энтузиазмом отвечал на все его действия?! И потом, Джерри же мышонок. Где это видано, чтобы мыши влюблялись в котов? Ладно, коты, может, те еще извращенцы. Но Джерри… Он был дорог Тому. Как добыча, как друг, как единственная семья рядом. Он умеет развеять любую пасмурную обстановку, остудить пыл вспыльчивого кота, чтобы тот не наделал глупостей (а теперь еще и наоборот, распалять на «глупости»), всегда умеет принять правильное решение. Он всегда был маленьким компаньоном, не взирая, желательно ли было его присутствие или нет. И, учитывая все это, имеет ли право Томас заходить дальше положенного? Нужно ли это на самом деле самому Джерри? Как он вообще себе это представляет? А что скажут окружающие? Скандал и прощай нормальная жизнь. Нет, нет, плохая идея. Очень плохая идея. Кот мысленно дал себе пощечину. Нужно собраться. Наверное, из-за долго отсутствия нормальных отношений он окончательно звереет. Еще не поздно вернуться к прежним «кошкам-мышкам», пока они друг другу совсем жизнь не испортили. И плевать, что от этой мысли внутри все вымораживает, оставляя ноющую боль в груди. Услышав шаги на лестнице, и увидев мелькнувший по стенам кружок света, Том тут же притворился спящим, зажмурившись. Маслз, как суровый комендант, проводил Джерри на кухню. Налив себе стакан воды, тот старался пить спокойно, не показывая, как же его на самом деле нервировал пристальный взгляд кузена. В какой-то момент он чуть не поперхнулся, одолев целый стакан, который ему, в общем-то, не хотелось. - Все, я спать, - широко улыбнулся Джерри и поспешил обратно наверх. Щеки горели от стыда, будто его чуть не застукали за чем-то непристойным. Хотя, скорее так оно и было. Кинув тоскливый взгляд на диван, где спал кот, мышонок скрылся в своей комнате. Раздраженно цокнув языком, Маслз выключил фонарик, сунув его в карман, и прошел в гостиную. Встав возле Томаса, он пару минут, молча, постоял над его душой, которые для притворяющегося кота показались мучительной вечностью. - Тронешь его хоть пальцем, я тебя из-под земли достану и заставлю эту землю жрать, - наконец, сказал мышонок. Он не ожидал ответной реплики, так как кот либо дрых, либо попросту боялся перечить. Да было и бессмысленно перечить Маслзу. Однако, Тома серьезно задели его слова. - Ты совсем дебил, что ли? – желто-зеленые глаза блеснули в темноте, выхватывая из нее силуэт мышонка. Немного оторопев, тот не сразу нашелся, что сказать. - Я тебя предупредил, пусикет. - Мог бы уже привыкнуть, что у твоего дорогого кузена часто случаются мелкие перепалки со мной. А жрать его я не намерен. Ты ж потом затаскаешь по судам и уроешь нафиг… - Ты знаешь, о чем я, - перебил его Маслз, незаметно сжимая и разжимая кулаки, сдерживая гнев. - Куда мне, я ж тупой, - хмыкнул Том, подпирая голову рукой. - Вот только не надо делать вид, что не видишь, как Джерри к тебе липнет, - поморщился мышонок. Ему было даже противно произносить такие слова. «Вообще-то, до сегодняшнего дня нет, не видел», - мелькнул ответ в кошачьей голове, однако произнес он другое. - Чему вас там учат в Манхеттене? Во всем искать скрытый смысл? Это ж каким нужно быть извращенцем, чтобы подумать, что твой кузен может приставать к коту. «Черт, а ведь правда может», - проныло воспаленное сознание. Маслз возмущенно открыл рот, чтоб ответить, а еще лучше набить эту самодовольную рожу, но во время взял себя в руки, чтобы не портить отношения с Джерри. - Короче, если я узнаю, а я обязательно узнаю, что ты перешагнул черту, твои «колокольчики» будут звенеть на моем капоте по дороге в живодерню. Ты все понял? Том вдруг попытался представить себе Джерри на месте ненавистного юриста. В смысле, они довольно похожи и в темноте заметные различия размываются. Но если бы над ним, также слегка склонившись, стоял Джерри, чтобы Том чувствовал? Волнение, определенно. Но без страха, так как в отличие от милого мышонка, Маслз вполне мог осуществить любую из своих угроз, и глазом не моргнув. А еще хотелось бы провести рукой по щеке и вверх, откидывая пушистую челку, притянуть к себе, ощущая каждый изгиб маленького тела… - Пусикет, ты уснул? – раздраженный голос Маслза вырвал кота из страны бурных грез. Моргнув пару раз, Том кивнул, уже совсем потеряв суть их разговора. Э, как его понесло с фантазиями. - Смотри у меня, - подавив желание пнуть диван напоследок, кузен ушел, оставляя немного растерянного кота. Новое утро Джерри встретил с огромной радостью и надеждой. Маслз возвращается в Манхеттен, и они с Томом, наконец-то, смогут все прояснить! - С вашими документами на дом все в порядке. Скорее, поймаю властей на вымогательстве недвижимости путем взяточничества, - говорил кузен, собираясь в прихожей. Джерри стоял рядом и пытался скрыть свое нетерпение, жамкая куртку родственника. Из гостиной доносился звук работающего телевизора. Понятное дело, что Том провожать Маслза не собирался. Более того, двое весьма органично игнорировали друг друга все утро. - Как приеду, позвоню. И Джерри, - идентичная пара черных глаз уставилась на мышонка, - Не совершай необдуманных действий, хорошо? Джерри улыбнулся и уверенно закивал, протягивая куртку. Помахав и проводив машину кузена, он закрыл дверь и прижался к ней лбом, стараясь успокоиться. Конечно, он не будет совершать «необдуманных действий», ибо он уже давно все хорошенько обдумал и решил. Остановившись в проходе гостиной, мышонок посмотрел на Тома. Тот сидел на диване, бездумно разматывая и заматывая бинт на руке, в то время, как по телевизору шел футбольный матч. Повторная запись, ибо кто после праздников будет устраивать соревнования. Но Том слишком пристально таращился в экран, до такой степени, что могло показаться, что он пытается кого-то игнорировать. Джерри тихо вздохнул. Вот ведь трусливый кот. Как будто у него самого нет неловкости после вчерашнего. И такое отношение неимоверно злило. Присев на второй половине дивана, мышонок взял пульт и начал переключать каналы, пока не остановился на показывающем серию «Санта-Барбары». Изобразив крайнюю заинтересованность, Джерри облокотился на подлокотник со своей стороны. - Вообще-то я матч смотрю, - заметил Том, повернув голову к соседу. - Ну, а мне интересно…, - тот на секунду прислушался к диалогам персонажей и вновь посмотрел на кота, - Заберет ли Си-Си сына у Сантаны Андраде. - Ты хоть знаешь, кто это такие? - Для неподдельного интереса это не имеет значения. - Джерри, отдай мне пульт, - Том серьезно посмотрел на мышонка, протягивая ладонь. Джерри так же встретил его своим сердитым взглядом. Упертость кота иногда достигала немыслимых границ. Вот почему сейчас они не могут обо всем нормально поговорить, как взрослые животные? У Джерри просто не остается иного выхода, как вновь прибегать к их старому методу общения. - Нет. Я хочу смотреть это, - гордо заявил он, поворачиваясь к телевизору. Скрипнув зубами, Том сделал выпад и, пользуясь эффектом неожиданности, выхватил пульт. Но радоваться победе ему пришлось недолго, так как мышонок схватился за свисающий с руки бинт и дернул, заставляя выронить предмет, который упал недалеко от дивана. Зашипев из-за легкой боли в перетянутом запястье, Том рванул за пультом. Пользуясь возможностью, Джерри быстро обмотал часть бинта вокруг ноги соседа и потянул на себя, не давая ему добраться. Охнув и приземлившись на пол, кот тут же двинул рукой, хватаясь за эластичную ленту, стараясь ее вырвать из цепких рук мышонка. Поиграв в перетягивание несколько секунд, Джерри с ехидной ухмылкой резко отпустил бинт и побежал за пультом, пока Том не успел сориентироваться после падения на спину. Подняв его, он обернулся только чтобы увидеть, как сосед, соорудив лассо, уже закидывает в его направлении. Рванув в противоположную сторону, Джерри не заметил журнального столика и навернулся, теряя равновесие. Том тут же оказался сверху, пытаясь вырвать пульт из его рук. На экране герои тараторили, всплескивая руками, всячески показывая эмоциональную игру. Из-за борьбы и нажатие случайных кнопок каналы стали быстро сменять друг друга. - Да дался тебе этот пульт! – прошипел Том, чуть ли не отцепляя по одному мышиному пальцу с черного пластмассового корпуса. Как же этот малец умел выводить его с полоборота. - Да не в пульте дело, идиот! – Джерри потянул предмет на себя, чуть ли не прижимая к груди. - А в чем тогда?! – по привычке спросил Том, и тут же дал себе этим пультом по зубам, так как тот случайно выскользнул из рук мышонка. – Оу…, - он прикрыл лицо руками. Пульт с тихим стуком упал на ковер и был забыт. Осознав свою оплошность, Джерри приподнялся и потянулся к коту. - Дай посмотрю, - отняв ладони, он внимательно осмотрел покрасневшую верхнюю губу. Особо не задумываясь, мышонок приложил большой палец к его губам, раздвигая их и осматривая зубы на предмет целости. Том так и замер с увлажнившимися от полученной ранее боли глазами, вновь ощущая соседа так близко. Можно было разглядеть каждую темную ресничку. Уголки глаз немного красноватые – не выспался, наверное. Маленькие порывы от дыхания проходились по подбородку. Колено касалось его бедра. Такой недосягаемый, а теперь прямо перед ним. – Не страшно…, - обнадеживающе сказал Джерри и перевел взгляд на кошачьи глаза, тоже замирая, не в силах убрать ладони от лица Тома. После короткой погони и выплеска агрессивных эмоций, у обоих гулко бились сердца, заставляя дыхание немного сбиваться. - Я могу поцеловать, и все пройдет…, - прошептал Джерри, почему-то боясь повысить голос. Том ничего не ответил, только поддался навстречу, обвивая руками узкую талию и прижимая его ближе. Губы соприкоснулись сначала в довольно невинном поцелуе, прежде чем раскрыться, выпуская языки навстречу друг другу. Джерри вцепился в серую майку кота, закрыв глаза, вновь сплетаясь с чужим языком, теряя дыхание. Этот поцелуй не был рваным и агрессивным, как прошлый. Скорее как неосознанное погружение в вязкий омут, которому невозможно сопротивляться. И Тома накрыло с головой. Его язык скользил по губам, терся с влажным языком Джерри, не в силах унять это желание чувствовать его вкус вновь и вновь. Когда мышонок оторвался на секунду, разделяя их губы на несколько сантиметров, чтобы сделать вдох, Томас повалил его, в этот раз прихватывая нижнюю губу зубами, утягивая в новый глубокий поцелуй. Джерри потряхивало от интенсивности ощущений. Дрожащие руки обняли кота за спину, голова шла кругом, а губы отвечали на каждое движение проворного языка, распаляясь все больше. Шумно выдохнув, мышонок неосознанно приподнял бедра, заставляя Тома вздрогнуть от внезапно пробежавшего по позвоночнику возбуждения. Кот резко оторвался от губ Джерри, поднимаясь на руки и нависая над ним. Кошачьи уши плотно прижаты к голове. - Стоп. – Не понятно, сказал ли это он соседу, себе или ситуации в целом. Тяжело дыша, Джерри приоткрыл черные затуманенные глаза, крепко сжимая майку на его спине. Внезапно вернулся шум телевизора где-то рядом. Лопатки неудобно упирались в твердый пол. А губы были влажными и немного ныли. - Тебе не понравилось…? Противно? – тихо спросил мышонок, боясь услышать ответ. Маленькое сердце болезненно сжималось, смотря, как Том зажмурился и тряхнул головой, пытаясь привести мысли в порядок. - Нет, просто…, - тут он посмотрел на замерший в ожидании взгляд существа под ним, и что-то внутри надломилось, - Черт побери, Джерри… Мы же кот и мышь! Как ты себе вообще это представляешь?! – спросил Томас, скорее умоляя своего соседа одуматься, нежели дальше сводить его с ума всем своим видом. - Вот как сейчас. Только одежды гораздо меньше, - попытался сострить Джерри, протягивая пальцы к краям майки кота, но тот быстро перехватил его руки, прижимая их к полу по обе стороны от мышиных ушей. - Я серьезно. А что скажут другие? Это неправильно, Джерри, - сказал Том, надеясь, что звучит убедительно. Зубам так и не терпелось вцепиться в нежную кожу на открытой шее. Но он сдерживался, стараясь не смотреть никуда, кроме больших мышиных глаз. - Другим не обязательно знать. Кто вообще устанавливал эти критерии «правильности»?.. - Нельзя так, - отрезал Том. – Подумай о будущем. Какие последствия будут в итоге? Джерри замолк, поджимая задрожавшие губы. А то он не знает об этом. Будто не он проводил бессонные ночи и бесполезные дни напролет, пытаясь убедить себя, что все его чувства и вся его тяга к коту по соседству всего лишь временная иллюзия, ничего не стоящий порыв, который пройдет с очередной ссорой. Вот только ничего не проходило, а симпатия пускала корни в самое сердце, как сорняк, углубляясь и занимая практически все, сорняк, вырвать который можно только с самим сердцем. Мышонок закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Страшно. Страшно сейчас все потерять. Больно слышать сухие слова о суровой реальности от любимого. От любимого. Джерри открыл глаза и посмотрел на Тома. В желто-зеленых глазах так же мелькали страх и неуверенность. Тревога. Но если чувства взаимны, то, что еще может иметь значение? Зачем все отрицать? И как сам мышонок сможет вернуться к нормальной жизни, сделав вид, что никогда не пробовал вкуса их поцелуя? А сможет ли Том? - Ладно, - выдохнул, наконец, Джерри, расслабляясь в кошачьей хватке, - Даю выбор. Если ты меня сейчас отпускаешь, я никогда больше не заговорю о своих чувствах. Даже…, - он тихо сглотнул комок, подкативший к горлу. Только бы не заплакать, только не сейчас. – Даже могу отправиться к Маслзу, когда окончу колледж. Томас кратко кивнул, приподняв уши. - Но, - продолжил Джерри и его глаза блеснули с вызовом, - Если нет, мы становимся полноценной парой, и плевать, что скажут окружающие, лишь бы ты был со мной. Кот на секунду опешил, приоткрыв рот, желая уточнить термин «полноценная пара», но огонек во взгляде черных омутов был более, чем красноречив. И внезапно Том обнаружил, что не так просто разжать держащие тонкие запястья пальцы. Посмотрев на свои руки, он собрал всю свою силу воли, чтобы отпустить. Это ради Джерри, ради его нормальной жизни. Иначе они потом оба будут жалеть обо всем. Медленно, медленнее, чем хотелось бы, Том убрал руки и сел назад. Джерри зажмурился, подавляя желание всхлипнуть. Значит, вот так он решил. Быстро утерев глаза внутренней стороной локтя, мышонок поднялся и посмотрел на соседа. Том виновато отвел взгляд, хвост недовольно постукивал об пол, выдавая бо́льшую часть эмоций хозяина. Молча кивнув, смиряясь с принятым решением, Джерри на ватных ногах пошел к лестнице, наверх, в свою комнату. Вот только ему казалось, что до комнаты он так и не дойдет, сломавшись пополам от невыносимой пустоты, что уже начинала раскалывать сердце на части. Зачем Джерри вообще во всем признался? Если бы не он, Том так и жил бы, ссылаясь на кошачьи инстинкты охоты, не подозревая о своих чувствах к ненавистному/дорогому мышонку. Если бы не опрометчивый поцелуй в прихожей, Том никогда бы не понял, как желал его на самом деле. И сейчас он терял не просто часть семьи, заклятого друга, он терял существо, без которого его жизнь потеряет половину своего смысла. Руки обвили Джерри, когда он успел подняться лишь на несколько ступенек. От неожиданности мышонок забыл, как дышать, не веря в происходящее. - Прости…, - Том уткнулся ему в плечо, сильнее сжимая объятия, - Из меня получился никудышный товарищ, раз я не могу отговорить тебя от самой большой ошибки в твоей жизни… - Глупый…, - облегченно выдохнул Джерри, чувствуя, как теплые слезы наворачиваются на глаза. Обернувшись, он ладонями обхватил лицо Тома и чмокнул его в губы. Затем в обе щеки, скулы, переносицу, лоб, веки, снова губы. Стоя на пару ступенек выше, он был с ним одним ростом. – Глупый кот… Мой кот, - Джерри немного посмеялся, обнимая Тома. - А ты чокнутый мышонок, - проведя по спине соседа, беззлобно хмыкнул тот в ответ, позволяя своей майке немного намокнуть от его слез. - Твой? – невнятно спросил Джерри. - Мой, - кошачий хвост обвился вокруг мышиного хвостика, - Чей же еще… Оба вздрогнули, где-то совсем рядом раздался трезвон. Томас опустил одну руку в карман и достал свой телефон. Джерри так же отстранился, позволяя ему ответить на звонок, и принялся утирать щеки, переводя дыхание. Однако лицо у кота значительно побледнело, когда он посмотрел на имя звонящего, и поспешно приложил мобильник к уху. В динамике кто-то громко ворчал. - Да, сэр. Нет, сэр, не забыл. Я просто…, - начал запинаться он, разворачиваясь и кидаясь в прихожую, - Да, сейчас буду! Джерри растерянно приподнял брови, наблюдая за реакцией соседа. Опомнившись, Том вернулся с наспех натянутой курткой. - Извини, владелец магазина просил меня выйти сегодня, а я как-то…, - кот замолк и посмотрел на мышонка. В наступившей тишине медленно нарастала неловкость. Пока Джерри не прыснул со смеху. - Чего стоишь? Беги, давай. Только не забудь, что ты еще Спайку должен, - напомнил он, двумя руками выполняя движение «кыш-кыш». Том раздраженно дернул ухом, возвращая себе на лицо привычную недовольную мину. - Умеешь же ты поддержать, - иронично улыбнулся он. А потом, что-то прикинув, приблизился и чмокнул мышонка. – Вечером увидимся тогда? Внезапно покраснев, Джерри кивнул, провожая взглядом спешащего кота. Сознание еще не до конца поверило в то, что сейчас происходило. Будто солнечный пузырь, наполненный счастьем, любовью и радостью, раздувался в груди, порываясь наружу. Хотелось смеяться, петь и танцевать одновременно. Хотелось прокричать всему миру о том, как он счастлив. Но мышонок только сел на ступеньку, пряча пылающее лицо в коленях. Нет, это счастье он оставит при себе. После выговора от хозяина и муторного рабочего дня без особых новостей и происшествий, Том шел к заведению «Spike’n’Tyke». Нельзя сказать, что ему было скучно весь день. Наоборот, он благодарен, что сегодня не пришлось перебирать привезенный товар и вести учет в журнале, иначе Том бы точно что-то напутал. Все мысли вертелись вокруг его соседа. Вместе с тревожным ожиданием будущего и легким шоком, что все вообще так обернулось, в душе так же бушевала странная радость. Кот даже мог сказать, что он счастлив. Впервые после смерти их хозяйки, он действительно чувствовал себя счастливым. Будто у него появилась еще одна опора. И никакая работа у Спайка не могла испортить ему настроение. Вместе с котом так же проштрафился Джефф. Поэтому перешагнув порог ресторанчика, Том удивленно расширил глаза, смотря на перемазанного в саже утенка. - Спайк, у тебя что, гриль закончилась? – хохотнул он, тыкая пальцем в возмущенного Джеффа. - Я дымоход чистил, - недовольно заметил тот, поспешно вытирая лицо и шею. Перепачканные желтые перья на голове стояли торчком. Смех кота только усиливался, чем дольше он смотрел на него, пока об его затылок не ударилось что-то твердое. Ойкнув и потерев голову, Том обернулся и столкнулся нос к носу с… широкой лопатой. - Пойдем, покажу фронт твоей работы, - хмыкнул бульдог и повел его через черный вход. После праздников их ресторанчик еще не вернулся в прежний трудовой ритм, так как еще не все запасы продуктов были пополнены. Так что Джефф и Тайк выполняли мелкие ремонтные работы тут и там, приводя все в надлежащий вид. В небольшом дворике стоял припаркованный пикап с кузовом, приставленным у кирпичной стены. Спайк указал на пожарную лестницу. - Лезешь на крышу и сбрасываешь снег в кузов. Том посмотрел на двухэтажное здание, припоминая, что Джерри что-то рассказывал, мол, на втором этаже пес обустроил квартиру для них с сынулей. Выходил удобный семейный бизнес с ресторанчиком. - Я думал, тебе двор почистить надо, - хмыкнул кот. - Не хочу рисковать, - отмахнулся Спайк, - Под снегом может быть лед, а мне еще кредит выплачивать. - Как приятно знать, что ты меня ценишь, - иронично протянул Том, направляясь к пожарной лестнице. - Авось Джерри мне еще спасибо скажет, если ты себе шею свернешь, - фыркнул бульдог и вернулся на кухню. Услышав о мышонке, Томас почувствовал, как вновь тепло стало на душе. Ох, Спайк, ты и половины не знаешь. Крыша была плоской с вентиляционными трубами и широкой трубой дымохода прямо возле лестницы. Ступив в сугроб по колено, кот вздохнул. Это будет веселое занятие. - Я, конечно, понимаю, что у Спайка мало запасов продовольствия, но зачем же тобой сразу жертвовать? – хихикнул Джерри, уворачиваясь от летящего в него грязного полотенца. Конечно, он знал, что такое прочищение дымохода. С его, как выразился бульдог, компактностью, мышонку иногда приходилось лезть в трубу. - А ты, вообще, что тут забыл? У тебя выходной! – взглядом утенок искал, чем бы еще кинуть в угорающего друга. Увы, в темном дворике не так много было предметов, не считая заснеженных деревянных коробок и нескольких мусорных баков. - Моральная поддержка. И еще проверить, как Том справляется со своим долгом, - улыбнулся мышонок, примирительно поднимая ладони в варежках. Джефф задумался, припоминая, что не видел кота около полутора часа. - А Том сейчас..., - начал он, поднимая руку наверх. Свист был слышен всего долю секунды перед тем, как на двоих обрушилась огромная снежная масса. – Наверху… - закончил предложение Джефф, поднимая заснеженную голову. Джерри, чуть не упавший в сугроб от подобного, принялся осторожно вытряхивать снег из капюшона, пока он не попал на шею. Ощущения не из фантастических. - Эй, Крякер! Помог снежный душ? – крикнул кот с крыши. - Придурок, ты на Джерри попал! - ответил тот, помогая товарищу с капюшоном. - О! Для друзей бонус! - Чего?! Плюнув на снег за шиворотом, Джерри рванул к пожарной лестнице и начал ловко по ней взбираться, в то время, как Джефф опять угодил под снегопад. Перешагнув через ограждение крыши, мышонок оглядел почти расчищенную площадку. Лопата была воткнута в один из сугробов, но кота нигде не было видно. А затем ладонь в белой перчатке закрыла его глаза, и Джерри куда-то потащили, крепко обнимая за пояс. - Том! Ты что делаешь? – улыбнулся он, не смотря на внезапную потерю зрения. - Тише. Смотри, - Томас убрал руку, поставив мышонка перед краем крыши. Поморгав немного, Джерри восхищенно выдохнул. С холма, на котором располагалась часть города, открывался волшебный вид на ночные огни домов и зданий. Новогодние декорации еще не убирали, поэтому можно было увидеть практически каждый силуэт строений и наряженные елки на улицах. А чуть дальше, темнел изгиб побережья, где в сезон качаются лодки и парусники на волнах. От холодного ветра немного слезились глаза, будто сам вид на город заставлял прослезиться. Усмехнувшись, Джерри потер веки. - Действительно красивая панорама, - улыбнулся он и посмотрел на стоящего рядом кота, который не сводил с него глаз. От такого пристального взгляда, мышонок немного смутился. – Что-то не так? – поинтересовался он, неловко поправляя теплые наушники и шарф. Том протянул к нему руку. Ну, разве этот мышонок мог увидеть со стороны, как сияют его черные маслянистые глаза, как красива его счастливая улыбка, как он умеет радоваться всей душой красивым вещам. И почему сам Том раньше не видел этой его привлекательности? - Просто думал, как я мог раньше не замечать, как… - Я пожалуюсь Спайку на твое поведение! – Джефф, пыхтя, забрался на крышу. Томас быстро отдернул руку, раздраженно переведя взгляд на утенка. Их когда-нибудь перестанут прерывать? Что за народ пошел! Джерри так же был немного разочарован, что ему не дали услышать то, что хотел сказать Том. Заметив, что его друг стоит довольно близко к краю, Джефф обеспокоенно выгнул брови. Не то, чтобы он верил, что кот может как-то серьезно навредить товарищу, но картина все же немного нервировала. - А вы что, вообще, делаете? – спросил он. Томас переглянулся с Джерри и хмыкнул, хоть второй и не понял юмора ситуации. - Крякер, ты же у нас птица? – протянул Том, с непринужденным видом направляясь к насторожившемуся утенку. - Теоретически, да, но это не значит, что я обладаю таким же набором спо… - Время полетов! – воодушевленно огласил кот, хватая Джеффа и буквально швыряя его с крыши. Вздрогнув, Джерри кинулся к краю. - Том, ты с ума сошел?! – воскликнул он в ужасе, пока не увидел, торчащие ноги друга из огромного сугроба в кузове пикапа. Поставив одну ногу на перегородку и облокотившись о колено, Томас со злорадной лыбой наблюдал, как многострадальный утенок выбирался из снега. Все же не зря люди держали его за плохого, раз, сделав гадость, ему даже как-то полегчало. - А не слишком ли? – Джерри глянул на него с некоторым укором. - Неа. Слишком это вот, - взяв лопату, Том перекинул остатки убранного снега с крыши. - Том! – мышонок возмущенно отобрал у него лопату. - Вы чего здесь устроили? – на крыше показался негодующий Спайк, пришедший на вопли в кузове. Увидев в руках Джерри лопату, его негодование перешло и на обомлевшего мышонка. - Спайк, это…, - начал объяснять тот, замотав головой, но Том внезапно подхватил его на руки, заставив уронить лопату. - До скорого, старик, - усмехнулся кот и прыгнул вниз. - Куда?! – воскликнул ошарашенный пес. Джерри только и успел набрать воздуха, прежде чем его желудок и легкие подпрыгнули до горла, вырывая испуганный вскрик. Приземлившись возле откапывающегося Джеффа, Том быстро вытолкнул мышонка из снега, выбираясь следом. Бульдог что-то кричал с крыши, но сердце так стучало в ушах от адреналина, что ничего не было слышно. - Давай, шевелись, - скомандовал он, помогая соседу спрыгнуть с машины, и, взяв его за руку, выбежал из дворика и дальше по улице. - Псих, - между тяжелых вдохов сказал Джерри, не отставая. Теплые наушники уже давно болтались на шее, норовя упасть. Получить взбучки от Спайка, зная его тяжелый характер, совсем не хотелось. И тут мышонок целый день думал, что их возвращение домой будет весьма неловким, в напряженной тишине из-за незнания, что сказать. Потому что дома… Закрыв входную дверь, Том притянул к себе Джерри, быстро расправляясь с пуговицами его зимнего пальто. По наитию, тот так же, избавившись от варежек, рванул вниз молнию его куртки. Скользнув руками по теплому телу, он почувствовал, как кот вздрогнул. - Холодно, - выдохнул Том в округлое ушко, стягивая пальто с узких плеч. - Сейчас будет теплее, - заверил его Джерри, полностью избавляясь от верхней одежды и прижимаясь к Тому. В темной прихожей слышались только шорох одежды и их тяжелое после бега дыхание. Кинув куда-то мимо вешалки куртку, кот обхватил обеими руками лицо Джерри и притянул к себе для поцелуя. Губы мягко, но настойчиво прижались к чужим, прерывая тяжелое дыхание. В таком положении обоим было весьма неудобно стягивать обувь, в итоге они просто осели на пол, не отрываясь от друг друга. Проведя языком по немного обветренным губам, Том поразился, как же он успел соскучиться по этим ощущениям. По ощущению хрупкого на вид мышонка в своих руках. Выхватывая маленькие вдохи между прикосновениями, Джерри чувствовал, что просто готов умереть от счастья. На секунду, он побоялся, что все это очередной сон, которому не суждено будет сбыться. Среди громкого сердцебиения, тяжелого дыхания и тихих чмоков послышалось характерное урчание. Такого точно не могло быть в его сне. Урчание повторилось, и Том уронил голову на плечо мышонка, обреченно вздыхая. - Сегодня явно не мой день, - вымолвил он. Джерри пару раз моргнул, возвращая себе способность мыслить. - Ты голоден? – дошло до него, - Пойдем. Я сегодня готовил, - улыбнувшись, он откинул свой сапог и потянул кота за собой. У них же теперь куча свободного времени, так что некуда спешить. - Просто твой вкус усиливает голод, - тихо проговорил тот, направляясь следом и слегка жмурясь от включающегося в комнатах освещения. От этих слов, Джерри почувствовал, как щеки заливает румянец. - Иди мой руки и прекращай меня смущать, - толкнув кота к раковине, он принялся шарить по шкафчикам, доставая необходимое. - А ты умеешь смущаться? – хмыкнул Том, вытирая руки и садясь за стол. Как-то он не заметил такой особенности, когда тот с таким рвением отвечал на близость. Джерри только бросил в его сторону саркастичный взгляд и продолжил со своими манипуляциями. Подперев голову рукой, Томас наблюдал, как легко тонкие ручки управлялись с посудой и плитой. Мышиный хвост плавно мелькал вслед за движениями своего хозяина. Проследив взглядом где начинается основание этого хвостика, скрываясь под одеждой, Том ощутил, как рот наполнился слюной. Черт, если бы не социальное воспитание, давно бы сожрал его. - А…, - решил начать диалог кот, чтобы хоть как-то отвлечься, - А когда ты понял, что… влюбился? – и сам удивился своему вопросу. Оторвавшись от кастрюли, Джерри обернулся с половником в руках и задумался на несколько секунд. - Когда впервые увидел, как ты целуешь какую-то кошку, - честно признался он. Тогда он остро ощутил, как завидует этой особе, получавшей все внимание и восхищение его кота, в то время, как ему доставались лишь ненависть и пренебрежение. Том удивленно вскинул брови, ожидая услышать что-то вроде «когда спасал тебя от уличных котов/собак/своего кузена/гнева Миссис Тушуз», ибо было много ситуаций, которые могли бы обернуться ему боком, если бы не мышонок. Но не глядя же на его многочисленные «ухаживания». Хотя это объясняло, почему Джерри столько раз портил свидания, присылал фальшивые пропахшие духами письма, находил других котов для соперничества за руку и сердце красавиц. Уж, казалось, ему ли не выгодно, если Том тратит все свое время на амурные дела, оставляя его в покое. К тому же, как давно это было? Даже сам кот не мог бы точно сказать, за сколькими он ухаживал. - Ты невероятен, - сказал Томас, потирая лицо рукой. Теперь он начинал чувствовать смущение. Вообще, кажется, это первый раз, когда ему делали признание. Кто бы мог подумать, что это будет его заклятый товарищ. Джерри лишь тихо посмеялся, наливая рыбный суп в тарелку и ставя ее перед котом. - Не знаю, это как-то естественно вышло, - пожал плечами он, намереваясь еще больше смутить соседа, и сел рядом за стол. Том повернулся к нему, отрывая лицо от руки. Что значит «естественно»? По его мнению, так ничего естественного не было в этой ситуации. Ничего естественного не могло быть между мышью и котом, кроме вражды. Очень маловероятно, дружба. Но не… не… Джерри сидел рядом, совершенно расслабленно положив локти на стол, ожидая, когда Том попробует его стряпню. Черные глазки с любопытством и интересом поблескивали в свете кухонной люстры, смотря на кота. Было непривычно вот так просто сидеть с ним за ужином, без вечных ехидных перепалок, без ожидания подвоха во всем, но это было так естественно. Действительно, естественно. Сердце на секунду пропустило удар, а потом усиленно начало перекачивать кровь к лицу Томаса. Взяв ложку, он уткнулся в тарелку, слегка прочистив горло. Мышонок довольно улыбнулся, видя, как встали торчком кошачьи уши после первой ложки. Понравилось, значит. Какое-то время двое сидели в тишине, нарушаемой лишь стуком ложки о керамический край. Затем Джерри сделал себе чай за компанию. Когда посуда опустела, Том с большим рвением, чем требовалось, встал и отнес все к умывальнику. Включив воду, он начал деловито мыть посуду. Мышонок хмыкнул и подошел со спины, оглядывая его с головы до ног. Нет, ему не нужно было «спасибо за ужин» в свой адрес, просто было заметно, как кот начал нервничать. Протянув руку, Джерри взял пушистый хвост и с любопытством погладил кончик, обхватывая его ладонью. Том выгнул спину, прижимая плечи к голове, не ожидая такого действия. Привыкнув к мышеловкам, собачьим зубам и другим орудиям пыток, было так странно ощущать более ласковое прикосновение, от которого мурашки пробежались вверх по позвоночнику. Обернувшись, он быстро выхватил свой хвост из рук посмеивающегося соседа, одаривая его недовольным взглядом. Однако, румянец был красноречивее любых взглядов. - Расслабься, я не Тайк, - тихо хмыкнул Джерри. Потянувшись мимо кота, он закрутил кран, ненавязчиво прижимаясь к нему. - Просто…, - Том прокашлялся, отводя глаза в сторону, - Ты же понимаешь, что никто не должен знать. - Никто и не узнает, - кивнул мышонок, заглядывая в лицо соседа, - Это будет нашим секретом, - мило улыбнулся он. Спрашивается, чего ради стоило есть тарелку супа, если в итоге Тому опять не терпится вцепиться в него. Руки медленно забрались под кофту Джерри, проводя пальцами по спине, заставляя того тихо выдохнуть и уткнуться лбом в широкую грудь. Когти так же не заставили себя ждать, слегка царапая кожу. Джерри вздрогнул, но ничего не сказал, чувствуя, как Том сдержанно выдыхает ему в макушку. - Так, идем, - вдруг решительно сказал кот и, взяв соседа за руку, повел из кухни и наверх. Растерянный мышонок последовал за ним. Да, он напрашивался на близость, но не так же официально! А оказавшись в комнате Тома, вообще застыл, еще и кот отпустил его руку и подошел к столу, открывая верхний ящик и что-то доставая. Вот тут Джерри действительно начал нервничать. Одно дело фантазировать и представлять себе, и совсем другое по правде оказаться в комнате, которая всегда была закрыта для него. Заломив пальцы, он мельком осмотрелся, но так и не нашел на чем бы зацепить взгляд. А Том тем временем подошел к нему и, взяв за руку, провел к кровати и сел на нее. - Держи. Сам я ненавижу это дело, - сказал кот, вручая стоящему напротив Джерри небольшие ножницы. Округлив глаза, мышонок взял в руки предмет и озадаченно посмотрел на Тома. - Зачем? Кошачьи уши нервно дернулись, выдавая легкое раздражение. - Для когтей. Не хочу тебя ранить…, - он немного замялся, - в процессе. Осознав просьбу, Джерри саркастично приподнял бровь. Все волнение куда-то делось. - Может, тебе еще и зубы выбить? А то я от них как-то больше вреда в прошлый раз получил. – Старой привычке язвить было очень сложно изменить. Том состроил недовольную гримасу и цокнул языком. - Ладно, мы можем вообще ничего не делать, - сказал он и попытался выхватить ножницы, но мышонок вовремя среагировал, отводя руку с ножницами в сторону, а второй упираясь в грудь Тома. - Нет-нет. Как я могу упустить такой шанс, раз ты это ненавидишь, - ехидно улыбнулся он. - Ах, ты, мелкий садист. Отдай! – прошипел сквозь зубы кот. Джерри поддался вперед и накрыл его губы своими, почти улыбаясь, когда Том чуть не задохнулся от удивления. Спустя секунду, кот расслабился и мягко выдохнул в поцелуй. - Я все сделаю, - прошептал Джерри, отстраняясь и открывая глаза, - Я сделаю все, о чем ты меня попросишь. Том медленно кивнул, заворожено на него смотря. Сев рядом, мышонок взял его руку и внимательно посмотрел на пальцы. На вид, как обычные человеческие ногти, только более уплотненные, двойные. И если правильно нажать на подушечку пальца, то из-под верхней части вылезет более длинная и острая. Это и считается когтем. Устроившись поудобней, Джерри поднес ножницы, удерживая указательный палец. Над его ухом кот задержал дыхание, приготавливаясь к неприятному щелчку. - Я буду скучать по ним, - вдруг сказал Джерри с легкой улыбкой, поглаживая большим пальцем светлый коготь. Том удивленно моргнул и хмыкнул. - Возьмешь свои слова назад, когда они отрастут в течение недели. - А, ну тогда, до скорого, - оживился мышонок. От такой резкой смены настроения, Том посмеялся, почти не заметив, как ножницы аккуратно щелкнули. Вцепившись второй рукой в постельное покрывало, он постарался расслабиться. Конечно, действия Джерри были очень осторожными и точными, но кота все равно нервировала эта процедура. Как-то хозяйка поймала его и проделала избавление от вечно портящих мебель когтей при помощи пилочки. Это были самые мучительные двадцать минут в его жизни. Только одно упоминание о шкрябании когтей обо что-то, моментально вызывало нервную дрожь и отвращение. То же самое перешло и на ножницы. Закончив с первой рукой, Джерри приложил ее к своей щеке. - Теперь можешь меня трогать, чтобы отвлечься, пока я занимаюсь второй, - сказал он, ободряюще улыбаясь. Том неуверенно, провел большим пальцем по мягкой коже щеки и кивнул. Мышонок придвинулся ближе и взял другую руку. Легко сказать «отвлечься», в такой ситуации было сложно думать о чем-то, кроме острых лезвий давящих на коготь, пока он не отлетит. Взгляд наткнулся на мышиный хвостик, спокойно лежащий на кровати. Сколько раз Том хватал и дергал его, когда гонялся за Джерри. Он, наверное, тоже выработал иммунитет к прикосновениям. Тем более, что мышонок зимой его не прятал под одеждой. Коснувшись пальцами кончика, кот покосился на сосредоточенного соседа в поисках реакции. Ничего. Поднявшись до половины, тоже не принесло никаких результатов. Удивленно сдвинув брови, он массирующими движениями пальцев почти дошел до края кофты, под которым скрывалась оставшаяся часть хвостика. И вот здесь Джерри замер. Внутренне обрадовавшись полученной реакции, Том повторил движение, сжимая покрытой короткой коричневой шерсткой хвост в теплой ладони. Мышонок мелко задрожал, шумно выдыхая. Он и не подозревал, что его хвост чувствителен ближе к основанию. Словно электрический ток прошелся вверх по позвоночнику, заставляя мышцы плеч и спины медленно плавиться. Но нужно было закончить с когтями. Мотнув головой, Джерри вновь сосредоточился на работе. А Том увлеченно поглаживал мышиный хвостик по шерсти, иногда чередуя с поглаживаниями против. Тихие вдохи и подрагивающие плечи его неимоверно радовали. Но хотелось большего. Наклонившись так, чтобы не мешать процедуре, кот провел языком по жестковатой шерстке. Джерри чуть не отстриг ему палец, поддавшись вперед и тихо застонав. Уши Тома восторженно приподнялись, и он продолжил, почти обхватывая языком чувствительную часть хвостика. Мышонок часто задышал, ощущая, как горячая волна проходится по всему телу, сворачиваясь внизу живота. Голова слегка закружилась. Чертов кот, не мог подождать до конца, осталось же совсем немного. Упорно стараясь закончить со стрижкой, Джерри вильнул кончиком хвоста, попадая Тому по уху. Хмыкнув, тот слегка прикусил хвост в ответ. - Том?! – скорее простонав, нежели негодующе воскликнув, мышонок обернулся к обнаглевшему соседу. Том поднял голову и выдал невинную улыбку, которая шла в разрез с дьявольским блеском в его глазах. Укорительно покачав головой, Джерри отвернулся, чувствуя, как краснеет до самых кончиков ушей. Еще немного и брюки станут ему болезненно тесны. Томаса же покачивание головой не впечатлило, и он продолжил в том же духе, стараясь облизать хвостик со всех сторон. - Ну, всё! – с трудом закончив и отбросив ножницы, Джерри развернулся и набросился на кота. С хитрой улыбкой, Том позволил себя повалить на кровать. Впившись во влажные от облизывания губы, мышонок громко промычал, потираясь возбужденным пахом о бедро Тома. Охнув от остроты близости, Томас обхватил его за бедра и немного придвинулся так, чтобы их эрекции терлись вместе через одежду. Джерри раздвинул ноги пошире, упираясь коленями в кровать. Ощущения были невероятными. Сжимая майку на груди кота, он вжимался бедрами в ощутимый бугорок на джинсах, стараясь не отрывать губ от Тома, чей язык бесстыдно исследовал его рот, заставляя слюну стекать из уголков. Пару раз они стукнулись зубами, но это не имело значения. Ритм задавал не один Джерри. Томас, плотно обхватив округлые полушария, массируя их пальцами через ткань, так же приподнимал таз, встречая движения мышонка. Дыхание через поцелуй становилось практически невозможным. Джерри отстранился и выпрямил спину, на секунду останавливаясь и усаживаясь удобнее. Новое давление на возбужденную плоть заставило Тома блаженно откинуть голову назад и тихо простонать, прижимая уши к голове. В комнате становилось невыносимо жарко. Джерри возобновил фрикцию, находя стон кота весьма возбуждающим. Приоткрыв глаза, Том чуть не пропустил завораживающее зрелище раскрасневшегося мышонка, седлающего его. Ох, эти прожигающие насквозь глаза, эти слегка припухшие губы, каштановые пряди прилипшие ко лбу и вискам, развратно трущиеся бедра. Неужели это действительно был тот Джерри, которого он знал всю свою жизнь? Неужели он мог вытворять подобное? И чем дольше он об этом думал, тем сильнее заводила его эта новая страстная черта сожителя, открывающаяся перед ним. Приподнявшись, он обнял мышонка, садясь на кровати. Губы припали к шее, язык провел длинную полосу от ключиц до подбородка. Джерри запрокинул голову в немом стоне, не останавливаясь, хоть сейчас его движения стали более короткими и рваными из-за нового положения. Казалось, еще немного и он кончит. - Том…, - прошептал Джерри, вновь встречаясь с его губами. Голова шла кругом, и было трудно вообще хоть о чем-то думать, кроме того, как невозможно хорошо и жарко было в объятиях любимого. Том начал неторопливый поцелуй, приостанавливая «езду» мышонка. Обреченно хныкнув, тот обвил его шею руками, прижимаясь всем телом. Внизу нещадно ныло от резких движений, и одежда начинала неприятно липнуть к вспотевшей коже. Осторожно прихватив нижнюю губу зубами, Томас забрался руками под кофту Джерри, проводя ладонями сверху-вниз по влажной спине. Джерри шумно выдохнул, прикрывая глаза. Коснувшись губы кончиком языка, Том ее отпустил и слегка отстранился, создавая тонкую ниточку слюны. В следующую секунду, он начал поднимать края кофты, оглаживая бока мышонка. Подняв руки, Джерри позволил снять мешающуюся одежду, и тут же принялся за майку кота. Тихо усмехнувшись, тот стянул ее и тоже откинул куда-то на пол. Чувствуя, что этот момент не требует спешки, Джерри провел ладонями по оголенным плечам и вниз, исследуя тело Тома. Нет, у него не было идеального пресса с кубиками, выпирающих мышц на руках и груди. Том был обычным, но очень атлетично слаженным. Природная кошачья грация в нем редко проступала, однако сейчас от него было сложно оторвать глаз. Видя, как внимательно смотрит на него Джерри, Томас замер, не в силах шевельнуться. На него еще никогда не смотрели с таким восхищением и обожанием. Это радовало, это смущало, в это было трудно поверить. Особенно, когда такое шло от Джерри. Ладонь мышонка остановилась напротив его гулко бьющегося сердца, и их взгляды пересеклись. Том приоткрыл рот, тяжело выдыхая. От такого страстного взгляда покрытых пеленой возбуждения черных глаз можно было сразу кончить. Разгоряченная от ранних потираний плоть болезненного натягивала ширинку джинсов. Поддавшись вперед, он лизнул верхнюю губу Джерри, мягко поваливая его на кровать. Теперь пришла его очередь изучать. Руки мягко прошлись по нежной коже, слегка проводя ногтями, не боясь поцарапать. Джерри выгнулся, подставляясь под любящие прикосновения, не мигая смотря на кота. Ему было трудно определить, что же обжигало больше: руки или взгляд желто-зеленых глаз хищника. Большие пальцы обвели оба соска, и мышонок застонал, ерзая на покрывале. Ощущения были новыми, странными, но ему они нравились. Особенно, когда кошачьи уши подергивались, слыша его стоны. Том припал к острым ключицам открытым ртом и прошелся языком, прихватывая кожу зубами. Здесь он себя сдерживать уже не мог. Втянув кожу, наслаждаясь немного соленым от пота вкусом, он оставил яркий след. Зализав красное пятно, он принялся за участок рядом. Маленькие пальцы зарылись в его волосы, прижимая голову ближе. Джерри чувствовал легкую потягивающую боль от засосов, но та отдавалась сладкой истомой внизу. Когда же Том опустился к соскам, поглаживая один рукой и обводя второй языком, мышонок не выдержал и обхватил его ногами за пояс, желая восстановить прежнее трение, иначе он просто сойдет с ума. Но кот лишь склонился над ним с легкой улыбкой на губах, и расстегнул молнию на его брюках. Чувствуя, как нижняя часть одежды сползает вниз под манипуляциями ловких рук, Джерри вдруг почувствовал себя очень неуверенно, даже немного уязвимо. Нет, он не боялся Тома, просто лежать вот так оголенным перед ним, с вставшим членом было более, чем неловко. Приподнявшись на локтях, пока Томас стягивал штаны с нижним бельем через тонкие щиколотки и бросал их на пол, принимаясь следом за свои джинсы, мышонок промолвил немного дрожащим голосом. - Можно, я выключу свет? – И не дожидаясь ответа, потянулся к светильнику на тумбочке. Как бы ему ни хотелось увидеть Тома во всей красе, ощущение неловкости было сильнее. - Зачем? – послышался хриплый голос кота и скрип кровати, когда он снова сел. - Я… немного стесняюсь…, - признался Джерри, выключая свет, - Для первого раза, - добавил он. Позади послышался тихий изумленный смех. Обернувшись, Джерри понял всю абсурдность своего действа. Из темноты на него смотрели горящие изумруды в золотой оправе. И судя по изгибу век, Том ухмылялся. Кошки прекрасно могут видеть в темноте. - Иди сюда, скромник, - хмыкнул Томас, притягивая к себе мышонка за ногу, сбивая покрывало в процессе. Вопреки тому, что Джерри был меньше его ростом, он все же был вполне взрослой особью. И это особенно остро чувствовалось сейчас. Вкус, запах, движения – все в мышонке говорило о похоти, подстегивая кота еще сильнее. - Так не честно, - пожаловался Джерри, снова оказываясь на спине. - Зато лишаясь одного из органов чувств, - прошептал Том в округлое ушко, касаясь его губами, - Усиливаются все остальные, - и будто в доказательство своих слов, он обхватил влажный член мышонка, резко проводя ладонью вверх-вниз. Вздрогнув всем телом, получая долгожданную ласку, Джерри застонал, сминая руками одеяло под собой. Чужая рука на члене ощущалась совсем иначе, нежели его собственная. А неспособность видеть делало его более восприимчивым к прикосновениям. Том задал быстрый ритм, иногда сжимая головку и поводя по ней большим пальцем, чувствуя, как ладонь становится влажной от смазки. Мышонок перед ним превращался в квинтэссенцию эротизма, ерзая и постанывая под ним, неосознанно толкаясь в кулак. Даже в самых диких фантазиях, он бы не смог представить себе такого Джерри. От каждого стона желание жестко отыметь его становилось сильнее. - Т-том, - простонал мышонок, не зная, куда себя девать от этих горящих глаз. Протянув руки, он обнял его за плечи, притягивая к себе. Повинуясь, кот наклонился, целуя своего дорогого мышонка. Раздвинув языком его губы, он проник внутрь, сплетаясь с языком Джерри. Немного замедлив движения своей руки, Том придвинулся ближе, толкая свой язык так глубоко, насколько это было возможно. Джерри громко застонал в поцелуй, зарываясь одной рукой в серые волосы на затылке. В этот момент Том соединил их истекающие смазкой члены и начал резко надрачивать, чувствуя, как из уголка рта Джерри потекла слюна. Комната наполнилась сбивчивым мычанием и влажным хлюпаньем скользящих по плоти пальцев. Приходилось сглатывать лишнюю слюну, шумно выдыхая носом. Чувствуя, что уже близок, мышонок упирался пятками в кровать, мелко дрожа. Резко оторвавшись от него со смачным звуком, Том остановился, разглядывая Джерри мутными глазами. Получив возможность нормально вдохнуть, тот откинулся на подушку, тяжело дыша через открытый рот. Судя по раскрасневшемуся лицу и расфокусированному взгляду, кот делал все правильно. Погладив сторону лица Джерри рукой, не испачканной в смазке, и откинув влажную челку со лба, Томас лег рядом, переворачивая его к себе спиной. Немного очухавшись, Джерри взволнованно дернулся, чувствуя, как горячий член упирается в его бедро. - Том? – он оглянулся, опасаясь, что кот уже решил зайти дальше. Но получил нежный поцелуй в висок. - Тшш, просто сдвинь ноги, - прошептал Том, просовывая одну руку под талией мышонка, прижимая к себе, а вторую возвращая к его набухшей плоти. При этом тонкий хвостик был где-то между ними. Поняв, что от него требуется, Джерри опустил руку между своих бедер и зажал ими влажный пульсирующий член, слыша, как судорожно выдохнул кот ему в затылок. Дальше сознание словно затянуло мороком. Мышонок цеплялся и скользил ногтями по руке, лежащей на его груди и ласкающей один из твердых сосков, в то время как Том яро толкался между его ног, в темп со своей рукой. От того, что чужая плоть иногда задевала яички, Джерри приглушенно вскрикивал, утыкаясь лицом в подушку. Удовольствие нарастало с каждым движением. - Люблю тебя…, - шептал Том, слегка покусывая шею и плечи мышонка. Еще никогда и ни с кем он не испытывал таких ощущений. Его сводил с ума любой вздох, любое движение Джерри. И ему все было мало. А Джерри только метался, дрожа в его объятиях, говоря бессвязные слова вроде «хорошо» и «как же люблю». Не выдержав, Том вцепился зубами в нежное плечо, срываясь на финальный рваный темп. Мышонок всхлипнул, заводя руку назад и зарываясь в волосы, сильно сжимая в ответ. Но кот этого даже не заметил, чувствуя, как свернувшаяся пружина внизу вот-вот выстрелит. - Том…я…, - надрывно выдохнул Джерри, напрягаясь всем телом, - …не могу! Томас агрессивно зашипел, сжимая член мышонка, и, сделав еще несколько толчков, кончил, чувствуя металлический привкус крови. Вязкая белая жидкость брызнула, пачкая одеяло и внутреннюю сторону бедер Джерри. Не смотря на острую боль, пронзившую плечо, мышонок испытал сильный оргазм, видя в темноте разноцветные всполохи. Содрогнувшиеся мышцы, изможденные напряжением, будто свело сладкой судорогой. Том все еще продолжал вжиматься в него бедрами, выжимая из него последние капли спермы. От этого, Джерри невольно вздрагивал, полностью ощущая послесвечение такого интенсивного удовольствия. Наконец остановившись и убрав руки, кот зализал оставленный укус на плече, и откинулся на подушки, переводя дыхание. В голове было совершенно пусто, а тело отказывалось делать что-то еще, кроме кислородоснабжения. Несколько минут двое лежали в полной тишине. Осторожно повернувшись на живот, чтобы не давить на плечо, Джерри посмотрел на Тома, вернее его профиль, хорошо прорисовывающийся на фоне окна. К его ужасу и жуткому смущению, тот с интересом облизывал свои пальцы. - То-о-ом, - укоризненно протянул мышонок, пихая его в бок. - Чего? – хрипло ответил кот и прокашлялся, затем хмыкнув, - Еще хочешь? Фыркнув, Джерри уткнулся лбом ему в плечо, вдыхая резковатый, но по-своему притягательный запах соседа. - Все же тебе нужно было выбить зубы, - промолвил он. Томас придвинулся ближе, целуя каштановую макушку. - Очень больно? – виновато спросил он, легонько проводя пальцами вдоль позвоночника голой спины. Мышонок довольно замычал, прикрывая глаза. - Вообще-то, мне даже понравилось. - У всех мыши, как мыши, а у меня мазохист, - Том наигранно обреченно вздохнул, доходя до поясницы, где ниже копчик переходил в хвостик. Не удержавшись, он сжал хвост у основания и провел до самого кончика, выпрямляя его. Джерри сладко вздохнул, шевельнув ушами. - Тебе вообще грех жаловаться, - усмехнулся он. Кот сдавленно посмеялся и опустил руку ниже к влажному бедру. - В тумбочке с твоей стороны, есть салфетки… Мышонок гулко промычал, выказывая свое недовольство. - Сил нет, - отказался он, - Утром в душ сходим. Том устало хмыкнул и приподнялся на локте, сам намереваясь добраться до тумбочки через соседа. В этот момент, Джерри с завидной скоростью перевернулся и, обняв его за спину, прижал к себе. - Сказал же, утром всё, - уткнувшись в плечо, он закинул одну ногу на голень Тома. Поняв, что спорить бесполезно, кот осторожно лег сверху, обнимая любимого за плечи и талию. Мышонок блаженно закрыл глаза, чувствуя тепло и тяжесть чужого тела. Томас расслабился, немного потеревшись щекой о большое округлое ушко. - Пожалуйста, скажи еще раз, что любишь меня, - тихо попросил Джерри. - А я такое уже говорил? – удивленно вскинул брови кот. За это сосед повернул голову и ощутимо укусил его за подбородок. Охнув, Том перешел на смех, давая понять, что просто пошутил. Немного отстранившись, только чтобы заглянуть в округлое личико, он с нежностью посмотрел на Джерри. - Я люблю тебя, - сказал он и убрал мешающуюся мышиную челку, - Только жалею, что не осознал этого раньше. От переполнивших его эмоций, Джерри опять прижался к коту, тихо простонав. - Все ожидания того стоили, - невнятно проговорил он, уткнувшись в его шею. Улыбнувшись, Том покрепче его обнял, приподнимая, чтобы вытащить одеяло и накрыться им. Когда удалось удобно устроиться, двое начали медленно погружаться в сон, так и не расцепляя объятий. В такой тишине голодное урчание было особенно громким. - Ты издеваешься? - Это все из-за твоего вкуса, - начал оправдываться кот, - Такое чувство, что я занимаюсь прелюбодеянием с закуской… - Даже не хочу об этом слышать, - перебил его Джерри, накрываясь одеялом с головой.