Глава 6
28 ноября 2015 г., 08:16
Домой я пришла в приподнятом настроении. Улыбка не желала сходить с моего лица, и казалось, оно сейчас треснет. Но мне было всё равно. Потому что, да, я была довольна. Очень довольна сегодняшним днём.
В квартире никого не оказалось и я, закрыв дверь, облегчённо выдохнула. Как бы я не корила себя за это, но всё же мне было спокойнее, когда родителей дома не было. Я знала, что нельзя так думать. Правда, оставить подобные мысли было довольно трудно.
В своей комнате я переоделась и села за стол, чтобы приступить к выполнению домашнего задания. Периодически поглядывая на часы, я всё больше начинала волноваться. Уже был поздний вечер, когда я собрала сумку с учебниками, а мамы до сих пор не было. Про папу я даже не думала. Это большая редкость, когда его можно застать раньше девяти вечера.
В восемь я уже схватилась за телефон и набрала маму. После минуты ожидания, телефон отключился. Странно. Мама не позволяла самой себе пропускать звонки от меня.
В первом классе на меня напали. Я шла после школы с громадным портфелем за спиной. Тогда мы жили довольно далеко, и чаще всего мне приходилась идти одной. Внезапно я почувствовала, что за мной идут. Через какое-то время, достав телефон, я позвонила маме. Она не отвечала. Меня схватили за портфель и потянули назад, я упала. Не знаю, что тогда со мной случилось, но так быстро я ни разу в жизни не бегала. На пути я встретила женщину, которая отвела меня в милицию.
С тех пор мама всегда держала телефон при себе, чтобы не пропустить звонка от меня.
Что с ней случилось сейчас?
Не выпуская телефон из рук, я прошла в зал и, сев на диван, включила телевизор. Не особо зацикливаясь на телевизионных программах, я вновь позвонила, но на этот раз отцу. После пяти минут ожидания, я сдалась.
Сердце бешено колотилось, я едва сдерживалась, чтобы самостоятельно не побежать их искать. Мне было страшно. Может мои родители не были идеальными, но они мои родители. Если с ними что-то случится, я не переживу.
Поздно вечером дверь наконец отворилась. Я вскочила с дивана и побежала в коридор.
Мама, медленно разуваясь, не обращала на меня никакого внимания. Кажется, она немного пошатывалась. И этот запах… Откуда этот запах? Мама выпрямилась и взглянула мне в глаза. Я моментально отметила её бледный цвет лица и опухшие глаза. Тушь растеклась по лицу, а тёмные волосы прилипли к лицу.
Она печально усмехнулась.
— Что такое, доченька? Что-то не так? Твоя мать больше не выглядит, как непрошибаемая стена? Какой кошмар, —прошептала она.
Её голос дрожал, будто она еле сдерживала слёзы. Что с ней случилось?
Она прошла мимо меня, пошатываясь и держась за стену. Я уловила запах алкоголя. Что? Моя мама никогда в жизни не пила. И где папа? В это время он обычно приходит.
Оказавшись перед входом в зал, мама остановилась и посмотрела на меня. Её брови приподнялись, женщина скрестила руки на груди. Я заметила грязные рукава её раннее белой рубашки.
— Кто разрешил тебе смотреть телевизор посреди недели?
Я опустила взгляд, сглотнув. Даже пьяная (а в этом я была уверена), она оставалась сама собой. Я в миг почувствовала себя виноватой.
— Мам…
— Ты наказана. На весь сегодняшний день, — она посмотрела на часы и вновь усмехнулась. — То есть, из комнаты не выходишь оставшиеся четыре часа. Твой отец скоро придёт.
Она направилась в спальню, а я, стоя на одном месте, пялилась ей в спину. Ничего не понимаю.
— Мам, — крикнула я, набравшись храбрости. — Что с тобой произошло?
Она застыла на пороге своей комнаты, её тело напряглось. Не оборачиваясь, она ответила:
— Тебе незачем это знать.
— Но…
— Агата! Не лезь не в своё дело.
Она ушла, хлопнув дверью. Я поплелась к себе в комнату, пытаясь сдерживать рвущиеся наружу эмоции. Мне было обидно. Чертовски обидно, что у меня нет такой матери, как у Нади. Я не заслужила такого отношения к себе. Некоторые дети пьют и курят, а моя мать недовольна тем, что я один час посмотрела телевизор.
Уже ночью, когда свет во всей квартире погас, я легла в кровать. Папа так и не пришёл, и мне лишь оставалось догадываться, что произошло. Но я надеялась, что с ним всё в порядке.
И когда я уже засыпала, мысли о мотокроссе согрели меня. Этот маленький бунт против маминой системы всё же радовал меня.
***
Следующим утром я застала маму за столом на кухне. Она сидела, сгорбившись и подобрав под себя ноги. Её пальцы крепко обхватили кружку с чаем, но я отчётливо видела, как тряслись её руки. Ничего не сказав, я налила себе воды в стакан и села перед мамой. Есть совсем не хотелось, хотя я знала, что через десять минут меня точно заставят. — Возьми мюсли, молоко и бананы и сделай себе нормальный завтрак, — услышала я ледяной голос матери. Я выполнила всё, что она мне сказала. Во время моего завтрака она не шевелилась, лишь смотрела в одну точку на столе и отпивала чай. Её волосы, обычно уложенные в аккуратный пучок, теперь струились по спине и плечам, явно не расчёсанные. Кожа всё ещё бледная, но теперь, по крайней мере, я могла смотреть в её глаза и видеть их настоящий цвет — бледно-голубой — а не красноту. — Я тебе сотню раз говорила, никогда не смотри на людей так пристально. Они могут не то подумать. — Прости. Я выскочила из кухни, как ошпаренная. Не думала, что она заметит. Пока я неторопливо одевалась, зазвонил мой телефон. Застёгивая юбку на молнию, я посмотрела на экран, в надежде, что это отец. Но нет, звонила Надя, хотя я не сильно расстроилась. Быстро покончив с юбкой, я ответила на звонок. — Привет, подруга, — раздался радостный голос Нади. Я улыбнулась, прижимая телефон ухом к плечу. До выхода оставались пять минут, а я ещё не успела заплестись. — Привет, Надь. С чего вдруг ранний звонок? Разделив волосы на три пряди, я принялась заплетать косу перед зеркалом, придирчиво оглядывая себя и параллельно слушая Надин рассказ. — Мне срочно нужно было с тобой поделиться, а до школы ждать просто невозможно! У меня было такое ощущение, будто она сейчас уже бежит туда. Или я не знаю, почему она практически задыхалась. — И что же такого срочного? Я поправила косу и перекинула её на одно плечо. Схватив сумку, я направилась в коридор. Мама, похоже, всё ещё не вышла из кухни. Хотя ей вроде бы нужно на работу. Нахмурившись, я достала свои чёрные туфли на каблуке. Их купила мне мама, чтобы я не выглядела таким карликом. Она прямо так и сказала. — Я сходила на свидание с Максимом. Я застыла на мгновение, пытаясь вспомнить, кто такой Максим. — Когда ты успела? — Ты же бросила меня вчера после уроков! Смылась куда-то, даже не попрощалась. Я вновь почувствовала себя виноватой, и вскоре поняла, что почему-то именно я постоянно чувствую себя обязанной по отношению к другим. Но да ладно, это не важно. — Прости, — пролепетала я, надевая пальто. Она выдохнула. Видимо, остановилась. — Ты вообще где сейчас? Надя усмехнулась. — Уже у твоего дома, так что тащи свою задницу сюда. Интересные новости ждут тебя! И она отключилась. Я, посмотрев на погасший экран телефона, улыбнулась. Мне всегда было хорошо, когда Надя делилась со мной своими приключениями. Я была искренне рада, но всё же иногда завидовала. По-хорошему, конечно, она ведь моя подруга. Крикнув маме, что я ухожу, быстро прошмыгнула за дверь, не дожидаясь ответа. Не знаю, что на неё нашло, но разговаривать со мной она явно не собиралась. Когда этой женщине было плохо, она винила во всех своих бедах окружающих. Только оказавшись на улице, я поняла, что оделась явно не по погоде. Мои ноги моментально окоченели, а лицо замёрзло. Никогда не любила утро в осеннюю и зимнюю пору. Слишком холодно, да и спать хочется. А унылые краски окружающего мира точно не сподвигали меня радоваться жизни. Надю я заметила сидящей на скамейке перед моим подъездом. Она что-то быстро строчила на своём телефоне, мило улыбаясь. Я склонила голову набок, размышляя, что это у неё там такого интересного. Максим. Скорее всего. Подойдя к ней поближе, я поняла, что она полностью погрузилась в свой телефон. Усмехнувшись, я щёлкнула пальцами перед носом девушки. Её голубые глаза моментально уставились на меня. — Где интересные новости? Она подскочила со скамейки и кинула телефон в сумку. Её глаза подозрительно сверкали. На радостях подруга быстро сжала меня в объятиях. Через мгновение, отпустив меня, она потащила меня за руку в направлении школы. Я поравнялась с Надей. — Вчера такое случилось, не поверишь, — она взмахнула руками, улыбаясь ещё шире. — Уверена, что наоборот. В историях с Надей я могла поверить во что угодно. Серьёзно. Даже в то, что она встретила единорога на улице. Это же Надя. — После того, как ты меня успешно кинула, — она бросила на меня укоризненный взгляд. — Мне написал Максим и пригласил погулять. Я согласилась, потому что всё равно делать было нечего. Я же тебя хотела позвать в парк и поиздеваться над тобой. — Ты не забыла про это? Я даже расстроилась. Надя ухмыльнулась, взглянув на меня. — Нет, конечно. Я тебя буду доставать, пока не услышу, как ты посылаешь куда подальше наших дерьмовых одноклассников. Они ведь и мизинца не стоят. — Не думаю, что меня надо так уж возвышать, — пролепетала я, вспоминая слова Егора Александровича. Надя толкнула меня локтем. — Поверь мне, так и есть. В тебе ведь нет ни капли желчи, которая есть у каждого нашего одноклассника. И у меня, в том числе. Ты самый добрый человек, которого я встречала. Агата, ты никогда никого намеренно не обижала. А если и обижала, то сразу же извинялась. И ты невероятно сильная. Не знаю, что было бы со мной, если бы ко мне так относились. Я опустила голову и пнула кончиком туфли камень. — Ты преувеличиваешь. — Так ты ещё и скромная. Я глубоко вздохнула, стараясь переварить её слова. На самом деле, я не верила подруге. Просто не могла. Меня столько раз поправляли, столько раз втолковывали, что надо делать, и как правильно это делать, что я потеряла саму себя во всей этой идеальности. Я не знала, какой бы была, будь мои родители чуть проще. — Ладно, — нарушила я тишину. — Расскажи, что вчера случилось у вас с Максимом. Мы уже подходили к школе, я видела некоторых своих одноклассников. Взглянув на стоянку, я увидела мотоцикл Егора Александровича, и мои губы непроизвольно растянулись в улыбку. Наше вчерашнее времяпровождение мгновенно пронеслось перед глазами. — Точно, а я и забыла. В общем, мы встретились, и он повёл меня в парк. После кучи аттракционов, я затащила его на американские горки. Только потом я поняла, что лучше было бы этого не делать. Никогда не слышала, чтобы парни так кричали. Оказалось, он боится высоты. Она потупила взгляд, её щеки покраснели. — Это даже мило. Что он тебе не сказал, и всё равно пошёл на эти горки. — Да-а, только совсем не весело было его потом успокаивать целый час. Зато, — она остановилась и посмотрела на меня. — Мы поцеловались. Я просто устала его успокаивать и решила попробовать другим способом. — А ты рисковая женщина, — улыбнулась я. — Целоваться прямо на первом свидании. Мы направились дальше и вскоре оказались среди множества школьников. Учителя старались угомонить младшее поколение, но пока что у них это плохо получалось. Мы с Надей дошли до раздевалки старших классов. — Агата, ты издеваешься? Сейчас некоторые спят на первом свидании, — она щёлкнула меня по кончику носа. — Старомодная ты моя. Я покраснела. Может, кто-то бы и посмеялся надо мной, но я была твёрдо уверена, что никогда не позволю себя поцеловать на первом свидании. И на втором. Мне нужно было доверять человеку, чтобы позволить ему прикоснуться ко мне. Первым уроком у нас была биология, и я немного обрадовалась этому. Всё-таки после вчерашнего приключения с Егором Александровичем я пока не знала, как себя вести. Конечно, он мой учитель, но вряд ли каждый преподаватель отвёз бы свою ученицу за город после уроков. В классе, как всегда, на меня внимания никто не обращал. Иногда меня радовал этот факт. Было время для того, чтобы подумать о чём-то или просто отдохнуть. А вот с Надей всем нужно было переговорить, и я ей искренне сочувствовала. Потому что я бы этого не выдержала. Слишком много общения с окружающим миром плохо влияет на мою психику. Когда Надя, наконец, подошла ко мне, прозвенел звонок. Она быстро опустилась на стул и достала учебники. — Как же много новостей. Не представляю, что я буду делать после выходных. Я замерла, вспомнив, что завтра суббота. Я не любила выходные. Оставаться с моими родителями на целый день в одной квартире – чистой воды самоубийство. Я всегда куда-нибудь уходила. В библиотеку или в книжный магазин. Вот там я могла раствориться во времени. — Да, действительно. Какое-то время мы молчали, слушая новости от Елены Александровны, но вскоре Надя наклонилась ко мне и прошептала: — Что там за история с Аней, кстати? Я пожала плечами, записывая кое-какую информацию в тетрадь. — Без понятия. Сегодня после уроков, наверно, поговорим. Если честно, мне самой уже хочется разобраться во всём. Она грустно взглянула на меня. — Я надеюсь, ты не променяешь меня на эту девку? Я тепло улыбнулась и положила голову на её плечо. — Куда я от тебя денусь?***
— Достаём листочки и пишем вариант. Я не особо расстроилась по поводу внеплановой самостоятельной по истории, но вот мои одноклассники явно не обрадовались. — Так не честно. Вы не предупредили! — Ну, Егор Александрович! — Не надо, мы же все получим двояки! — Кроме Орловой, естественно. Моя голова автоматически вжалась в плечи, когда я услышала последнюю фразу. Господи, за что мне это? Почему они просто не могут про меня забыть? Егор Александрович ухмыльнулся и сложил руки на груди. Сегодня на нём снова не было формы учителя. Чёрные армейские ботинки, джинсы, низко висящие на бёдрах и чёрная кофта с длинными рукавами и V-образным вырезом. В своём репертуаре. Мне кажется, он не изменится и к концу года. — Да ладно вам. Каждому нужны оценки, разве нет? Никто не ответил, но я знала, что все были согласны. — Так вот, слушаем план. Я демонстративно отвернусь, а вы списывайте, сколько душе угодно. Никто же не собирается сдавать историю, верно? Все покачали головами, кроме меня. И мне это, естественно, не понравилось. Что он делает? Это недопустимо! Какая разница, если никто не сдаёт историю, знания всё равно нужны. Я нахмурилась, сжав ладони в кулаки. Может он и мог быть отличным другом-учителем, но уж точно не учителем-учителем. — Тут есть подвох? — спросил Кирилл с первой парты. — Вы же вроде говорили, что не потерпите… — То есть, вы все хотите настоящую проверочную? Я могу устроить. Все дружно пожелали Кириллу замолчать, но только не в слишком ласковой форме. Егор Александрович, посмеиваясь, принялся раздавать всем листочки с заданиями. — Работа на весь урок, — сказал он, усаживаясь за своё место. — Но ведь… — начала я, но почувствовала удар в бок. Я повернула голову и встретилась с умоляющим взглядом Нади. Вздохнув, я больше ничего не говорила. Закончив работу через десять минут, я посмотрела на учителя. Он заинтересованно что-то изучал в своём телефоне, совершенно не обращая внимания на то, что творится в классе. Кто-то перебрасывался записками, кто-то откровенно спрашивал ответы. Я же удивлялась, почему нельзя написать ничего самостоятельно? Работа легчайшая. Оставшийся урок я просто сидела на своём месте, не зная, чем заняться. Иногда подсказывала Наде, как правильно написать ответ. За десять минут до конца урока Надя закончила, и мы с ней вместе переписывались с Максимом. Мне не нравилось, что она достала телефон на уроке, но что ещё делать, когда учитель обращает на нас ноль внимания. Максим оказался довольно хорошим парнем, суда по его сообщениям. Ничего пошлого. Только шуточки и вопросы, как у Нади дела. Мне нравилось видеть улыбку подруги. И поэтому через пять минут мне понравился и сам Максим, причина её улыбок. Когда прозвенел звонок, весь класс, оставив свои работы на столе у учителя, рванул к выходу. Я заметила в этой толпе и Аню, но она куда-то торопилась, и я решила, что это к лучшему. Не думаю, что я готова назначить точное время нашего разговора. Подходя к выходу из класса, я услышала, как меня позвал учитель. Надя, сообщив, что подождёт меня за дверью, вышла. И я осталась один на один с Егором Александровичем. — Что такая грустная весь урок сидела? Я удивилась. — Вы серьёзно? — он кивнул, встав со стула и подходя ко мне. — Я не люблю такие уроки. Мне нужны знания. И всем этим ребятам тоже нужны. Даже если они этого не показывают. Кем, как вы думаете, они выйдут из школы? Дворниками? Он улыбнулся, заглянув мне в глаза. Я вскинула подбородок, уверенно глядя на него. Всё-таки я не сомневалась в том, что права. — Не преувеличивай, Орлуша, — я покраснела, услышав своё новое прозвище. — Ничего страшного не случится, если один раз эти дети напишут проверочную с помощью Гугла. Ты сомневаешься в моих преподавательских навыках? — У вас их вообще нет, — пробурчала я себе под нос. Я не заметила, как он сделал шаг вперёд и оказался вплотную ко мне. Я так задумалась, что чуть не грохнулась в обморок, услышав его голос прямо над своим ухом. — Говори громче, Агата. Ты не веришь в меня? Я сглотнула. Он стоит слишком близко. И температура моего тела, кажется, увеличивается. Я чувствую, как моё сердце заколотилось быстрее. Это нормально? Возможно, у меня жар. Не может же близость какого-то человека так влиять на меня. Я посмотрела вверх и встретилась взглядами с Егором Александровичем. Он приподнял одну бровь, ухмыльнувшись. — Что-то не так? Я не знаю, почему я не могу отойти от него. Какая-то неведомая сила удерживала меня на месте, не давая даже двинуться. Я чувствовала его взгляд на себе. — Вы стоите слишком близко, — прошептала я. — И… Дверь распахнулась, и я отскочила от учителя на пару метров точно. В класс вошла учительница по математике и с интересом взглянула на меня, потом на Егора Александровича. — Отчитываете нашу отличницу, Егор Александрович? — спросила она. Учитель усмехнулся, взглянув на меня. Я покраснела и отвела взгляд. — Возможно. — Агата, можешь выйти? — обратилась ко мне учительница. Я кивнула и выбежала из кабинета. Мои щёки горели, я тяжело дышала. Что, чёрт возьми, только что было? Я не понимаю. Чего он хочет от меня? Ко мне подошла Надя, в её глазах угадывалось любопытство. — Что произошло? Я покачала головой, не готовая рассказывать что-либо из того, что случилось в кабинете. — Ничего особенного.
