Тысяча шагов

Глава 34 19 г. К.С.       Фредерика фок Варзов смотрела на мать холодными голубыми глазами и молчала. Но Эрика прекрасно поняла – дочь снова собирается отказать очередному жениху. – Тебе уже даже не восемнадцать, – тихо заметила старшая графиня. – О чем ты думаешь? У твоих ровесниц по ребенку, а то и два! – Детей нужно заводить от достойного мужа, – отрезала белокурая красавица, строптиво тряхнув головой. – Ты отказала почти всем Лучшим Людям. Могу я узнать, кого ты ждешь? Может, тебе необходим принц? Так Октавий ещё мал, да и невеста наследнику престола требуется другая. – Меня не интересуют сопливые мальчишки, – отрезала Фрида, и мать сжала виски кончиками пальцев. Дочь иногда ужасно выражалась. Фрида подошла к высокому стрельчатому окну и равнодушно глянула во двор. Эти разговоры происходили несколько раз в месяц и вызывали лишь раздражение. Как матушка не может понять: она не станет ни графиней Манрик, ни будущей герцогиней Колиньяр. Графиня фок Варзов не будет смешивать свою кровь с навозником, она не Магдалена Савиньяк, неизвестно что нашедшая в Шапри-Валмоне, теперь уже графе Валмоне. В её муже будет течь древняя кровь. – Вы знаете, что я хочу, – не поворачивая головы, негромко заметила она. Вдова Михаэля фок Варзова лишь тяжело вздохнула. Спаситель, ну что с ней делать? Дочка пошла характером в отца, а её муж всегда умел настоять на своем. Ни братья, ни невестки не могли повлиять на упрямую девицу, не желавшую ничего слушать. А о ней самой и говорить не приходится. – Ты останешься в девках, и кончишь монастырем, – бросила она, но этот достаточно часто применяемый довод девушку не испугал. Фрида прекрасно знала, что необыкновенно хороша собой. Об этом ей твердили лет с четырнадцати, как только она сменила детские короткие платьица на длинные, положенные взрослой барышне. Её роскошные белокурые косы, голубые глаза и черные полукружья бровей неоднократно воспевались как придворными менестрелями, так и очарованными молодыми дворянами, но толку от этого было мало. Фредерика мило улыбалась, невинно кокетничала, принимала ухаживания, но лишь поклонник переходил невидимую черту, отделявшую легкий флирт от более серьезных отношений, в её голубых, как весеннее небо, глазах начинали искриться льдинки. Памятуя, что гордячка принадлежит к Дому Волн, при дворе её прозвали ледяной найери. Но её это трогало мало. Графине не хотелось спорить с дочерью, она чувствовала себя слабой. Кроме того, сегодня их ждали у Лараков. Люсьен, наследник Гвидо, праздновал день рождения. На самом деле это событие произошло почти месяц назад, но именинник отложил торжество, отговорившись тем, что дата не круглая и вполне может подождать. Фрида и Люсьен были дружны с детства, и графине иногда казалось, что они могут поладить, несмотря на происхождение предполагаемого жениха. Тем более, что к происхождению его матери вряд ли можно было придраться. Женевьев, Гвидо и Люсьен встречали прибывающих у входа в залу, где уже толпились оживленные гости. Люсьен почтительно поцеловал руку вдове Михаэля и задорно улыбнулся подружке детства, одобрительно глядя и на роскошные аметисты в белокурых волосах и на груди, и на черное платье, плотно облегающее фигуру и подчеркивающее тонкую талию и высокую грудь. – Вы очаровательны, как всегда, графиня, – почти промурлыкал он, подавая руку гостье. Женевьев и графиня переглянулись: герцогиня Ларак тоже была не прочь пристроить сына, и Фрида была прекрасной партией. – Ты светишься, дорогая, – шепнула Ирма. – Я чего-то не знаю? – У нас сегодня двойной праздник, – Женевьев лукаво улыбнулась. – Приехал Ричард! – Приехал, – как бы про себя проговорил Ларак. – Пришлось почти приказ послать! Его месяц ждут, а ему все недосуг! – Гвидо, – мягко укорила его жена. Герцог лишь пожал плечами. Ирма с интересом обвела зал глазами. Она хорошо помнила и маленького мальчика, часто приходившего к ним в гости, и молчаливого и замкнутого молодого человека, так напоминавшего погибшего Алана, который следовал за Шарлем Эпинэ тенью. В её сердце жила вечная благодарность к нему, спасшему её Фриду в ночь восстания Гонта. Но последние годы их дороги разошлись. Ричард получил от короля титул, а вместе с ним и поместье, где и предпочитал проводить свободное время, которого у него было немного. При дворе он появлялся редко, так же редко навещая мать. Ирма припомнила, что он был на похоронах мужа, а потом она видела его раза два или три, и то мельком. Как-то они встретились на тезоименитстве государя, но поговорить не удалось: граф Горик приехал буквально на два дня, его желали видеть и Эпинэ, и Валмон, а за его спиной сердито сверкали синие глаза Рамиро Алвы, явно недовольного тем, что кто-то посягает на время его друга. Она хотела представить его Фриде, все же он общался с ней, когда та была крошкой, но пасынок короля весьма бесцеремонно увлек его за собой, едва они обменялись приветствиями. Но сегодня они поговорят, и она снова сможет ему сказать, как благодарна за то, что он сделал. Женевьев подвела её к молодому высокому мужчине с таким знакомым и в то же время незнакомым лицом. Взгляд серых глаз полоснул по лицу, как лезвие, а губы раздвинулись в вежливо-безразличной придворной улыбке, тут же сменившейся узнаванием. – Графиня Ирма! – Узнал, Дикон! Или… граф Горик? Ричард рассмеялся и почтительно поднес сухую ручку к губам. – Я рад вас видеть! – Я тоже, мой мальчик! Хотя какой мальчик – мужчина! Знаешь, о тебе так часто говорят при дворе! Когда обсуждают очередную победу Шарля, то звучит и твое имя. Мне кажется, он тебя совсем не жалеет, Норман рассказывает, что тебя он бросает в самые горячие места! У Ричарда слегка дрогнули губы, но он сдержался. – Это война, графиня. Там безопасных мест не бывает. – Я знаю, – графиня стала серьезной. – Я так рада встрече. После смерти Михаэля ты нас совсем забыл, не навещал. – Я редко бываю в Олларии, моя эрэа. – Но сейчас-то ты здесь! Я не приму отказа, Ричард Горик! Фрида тоже рада будет тебя видеть, поверь. Итак, завтра! А теперь проводи меня к креслам и можешь развлекаться! Усадив графиню, Ричард двинулся вглубь зала, размышляя, что удрать не удастся. Он приехал всего пару часов назад и более всего хотел завалиться на кровать и заснуть после долгой дороги. Но мать и брат и так были обижены на него за промедление, он даже не попытался выговорить себе разрешение появиться на празднике позже. Но можно пройти на верхнюю галерею и там сверху спокойно понаблюдать за весельем. Осуществить это намерение ему не удалось. Из группы молодых людей, весело смеющихся какой-то шутке, вынырнул Люсьен и крепко ухватил его за руку. – Иди сюда! Большая часть компании была Дику знакома, друзья Люсьена были приятными людьми, но сейчас только раздражали. Вежливо кивнув знакомым и перецеловав ручки дамам, он вновь собрался отойти, как вдруг встретился взглядом с холодными голубыми глазами. Девушка была смутно знакома, вот только где он её видел? – Не узнал? – Люсьен захохотал и обратился к незнакомке. – И вы, графиня? Тогда разрешите вам представить моего брата, Ричарда Горика. Ричард, перед тобой графиня Фредерика фок Варзов. – Я помню маленькую девочку, а сейчас передо мной взрослая красавица, – Ричард, как и положено, приложился к тонкой узкой ладони. Маленькую Фриду он хорошо помнил, веселая и глазастая девчушка ему нравилась. И из неё действительно выросла прелестная девушка. Он приветливо улыбнулся, рассчитывая на ответную улыбку, но лицо Фредерики осталось невозмутимо вежливым. Точно таким же оно оставалось во время танцев, когда Люсьен и он менялись партнершами. Он удостоился нескольких вежливых фраз и почувствовал облегчение, когда музыканты замолчали. – Тебе не понравилась Фрида? – поинтересовался Люсьен, когда они на несколько минут остались вдвоем. – Родители хотели бы, чтобы мы обменялись браслетами. – Так в чем дело? Женись! Она красавица, знатна, с приданым. – Ты знаешь, как её зовут? Ледяная найери! Я хочу в жены женщину, а не ледышку! – Растопишь, у тебя это неплохо получается! Намек Ричарда на любвеобильность брата заставила последнего фыркнуть. – Это тебе следует жениться, – заявил он. – Пора остепениться! Ну что ты так смотришь! Ни на что я не намекаю, но рано или поздно это все равно придется сделать! – Я разберусь сам с этим! Люсьен схватил брата за рукав. – Я тебя так ждал, а мы, кажется, готовы поругаться! Леворукий с тобой, холостякуй и дальше! Идем, гости ждут! Ричард покорно кивнул и последовал за братом. До приезда Миро оставалось ещё два дня, и лучше было исполнить все светские обязанности сейчас, чтобы потом выгадать пару дней лишь для них двоих.