Хранитель Леса. Книга I : Путь Волка.

Бойся Зверя… Не ходи в лес… Мне начали внушать это в двенадцатилетнем возрасте. Будучи юным мальчишкой, я бы посчитал все это сказками. Но когда твой отец возвратился с охоты лишь с одним напарником, когда от ранений потерял руку, когда после очередной ночи ты не обнаруживаешь половины стада овец. Вот тогда начинаешь верить в сказки, что безжалостный Зверь существует. Вот тогда я испугался по-настоящему. Но бояться самого Зверя и бояться того, что он делает — абсолютно разные вещи. Для меня. Не знаю, почему, но… лес меня манил, завораживал. Я не пугался его, как и животного, похожего на волка. Меня пугали действия. Можете из-за этого считать меня странным, возможно, странность — часть меня, но я — это я. Я хочу быть собой, и я буду собой. Просто уже привык к тому, что я не такой как все. Да, забыл представиться. Меня зовут Лайно. И я — сын Элана. *** — Лайно! — женщина в простом платьишке и беленьком фартучке позвала к себе парнишку. Беловолосый мальчишка с улыбкой до ушей тут же подбежал к ней. — Вот, сходи к реке и набери воды. — Она дала ему два металлических ведра со слегка погнутыми ручками и погладила по голове. — Ну же, ступай. — А сама принялась дальше резвешивать только что постиранное бельё. — Да, мама, — сказал он напоследок и помахал рукой. Сегодня выдался тёплый денёк, несмотря на осеннее солнце. Обычно эта неделя была теплее других. Хотя уже чувствовалось дыхание осени, солнышко так же радостно улыбалось, лёгкий прохладный ветерок бороздил слегка холмистую местность, шелестя красно-зелеными кронами деревьев. Лайно спокойно шёл по тропинке, напевая себе под нос давно забытую песенку. Её пел отец, когда он был совсем юнцом. Пожалуй, это вторая вещь, которая хорошо получалась у его отца, не считая охоты. После того случая прошло три года. Теперь Лайно пятнадцать. Но он все помнит, как будто это было вчера. С того дня множество людей пытались одолеть монстра, но никто не смог. Его отец Элан лишился руки, а Рэй… Лайно особо его не знал, хотя он иногда навещал их до того. Друг отца — что ещё Лайно мог подумать. Говорят, у Рэя крыша поехала. В свет редко выходит. Парень видел его лишь единожды, потрепанного, хмурого, с пустым взглядом и кружкой дешевого пива в руке. Он и не заметил бы, как дошёл до самой речушки, если бы не оступился и не плюхнулся в воду. Река хоть и узка, но имела довольно крутые берега. Благо, в этих местах, рядом с деревней, она не была глубока. Вода Лайно по пояс. В первую очередь, он нашёл вёдра и вытащил их на берег, уже полными. Вторым делом надо было вылезти самому и побыстрее. Не хватало ещё поймать какую-нибудь мелкую живность. — И как я теперь домой пойду… — Лайно «отряхнулся» от воды, как это делала соседская собака Муня, обожающая водные процедуры. На сто процентов не спасет, но немного поможет. — Ладно, сам виноват, под ноги не смотрел. — Неужели опять сам с собой разговаривает, — снова этот противный слуху и полный насмешек в каждом слове голос справа заставил Лайно вздрогнуть. Затем последовали смех и подтверждения сказанных слов. Лайно отлично знал их всех. — Вижу, искупался с утра пораньше. Ну, как водичка, не холодная? — Для тебя, Дрейк, в самый раз. — Настроение тут же сменилось. Хотелось даже посильнее вмазать по этой наглой морде, но Лайно не решался на это. Возможно, пока не решался. Дрейк на три года старше, он был намного сильнее, владеет мечом и навыками рукопашного боя гораздо лучше, с недавних пор по приказу Элана возглавляет небольшой отряд. Природа даже красотой наградила. Высокий, статный и похотливый жеребец с легким бронзовым загаром, мускулистое телосложениение, светло-карие глаза, шоколадного цвета волосы всегда были в художественном беспорядке. Словом, Дрейк - это идеальный женишок. Любая девушка к нему прыгнет без возражений, даже не задумываясь, лишь бы женился на ней. Но вот характер Дрейка был отнюдь не таким же привлекательным, как его внешность. — Смотрите-ка, шавка дерзить научилась. — Губы изогнулись в шакалью усмешку. Лайно насторожился. За все 15 лет жизни этого пса он отлично знал, и еще он отлично знал, что бесявая сторона Дрейка что-то задумала. — Собачонку нужно проучить. Не велено такому ничтожеству мешаться под ногами, — прищурив хитрые глазки, процедил шакал. — Кто-нибудь дайте ему меч. Один из прихвостней поспешил выполнить указание. Как считал Лайно, они были "мальчиками на побегушках", подстеливаясь под любую прихоть. Покровительство Дрейка давало им некие возможности. Например, это вполне удовлетворяло чувство самодостоинства на ранних стадиях развития, и еще позволяло поразвлечься с незадачливой девицей вечерком, что было очень отвратно. Лайно неохотно взял меч, протянутый ему хихикающим "ковриком для вытирания ног". От первого прикосновения к мечу по телу побежала лёгкая дрожь. Знакомое ощущение. Ему вспомнились тренировки, когда отец учил его держать оружие в руках и когда можно его использовать. Но в тоже время Лайно ощущал чужое чувство. Отдаленность. Что это не твое. Он не понимал, о чем говорит Элан, когда речь заходила о стойках, стиле боя и поединках один на один. Это словно был другой мир. Но Лайно всё равно тренировался. Ради отца. Убегал ночью на луг па пару часов, чтобы хоть как-то преуспеть. И это не оказалось бессмысленной тратой времени и сил, научив паренька лишь простым основам, но отточенным до совершенства. Он взглянул на Дрейка. Тот уже был готов, держа перед собой начищенный до блеска, сияющий клинок с изящной рукояткой с переливающейся змеей, опоясывавшей ее. — Нравится. Это подарок на день моего совершеннолетия, — сделав небольшую паузу, он добавил. — От твоего отца. Дрейк медленно подходил к Лайно, но атаковать не спешил. — Знаешь, я решил, что нужно преподать тебе пару уроков поведения. Урок номер один, шавка. Что важнее, следить за соперником или за его оружием? Урок номер два. Продумай свой ход быстрее... В мгновение ока Дрейк оказался перед носом Лайно, заглядывая вглубь испуганных голубых глаз. — ...Чем клинок противника заденет тебя, — прошептал шакал, нанеся первый удар мечом. Лайно не был готов к такому, а посему просто профукал момент. Он пришёлся на правую руку, разодрав тонкую ткань и оставив красную полоску, из которой потекла кровь. — Урок номер три. Не будь уверен в том, что соперник пощадит тебя. На Лайно градом посыпались атаки Дрейка. Ощущалось, что он хочет прикончить его, нежели просто сразиться в тренировочном поединке один на один. От некоторых он отбивался или уворачился, но перевес в силе был однозначный. И когда их мечи в очередной раз встретились, клинок Дрейка буквально разрубил надвое данный Лайно меч, пройдя в нескольких сантиметров от кончика носа. Его острие отлетело в сторону, а меч противника оказался прямо возле его горла. Лайно взглотнул. — Урок номер четыре. Никогда, никогда не забывай, кто я, жалкая собачонка. — Дрейк нехотя отставил меч и убрал в ножны. — Впреть держи свой язык за зубами или не так легко отделаешься. А это, — он указал на то, что осталось от тренировочного меча. — Можешь оставить себе в память об очередном проигрыше мне, твоему хозяину. Помни это, шавка. Дрейк прошёл мимо Лайно, провожая презренным взглядом. "За мной," — приказал он своим. Они проводили Лайно тем же взглядом и поспешили за командиром, одновременно восхваляя его, насколько же он был хорош, прекрасен, умен и прочей лестью. Оставшись один, Лайно оглядел себя. В таком виде появляться на глазах у матери не хотелось, но выполнить указание надо было. Обработав раны и выслушав все наставления матери в духе "не связывайся с ним в следующий раз", Лайно пошёл в кузницу, чтобы отдать тот меч на переплавку. Не оставлять же добро просто так валяться на земле. Не раз еще за все остальные дни он встречался взглядом с Дрейком, и что-то в том, как он на него смотрит не нравилось Лайно, заставляло насторожиться, пройти мимо, никогда не связываться. Странная аура пробуждала рычание в груди, чувствуя... опасность? — Этот шакал явно что-то замышляет, — прошептал Лайно про себя, лежа на боку, глядя как догорает свеча на столе, как загадочно танцевало пламя прежде чем погаснуть, как горячие капли воска стекали в стеклянное блюдце. Затушив свечу, юнец перевернулся на другой бок, устраиваясь поудобнее, укутываясь одеялом и проваливаясь в сон. *** Зима. Разгар декабря. Снег. Такой пушистый, блещущий своей невинной белоснежностью. Лес, дремлющий под снежным покрывалом. И ветер, дующий Лайно в спину, будто подталкивал его на совершение того, чего он бы сам врятли сделал. — Трус несчастный! Ты вообще уверен, что ты сын Элана? Я вот, например, нет. — Дрейк закудахтал, изображая курицу, норовя быстрее избавиться от занозы в пятой точке. Это немного взбесило Лайно. Он оглянулся назад и бросил раздраженный взгляд на Дрейка. Тот снова натянул шакалью усмешку. — Не боялись бы вы леса и Зверя, пошли бы сами — нервно пробубнил Лайно, хотя был уверен, что эти балбесы наверняка его не слышали. — Че сказал, гаденыш?! А ну повтори! Эй, ты меня слышал?! — раздраженно бросил шакал. Потеплее закутавшись в толстую ткань и натянув шапку, Лайно зашагал вперед, оставляя этих идиотов за гранью доступного им мира. Он почувствовал облегчение, когда ноги его коснулись лесной земли, когда он вдохнул свежий воздух, слегка отдающий еловыми шишками и можжевельником. Когда он перестал слышать их голоса и остался наедине с природой. Снег хрустел под ногами. Умиротворенная тишина окружала Лайно. Лишь изредка ее нарушали скрип веток, гнущихся под тяжестью снежного покрова, или одинокие взмахи крыльев оставшейся в лесу дичи. Именно за этим и пришел Лайно, как поручение Дрейка. Поймать в лесу хоть кого-то, кто остался, чтобы немного пополнить запасы продовольствия. Ведь Зверь приходил каждую семнадцатую ночь и разворовывал хранилища, забирал с собой несколько голов скота, иногда убивал коней или даже ни в чем не повинных жителей, если они попадались на пути. Охота стала проблематичным делом, прокормиться — труднее. Некоторые покидали деревню, но не все могли позволить себе жить в городе. Однажды приехавший королевский советник для того, чтобы лично убедиться в том, как обстоят дела, обещал помочь и вывезти всех в ближайшее время, но до сегодняшнего дня, Эверглейд все также стоит на месте, отсчитывая дни до прихода Волка. И все это из-за Него. Лайно медленно двигался вглубь леса. Ветер не часто бродил по этим закоулкам, поэтому Лайно отчетливо слышал все. Точнее, ничего. Ничего. Тишина превратилась в гробовое молчание. Только напряженное дыхание и стук сердца в груди. Он остановился. — Не зашел ли я слишком далеко? — спросил он у лесной пустоты. — Кар, — ответила ему черная птица, сидящая высоко на ветке дерева и любопытно поглядывающая на незванного гостя. Лайно повернулся к ней. — Ну, здравствуй. Птица снова каркнула и опустилась пониже, пока Лайно нашаривал в сумке кусок хлеба, чтобы подкормить ее. — Вот, держи. — Он положил кусочек на снег рядом с деревом, на котором она сидела, и отошел подальше, чтобы не спугнуть. Птица с нескрываемым интересом поглядывала на хлеб. Она взмахнула черными, как смоль, крыльями и приземлилась на снег. Медленно стала подходить. А когда оказалась совсем близко, резким движением клюва схватила хлеб и, вспорхнув, снова оказалась на дереве на той же самой ветке, где и предпочла пообедать. Лайно улыбнулся. Он был рад, что птица одобрила его решение. Закончив, она подлетела к нему, что они встретились взглядами. Лайно представилась возможность заглянуть ей в прямо в глаза. Агатовые и блестящие, словно бусинки. Зависнув в воздухе, птица слегка кивнула, благодаря его. Резко взмахнув крыльями, при этом потеряв перо, она снова оказалась на той самой ветке. Лайно подставил руку, и оно приземлились прямо на ладонь. Мягкое, легкое и пушистое. Лайно убрал его подальше в сумку. — Благодарю тебя за чудесный подарок. Он поклонился, и птица каркнула в ответ. Но внезапно она начала орать во все горло "Кар!", бешено хлопать крыльями и даже шипеть. Лайно стал отходить назад. Может он чем-то ее разозлил? Шаг за шагом. И он все дальше. Пока чье-то горячее дыхание и глухое рычание не заставили замереть его в страхе. Когтистая лапа легка на его правое плечо. Лайно сглотнул застрявший в горле ком. В голову приходили разные мысли. От самых очевидных до самых ужасных. Одно было ясно — он встретил того, кого бы никогда в своей жизни не пожелал встретить. Что Зверь сделает с ним? Жестоко убъет или проявит милосердие и отпустит. На второй вариант Лайно не рассчитывал, но надеялся. Неужели, вот так он и умрет, от лап Зверя, как те, кто пытался его одолеть? Так просто? Отдать жизнь за практически ничто? Лайно еле заметно помотал головой. Нет. Лайно с нею так запросто не расстанется. Лучше погибнуть в бою, чем умереть трусом. Он медленно опустил левую руку к мечу и сжал рукоятку. И в этот же момент лапа скользнула с плеча и обхватила шею. Морда нагнулась к уху, и Лайно услышал приглушенный человеческий голос: — Не советую этого делать, если не хочешь расстаться с жизнью прямо сейчас. Тело охватили судороги. Зверь, знающий и разговоривающий на языке людей. Разве это возможно? Такого не бывает. Кто этот Зверь? Человек, что превратился в волка? Чье-то проклятье? Или он — настоящий Демон из Ада? А может это Лайно не тот, каким он себя считает? Слишком много вопросов, но ни одного ясного ответа. — Этого не может быть... — прошептал он себе, неверя собственным ушам. — Может, Лайно, может. — Зверь прижался мохнатой мордой к щеке мальчика, а лапа сильнее сжала горло. — А теперь избавься от меча, если не хочешь проблем. Но он не спешил исполнять Его приказ. Без оружия он всего лишь игрушка для разминки. А с мечом шансы на выживание больше. Вот только... Откуда Он знает его имя? Видя, что малец не желает слушаться, что было вполне очевидным, Зверь убрал лапу с шеи и отошел на пару шагов назад. Лайно потер место, где когти косались кожи. Теперь можно было дышать полной грудью. — Почему ты не убегаешь? Почему не берешь в руки меч и не сражаешься? Он позволил себе повернуться, хоть и был напуган. Считая, что в любой момент Волк с легкостью загрызет его. Но со спокойным, более-менее спокойным, поведением он сможет выбраться живым. Надежна на это есть. Зверь был огромен. Он стоял на задних лапах и был в два раз выше Лайно. Лохматая темная шерсть колыхалась на ветру. Длинные когти. Огромный хвост. Мальчишка поднял голову. На него смотрела слегка озадаченная морда большого волка с длинными ушами со шрамом от пасти до уха, оставленным его отцом Эланом. Грудь заметно вздымалась и опускалась. Два желтых клыка выглядывали. Но самым удивительным для Лайно стали золотистые глаза с проблесками рыжего. Даже шрам не затмевал их. Они завораживали. А чувство страха слегка подтупилось. На Волка же глядяло лицо невинного юноши с неестественно голубыми глазами и белоснежными волосами, небрежно выглядывающими из-под шапки. Зверя аж всего передернуло от этой... чистоты. — Как же ты еще наивен, Лайно, — сказал Он с ноткой то ли жалости, то ли с усмешкой. — Откуда ты знаешь мое имя? — с опаской тихо спросил Лайно. Зверь прищурился. — Возможно, когда-нибудь ты сам поймёшь. — Волк оскалился. — Но я сохранил тебе жизнь не для того, чтобы ты посмел задавать мне глупые вопросы! Зверь повалил мальчишку на снег. Шапка слетела с головы, оголив копну пушистых волос. Он наклонился к Лайно, с интересом разглядывая его личико, стараясь заглянуть в самую глубину этих глаз. Лайно же стало не комфортно, и он отвернулся. Зверь лишь усмехнулся и прошептал на ушко: — Я оставил тебя в живых для того, чтобы ты сделал кое-что для меня, — горячее дыхание опаляло шею. — Многие годы вы, люди, нарушали границы дозволенного. Я терпел ваши выходки, позволял вам охотиться в моем лесу, но мне это надоело, когда вы зашли слишком далеко. Перегрыз бы глотки всем вашим в деревне, но, увы, смерть ни в чем не повинных детей на глазах родителей, реки крови будут слишком жестокой расплатой, не так ли? И снова страх — единственное чувство, что мог вызывать Зверь — закрадывался во все потаенные уголки сознания, вырисовывая ужасные картинки. Кто бы мог подумать, что жизни Лайно и других могли зависеть от одного решения. Судьба оказалась благосклонна. — Поэтому я решил немного вас попугать. Но теперь хочу предложить нечто иное. Я согласен не трогать вас, если каждый семнадцатый день ровно тогда, когда луна будет в своем великолепии, вы будете отпускать в лес по семь овец. Ни минутой позже, ни минутой раньше, иначе наше соглашение будет расторгнуто тут же. — Зверь зарычал, добавляя в свой голос больше угрозы. — И ни ждите еще одного проявления милости к вам! Передай это своим друзьям в деревне. Ты все понял, Лайно? Лайно слегка кивнул. Напряжение и беспокойство от такой близости Зверя, которые он пытался скрыть, не могли быть полностью заперты внутри. Зубы стучат от холода, руки трясутся, сердце сейчас буквально остановится. Он это чувствует. Зверю это очень нравится. Попытки сопротивляться Ему, но быть покорным и слушаться. Какое глупое создание, ведь страх, столь любимый Волком, взял верх над чувством чести. — Хороший мальчик. — Он прикоснулся мохнатой лапой к горячей щеке Лайно, немного надавливая когтями на нежную кожу. — Но врятли тебе поверят без этого... И кровь окрасила снег в темно-бордовый цвет. Волк отпрыгнул в сторону, дав мальчишке встать. Когти были испачканы, а на щеке остались четыре глубокие полоски, кои жгло от каждого дуновения безжалостного ветра. Из них струилась алая жидкость. Сначала по плавным изгибам шеи, затем на одежду. Яркий красный давал сильный контраст с чистым белым. Прекрасное сочетание, чудный аромат крови, круживший голову Волку. Лайно нашел в снегу свой меч и шапку и стал медленно пятиться назад, не отводя глаза от Зверя. Его морда расплылась в кровожадной усмешке. Наверняка Он сейчас раздумывал, как прикончить Лайно, медленно и верно. — Беги! Лайно исполнил приказ, стартанув, чуть ли не поскользнувшись, и уже несся к границе леса, не смотря по сторонам. Только туда, где родной Эверглейд. Но Зверь не думал его догонять. — Присмотри за ним. Чтобы не сдох по дороге. — И скрылся в темноте лесной чащи, раздраженно размахивая хвостом. Черная птица взлетела и поспешила вслед за Лайно. *** Утро. Прекрасное тихое зимнее Эверглейдское утро. Деревушка давно не спала. И все считали, что ничто не омрачит этот день... Кроме... Мальчишка с белыми, как снег, волосами и голубыми глазами, словно небо, пересекший запретную границу, слышавший Демонскую речь, передавший Его послание. Мальчишка с меткой Волка на левой щеке...